Помощь

Риэ проснулся рано, когда солнце еще только начало свое восхождение по небу. Он быстро оделся, умылся и вышел на улицу, где было еще очень свежо и тихо. Риэ сейчас хотелось спокойного, вдумчивого одиночества. Никогда он не был очень общительным человеком, и новые знакомства немного пошатнули его равновесие. Физические тренировки и совершенствование своих магических способностей составляли обязательную часть утра воспитанника Леди. Сейчас ему предстояло заново развивать свое тело. Риэ начал с неспешной разминки, то снижая, то убыстряя темп движений, затем перешел к упражнениям на выносливость, гибкость и силу. Примерно через час юноша уселся на землю. Он закрыл глаза и постарался прислушаться к миру, пропустить окружающее пространство через себя, почувствовать каждую травинку, каждый листик, каждую каплю воды. Как и всегда, он ощутил все многообразие событий: трепетание листка под весом паучка, частицу еще не застывшей смолы, взлет воробья… Риэ открыл глаза, теряя связь с миром. Он испытывал приятную усталость в мышцах и умиротворение от гармонии с природой. Юноша улыбнулся и удовлетворенно потянулся. Теперь пришло время проверить свои магические возможности. Риэ вскочил на ноги и завертел головой, высматривая себе объект для приложения сил. Увидев средних размеров камень, Риэ заключил, что тот вполне подойдет. Через секунду камень взмыл в воздух, описал круг и быстро полетел к невозмутимому юноше. Риэ выставил щит, и камень бессильно упал на землю, отлетев от преграды. Щит даже не шелохнулся. Затем он решил разобраться с телепортацией. Перемещение в пространстве иногда выкидывало те еще фортели с Риэ: один раз его выбросило высоко в горах, где было ужасно холодно, другой раз – прямо во время сражения двух группировок местных лордов, третий – рядом с обедающим то ли мудрецом, то ли чудаком. В первый раз мужчина набрел на трех путешественников, сбившихся с пути, вместе с ними он переместился до ближайшего города. Один из них оказался шаманом и в благодарность научил его технике магической модификации органа зрения, позволяющей неплохо видеть в темноте. Во второй раз он спас мальчишку, сына местного лорда. Говорят, что тот стал хорошим правителем и много сделал для своих людей. А в третий он познакомился с удивительнейшим человеком. До сих пор он помнит, как быстро тот доел последние ложки супа и спросил: «А где курица? Я просил курицу, – помолчал и затем добавил: – Жареную». Риэ отбросил воспоминания и сосредоточился на телепортации. Миг – и он стоит возле входной двери в дом. Остальное он не стал проверять, похоже, различий в магии между мирами не было. После тренировки Риэ быстро принял душ и пошел на кухню. Там уже обнаружилась тетя Петуния. – Доброе утро, тетя, – юноша приветливо улыбнулся. – Доброе, Гарри. Я стучалась к тебе в комнату, но тебя не было. – Я встал с восходом солнца. Решил заняться своей физической подготовкой. – Не рано ли ты встал? Обычно тебя не добудишься. – Теперь я всегда буду так вставать. Тренироваться лучше утром до завтрака. Да и чего разлеживаться в постели? Так полжизни можно пролежать. – Все это было сказано на одном дыхании и произвело впечатление на Петунию. Раньше племянник непременно ограничился бы кратким ответом. – Как там грядки? – поинтересовалась Петуния. – Я планировала высадить саженцы уже сегодня. – Вскопал уже около половины. Закончу после завтрака. – Кстати, о завтраке… Поможешь мне с готовкой? – Конечно, говорите, что надо делать. В приготовлении завтрака не оказалось ничего сложного, хотя, когда тетя Петуния нажала на какую-то кнопку и на странном квадратном приспособлении загорелся огонек, Риэ был порядком удивлен. Вообще многое здесь изумляло, начиная от одежды и заканчивая способами приготовления пищи. Однако это все было внешним, гораздо более интересным представлялись люди, их культура, традиции и мораль. А еще не следовало забывать о власти и законе. Кто знает, что здесь за правила? Время за готовкой пролетело незаметно, Риэ расспрашивал тетю о цветах. Кажется, он выбрал правильную тему, о цветах Петуния говорила увлеченно, так что Риэ не скучал. Дядя Вернон и Дадли спустились прямо к завтраку. По-видимому, на еду у них выработалось стойкое и никогда не подводящее хозяев чутье. Дадли выглядел сонным, и Петуния не преминула отметить это: – Опять сидел за компьютером до ночи, Дадлик? – ласково спросила тетя Петуния. – Ну, мам, – неопределенно промычал тот. – Садитесь завтракать. Гарри, помоги мне накрыть на стол. Риэ быстро расставил тарелки, а тетя положила всем на тарелку по куску запеканки, которую Дадли сразу же полил медом. Запеканка была вкусной, и все быстро с ней расправились. За ней наступило время утреннего чая, во время которого дядя Вернон развернул свежую газету. Во время чтения лицо дяди принимало подчас забавные выражения. Он хмурился, поднимал брови и один раз даже закатил глаза. В конце он цокнул и сказал, что ничего нового в мире не произошло. – Спасибо за завтрак, тетя. Все было очень вкусно. Пойду закончу с клумбами. Дадли, не поможешь мне? Первые мгновения все трое представителей Дурслей странно смотрели на него, а потом Дадли медленно и неуверенно кивнул. Когда мальчики вышли, Вернон с Петунией переглянулись. – Тебе не кажется, что Гарри не такой, как всегда? – Что ты имеешь в виду, Петуния? – Вернон не горел желанием обсуждать мальчишку Поттера и постарался выразить это соответствующей интонацией. Впрочем, Петуния не обратила на это никакого внимания. – Брось, Вернон. Мальчишка стал говорить по-взрослому, занялся физической подготовкой. И, согласись, он ведет себя не совсем обычно. Раньше, например, он никогда не просил Дадли помочь ему. Вернон со вздохом сложил газету и преувеличенно внимательно взглянул на жену. Мужчина неохотно признался: – Он заговорил со мной в машине. Сказал, что хочет наладить отношения. Благодарил за то, что мы взяли его к себе, и обещал помочь, если надо будет, этими своими, ну, ты понимаешь, штучками. Последнее слово Вернон почти прошептал, при этом он слегка втянул голову в плечи, будто стремился стать незаметнее. – Правда? – пробормотала себе под нос Петуния. Она сложила руки на груди и задумчиво посмотрела в окно. Племянник вызывал в ней смешанные чувства: с одной стороны, он был сыном ее сестры и неплохим мальчиком, с другой – он угрожал безопасности ее семьи. В прошлом году он приехал со своей школы каким-то разбитым и поникшим. Иногда она слышала ночью, как он кричит во сне. Тогда она побоялась расспрашивать дальше, струсила, испугалась узнать, что волшебник, убивший Лили, воскрес. А Гарри и в голову не пришло бы рассказать что-либо своим дяде или тете. Потом на них с Дадли напали дементоры, и ей стало безумно страшно за сына. Гарри тогда казался почти спокойным, отрешенным. Только потом она задумалась, какой разительный контраст они представляли вместе с Дадли. Ее сына рвало, он был бледен и весь в поту, а племянник выглядел просто уставшим, словно те ужасные существа никак не повлияли на него. Позже она спрашивала Дадли, как это все происходило, и ее мальчик сознался, что никогда не чувствовал таких безысходности и страха. «Это как будто никогда не будет солнца, а твоих радости и счастья никогда не существовало. Ты одинок и никому не нужен. Есть ты и они. И больше ничего», – так сказал Дадли, и ее напугали его пустые, равнодушные глаза. Именно после этого сын решил заняться боксом. Как мать, Петуния тонко почувствовала, что он утратил уверенность в себе, поэтому не препятствовала ему, хоть и считала бокс опасным видом спорта. – Меня пугает то, что Гарри так резко повзрослел, – сказала Петуния. Вернон непонимающе посмотрел на нее, не зная, как реагировать на эти слова. Ему было глубоко безразлично, повзрослел там мальчишка Поттер или нет. Он просто ждал того момента, когда ненавистный племянник покинет его дом навсегда. Петуния же, видя, что муж не понимает, пояснила свою мысль: – Я не знаю, что сейчас происходит в их мире. Но тот волшебник вернулся. Мы не расспрашивали Гарри, но одно нападение на Дадлика уже говорит о многом. Там очень и очень небезопасно, если не сказать больше. Помолчав полминуты и давая Вернону время все осмыслить, Петуния продолжила: – И возникает вопрос. Так что же заставило мальчишку так повзрослеть? Между супругами повисло вязкое тяжелое молчание. А тем временем Дадли Дурсль приобщался к труду. Риэ нашел в гараже дяди еще одну лопату для кузена и молча вручил Дадли, который растерянно уставился на кузена. В его глазах легко читался вопрос: «Лопата? Мне?» Риэ кивнул, коротко ему улыбнулся и очертил фронт работ. Во время работы Риэ незаметно наблюдал за кузеном. Тот работал медленно и неохотно, и по всем совокупным признакам Риэ заключил, что Дадли не был приучен любящими родителями к физическому труду. Сам же предмет его умозаключений раздумывал, что он вообще забыл на этих грядках вместе с Поттером, который энергично вскапывал землю. Вот Поттер поднял голову, заметил его взгляд и бодро произнес: – Давай поднажми, а то скоро солнце высоко поднимется над горизонтом и будет жарко. Дадли раздраженно глянул на него в ответ на эту фразу, но послушно ускорился, потому что на солнце ему жарится не хотелось. Бросить лопату и уйти он тоже не мог, хотя раньше, наверное, так бы и сделал. Впрочем раньше он и копать бы не стал, а просто высмеял бы просьбу Поттера помочь ему. Сейчас он принял твердое решение стать лучше. Его тренер по боксу сказал, что, если он хочет чего-то достичь для себя, ему надо забыть про лень и нежелание работать над собой. – Чем планируешь заниматься летом? – мысли Дадли вновь были прерваны Поттером. – С чего это вдруг тебя волнует? – подозрительно ответил вопросом на вопрос Дадли, и в этот момент он выглядел как вылитый дядя Вернон. Однако Риэ выжидательно смотрел на него и он буркнул: – Буду ходить на тренировки, играть в компьютер, гулять с друзьями. Как всегда. – Как можно интересно провести время? – Риэ окольными путями собрался выяснить что-нибудь о местной жизни. – Ну, в нашем городе ничего интересного нет. Это в Лондон надо ехать. Там можно сходить в парк развлечений, в игровой клуб, в кино. Да куча мест есть, где можно круто провести время. Только у тебя денег нет на все это, Поттер. Напоследок Дадли по старой привычке попытался задеть кузена. А Риэ внезапно понял, что до сих пор не задумался над этим приземленным вопросом. А и правда, есть ли у него деньги? Родители и крестный, наверное, оставили ему какие-то средства. Покупал же он мантии, учебники и всякие котлы, а Дурсли не выглядели людьми, готовыми спонсировать такие покупки. Надо узнать, где волшебники хранят свои сбережения. – Ты знаешь, где можно заработать? – Почитай объявления в газете, может там написано, – Дадли пожал плечами. – Я не знаю, никогда не задумывался над этим. Лучше спроси у мамы. – Ясно. Я спрошу у тети. А как твои занятия по боксу? – Я еще только начинаю. Тренер говорит, что мне надо сперва прийти в приличную физическую форму. Нам показали основные виды ударов, защитных стоек и рассказали о различных тактиках. – Я собираюсь бегать по вечерам, присоединяйся, если захочешь. – По вечерам я гуляю с друзьями. И с тобой, Поттер, я точно бегать не буду. – И отчего же? – с искренним любопытством поинтересовался Риэ. – Да меня не поймут, если я появлюсь где-то вместе с тобой. – Настолько боишься быть замеченным в моем обществе? – Именно, Поттер, – отрезал Дадли. – Чем же я так плох? – иронично осведомился его кузен. – Ты аутсайдер, Поттер, и этим все сказано. – Поясни, пожалуйста. – У тебя нет в этом городе ни одного друга, приятеля или просто хорошего знакомого. Тебя никто не пригласит, например, на чашку чая. Ты здесь чужой, – припечатал Дадли. – С тобой даже соседи не здороваются. – Соседи – это, несомненно, аргумент, – согласился Риэ. Глаза его весело блестели, ему нравился этот разговор. Кузен оказался забавным, и Риэ импонировала его манера разговора. – Ладно, оставим эту интереснейшую тему и перейдем на другие. Как ты собираешься зарабатывать на жизнь, когда вырастешь? – Я еще не думал всерьез, куда пойду после школы. Мама хочет, чтобы я поступил в университет. – А ты чего хочешь? – Я же сказал, я не знаю, – неожиданно вспылил Дадли. – И вообще отвали, Поттер. Это не твое дело. Риэ внимательно посмотрел на кузена. Похоже, что это был болезненный вопрос для него и Гарри Поттер не был тем человеком, с которым Дадли был готов обсуждать планы на жизнь. Дадли окончательно закрылся и вяло реагировал на дальнейшие попытки Риэ завязать разговор. А тот и сам не знал, о чем еще можно спросить кузена. Этот разговор и так дал ему пищу для размышлений. Пожалуй, будет нелишним расспросить тетю Петунию о работе. Следует начинать знакомиться не только с грядками.