Хранительница Мифических Существ

      Ранний вечер медленно и спокойно опускался на притихшую под нежными лучами алого заходящего солнца, что словно пятно крови распласталось на уже фиолетово-розовом небе, деревню. Пустота тишины поступательно заполняло пустоту, что образовалась от прерывания прекрасный трелей разнообразных птиц, что словно громоотводы разряжали обстановку, которая напряглась с приходом сумерек, ведь тёмное время- время нечисти, когда в сказках происходят страшные вещи, на которых завязывается заезженный сюжет, где добро побеждает зло.       А сказка ли реальность? И всегда ли добро побеждает зло? Или оно медленно расправляется мелкими песчинками по бесконечному черному полотну каждой жизни? А что вообще добро или зло? Существуют ли эти понятия? Или они созданы для того, чтобы прикрываться этими странными словами, пока делаешь нечто ужасное. Хотя, можно ли теперь называть вещи плохими или хорошими, если для некоторых они совсем наоборот- хорошие и плохие?       Сверчки заводили свои бесконечные серенады под окнами, постепенно вплетаясь в напряженную атмосферу своими беспокойными песнями, что словно вирус распалялась в душе холодом, простудой, необъяснимой горечью, что оставалась на языке.        Люси апатично качалась на широкой качели, от чего её волосы окрашивались в рыжий цвет в лучах заходящего солнца, словно огонь распаляясь при любом дуновении ветерка. Мысли были далеко, где-то там, где была гильдия. Где мирно проплывали деньки безмятежности, где она не беспокоилась о своей жизни, ведь спину прикрывали друзья.        В душе появилась невыносимая грусть, что липкими, ледяными пальцами разрывала душу на части, разбрасывая окровавленные части по самым уголкам сознания. Люси лгала всем тем людям, что относились к ней с раскрытой душой.       Неосязаемый поток мрачных мыслей прервали тихий хруст веточек под чьими-то ногами и скрип качели, на которую сели. Голову поворачивать было не нужно, Хартфилия точно знала кто сейчас сидит около неё.       Со вздохом откинувшись на грудь пришедшего, Хранительница всё же подняла взгляд, наткнувшись на взгляд серых и уже родных глаз, что точно таким же взглядом, как и она смотрели на неё. Снова вздохнув, блондинка доверительно прикрыла глаза, получая лёгкое, совсем невесомое касание сухими, словно бесконечная пустыня, губами к своим.       Погладив рукой щеку парня, кареглазая нежно улыбнулась, выбрасывая бесполезные мысли как можно дальше. Выбрасывая их из своей жизни.  — Люси, нам пора, — он сжал ладонь кареглазой с немой поддержкой. Она наперёд знала, что именно поэтому он пришел сюда, потому не сильно обиделась и удивилась. Встав и сладко потянувшись, при этом протяжно завыв, девушка радостно посмотрела на Дреера.  — Кто какие роли будет выполнять? — голубоглазый на это лишь весело ухмыльнулся, сверкая своими белыми, словно первый снег, зубами.  — Сейчас будем договариваться, — Хранительница весело фыркнула и пошла за блондином.       План был до невозможности простым. Существо придет, Громовержцы его словят, запечатают в ключ и дело с концом. Каждый стоял на позициях, чтобы видеть друг друга, но с улицы никто никого не видел и ждали. Мэр сказал, что девушка проходит через это место каждый раз.       Вся бдительность Люси была обращена на улицу, потому внимания на странный шелест сзади она не обратила. И когда кто-то резко её схватил, Люси взвизгнула, дёрнувшись всем телом и ощущая поперёк груди чьи-то холодные руки. Все мысли вмиг вылетели из головы, а тело будто оцепенело, как если бы холод с рук незнакомца прошелся по её телу и заморозил.       Посмотрев влево, где должен был сидеть Лексус в десяти метрах от неё, блондинка заметила испуганный, недоумевающий взгляд серо-голубых глаз, что вмиг отрезвили голову, и, выкрикнув что-то нечленораздельное, в попытке крикнуть имя возлюбленного, кареглазая поняла, что растворяется в темноте, что словно коконом окутывает её сознание. Последнее, что Люси видела- как Дреер срывается с места.        Просыпаться было неприятно, до противных мурашек, что, словно заведенные, носились по всему уставшему телу, разнося странные судороги по телу. Голова раскалывалась на две части, а мысли кровавыми ошмётками лежали по углам головы, будто там побывал серийный убийца-психопат.       На глазах чувствовалась туго завязанная ткань, потому кареглазая даже не пыталась открыть свои глаза, чтобы осмотреть место, где находится. В нос ударил запах влаги, а откуда-то издалека разносился звук капающей воды.       Через плотно закрытые веки пробивался мутный свет и, попытавшись прикрыть глаза, Хартфилия поняла, что её кисти плотно обмотаны жестким канатом или чем-то наподобие его. Припоминая последние события, что были перед отключкой, девушка тихо, от ужаса сдавленно охнула.  — Хм, ты проснулась, — тихий, словно ночной ветер, голос, разорвал тишину.  — Ты, — голос вмиг замешкался, боясь ложными догадками повеселить самолюбие Существа, если она была им. То, что это точно была девушка подтвердил приятный оттенок голоса, что словно мёдом разлился в душе, — Тьма? — в комнате вмиг поселилось неловкое, даже мрачное молчание, прерываемое тихим сопением Существа и громким стуком сердца, что златовласке казалось, что этот стук слышно на другом континенте с другой стороны Земли.       Послышался шелест одежды, от резких движений похитителя, что эхом разнеслось по пещере. К затылку Люси прикоснулись холодные пальцы, развязывая неприятную ткань, что давил на глаза всё сильнее. От тусклого света, что пробивался через выход из пещеры, Заклинательница часто заморгала, пытаясь унять неприятное ощущение в глазах, словно их выжигают, и осмотрела вокруг себя, подмечая детали.       Это была странная комната-пещера, в которой был шкаф, каменная кровать с матрасом, стол и стул, на котором сейчас сидела Хранительница. Переведя заинтересованный взгляд на свою собеседницу, Хартфилия окинула её взглядом.       Чувство страха притупилось болью в голове, которая не давала мыслить здраво, распаляла непонятный азарт где-то внутри в самых недрах души. Все равно, скорее всего, сюда уже идёт Лексус, следуя своему нюху дракона. Или не идёт.       Хотя, если бы Существу что-то нужно было, она бы уже взяла, пока Заклинательница была без сознания. Можно потянуть время разговором, пока не придут её друзья.  — Откуда ты знаешь кто я? — синеволосая нахмурилась, сведя брови на переносице, из-за чего на бледном, словно лунный свет, лбу появилась задумчивая морщинка.  — Ну, я-Заклинатель Мифических Существ, — немного смущенно произнесла Люси и, если бы, её руки были свободны, она бы стеснительно почесала щеку.  — Хм, — с подозрением промычала девушка, обходя её по кругу и осматривая, приставив палец к подбородку — Ладно.  — И ты вот так легко мне поверила? — сощурив шоколадные глаза, спросила пленница, чувствуя даже обиду, что она, возможно наивно выглядит, даже по-детски, что ей вот так верят.  — Я вижу, когда лгут, потому что ложь-это тьма в сердце, — Успокоившись, Хартфилия покосилась на Существо. Вдруг, её глаза расширились, а дыхание участилось. Она схватила руками Люси за плечи и наклонилась к ней поближе — Ты, ты серьезно Хранитель Мифических Существ?! — её восторженный вид немного насторожил кареглазую, но та быстро отбросила это чувство, решив, что должна закончить этот разговор с честью и без страха.  — Ну, да, — серые глаза внимательно начали всматриваться в её лицо, подмечая любой дрогнувший мускул.  — Тогда… тогда можешь мне помочь вернуться домой? Ну, в Миломелий? — под её пытливым, восхищенным взглядом, Хранительница немного стушевалась, но не переставала смотреть в серые, словно небо перед затяжной грозой, глаза. — А если я использую твой ключ, чтобы взять древнюю катану, то твой проход в этот Мир не закроется? — тихо, задумчиво прошептала Заклинательница, скорее, сама себе, нежели Существу, прищуривая глаза, пытаясь сосредоточиться на мыслях и абстрагироваться от головной боли, что начала утихать.  — Нет, конечно, — всё же фыркнула в ответ синеволосая и зашла за спину златовласке, чтобы развязать руки — Так ты поможешь мне? Хотя, это же логично, если меня не будет в том Мире, а мой вход закрыт, то ты ничего не сможешь получить, — Тьма развязала руки собеседнице и та встала, начав растирать запястья. Потом, снова осмотрев комнатку и остановив взгляд на сероглазой, девушка протянула той ладонь.  — Люси, — Существо пожала руку, заставив кожу стать "гусиной" от холода  — Ну, тогда, зачем медлить? Начнём?