Цикл "Слабости сильных"

Когда это случилось в первый раз, Наруто списал все на порыв, страсть и Саскины задвиги. Во второй раз он удивился. В третий — возмутился. В четвертый — закатил скандал. Саске, казалось, было безразлично его мнение. — Я же не ору, когда ты пытаешься меня сожрать, — скучным голосом ответил он и задрал майку, демонстрируя под левым соском свежий укус с запекшейся по краям кровью. Крыть было нечем. Наруто действительно переборщил в последний раз с клыками. Он тоскливо вздохнул и, почесывая неприятно стянутую кожу, пошел в душ. Саске мог бы найти объяснение всему, что происходило вокруг него. И своему поведению тоже. Но объяснять ничего не собирался. Ему просто так хотелось, вот и все. Наруто, понятно, будет продолжать вопить, как вчера ночью, но Саске, по большому счету, плевать. У них обоих слишком много недостатков, чтобы зацикливаться на этом. Вполне обычное дело. И он вовсе не какой-то там извращенец вроде Суйгецу, внезапно воспылавшего нежными чувствами к старой, хоть и выглядящей прекрасно, Цунаде. Весь следующий день Наруто не разговаривал с ним, но Саске ничуть не огорчался. Он щеголял голым торсом, надеясь заставить Наруто раскаяться в собственном садизме и подвести к тому, что тоже может позволить себе кое-что. А после обеда ушел из дома и вернулся за полночь. Узумаки полезно иногда побыть наедине с собой. Еще некоторое время Саске провозился в ванной, зная, что Наруто уже лег и ждет его. Узумаки уже успел накрутить себя и сейчас или врежет ему, или промолчит. И это будет победой. Наруто действительно ждал в постели, насупившись и сверля взглядом потолок. Когда Саске вошел в комнату, он выключил ночник и отвернулся к стене. Саске позволил себе несколько секунд поупиваться своим всевластием, включил ночник и нарочито медленно разделся. Наруто посмотрел с подозрением и недовольством, но ничего не сказал, когда Саске лег на него сверху. Пока он вел себя прилично, Наруто всем был доволен. В рамки приличия вполне укладывались поцелуи, обсасывания сосков, глубокий минет и два пальца в его заднице. И жесткий трах в рот, во время которого Наруто стонал громче самого Саске, тоже выглядел вполне приличным. Наверное, действительно чувствовал себя виноватым за тот клыкастый укус, после которого Саске пришлось выпрашивать у Сакуры чудодейственную мазь и накладывать повязку, дабы не истечь кровью. Откуда вообще взялась эта дурацкая привычка кусаться, а потом слизывать кровь? Наруто говорил — так он убеждается, что Саске жив. Саске же для этого было достаточно просто прикасаться к Наруто. Саске бесцеремонно раздвинул загорелые ноги, закинул одно колено себе на плечо и вошел напористо. Наруто с готовностью подался навстречу, изогнулся для лучшего проникновения и зажмурился. Саске знал, что вот так, с высоко задранными ногами, Наруто нравится больше всего. Саске бесила мысль, что так Наруто может принять кого угодно, не только его. Он знал — это банальная ревность, но ничего не хотел с ней делать. Наруто был настолько нарасхват, что Саске злился на него и готов был подозревать во всяких грехах. Иногда он намеренно говорил грубости и гадости, чтобы Наруто не расслаблялся и не забывал, кому он принадлежит в действительности. Он злился даже сейчас, двигался намеренно резко и сильно, может быть, даже надеясь причинить ему боль, но Наруто откровенно наслаждался. Вскидывал бедра, ерзал лопатками по простыне, запрокидывал голову, трогал соски и гладил живот, останавливаясь в миллиметре от своего члена, не касаясь его, а размазывая вокруг пупка смазку. И стонал так громко, что у Саске закладывало уши. То, что делал Наруто, мало отличалось от того, что делал Саске. И у него звенело в голове от этого нечаянного повтора, а от вида длинных пальцев, скользящих по коже, поджимались яйца. Сегодня все было как-то слишком ярко и быстро, Саске даже не успел принять свою обычную позу над Наруто, только вытащил член и тут же кончил, забрызгивая его спермой. Наруто замычал обиженно и потянулся к своему члену, чтобы поймать близкий оргазм, но Саске удержал его за запястья и закинул руки за голову, навис, обдавая лицо тяжелым дыханием. Пальцами свободной руки он собирал белесые капли и размазывал по коже, оставляя свой след. Повторил петлю вокруг пупка, пятерней растушевал по груди, втер большим пальцем в сосок, а остатки размазал по губам. Из члена вытекло еще немного, Саске притерся сильнее, заставляя Наруто почти кричать, оставляя на нем как можно больше, словно клеймя, пропитывая собой. Чтобы тот помнил о Саске, каждую секунду вспоминал, что Саске с ним делает. Даже если будет с кем-то другим. Наруто облизал его пальцы, втянул в рот и, больно прикусив, кончил. Саске жалел, что не видит его глаза. Кажется, сегодня Наруто понравилось быть испачканным. Наруто удовлетворенно вытянулся на кровати, чуть толкая Саске локтем в бок, но тот даже не сделал замечания, хотя обычно очень сильно ворчал. Сегодня все воспринималось немного иначе, и Наруто не знал, почему. Он все еще чувствовал пальцы Саске на коже, словно тот обжег его своей спермой. Но сегодня Наруто не хотелось ругаться. Черт с ним, пусть делает, что хочет. Не так уж это и страшно. Саске мог бы, например, заставить его облизывать пальцы на ногах или надеть девчоночью одежду. А так... это всего лишь сперма. В конце концов, он много терпел от Саске. Вытерпит и это, кто знает, может, это когда-нибудь начнет нравиться.