Слаще вишенки на торте

– Я не об этом говорю! – сердито возражает Стайлз. Дерек поднимает руки в примирительном жесте, словно он не имел в виду ничего такого. – Я просто хочу сказать, – говорит Дерек, – что если у тебя нет никаких желаний на Новый год, то это не то же самое, как начать жить в новом году без целей. Нет ничего неправильного в том, чтобы просто жить, ничего не планируя, но я имею в виду… Стайлз отчаянно нуждается в возвращении Коры. Она вышла из комнаты несколько минут назад, оставив Стайлза и Дерека сидеть на диванах друг напротив друга. Питер сидит на подлокотнике кресла в стороне от них, а остальные Хейлы убирают со стола. Кстати, с каких это пор Дерек стал таким разговорчивым? Прошлой ночью он казался осторожным и спокойным, но сейчас он возбужденно спорит и критикует все, что слышит. Стайлз предполагает, что, возможно, все это – часть странного плана, согласно которому Кора с ним расстанется. И это был бы действительно хороший план, если бы они на самом деле встречались. – Ладно, и что ты планируешь делать? – спрашивает Стайлз. – Потому что у моего друга Скотта, например, есть одна хорошая цель. Он хочет стать серьезнее в этом году. Ну, знаешь, жизнь коротка и быстротечна и все такое…

***

Кора Хейл 23:47 Погоди, так он ходил в «Старбакс» вчера вечером? Айзек Лейхи 23:47 Да, и бесился, что ты не пришла. Он писал тебе смс, а ты ни на одну не ответила. Кора Хейл 23:47 Что? Нет, мне не пришло ни одной смс Айзек Лейхи 23:48 Серьезно? Хотя знаешь, у него же до сих пор тот старый телефон, который почти не ловит, может, ему ни одна не пришла. Попробую ему написать Кора Хейл 23:48 ОК Айзек Лейхи 23:53 Не отвечает, видимо, опять без сети. Прикол, три часа ждал твоей смс. Почему ты не пришла кстати? Кора Хейл 23:53 Об этом я и писала. Хотела сказать, что у меня не получится прийти, хотя мой брат все равно собирался с ним встретиться. Но я не знаю, что случилось, Дерек сказал, что Стайлз тоже не пришел. Айзек Лейхи 23:54 Погоди, твоего брата зовут Дерек? Кора Хейл 23:54 Да, а что Айзек Лейхи 23:55 Вот дерьмо

***

– Знаете что? – выдавливает Стайлз сквозь зубы и вскакивает с дивана, где он сидел между Лорой и мистером Хейлом. – Мне надо в ванную. – Я тебе покажу, – Дерек практически рычит, проходит мимо и ведет его в коридор. Он останавливается около двери в ванную комнату и толкает ее пальцем, открывая. Стайлз заходит внутрь, Дерек идет за ним, захлопывает дверь и включает свет. Стайлз разворачивается и сталкивается с Дереком лицом к лицу, скрестив руки на груди. – В чем, черт тебя дери, у тебя проблема? – Проблема? Проблема в том, что ты обманываешь мою младшую сестру, и что еще хуже – ты втянул во все это меня. И как мне это ей объяснить? – Тебе ничего не нужно ей объяснять, я… – Вообще-то нужно. В отличие от некоторых людей, я не вру всем окружающим вокруг. Я не обманываю людей, тут же забывая об этом, понятно? – голос Дерека становится громче, он уже чуток прикрикивает на Стайлза. – Я не обманываю ее… – пытается он влезть, но Дерек не слушает. – Господи, да ты спал со мной прошлой ночью! Как у тебя смелости хватает врать и об этом тоже? – Дерек закипает, и со Стайлза достаточно. Существует несколько вещей, которые не стоит делать, когда на тебя кричит рассерженный оборотень. Первое – шагать в его личное пространство. Второе – хватать его за руку, словно пытаешься атаковать. Третье – прикладывать его руку к своей груди, прямо над сердцем, которое тот может вырвать когтями в любой момент. Стайлз делает все три вещи одновременно. Несколько секунд Дерек выглядит сбитым с толку и молчит, и Стайлз использует это как шанс по-быстрому все объяснить. – Если бы ты прекратил перебивать меня каждый раз, когда я открываю рот, то, может, этой проблемы и не возникло бы. Ты ничего не должен объяснять Коре, потому что я не вру, понятно? Она объяснила мне все о вашей волшебной волчьей фигне… – правило номер четыре: не оскорбляй оборотнические способности, – так что я знаю, что ты слышишь или чувствуешь или еще откуда-то знаешь, как бьется мое сердце. Я говорю тебе правду. Я не обманываю Кору, она одна из моих лучших друзей. Она мой друг, понимаешь? Мы работаем вместе. Мы товарищи. Приятели. Не пара. Мы друзья, я ни с кем не встречаюсь, и я не обманываю ее. Ей нужно было привести кого-то на этот тупой вечер, поэтому она умоляла меня пойти с ней, чтобы родители оставили ее в покое. И я согласился, потому что я хороший друг. Друг, – он повторяет это на всякий случай и пристально смотрит на Дерека, тяжело дыша. Сам Дерек, кажется, совсем не дышит. Прижатая к груди Стайлза рука, похоже, срабатывает, потому что Дерек смотрит на него широко распахнутыми глазами. В конце концов он произносит слабым голосом: – Ты на самом деле ей не врешь? – Нет, не вру. – Боже мой, – стонет Дерек. – Боже, я же доставал тебя весь вечер. – Я заметил, – коротко отвечает Стайлз – его раздражение никуда не делось. – Господи. Клянусь, я не придурок. Просто бывший парень Коры изменил ей, когда они встречались уже полгода. Она выяснила это и очень сильно расстроилась, а после него больше ни с кем не встречалась. Поэтому мои родители и наседают на нее. Просто… я не хочу, чтобы она снова проходила через подобное, когда уже совсем пережила тот раз. Это… на самом деле, это мило, думает про себя Стайлз. Дерек просто пытался защитить Кору. Но это не отменяет тот факт, что Дерек кинул его сегодня утром. – У нас получится забыть обо всем этом? – спрашивает Дерек. – Это? Да. Считай, что никогда не было. Ну, а теперь мне пора. – Мы… – Дерек с трудом подбирает слова. – Между нами все кончено? – Думаю, ты решил это, когда ушел сегодня утром, разве нет? – Что? – хмурится Дерек. – Что «что»? Ты сбежал от меня, я уверен, что это очень четкое «все кончено». – Но, – Дерек хмурится еще сильнее, а Стайлз думает, как очаровательно тот выглядит, когда все его лицо словно напрягается от мыслей. – Но я же оставил тебе записку. – Записку? – Я написал, что мне пора на занятия, и оставил свой номер. На комоде. Стайлз молча смотрит на него, потому что слова Дерека не несут никакого смысла. Он утром доставал одежду из своего комода, и на нем не было записки. Он точно это помнит – как скатился с кровати, заметив, с какой тоскливой трогательностью развеваются шторы… Ах, шторы. Шторы над его комодом развевались на сквозняке. Они смахнули записку на пол или под кровать или еще куда-то, где Стайлз ее не заметил. – Закон Мерфи, – бормочет Стайлз себе под нос. – Что? – Закон Мерфи. Знаешь, что-то типа закона природы: если может случиться что-то плохое, оно случается. Дерек коротко смеется, и Стайлз с внезапной четкостью осознает, что тот все еще прижимает руку к его груди. – Так, что, между нами все в порядке? – спрашивает Дерек. – Все круто. Эм, сколько времени? Дерек выгибает бровь, но бросает взгляд на часы на руке. – Полночь. Ровно двенадцать часов. – Здорово, – говорит Стайлз, сжимает в кулаке рубашку Дерека и притягивает его к себе. Они целуются, держась друг за друга, и все выходит не так горячо, как прошлой ночью, а идеально до последней капли. – С Новым годом, – бормочет Стайлз, а Дерек прижимается своим лбом к его. Стайлз думает, что год действительно будет счастливым.