Всеобъемлющее Небо

      То, что утро начинается не с кофе, Савада принял для себя уже давным давно. Тоскливая погода за окном никак не способствовала хорошему настроению, мелкий моросящий дождь противно тарабанил по карнизу, а тяжелые свинцовые тучи только добавляли пессимизма картине за окном. Савада тяжело вздохнул. Пусть сегодня ему и удалось выспаться, но с самого момента пробуждения голова раскалывалась от обилия вопросов, на которые было необходимо срочно найти ответ.       Ключевым вопросом на повестке дня стало «Что же делать дальше?». Пустить все на самотек Савада не мог, ведь дело сейчас касается не только его, но и дорогих ему людей. Гипер-интуиция тревожно попискивала каждый раз, когда Тсуна вспоминал разговор с репетитором. Что-то в словах аркобалено не давало ему покоя. Полностью погрузившись в свои мысли, шатен и не заметил, что уже три раза навернулся на ровном месте и сбитые в кровь коленки нещадно саднят, затрудняя каждый новый шаг, что Гокудера вьется вокруг него, как курица-наседка над потомством, и пытается заглянуть в глаза Десятому, силясь выяснить причину столь рассеянного состояния приятеля. Обычно улыбчивый Ямамото напряженно вглядывался в сторону своего босса, краем глаза отмечая, что рубашка Савады надета на левую сторону и швы на боках и предплечьях, не скрытые синей безрукавкой школьной формы, нелепо топорщатся в стороны, что вкупе с вечно взъерошенными волосами придавало шатену вид нахохлившегося воробушка.       На уроках Савада не пытался даже сделать вид, что слушает учителя, отсутствующим взглядом рассматривая унылый пейзаж за окном. Небо, словно реагируя на состояние Тсунаеши, не только не посветлело, а, казалось, наоборот, становилось все более мрачным и тяжелым. На вопросы преподавателей шатен отвечал невпопад, вызывая ехидные смешки одноклассников и обеспокоенные взгляды своих Хранителей.       Что они будут делать дальше? Они — всего лишь шестеро подростков, плюс пятилетний карапуз, что они могут сделать против целого мафиозного клана, тем более столь сильного как Вонгола. Думая об этом, Тсунаеши в который раз поражался жестокой изобретательности Девятого. Иметь такого врага в пятнадцать лет — страшно. Ты можешь храбриться сколько угодно, но страх никуда не денется, он будет горечью оседать на языке, отсвечивать в радужке глаз, выдавать себя биением сердца. Чем больше думаешь об этом, тем сильнее опутывают тебя липкие паучьи сети, норовящие тонкими щупальцами проникнуть в мозг и спутать все разумные мысли.       Они не смогут ничего сделать. Они и не будут ничего делать. Он все выполнит сам.        — Я все сделаю сам! — голос Савады гулким эхом разнесся по помещению, а сам шатен с удивлением обнаружил себя в кабинете ГДК. Хибари с неким удивлением, выраженным разве что чуть приподнятой бровью, пристально разглядывал неожиданного посетителя, явно обдумывая, устроить ли камикорос за столь вопиющие нарушение его спокойствия или же посмотреть, что дальше выкинет этот забавный зверек, который вот уже две минуты бестолково разглядывал потолок у входа в его кабинет. Такое поведение заставило внутреннего хищника Хибари забиться в предвкушении, но в предвкушении чего?        — Хи-Хибари-сан! — шатен неожиданно пискнул, словно возвращаясь к режиму «Никчемный Тсуна», хищник разочарованно проскулили, сворачиваясь клубочком где-то на задворках сознания брюнета. — Ч-что я здесь делаю?!       Серые глаза Хибари опасно прищурились.        — Мне тоже интересно, что ты тут делаешь, Савада Тсунаеши.       Бормоча под нос извинения, Савада быстро юркнул за приоткрытую дверь, оставляя Хранителя Облака в полном недоумении.

***

      Реборн вальяжно развалился в кресле, придерживая в одной руке маленькую чашечку ароматного кофе. Сегодня все должно завертеться. Сейчас его никчемный ученик однозначно уже переполошил всех своих Хранителей, и уже через пару часов вся компания наверняка соберется в комнате своего Неба. Стражей Виндиче на собрании не будет, Савада прекрасно осознает, что скорые на обиду хранители мафиозного правопорядка могут и натворить чего сгоряча. Да и аркобалено ненавязчиво намекнул парню, что жизнь репетитора фактически в его руках, ведь ради него он предал своего Босса, свою семью, а значит теперь само существование Реборна зависит от Тсунаеши. Да-а, на мягкосердечии Савады можно играть и играть. Добрый по своей природе Савада просто не допустит, чтобы по его вине чья-то жизнь была в опасности, а значит все пойдет по плану. Правда придется еще раз сыграть роль раскаивающегося злодея, вновь рассказать все то, что он сегодня ночью наговорил Саваде, исключительно по его просьбе. Придется изображать полное подчинение Тсуне, тьфу ты, какая гадость! Но чего только не сделаешь, лишь бы шикарная жизнь не заканчивалась.       Взвалить на плечи подростка такую ответственность — тоже часть плана аркобалено. Ощущая на себе тяжелый груз, сложно мыслить логически и принимать верные решения, что только на руку носителю желтой пустышки. Реборн сделал небольшой глоток, наслаждаясь горьковатым привкусом тягучей жидкости на кончике языка. И когда Хранители будут в курсе сложившейся ситуации, их общий секрет непременно отдалит Тсунаеши от Стражей Виндиче. А когда это отдаление достигнет своего апогея, Реборн сделает решающий ход. Мастер интриг и подстав непременно начнет с Джека. Он сделает так, что Савада перестанет доверять дерзкому и самонадеянному парню, с головы до ног покрытому бинтами. Сладкий привкус мести уже почти касается губ, всего одно движение отделяет Реборна от полного погружения в сладостную негу безоговорочной победы.       Хотя Саваду даже немного жаль, он ведь не виноват, что стал марионеткой в этой игре. Мягкий, наивный, всепрощающий, разве таким должен быть босс мафиозной семьи? Хотя встреться он Реборну не при таких обстоятельствах, мужчина наверняка бы заинтересовался этим теплым карамельным взглядом, таким добрым и поглощающим, этой беззаботной улыбкой, отгоняющей прочь все тревоги, этими топорщащимися в разные стороны каштановыми прядями… Реборн поймал себя на том, что его мысли потекли не в то русло. Не хватало еще только влюбиться в это бесполезное недоразумение!       От дальнейшего самокопания Реборна спас щелчок дверного замка. Все фигуры на своих местах, пора начинать партию. Небрежно потянувшись в кресле, аркобалено спустился на кухню и замер в дверном проеме:        — Тсуна, ты один? — упавшим голосом спросил мужчина. Весь план Реборна рухнул, как карточный домик, стоило только бросить взгляд на усердно уплетающего обед Саваду.       - Агась, — с набитым ртом ответил шатен, ни на секунду не отвлекаясь от поглощения пищи. — Будь так добр, отмени сегодняшнюю тренировку, мне нужно многое обдумать.       Реборн не смог подобрать слов для ответа, поэтому лишь кивнул, покидая помещение. В голове настойчиво кружился всего один-единственный вопрос: «Неужели он решил взвалить все на себя? Имея под рукой подчиненных, готовых по одному его приказу пойти на верную смерть, он предпочел действовать в одиночку? Это для того, чтобы защитить их? Это же глупо, безрассудно, нелепо!» Хотя его никчемный ученик уже не в первый раз удивлял своего репетитора своей добротой, но его решимость в ситуациях, когда опасности подвергались его хранители, просто поражала воображение. Только сейчас Реборн понял, как он просчитался, полагая, что Савада непременно втянет во все своих друзей.       «Может быть, это я не прав?

***

      Савада просидел, закрывшись в своей комнате уже несколько часов, все безрезультатно. Мозг отчаянно отказывался думать, как поступить в дальнейшем, поэтому Савада даже на секунду обрадовался, когда в дверь тихо постучали и на пороге объявились Хранители полным составом. Обеспокоенные поведением своего Неба, ребята не сговариваясь встретились возле дома Тсунаеши. Суетливое мельтешение перед глазами немного успокоило Тсуну, ровно до того момента, как из кучерявой шевелюры Ламбо вылетела розовая базука, летящая прямо на шатена.       Последнее, что запомнил Савада, это громкий хлопок и застилающий розовый дым...