Снежинка и Рыжик

Sia – My Love В комнате было тихо, и лишь мерное тиканье часов нарушало идиллию спокойствия. Черт. Идиллию! Синие глаза изучали потолок, нервно покусывая губы и сжимая в дрожащих руках тонкое одеяло. Встать и уйти? Или остаться? Роджер уже неделю не вылазил из своей комнаты, усердно готовясь к каким-то экзаменам. За эти семь дней они виделись лишь два раза, один из которых сейчас. Шорох ручки. Он снова что-то записывает и сам не замечает, как бубнит себе под нос замудрённую формулу, и она легко и мягко улыбается, поворачиваясь боком, чтобы тихо и незаметно наблюдать за таким родным и любимым лицом. Она казалась себе психически больной, она казалась себе слишком зависимой от него. Он был её Солнцем. И это слово несло отнюдь не тот смысл, что в романтических фильмах при обращении к главной героине, это слово значило в тысячи раз больше. Да, он был её Солнцем, таким рыжим, таким ярким, таким тёплым и любимым, что она, маленькая Снежинка, таяла и млела от того, как он произносит её имя, от каждого взгляда, от каждого прикосновения, да даже от каждого его вздоха! И черт возьми, она не может больше терпеть! Ноги в тёплых шерстяных носочках с оленями опустились на ковёр, а косичка белых волос упала за спину, чуть качаясь при каждом шаге. Она не могла больше, нет, не в силах, он издевается над ней, точно издевается! Она подошла к нему тихо и медленно положила ручку ему на плечо, стараясь не помешать. Хотя не мешать тут уже невозможно, он всё равно отвлечётся, потому что для тщательной подготовки ему нужна тишина. Но плевать. Чёртова неделя. И она терпела. А сейчас терпение вышло. Кончик носа провёл по изгибу шеи парня, и Мэделин чуть не упала от слабости в ногах, зарываясь носом в мягкие волосы. Руки сползли с плеч чуть ниже, случайно и не больно царапая кожу в районе ключиц. Но от этого у обоих побежали мурашки, заставляя замереть и наслаждаться. Руки скользнули ниже, забираясь под кофту, но отнюдь не от неприличных мыслей, а от того, что ей нужно было тепло, а эта вещь сейчас слишком мешала. И именно сейчас остатки разума исчезли, а внутри появилась безграничная нежность к Роджеру, который так старательно пялился в учебник. Холодные пальцы вылезли из кофты и она выпрямилась, нехотя отрываясь от медных волос. Роджер разочарованно вздохнул, но она совсем не собиралась уходить. Нет, она не уйдёт, никогда-никогда! Она возникла перед ним, отодвигая учебник и тетрадку в сторону и мягко, но настойчиво, коленкой отодвигая стул на колёсиках от письменного стола. Серые и уставшие глаза вопросительно уставились на неё, а Мэделин лишь взяла парня за руку, будто прося следовать за ней. И он последует, потому что будет не в силах ей отказать. Мягкая кровать встретит их тихим скрипом и Мэдди улыбнётся, вспоминая, что они делали здесь две недели назад. Удивительно, как она вообще осталась цела? И нет, они просто прыгали на ней, как дети, кидаясь друг в друга подушками, периодически целуясь и мечтая о своём волшебном мире, выдумывая самых необычных существ. Когда парень наконец-то лёг, она прильнула к нему, обнимая изо всех сил и невесомо целуя в щёку, будто извиняясь за то, что так нагло оторвала его от зубрежа. - Тебе нужно отдохнуть. Чуть грубоватые кончики пальцев, будто соглашаясь с её словами, через некоторое время томительного ожидания проскользнули под пижамную кофту и остановились где-то на пояснице, отчего она рвано вдохнула, натыкаясь на взгляд серых глаз, что сейчас блестели в тусклом свете лампы. Улыбка. Ох, ну что он с ней делает? Она умрёт прямо сейчас, если он не прекратит... Хотя нет, пусть продолжает, и желательно чтобы никогда не останавливался. Потому что без всего этого она не сможет. И не передать словами, как она скучала! Как противное чувство заставляло каждый раз появляться ком в горле, при виде Роджера в столовой в компании какого-то мастера, как это чувство не давало спать по ночам. Сопение она заметила не сразу, погрузившись в свои мысли и рассматривая самые любимые и чудесные веснушки. Он спокойно спал, изредка улыбаясь во сне, а она мягко убрала прядь волос с его лица, нежно проводя кончиками пальцев по скуле. Большего и не надо было. Лишь бы лежать так вечность и наблюдать за его спокойствием. И чуть позже с её уст всё-таки слетят слова, которые она так долго не решалась сказать. Которые она так долго скрывала в себе, но показывала через касания, поцелуи, отдаваясь полностью и даря всю себя. - Я люблю тебя. И пусть он не услышит, пусть это останется в стенах маленькой комнаты, пусть. Слова ведь не важны. Они оба это знают.