Мой лучший враг

POV Нацу.       Я совершенно запутался в своих мыслях. Ещё неделю назад я молил отца, чтобы тот не отправлял меня в этот лагерь. А сейчас… Не знаю, что на меня нашло. Чем меня заинтересовала эта блондинка? Вспомнить хотя бы нашу первую встречу в лесу возле озера. На моём излюбленном с детства месте сидит какая-то девушка, смотри вдаль, наслаждаясь здешними пейзажами. Её силуэт выглядел настолько красиво, что я невольно облизнулся. Светлые волосы до пояса, юбка, которая еле-еле что-то прикрывала, я и сам не заметил, как подошёл к ней. Она повернулась, подскочила, видимо, испугалась, хотя кто бы не испугался? Начала спрашивать что-то невнятное. Я вспомнил, что у меня есть моя мужская харизма, сексуальность, немного дерзкий и брутальный вид. Начал с ней разговаривать. Она показалась мне немного взбалмошной, даже глупой. При лунном свете я увидел её молочного цвета глаза, что сразу разбудили во мне другие эмоции. Её недовольный вид смешил меня, вскоре она ушла, а я остался думать о ней. Ведь девушка так и не узнала, что я вожатый. Совсем не подхожу на роль вожатого. Кожаная куртка, штаны с цепями, проколот язык, но самый главный атрибут — кастет, с которым я никогда не расстаюсь. Этот стиль одежды придаёт мне более мужественный вид. Я чувствую себя в своей тарелке, одеваясь так. Но, когда отец пытается сделать из меня его сына, я будто в другой шкуре нахожусь. Я разбил новую машину. Обычная ситуация: сел пьяный за руль, врезался в фонарный столб. Самое ужасное, что меня на год лишили прав. Я совершенно бесполезен. Я не хочу продолжать бизнес отца. Он не только заправляет этим лагерем, но и занимается массой других дел, которые приносят огромную прибыль. Как вы поняли, мы в полнейшем достатке. Да, но я не сын своего отца, я не хочу идти по его стопам, не хочу продолжать его дело. Я хочу развлекаться, ходить по клубам, разъезжать на дорогих машинах, соблазнять девочек.       А что я получил в наказание? Быть вожатым, следить за детишками, помогать им с мероприятиями. Я не нянька. И никогда не буду ей. Да, здесь есть несколько плюсов. Во-первых, я смогу как следует повеселиться, после чего смогу свалить с чистой совестью. Во-вторых, тут много красивых девчонок. Но есть и минус — меня могут посадить. В-третьих, Люси. Она не такая девушка, каких я встречал ранее. В ней что-то есть. Красивая внешность, внутренний мир тоже, наверняка, богат. Мы плохо знакомы, но характер у неё очень интересный. Спокойна, но местами дика. Весёлая, но порой грустная. Постоянно смущается от моих слов или действий. Не понимаю, что я такого сделал? Всего лишь поцелуй, но это был особенный поцелуй. Первый, второй, третий. Они все были разными. Да, я флиртовал с другими, но думал о ней. Делая очередную затяжку, я продумывал план действий по захвату этой крепости. «Обычное сексуальное влечение, » — говорил я. Но на самом деле я не знал, чем всё обернётся.       Люси всегда и во всём была права. Она была очень проницательной. При первой встрече мы нагрубили друг другу, что продолжалось вплоть до второй встречи. Но, когда мы встретились там, на озере, она поразила меня, сказав одну фразу: Я думаю, что ты не такой плохой, каким кажешься. Сначала может показаться, что ты грубый, невоспитанный парень, который матерится на каждом шагу, курит сигареты при детях. Да и вообще, на роль вожатого не тянешь, но мне кажется, что здесь тебе самое место. Даже несмотря на стиль твоей одежды, я не считаю тебя плохим». Хартфилия будто знала, что творится у меня на душе, что я не хотел здесь оказаться. Но её присутствие скрасило мои серые будни. У меня большой сексуальный опыт, чем я и пользуюсь. Да, я переспал с девушкой моего отряда. Я козёл, моральный урод и так далее. Но так уж вышло. Я сделал это в первый же день. Я этим не горжусь, нет, ни в коем случае. Но перед этим я танцевал с ней. Я танцевал с Люси. Это было просто неописуемо. Прошло всего каких-то два дня, а я просто запутался в собственных мыслях. Она не хотела со мной танцевать, пыталась вырваться, но я же мужчина, я сильнее её. Блондинка смирилась со своей участью. Танец закончился, она вышла, а я вслед за ней. Увидев ту пепельноволосую, что подмигнула мне на планёрке, я решил, что пора действовать. Нельзя терять времени зря. Я стоял с ней, флиртовал, шептал на ухо всякие ласковые словечки, что сыграло свою роль. Рыбка повелась на крючок. Но сейчас меня волновало не это. Стоя у той же колонны, я наблюдал за тем, как к Люси пристаёт парень, что пытался пригласить её на медленный танец, но, увы, подошёл я, в чём ему не повезло. Вижу, что дело доходит до крайностей. Решил вмешаться, и это помогло. Парень отступил, а Люси свободна. Но никакой благодарности с её стороны я не услышал, что меня обидело. Когда я видел, как он к ней клеился, чувствовал, что могу потерять контроль. Голос моментально стал грубым, звонким, все мышцы в моём теле напряглись, а в глазах плясал злобный огонь. Но сам факт в том, что она мне не доверяет, и правильно делает. Таким, как я, верить нельзя.       На следующий день я отправил её петь. Когда я спросил, умеет ли кто-нибудь петь, увидел на её лице лёгкий румянец, который она попыталась скрыть за волосами. И тут я понял, что она не хочет себя выдавать. Но от меня ничего не скрыть, всё равно будет петь, как миленькая. Попросил зайти в комнату, чтобы огласить своё решение, она немного повозмущалась, но согласилась спеть, добавив: «Это всё не ради тебя! А ради нашей победы!» Конечно, я ей не поверил. Я чувствовал, что эта девушка что-то скрывает, скорее всего, симпатию ко мне. Она ушла на викторину, после которой была репетиция песни. И опять я позвал её к себе, не зная, зачем. Она пришла туда, и вместо того, чтобы что-то ей сказать, я, как последний дурак, просто прижал её к стене и поцеловал! А в ответ на её вопрос: «Что это было?» Я лишь отмахнулся, сказав, что это был просто поцелуй. Какой же я глупый! Стоя у колонны, я смотрел на неё. Её голос завораживал, по телу проходила приятная дрожь, слова песни эхом отзывались в сердце. Не понимаю, что происходит. Что я испытываю к ней? Сексуальное влечение? Может быть, но пока не проверю — не узнаю.       Я привёл её на то самое озеро, где мы встретились несколько дней назад. Думал, сидя здесь вместе с Люси, смогу понять, что я чувствую. Я сел, показал на траву, чтобы она присела рядом. Случайно взял за руку, хотя, быть может, это не случайность. Смотря на звёзды, я вспоминал её милую улыбку, застенчивость, яркий румянец на щеках, что так красил её ещё больше. Хартфилия спросила, для чего я это делаю, но я в очередной раз отмахнулся, сказав, что ей не понять. Она попыталась встать, но, видимо, забыла, что находится совсем не в выигрышном положении. Я повалил её на землю, навис над ней, в её глазах читался лёгкий страх, что меня заводило ещё больше. Я рискнул поцеловать эту блондинку, но дальше она меня не пропускала и пришлось идти на отчаянные меры: одним лёгким движением руки я расстегнул её платье, спустил ниже, чтобы насладиться красотой её пышной груди. Она хотела вскрикнуть, этим я и воспользовался, чтобы пройти дальше. Всё могло зайти слишком далеко. Мне не хотелось становится в её глазах монстром, поэтому я постарался прекратить это всё, чтобы не наделать глупостей. Она лишь взглянула на меня недоумевающим взглядом. И с тех пор Люси начала меня избегать. Не находя себе места, злясь, матерясь, я срывался на других. Я срывался на той девушке по имени Лисанна, что удовлетворяла меня, заставляя хоть на минуту забыть о блондинке. Я пытался всячески привлечь её внимание к себе. Пытался заставить её ревновать, но она быстро уходила, чтобы не видеть этого. Я звал её к себе в комнату, можно сказать, тащил силком, заходил к ней в комнату, когда она была одна, но она всегда уходила от разговора. Подвернулся момент, когда я мог подойти к ней, но я упустил его. На следующий день я сходил на собрание, где было сказано, что сегодня после тихого часа у нас будет соревнование по баскетболу. Назвав всех людей, которые должны быть в команде, я хотел понаблюдать за её реакцией. Увидев, что её маленькие ручки вцепились в голову, я внутри себя ликовал. «Она не умеет играть, » — подумал я и оказался прав. Эта девушка совершенно не умела попадать в корзину. Сразу же после того, как я объявил новость, Люси взяла мяч и ушла на баскетбольную площадку. Сотни тщетных попыток. Она морально унижена, а я вышел как супер-герой. Показал, как нужно стоять, как держать мяч, но ничего не помогло — пришлось ставить её самому. Мои нежные прикосновения смущали её, я спросил, почему она так реагирует, но она опять начала возмущаться. Странная Люси. Я посоветовал ей сосредоточиться, подумать о чём-нибудь приятном. Не знаю, о чём она думала, но это сработало. Первое попадание. Ещё немного потренировавшись, она сказала, что слишком устала, поэтому решила пойти в корпус, принять душ. И тут я не вытерпел: мне просто необходимо было узнать, почему она себя так вела. Завёл её в ближайшую душевую, включил кран, чтобы не было слышно разговоров, прижал к стене. Блондинка пыталась сопротивляться, но потерпела фиаско. Я спросил то, что было важно для меня, а она попыталась соврать. От меня ничего не утаишь. Когда Хартфилия сказала, что ей не приятны мои прикосновения, я взбесился. Да что со мной такое? Никогда такого не было. Мне вечно было плевать на девушек, и что у них на уме. Но она другая, она не желает бегать за мной, как я того хочу. Она сама пытается диктовать правила. Но то, что у неё есть ко мне симпатия, я заметил сразу. Сказав об этом, её словно током дернуло. «Идиот! Да я таких, как ты, терпеть не могу! Ты думаешь, что мир вертится только вокруг тебя? Ты думаешь, что можешь меня целовать тогда, когда тебе вздумается, а потом идти флиртовать с другими? Да ты просто невозможен! Ты не задумываешься о чувствах других людей, ты самый настоящий эгоист!» — кричала золотоволосая. Она убежала, а я остался в душе, раздумывать над тем, что она сказала. Может, я и правда не тот, кем кажусь на самом деле? Она действительно права, мир никогда не будет крутиться вокруг меня. Я всегда был окружён вниманием девушек, привык добиваться своего. Я почти добился её, но такой вариант не устраивал обоих. Сколько раз я пытался списать это на сексуальное влечение? Много, но не мог признать очевидное — она мне нравилась. Так нравилась, что я сходил с ума. Постепенно, шаг за шагом, я становился безумцем, который жаждет получить эту взбалмошную блондинку. Сейчас я сижу и наблюдаю за результатами моих тренировок — долгожданной игрой в баскетбол. Её слегка покрасневшие глаза наводили на меня тоску — она плакала. Люси плакала из-за меня, что расстраивало ещё больше. Когда я успел стать таким? Куда делся грубый хулиган Нацу? Рядом с ней я теряю контроль, которым всегда умел обходиться. Хартфилия в который раз забивает трёхочковый, я тихо радуюсь, хлопая в ладоши. Счёт был в нашу пользу, но, когда во второй игре мы играли с отрядом на год младше нас, я напрягся. На площадку вышел тот светловолосый парень, что приставал к Люси. Обстановка на поле накалялась, он не давал ни единого шанса Люси, чтобы та попала в кольцо. Она не отрабатывала бросок в нападении, в чём была моя вина. Я думал, что если она девушка, то мало кто будет так грубо играть против неё. Грубый толчок — нарушение правил, Люси лежит на площадке, схватившись за ногу. Я в панике подбегаю к ней, но она отталкивает меня. Не потерплю упрямства в такой момент. — Ты что делаешь? — спросил я, толкая того парня. — Это всего лишь игровой момент. Она в порядке, — с лицом «мне всё равно, что с этой дурой», ответил Стинг. Кажется, так звали того парня. — Игровой момент говоришь? — во мне бурлила злость, хотелось отправить белобрысого в нокаут с одного удара, но за край куртки меня потянула Люси, будто уговаривая, чтобы я этого не делал. Беру её на руки, несу в медпункт, в котором никого не оказалось. Мы молчали, я перебинтовывал ей ногу, чтобы хоть как-то стало легче. — Спасибо, — прошептала она, сдерживая слёзы, которые вот-вот готовы были выступить наружу. — Не за что, детка, — ответил я. — Идти сможешь? — Не уверена, — она попыталась встать, но ступить на ногу она не могла. Её лицо скривилось, боль пронзила тело, будто я сам ощущал это. — Так как врача нет, я сам назначаю тебе постельный режим. Завтраки, обеды и ужины я буду тебе носить. Прогулки на свежем воздухе тоже будут, — твёрдо решил я. Я должен был позаботиться о Люси. Сам обидел, сам и буду исправляться. — А как же игра? — сев на кушетку, спросила Хартфилия. — Для тебя игра закончилась. Ты сделала всё, что смогла. — Но ведь… не зря же я училась играть. — Ты и так забросила мячей в корзину больше, чем кто-либо. И вообще, ты молодец. Я горжусь тобой. Снова эта милая улыбка. Люси совсем забыла, что ещё пару часов назад я сделал ей больно своим идиотским поведением. Опять беру её на руки, чтобы отнести в комнату. Преодолев препятствия в виде лестницы, мы всё-таки добрались до комнаты. Скажу одно: она не такая лёгкая, какой кажется на вид. — С тобой побыть? — спрашиваю я, аккуратно опуская её на кровать. — Если тебе не трудно, — смутившись, ответила она.