Мой лучший враг

— Грей, твою мать! Ты что творишь, ублюдок?! — закричала Эрза на весь отряд, увидев, как Элен, сидя верхом на Грее, совала свой мерзкий язык к нему в рот. — Эрза?! — скинув с себя девицу, удивлённым голосом вскрикнул Фуллбастер. — Ты за всё ответишь, падла! — подняв биту выше плеч, глаза Эрзы сверкнули недобрым взглядом, а Леви панически замахала руками, бормоча что-то невнятное. Приготовившись к удару, Грей зажмурился. Но удара не последовало. Последовал, но не на его бедную головушку. Открыв глаза, Грей увидел Эрзу, которая беспощадно избивала Элен битой. — Грей, сними с меня эту психованную! — вопила Харпер, закрывая лицо руками. — Эрза! Уймись! Это вышло случайно! Перестань её бить! — кричал черноволосый, пытаясь оттащить Титанию от бедной искалеченной девушки. — Скарлет!       Эрза, услышав свою фамилию, что было ужасно редко, остановилась. — Как ты посмел прервать казнь этой стервы? — Так не поступают. — А что, поступают так, как ты? — Что плохого сделал я? — Мог бы не давать ей совать свой мерзкий, грязный язык в твой поганый рот! Ты вообще чем думаешь, идиот? Не забыл, что у тебя есть девушка, которая сейчас сидит в комнате и плачет по твоей вине? — Эрза не на шутку разошлась. Сейчас ей не было дела до Элен, Леви, которая под шумок смылась, потому что не ожидала, что Скарлет сможет ударить кого-то кроме мальчиков. МакГарден шла по коридору и вела пострадавшую в медпункт. — Спасибо, — хриплым голосом сказала та, держась за живот. — Я, конечно, не одобряю твой поступок, но помочь была просто обязана. Зря ты связалась с нашей компанией. Тебе повезло, что ударила тебя Эрза, а не Джувия. Хотя, если Джувия узнает, то просто так ты уже не отделаешься, — рассуждала Леви, подходя к кабинету медсестры. — Боже милостивый! Что с ней стряслось? — спросила пожилая женщина, хватаясь за голову от удивления. Леви посмотрела на Элен. Синевласка ждала ответ, который вскоре она и услышала. — Я упала, — сказала Харпер, — с лестницы. — Ах, вот оно как, — задумчиво произнесла пожилая дама, — тогда пойдём, я осмотрю тебя. Если будет совсем плохо, я буду вынуждена отправить тебя в больницу. Там тебя осмотрят основательно. Харпер кивнула, после чего скрылась в кабинете. Леви облегчённо вздохнула и направилась проверить Джувию.

***

      Нацу затушил сигарету, выдохнул остатки дыма и медленно направился в сторону блондинки. Люси запаниковала. «Почему именно сейчас он решил подойти ко мне?» — думала она. Нацу действовал решительно. Прижав её хрупкое тело к стене, он начал осыпать её нежную, бархатистую кожу поцелуями, отчего с губ девушки сорвался сладостный стон. Этого и ждал Нацу. — Так, ты скажешь мне правду? — спросил Драгнил.       И парень отлично понимал, что теперь она не сможет сбежать от него. Да, вожатый был виноват перед Люси во многом: врал, целовал без любви, использовал, издевался. Но сейчас Драгнил абсолютно серьёзен. Девушка невообразимо манила его своей красотой, умом и даже характером. Мысли Нацу днём и ночью были забиты только ей, никем другим. — Люси, скажи мне правду, — повторял он, — я люблю тебя.       Люси встрепенулась: эти слова отголоском звучали в её голове. Хартфилия вспомнила то время, когда она была вместе с Локи. Они встречались довольно-таки долго, но ни разу он не сказал ей о том, что чувствует, хотя она всегда говорила или писала ему об этом. Слушать признание оказалось приятно. Никогда в жизни ей не говорили эту фразу так серьёзно. Выражение лица было спокойным, но в глазах бушевал огонь. Блондинка стояла, не зная, что ей ответить на это. Сказать, что она любит его, девушка не могла. Но думала она о Нацу слишком часто. Вожатый ей нравился, это точно. Было что-то такое, что отталкивало её от этого странного паренька, может быть, возраст. Да, разница в возрасте была небольшая, но её волновало мнение других. Что, если все узнают об их отношениях? Что им делать? Как им быть вместе так, чтобы другие не знали об этом? Все эти вопросы отталкивали Люси от него.       Хартфилия не могла укрыться от его пронзительного взгляда. Уперевшись своими маленькими руками в его широкую грудь, она нашла в себе силы взглянуть на него без всякого смущения, которое преследовало её ежесекундно, когда она была рядом с Нацу. — Я…ты… мне тоже нравишься, — выпалила Люси, снова опуская взгляд в пол, — но мы не можем быть вместе! — Сначала Нацу обрадовался, но уже через секунду он опешил. Что значит «не можем быть вместе»? — Что ты имеешь в виду? — спросил он грубым голосом. Его не устраивал такой ответ. — Если люди нравятся друг другу, что им мешает быть вместе? Скажи мне, Люси, — Голос поник, а взгляд был слегка растерян. — Что скажут люди? Разница в возрасте всегда пугала меня. Знаешь, я всегда искала парня, который бы подошёл по возрасту. Но тут появился ты, и я просто потеряла голову. С тобой я чувствую необычайную лёгкость. У тебя гадкий характер, ты мне врал, издевался, но я всё терпела. — Ты свалилась на мою голову, и теперь я просто обязан быть с тобой вечно. Какая к чёрту разница, что подумают люди? Общественное мнение всегда будет преследовать тебя. Ты же не вечно будешь к нему прислушиваться. Я хочу быть с тобой, Люси. И я говорю это искренне.       На глазах Люси появились слёзы. Капельки градом скатывались с её щёк, падая на землю. Ещё никогда такого не было. Сейчас девушка чувствовала, что хочет быть именно с ним. Чувствует, что это именно тот человек, который ей был нужен. — Ну же, не плачь. Не ты ли говорила мне, что ты сильная? — усмехнулся Нацу, аккуратно приближаясь к её лицу. Драгнил легко, почти невесомо начал собирать губами капельки слёз, что застыли на щеках. Отойдя, он взглянул в её молочного цвета глаза, в которых то и дело плескалось счастье. — Люси, если ты продолжишь на меня так смотреть, я не смогу сдерживаться. Ещё с самого первого дня пребывания в этом адском лагере я хотел сделать тебя своей. Кажется, что с твоим появлением дни здесь стали намного краше. — Не сдерживайся, — прошептала Люси на ухо вожатому.       Горячее дыхание обжигало его кожу, девушка осторожно приблизилась к его губам и также аккуратно коснулась его уст. Так она проверяла: не сон ли это? Нет, это был не сон, а самая настоящая реальность. И сейчас в этой реальности они существовали друг для друга. Нацу углубил поцелуй. Он был не похожим на те, что были раньше. Его язык опасливо исследовал ротик Хартфилии, пока та пыталась расстегнуть рубашку вожатого. Парень не отставал, медленным движением рук он снимал с неё майку, что плотно сидела на её шее. Сейчас эта сцена была похожа на сцену из любого кино, где пара страстно раздевает друг друга, сливаясь в единое целое. Покончив с рубашкой и майкой, оба не отстранялись друг от друга, а продолжали с дикой, животной страстью наслаждаться этой ночью. Звёзды ярко освещали ночное небо, а где-то в глуби лесной чащи был слышен шелест листвы. Нацу взял Люси на руки и понёс на кровать. А положив её, снова начал осыпать её тело нежными поцелуями. С уст Хартфилии вырывались непроизвольные стоны. Да, это были стоны наслаждения. Чувство возбуждённости не проходило, а с каждой секундой только увеличивалось. Ей хотелось, чтобы он как можно быстрее вошёл в неё. Но этого не происходило. Это было местью. Самой настоящей и искренней местью за то, что Нацу так долго ждал этого момента. Стянув с неё джинсы, рукой он ласкал её клитор. — Ах. — Стон снова вырвался непроизвольно. Но он был настолько громким, что девушка с перепугу закрыла себе рот. — Не стесняйся, я хочу слышать каждый твой стон, — тяжело дыша, прошептал Нацу. Им овладевало желание. — Я боюсь, что нас кто-нибудь услышит. — Ты права. Вас уже услышали, — послышался голос где-то возле двери.       Люси быстро накрылась покрывалом, а Нацу резко встал. В темноте парень и девушка увидели того, кого не ожидали здесь увидеть. — Лисанна? — в унисон заголосили оба.