Глава 18. Решение.
3 февраля 2016 г., 14:53
Первородный вампир, он её любил, но не думал, что так сильно. Её судьба волновала его больше, чем его собственная, но все же он покинул комнату и оставил ей право выбора. Элайджа постоял немного около её двери, послушал, что она делает, но из всех звуков было слышно только её надрывистое дыхание. Она переживала, обдумывая каждый из вариантов её дальнейшей жизни. Затем вампир пошёл в гостиную, там сидели Клаус и Ками. Они о чем-то мило беседовали и не сразу заметили Элайджу, окутанного собственными мыслями. Он был в прострации, смотрел в одну точку и не замечал ничего вокруг.
— Все так плохо? — Ками взглянула на него.
Элайджа дёрнулся от её неожиданного вопроса:
— Не знаю.
— Ты смог её отговорить? — вмешался Клаус, но его брат всего лишь помотал головой.
— Я не вправе решать за неё её жизнь, пусть поступает так, как хочет. Я должен жить как прежде, решать наши семейные проблемы...
— Ты должен бороться за своё счастье! — воскликнула Ками.
— Счастье не зовёт, чтобы за него боролись, оно отвергает меня.
— Не надо вспоминать о Хейли, — продолжала психолог. — Да, она была тебе дорога, но не так, как она. Ты совершенно по-другому смотришь на неё.
— Какая-то странная любовь. Я не понимаю, что происходит, не понимаю себя.
Это речь обещала быть долгой, ведь действительно, то что происходило между Эйвери и Элайджей необъяснимо, странно, чуждо. Но этим рассуждениям помешала старшая сестра Майклсон, она зашла в гостиную и хотела что-то сказать, но в последний момент из её уст вылетело:
— Я кажется помешала. — Клаус на это помотал головой. — Что решила Эйвери?
— Она ещё думает. Скорее всего, она станет вампиром.
Фрея кивнула и быстро убежала из гостиной. Она преодолела расстояние в огромный коридор и распахнула дверь в комнату девушки.
Эйвери даже не шелохнулась с того момента, как ушёл Элайджа. Она все так же лежала на боку, отвернувшись от стакана с кровью.
— Эйр?
— Заходи, промой мне мозги, скажи, что стать вампиром — сделать неосознанный шаг.
Ведьма зашла в комнату и закрыла дверь. Она достала из кармана ветку полыни и подожгла её.
— Что ты делаешь?
— Я хотела поговорить. Я кое-что знаю и хочу рассказать тебе.
— Что же? — Девушка наконец развернулась к ней.
— Совсем недавно я снова пересматривала ту Книгу, которая спасла тебя. Раньше я не замечала этого, но одна из страниц была склеена. — для Эйвери этот разговор становился интереснее. — Отклеив её, я увидела, что там написано о таких, как ты. Описаны все ваши возможности, преимущества, но важнее всего то, что там описан способ сделать вас обычными, не обращая в вампиров.
Эйвери заулыбалась, глубоко вздохнула и готова была кричать от радости. Фрея тоже заулыбалась, но ей пришлось разбавить это счастье толикой печали:
— Но для этого нужно найти другую книгу. Она храниться в старом особняке, в котором держали Кая.
— Кай и сейчас обитает там.
— Тогда это ещё сложнее. Нам нужно постараться, чтобы пробраться туда.
— У меня есть идея. — Бровь ведьмы изогнулась. — Я разговаривала с Каем, он в полной уверенности, что я ничего о нем не знаю и хочет мной управлять. Он звал меня в особняк.
Старшая из Майклсонов заулыбалась ещё больше:
— Значит, ты остаёшься такой же, какая есть?
— Но не надолго.
Они обнялись. Фрея от неё такого никак не ожидала. Она считала её бесчувственной и даже жестокой, но счастливое известие как-то изменили её. Но почему она так не меняется, когда Элайджа рядом с ней?
— Договорились. — Фрея подпрыгнула, встала с кровати и помчалась к двери.
— Фрея! — Эйвери окликнула её.
Ведьма повернулась к ней.
— Не говори им, что я не стала вампиром. Скажи, что я решилась и изменила свою жизнь. Стала сильнее.
Фрея понимающее кивнула, но на самом деле она ничего не поняла. Зачем она решила это скрыть?
Но она не стала сильно над этим задумываться. Она прошла по коридору и вернулась в гостиную. Эйвери тем временем встала с кровати, взяла в руки стакан с кровью и посмотрела в эту багровую гущу. Она не чем-то манила, но девушка резко дёрнулась с места и направилась в ванну. Встав прямо перед раковиной, она вылила содержимое стакана очень аккуратно, чтобы не испачкать белую керамику. Когда в стакане остались лишь подтеки, по она прикоснулась губами к стеклу. Теперь, если взглянуть на стакан, то ни у кого не возникнет сомнений, что она ничего не пила.
— Что там?
Фрея попыталась вообразить из себя актрису. Она совершенно не выражала тех эмоций, которые были наедине с Эйр, она была серьёзна и даже немного печальна.
— Что там? — переспросил Элайджа.
— Она решила стать вампиром.
На самом деле она не хотела обманывать Элайджу. Всех остальных можно, но только не его. Он почему-то дорожил этой девушкой и не хотел, чтобы она портила своё счастье.
Сейчас лицо вампира было овеяно тоской. Он думал, что она что-то чувствует к нему, и это чувство сильнее того, которое вызывает в ней месть. Он думал, что он для нее никто, просто человек, которого она забыла, но он её не забыл и хотел чтобы она вспомнила. Поэтому он и целовал её, но она не хотела этого, она не хотела вспоминать былые чувства, ей были нужны новые. И на первом месте была вовсе не любовь, была цель. Месть. Наказание. Расплата.
— Что она намерена делать?
— Идти в логово, сжечь демона изнутри.
Эйвери действительно на следующее утро встала и собралась идти в особняк. В её медальоне было достаточно силы, чтобы противостоять столь сильному противнику.
— Почему ты идёшь одна? Мы могли бы тебе помочь!
Девушка спускалась по лестнице в чёрной юбке чуть длиннее колена, блузке из черного шифона. Ступая по ступенькам на каблуках, её длинные волнистые черные волосы подпрыгивали, а пальто разлеталось от лёгких дуновений воздуха.
— Мне не нужна помощь. Это моя личная вендетта. — Она усмехнулась. — Где-то я уже слышала эти слова.
Наконец, она спустилась и встала прямо напротив него, руки у неё были в карманах пальто.
— Элайджа. Пойми. Я не та, что была сто лет назад. Я изменилась, я стала сильнее, а сегодня я ещё сильнее. Мне приятно, что ты ухаживаешь за мной, если тебе это нравится, продолжай, но я не отвечу тебе. Я одна и довольна одиночеством. — Она опустила голову, но потом подняла, взглянула ему в глаза и продолжила: — Прошу меня простить, мне нужно идти.
Она обошла его и шикарной походкой, цокая каблуками, вышла из дома.
