Самоанализ

- Вы уверены, что готовы разговаривать сейчас? Ганнибал ещё раз прощупал глазами поникшую фигурку Орихары, всем своим видом намекая, что молодому человеку лучше сейчас отправиться домой и привести себя в порядок. Но Изая отступаться не любил, к тому же, молодой человек прекрасно знал, что если отложит эту беседу на потом, то нынешняя решимость пропадёт, и, возможно, разговора и вовсе не состоится. - Уверен, - немного помолчав, дал ответ на вопрос Орихара. – Доктор Лектер, пожалуйста, я вынужден настоять. Вы мне нужны сейчас даже… скорее, больше как врач-психиатр, чем как опытный коллега. - Выговориться хотите? – понимающе подсказал Лектер. - И разобраться в себе? Ну что же, тут я не могу вам отказать. К тому же, не скрою, мне весьма любопытно. Изая благодарно кивнул, проскальзывая в знакомый кабинет, и буквально упал на широкое мягкое кресло. Тут, наверное, даже спать можно. - Сколько вы не спали? – тем временем справился Ганнибал, закрывая дверь за внезапным гостем. - Больше суток, - неожиданно даже для себя честно признался брюнет. – То, что случилось за эти два дня… - Не оправдывайтесь, - мягко оборвал психиатр, - у Вас, как я понял, были причины для переживаний. А Джек наверняка ещё и отчитал вас за необдуманные своевольные действия. - Так вы уже в курсе, - усмехнулся юноша, - да, я сам от себя не ожидал подобного. Но тогда… просто не мог ничего с собой поделать. Казалось, если буду просто сидеть на месте… - он замолчал, стараясь подобрать слова. - Как ваш друг? Угрозы для жизни нет? - Нет, хвала небесам, - Изая который раз за сутки облегчённо выдохнул, а потом неожиданно захихикал, постепенно срываясь на истеричные нотки. – Вы представляете, нет, вы можете себе представить! Я там чуть с ума не свихнулся, поднял на уши весь отдел, а этот… маньяк просто вырезал Шинре этот несчастный appendix vermiformis! Какая забота, подумать только! - Случилось воспаление червеобразного отростка? Действительно, весьма… необычный поступок для разыскиваемого вами преступника, - кивнул Ганнибал, опускаясь напротив Орихары. – Вам это кажется забавным? - Ему это кажется забавным, - отдышавшись, чуть резче, чем стоило бы, отозвался Изая. – Мне было отнюдь не весело. - Действительно, приятного мало. Изая, вы хотите понять, зачем Потрошитель провернул это не такое уж простое дело, при этом не причинив жертве вреда, что ему совершенно не свойственно? - Конечно! - Как по-моему, ответ очевиден, странно, что вы не догадались. Впрочем, думаю, это можно списать на усталость и сильные переживания. Собственно, он хотел заставить вас переживать, если уж говорить объективно. - Переживать? – не сразу понял Изая. - Часапикский Потрошитель один из тех серийных убийц, которые любят время от времени контактировать с полицией. Нечасто и не слишком навязчиво, но периодически он это проделывает. Видимо, на этот раз он заинтересовался новыми лицами, привлечёнными к расследованию. - Мной и Шизуо. - Именно. Полагаю, Потрошитель старается изучить своих потенциальных противников. И любит немного поиграть с ними, что, собственно, вам уже приходилось наблюдать. Кстати, пропавшего кота ещё не нашли? - Нет. Возможно, несчастной зверушке повезло меньше. - Возможно, но не будем столь пессимистично настроены. Скажите, Изая, что вы почувствовали, узнав о похищении? - Страх, - просто отозвался брюнет. – Я видел фото с мест преступлений, некоторые видел своими глазами. Я даже представлять боялся, что этот сумасшедший мог сделать с Шинрой. - Вот видите. Преступник заставил вас волноваться, заставил на время забыть о своём безразличии к человеческой судьбе, ведь существовала угроза тому, кто вам дорог. Полагаю, вы с ним чем-то похожи – оба любите играть с людьми, перекраивать их жизни. - Не так уж и похожи, - отрезал брюнет. - Он не перекраивает, а обрывает… - Это, по сути, тоже изменение. Потрошитель, возможно, считает, что мир станет лучше без этих людей, или же пытается таким образом заставить их приносить большую пользу, чем при жизни. - Вряд ли от мёртвой Рури Балтиморскому театру будет больше пользы, - хмыкнул Орихара. – Он потерял одного из самых щедрых меценатов в роли её отца. - Найдутся и другие, кто захочет вложить деньги в искусство. Но вряд ли кто-то захочет вкладывать свои сбережения в нечто столь, гм, далёкое от совершенства, как игра этой девушки. К слову, раз уж мы заговорили о театре. Вы наверняка припомните ещё одну жертву Потрошителя, имеющую к нему непосредственное отношение. - Вы про флейтиста? – откопал на задворках памяти японец. – Как же его? Бенджамин… какая-то фамилия была дурацкая. - Распай, - подсказал доктор Лектер. – Бенджамин Распай, первая флейта Балтиморского филармонического оркестра. - Ах да, припоминаю. Подождите секунду, - Изая нахмурился, стараясь отыскать в своём уставшем от бессонницы мозгу необходимую информацию. – Да-да, Распай Бенджамин Рене. Двадцать второго марта Распай не явился на концерт оркестра, а двадцать пятого его тело было обнаружено в маленькой сельской церкви недалеко от Фолз-Черча, Виргиния. Мертвый Распай сидел на церковной скамье во фраке и белом галстуке, остальная одежда отсутствовала. Вскрытие показало, что Распай был убит ударом острого орудия в сердце, а поджелудочная и щитовидка удалены. И к чему мы его вспомнили? - Как я уже говорил, это ещё одна жертва, имеющая отношение к искусству, и один из примеров, когда от смерти человека куда больше пользы, чем он мог принести при жизни? - Что вы хотите этим сказать? – не понял Изая. - Вам приходилось слышать его игру? Если нет, то вам очень повезло, Изая. Я, признаться, до сих пор не могу понять, как его вообще приняли в оркестр. Он постоянно фальшивил, чем портил работу всего коллектива. - Полагаете, убийца хотел улучшить звучание Балтиморского филармонического оркестра? - И у него, надо сказать, получилось. И, если уж говорить откровенно, для самого Распая это был наилучший исход. - Не понял? - Он был моим пациентом, - пояснил Ганнибал. – Постоянным пациентом. К сожалению, лечение результатов не давало, я уже думал, признаться, перенаправить его к другому специалисту. - Сомневаюсь, что кто-то другой смог бы помочь ему, раз уже вы оказались бессильны. Доктор Лектер ответил улыбкой. - Откровенно говоря, мне до смерти надоело его нытьё. В каком-то смысле я даже признателен Часапикскому Потрошителю за избавление от этой проблемы. - Как интересно, - лукаво прищурился брюнет. – А вы будете благодарны, если он и меня когда-нибудь прикончит? Когда я вам надоем? - Вам придётся постараться, чтобы надоесть, - вернул усмешку психиатр. – Вы слишком плохо обо мне думаете, Изая. Я вовсе не желаю вам гибели… - Пока не закончите копаться в моей голове? - Но я не единственный, кто считает это увлекательным занятием. Вернёмся к недавнему происшествию и вашей в нём роли. Как я уже сказал, вы с Потрошителем похожи в своём стремлении перестраивать судьбы людей на свой лад. Но он хотя бы делает это с конкретной и, как ему кажется, вполне оправданной целью. Вы же просто развлекаетесь, считая себя выше людей. - А разве развлечение не может быть целью? - Хороший вопрос. Но вы не добиваетесь этим ничего конкретного ни для себя, ни для кого-либо. Просто рушите судьбы от скуки. Вот наш убийца и решил, так сказать, вернуть вас с небес на землю. Он поставил вас в то же положение, в которое вы сами ставите ваших любимых людей. Сделал, уж простите, подопытным кроликом. Ведь вы тогда испугались, не так ли? Почувствовали себя обычным, более того, слабым человеком, который не в силах ничего изменить, повлиять каким-либо образом. Полагаю, вам это не понравилось. - Естественно! – фыркнул Орихара, чувствуя себя, наверное, ещё отвратительнее прежнего. – А как вы думаете, не было это, к тому же, ещё и намёком, чтобы я отказался от участия в расследовании? - А вы откажетесь? – приподнял тонкие брови Ганнибал. - Нет уж! – в красноватых глазах зажглись нехорошие огоньки. - Теперь я уж точно найду этого психопата.