Не человек

      Возвращение домой... радостно. Да, каникулы получились что надо, было весело и увлекательно, но дома все равно лучше.       Хоть возвращение домой и подразумевает, что встречи с Орионом возобновятся. А теперь... это сложно. За время моего отсутствия я... мое отношение к нему стало теплей. Мы переписывались и созванивались. Болтали о том да о сем, обсуждали все на свете. И это сделало его ближе, чем объятия. И вот теперь мне снова придется встретиться с ним лицом к лицу и теперь меня совершенно не устраивает, что на нем снова будет маска. Я хочу видеть его. Хочу знать.       Но я не могу встать в позу и потребовать снять ее. Потому что он может уйти. А этого я не хочу. Уж себе-то я могу признаться, что на самом деле желаю, чтобы он был рядом. Я... привыкла к нему.       Привычно откликнувшись на утреннее смс с пожеланием доброго утра, я со стоном выползаю из кровати. В каникулах есть много плюсов, но самый большой из них - возможность не вставать слишком рано. Спать хотя бы до десяти утра - это ли не счастье?       Но вот я вернулась домой, и бонусом к этому идет ранний подъем и сопутствующая этому потеря настроения.       Подобно свежеподнятому зомби, едва ли не на ощупь пробираюсь в ванную. Очень хочется спать, очень не хочется идти в колледж. Но я и так пропустила несколько учебных дней и... да не пошла бы и сегодня, ибо пятница, но не вовремя проснувшаяся совесть невидимой стеной не дает вернуться в кроватку.       Благо, хоть квартира уже пуста - родители разбежались по рабочим местам, оставив мне не успевший остыть завтрак и записку "Никто не будет тебя ругать, если сегодня ты останешься". Совесть и лень вступают на новый уровень борьбы. И, пока я не слишком активно двигаю челюстью, поглощая бутерброд, совесть медленно, но верно побеждает.       Кое-как натянув куртку и повесив сумку на плечо, я выхожу из дома. Запираю дверь, поправляя сползающую с плеча сумку, и понимая, что в левом сапоге есть что-то, кроме моей ноги. День ведь только начался, проблемы уже вот они, тут как тут.       Сделав пару шагов от дома, я осознаю, что ходить так все-таки нельзя, и наклоняюсь, принимаясь расшнуровывать злосчастную обувь. А когда разгибаюсь, стоя на одной ноге и держа сапог в руке, передо мной стоит машина. Такая, знакомая до шевелящихся волос, на все еще помнящей про реферат на сто пятьдесят листов голове.       - Прогрессируешь? - интересуется Адриан Георгиевич, выбравшись из машины и облокотившись на крышу.       Он выглядит доброжелательней, чем мог бы, кажется, у него сегодня хорошее настроение.       - Что? - непонимающе уточняю я, хмуря брови.       - Теперь тебе мало ходить нараспашку и ты решила избавится еще и от сапог? - преподавательские губы растягиваются в улыбку, немного насмешливую, но не обидную.       Я смотрю на обувку, зажатую в руке, потом вниз, на поджатые пальцы в тонком носке, потом на улыбающегося мужчину, и фыркаю.       - Вы же понимаете, что это не так?       - Ну я даже и не зна-аю, - протягивает тот, огибая машину. - Мало ли?       - Адриан Георгиевич, это... Что Вы делаете?       - Помогаю тебе добраться до машины в одном сапоге? - скорее уточняет, чем отвечает голубоглазый, поднимая меня на руки.       - Кто сказал, что мне нужно в машину? - смущенно опустив взгляд, интересуюсь я.       Это кажется таким... странным. Чего он вообще меня на руках таскает? Мог бы вот подождать, пока обуюсь, если так уж приспичило покатать.       - Я сказал, - сообщает преподаватель, топая к авто.       - Поставьте меня на место! - сквозь смущение вспомнив о том, что я вообще-то сильная и независимая женщина, командую, взбрыкнув ногами.       Учитывая, с какой легкостью он меня поднял и несет, мои потуги по-любому выглядят жалко. Захочет удержать - удержит. Но свое слово сказать надо! Чего это он тут все за меня решает?       - Не капризничай, - Адриан Георгиевич наигранно хмурит брови. - А то двойку поставлю.       - Это не в Ваших правилах, смешивать личное и учебное, не так ли? - недоверчиво откликаюсь я. - О. И как Вы будете сажать меня в машину, если у Вас руки заняты?       - Звучит так, будто ты победила, - он слишком широко улыбается для проигравшего. И тут же становится ясно, почему: - Если бы я не открыл дверь заранее - так и было бы.       Он усаживает меня на пассажирское сиденье и весьма довольный собой захлопывает дверцу.       Пока мужчина обходит капот, я обдумываю вариант побега, основанный на том, чтобы быстро выскочить из машины и бежать. В одном сапоге делать это не слишком удобно, но картинка, в которой он гонится за мной по улице, угрожая рефератами, а я убегаю, размахивая сапогом (о, а может мне бросить его в Адриана Георгиевича?), заставляет меня опустить голову, скрывая улыбку. И наконец, сунуть руку в обувку в поисках того, что заставило меня разуться.       Химик тем временем усаживается на водительское место и заводит мотор. Очень хочется опять указать на то, что его куртка тоже расстегнута, и, кажется, никогда и не бывает в другом состоянии, кроме случая, когда я лично... Именно на этом моменте я и покрываюсь румянцем, вмиг передумав поднимать эту тему.       - У Вас все еще ремонт? - интересуюсь, параллельно вынимая из сапога пряжку, отлетевшую с маминого ботинка и, по идее, лежащую на тумбочке в прихожей.       - Нет, все уже отремонтировали, - откликается Адриан Георгиевич, не сводя глаз с дороги.       Пользуясь этим, я бросаю на него взгляд. Но тут же сгибаюсь, натягивая сапог на место. А то с него станется и в аудиторию меня на руках нести.       - Тогда почему Вы все еще не вернулись на прежний маршрут?       Вопрос звучит заметно подозрительно, заставляя его широко улыбнуться.       - О, я просто все еще не отвез тебя на заброшенный склад и не убил. Зверски. Не в моих привычках отпускать жертву.       - Не смешно, - я делаю вид, что дуюсь, отворачиваясь к окну.       Но дело в другом. Вот пока мы в аудитории и он там, у доски, все абсолютно нормально. Но стоит мне оказаться... так близко, как что-то неуловимо изменяется, заставляя смущаться и отводить взгляд, словно мне нельзя на него слишком долго смотреть. Это странно и заставляет нервничать, сидя с опущенной головой, чтобы скрыть розовые щеки за волосами.       Машина тормозит, заставляя вскинуть голову и осмотреться. Мы остановились на перекрестке, но это становится не важным, потому как в процессе оглядывания я поворачиваюсь к смотрящему на меня Адриану... и снова на миг тону в голубизне его глаз. Ну вот, опять. Интересно, это заметно со стороны? И что он думает, видя, как я замираю, глядя на него?       - Хорошо, - заявляет химик, склоняя голову набок и тем самым разрушая наваждение. - Я специально продолжаю ездить мимо твоего дома, потому что мне нравятся твои допросы на тему почему я езжу мимо твоего дома.       Я фыркаю. Потом хмыкаю. Потом бросаю на него взгляд:       - Вы же это не серьезно, да?       Мужчина трогает машину с места и пожимает плечами, заставляя меня напрячься. Но тут же к жесту добавляется объяснение:       - Этот маршрут удобней. И короче. И больше мне нравится.       Вот можно было и без уточнения про "нравится", а то понапридумываю себе не пойми чего. Я даже открываю рот, чтобы это сказать, но вовремя прикусываю язык. Давай без крайностей, Лисс, без крайностей.       - Хорошее объяснение, - наконец, выдаю я.       - Звучит так, будто ты не поверила ни единому моему слову, - откликается химик, въезжая во двор колледжа.       - Вполне возможно, - киваю я, перехватывая сумку поудобней. - Спасибо, что подбросили.       - Ты же не хотела, - улыбается преподаватель.       - Не заставляйте меня быть невоспитанной и говорить Вам гадости, - скалюсь я, выбираясь из машины.       Интересно, как выживают те, кто остается с ним на дополнительные занятия? Ведь нет особой разницы между тем, как ведет себя на паре и тем, как он ведет себя сейчас. Просто на паре его энергетика, назовем это так, рассеивается на всю аудиторию, а наедине словно концентрируется. И смотреть на его улыбку, не выпадая из реальности становится намного сложней. Мда, кажется, я начинаю понимать, отчего в него все поголовно влюбляются.       От странных мыслей о воздействии химика на отдельно взятого человека, меня отвлекает Лейси, налетевшая на меня вихрем, и тут же стиснувшая в объятьях.       - А-а-а, ты вернулась-вернулась, я так рада-так рада!       Автоматически обхватываю ее руками, пытаясь удержать равновесие, потом улыбаюсь:       - Я тоже рада тебя видеть.       Едва не заобнимав меня до смерти, подружка все же отступает, ни на миг не прекращая щебетать:       - Ты знаешь, сегодня ты должна заявиться ко мне в гости! Это не обсуждается! Будет тортик, а я расскажу тебе все те новости, которые ты пропустила!       - Оно мне точно надо? - уточняю я, поправляя сумку и убирая волосы за спину.       - Конечно, тортик будет вкусным!       - Я про новости, - улыбаюсь, понимая, что она это нарочно.       - Конечно, - безапелляционно заявляет Лейси. - Как ты вольешься в этот стремительный учебный поток, не зная, что произошло за время твоего отсутствия?       - Не думаю, что это будет такой уж проблемой, - скептически откликаюсь я, бросая взгляд на часы. - Ладно, все это подождет до следующей перемены, иначе я опоздаю на первую в этом учебном году пару.       - Беги-беги, - быстро кивает подруга, и сама уносится по коридору.       Я провожаю ее взглядом. Что-то с ней неуловимо не так, надо бы понять, что именно.

***

      Ответ находится на второй перемене, когда я нахожу Лейс в окружении узнаваемых издалека девчонок. Идеально уложенные прически, дорогие вещи, высокомерный взгляд. Плохая новость второго полугодия - эта компания вернулась.       - Привет, девочки.       Я проскальзываю в этот круг, занимая место за спиной подруги и опуская руки на ее плечи.       - Привет, Мелисса, - откликается самая высокомерная из них. - Все так же служишь верной собачкой?       - Все так же не можешь позволить себе улыбнуться, ибо это портит твой имидж, Шарлотта? - парирую я, показывая широкую улыбку.       Девушка дергается, отчего ее крашенные в блонд волосы, собранные в высокий хвост, начинают покачиваться. Это выглядит симпатично, но не добавляет ей моего дружелюбия.       - Шавкам слова не давали, - откликается стоящая слева от Шарлотты шатенка.       - Так чего ты тогда рот раскрываешь? - я приподнимаю бровь, переводя взгляд уже на нее.       Мне всегда было интересно, с чего они выбрали мишенью для своих насмешек именно Лейси. Из-за ее "странности" или из-за излишней доброжелательности и наивности, но иногда даже меня начинает бесить их поведение. Будто кто-то давал им власть.       Шатенка открывает было рот, но Шарлотта вскидывает руку, заставляя ее промолчать. Бросаю на нее взгляд а-ля "Я же говорила", и смотрю на блондинку:       - Так в чем сыр-бор в этот раз?       - Ни в чем, - высокомерно откликается глава этой шайки. - Мы просто спросили, нашла ли Лейси своего принца.       Плечи подруги под моими плечами вздрагивают. Я вздыхаю:       - Возможно, если бы вы спрашивали это с нормальной интонацией, жизнь была бы проще.       - Я не виновата, что она у тебя такая ранимая, - фыркает Шарлотта. - Думаю, ей стоит быть храбрее, тогда, может, и личная жизнь наладится.       - Думаю, ее личная жизнь - сугубо не ваше дело, - фыркаю я, копируя ее взгляд свысока.       Шарлотта склоняет голову набок, окидывая меня задумчивым взглядом:       - А может, дело в том, с кем она водится? Ты, небось, тоже до сих пор без парня ходишь? Недостаток храбрости - это у вас как пропуск в ваш маленький клуб?       Мой взгляд становится снисходительным:       - А может дело в том, что я не размениваюсь на каждом углу, как некоторые?       - Да у тебя просто духу не хватает на это, - заявляет одна из девушек.       Пожимаю плечами, не удостаивая ее комментарий ответом. Шарлотта шагает вперед:       - Как насчет того, чтобы доказать, что ты не такая трусишка, как твоя подруга?       Я уже даже набираю в легкие воздуха, чтобы от души фыркнуть, но тут мою голову посещает рискованная и, откровенно говоря, паршивая идея. И я прищуриваю глаза, глядя на блондинку непреклонно и немного задумчиво:       - Что ты предлагаешь?       - Лисс, нет! - отмирает подруга, до того тихо стоящая на месте и дышащая через раз.       Вот до чего девочку довели, изверги!       - Спокойно, - откликаюсь я, сжимая ее плечи.       - Ничего такого уж ужасного, - по-акульи улыбается Шарлотта. - Просто мы выберем парня, а тебе нужно будет его поцеловать.       - Лисс! - снова начинает Лейси.       Но я ее не слушаю:       - Я сделаю это.       - Что?       Подруга пытается повернуться ко мне, но я удерживаю ее на месте:       - Я поцелую вашего красавчика, если вы отстанете от Лейс.       - Ты не решишься, - фыркает та самая шатенка, заслужив мой не слишком добрый взгляд       - Лис, это же развод... - едва не плачет подруга.       - Я в курсе, - я пожимаю плечами и перевожу презрительный взгляд на блондинку. - Я сделаю это, и вы больше никогда не тронете ни Лейс, ни меня. Хорошая сделка, не так ли?       "Зачем ты ввязываешься в это?" - вопрошает меня голос разума, но сегодня я его не слушаю. Слишком много странных вещей, и эта вот в том числе. Нужно было сидеть дома, нужно было послать совесть и спать дальше.       Но с другой стороны, это такой шанс заткнуть эту компашку и обеспечить Лейси спокойную учебу, пока они опять куда не скроются.       - Хорошо, - кивает Шарлотта. - Но это должен быть настоящий поцелуй. То есть твои губы должны будут встретится с его и это будет не мимолетное касание.       - При условии, что он не шарахнется, - тут же поправляю я. - Я не буду бегать за ним по колледжу.       В голове некстати появляется утренняя картинка, где убегаю я, а не от меня.       - Это не наши проблемы, - тем временем высокомерно откликается блондинка.       - Тогда, - заткнись, дура. - Стоит подумать и об обратной возможности. Если он не шарахнется, а ответит. Думаю, тогда вы будете нашими должницами и выполните по одному желанию. Одно желание от меня, второе - от Лейс. Для каждой из вас отдельно. Если в исполнении желания будут участвовать двое из вас, это не значит, что долг списан с обоих.       - Он не ответит, - смеется шатенка.       - Чем черт не шутит, - пожимаю плечами я. - Лучше предусмотреть разные возможности, чем потом кусать локти. Так вы согласны?       Девушки переглядываются и кивают.       - Срок - сегодня до заката, - бросает блондинка, разворачиваясь и начиная путь к своей аудитории. - Парень - Адриан Георгиевич.       - Это же не па... - начинает Лейс, но я зажимаю ей рот рукой.       Не то, чтобы я не была шокирована ее заявлением, но спорить сейчас - значит проиграть бой до его начала. Они ведь на то и рассчитывают, что я начну возражать. Это будет отговоркой, это будет проявлением страха. А нам ведь совсем не это нужно.

***

      - Как ты это сделаешь? - Лейс выглядит виноватой и очень взволнованной.       - Не знаю. - я иду по коридору уверенной походкой, но это лишь иллюзия силы.       - Ты...       - Я справлюсь. Не волнуйся. В конце концов, я могу ему солгать.       Шарлотта была столь любезной, что позвонила мне, когда увидела химика в одиночестве сидящим в аудитории. Слава всему, чему только можно, они не стали требовать, чтобы я лезла к нему с поцелуями прямо на паре. Думаю, это оттого, что мы в разных группах и они не смогли бы это лично засвидетельствовать.       Аудитория 215. Удачное расположение. Делаю глубокий вдох. Во что я ввязалась? Компания во главе с блондинкой - в том конце коридора, сверлят взглядами. Посылаю им улыбку и вхожу внутрь. Дверь не трогаю, мне же нужно доказательство.       - Здравствуйте, Адриан Георгиевич.       Преподаватель сидит за своим столом, читая что-то в тетради. Подхожу ближе, растягиваю губы в улыбке.       - Мелисса? - он поднимает взгляд, улыбается уголками губ. - Что привело тебя ко мне?       Я замираю слева от него. Смотрю вниз, на оказавшийся прямо передо мной край столешницы. Сейчас или никогда. Поднимаю взгляд на мужчину, замечая в его глазах беспокойство. Чтож, девочки, если вы не успели добежать, я не виновата.       Быстро склонившись вперед, я прижимаюсь своими губами к его рту, мысленно уповая на эффект неожиданности. Пускай он не шарахнется сразу, пускай замрет, не понимая что происходит. Я не хочу бегать за ним по аудитории, строя из себя маньячку. Склоняю голову, скользнув по его губам своими. Едва ощутимо касаюсь нижней зубами. Достаточно ли пяти секунд, чтобы договор считался выполненным?       Право слово, я бы уже просто прекратила эту игру с замершим от шока преподавателем, если бы знала, как потом посмотреть ему в глаза. Ведь об этом я как-то не подумала. Как я буду ему потом все объяснять?       Я ослабляю касание, и снова целую его, но под другим углом, сменив наклон головы. Вот только глаза открывать боюсь, оставаясь морально не готовой увидеть выражение его лица. И, мне кажется, он не дышит.       Мои зубы снова едва заметно касаются его нижней губы. Я почти собираюсь с силами, чтобы отклонится.       И тут он отмирает. Его губы приоткрываются и он тоже склоняет голову, делая поцелуй идеальным. Я удивленно распахиваю глаза, не успев испугаться, что увижу в этой сияющей голубизне, но его веки закрыты. А в следующий миг я вообще теряю контроль над происходящим. Его пальцы оказываются у меня в волосах. Мужчина встает мне на встречу, а через мгновение я оказываюсь прижатой к стене у доски. Поцелуй становится серьезней, он буквально впивается в мои губы, скользя большими пальцами по вискам. Колени подгибаются, заставляя меня обхватить его шею руками, чтобы устоять на ногах.       Где-то на грани сознания бьется повторяющаяся мысль "Что происходит, черт возьми?!", но разум буквально затоплен сладостью его поцелуя. Сердцебиение сбито, дыхания начинает не хватать. Все мысли из головы вылетают, стертые бешеным стуком сердца и накатившим от поцелуя удовольствием. Даже удивление отступает, остается лишь тепло, перерастающее в жар, растекающийся по венам.       Адриан резко упирается ладонью левой руки в стену у моего уха, разгибает локоть, отстраняясь. Он прерывисто дышит и прижимает вторую ладонь ко лбу, не открывая глаз. Несколько мгновений уходит на то, чтобы вспомнить как дышать. Потом я неверными шагами направляюсь к выходу, стараясь идти быстрее. Я не готова. Не готова к тому, что он откроет глаза.       Хлопок закрывшейся за ней двери кажется колокольным звоном. Прижатая внешней стороной ладони ко лбу рука сжимается в кулак. Медленно вдыхаю. Жду секунду. Выдыхаю. Открываю мерцающие светом глаза.       Сорвался. Как мальчишка. Как глупый, маленький ребенок. Вздыхаю, сжав зубы и сдвинув брови к переносице. Дурак, ой дура-а-ак! Недовольно качаю головой, зажимаю рот рукой. Вселенная, как мне теперь все объяснять? То есть... Изначально. Какого черта она полезла ко мне целоваться?! "Вот если бы ты держал себя в руках, то мог бы догнать ее и спросить".       Но я все еще ощущаю ее вкус. Касание ее губ. Ее запах, словно заблудившийся в моей крови.       Кажется, я попал.