Глава 42 POV Лиам
31 мая 2025 г., 04:27
Я сижу в больничной палате, в которой пахнет спиртом, тишиной и его запахом — тонким, знакомым, едва уловимым, но пронизывающим. Его уже нет. Он снова вышел.
Поцеловал, как будто отдал мне себя.
И сразу забрал обратно.
Я даже не стал звать. Не стал бежать за ним.
Это ведь Зейн. Он боится быть счастливым. Боится, что счастье — это не для него.
А я боюсь, что он никогда не поймёт: я уже простил. Я уже люблю.
У меня сводит грудную клетку. Я прижимаю письмо к груди. Его голос будто звучит рядом. Я будто слышу, как он шепчет все эти строки мне на ухо.
Слёзы. Опять. Я не могу остановить их. Я знаю, что он думает, будто всё ещё виноват. Но я же...
— Я люблю тебя, — шепчу я вслух.
И тут в дверь стучат. Один раз. Второй. Третий — нерешительно.
Она открывается медленно.
— Лиам? — голос хриплый, севший. — Можно... мне войти?
Я молча киваю.
Зейн стоит у самого входа, как будто боится дышать. Как будто этот воздух может его испачкать. Я не могу на это смотреть.
— Ты читал, да? — Он кивает на письмо.
— Прочёл каждую строчку, — поднимаюсь с кровати. — Я прочитал, что ты хочешь лечь рядом. Что хочешь проснуться со мной.
— Да... — его голос срывается.
— Тогда сделай это, Зейн. Ложись.
— Лиам...
— Хватит бежать.
Я делаю шаг. Потом второй. Я уже рядом. Тянусь к его лицу. Касаюсь пальцами щеки. Он дрожит.
— Ты думаешь, что всё испортил. Но ты дал мне самое главное — ты показал, какой можешь быть.
— Я... боюсь, что сломаю тебя снова.
— Нет, — я провожу пальцем по его губам. — Теперь я тебя держу. И мы уже не падаем. Мы летим.
Он смотрит на меня, и в глазах — океан. Глубокий, бушующий, беспощадный и такой родной.
И он целует меня. Не быстро, не рвано — а так, как будто впервые не боится. Мои пальцы в его волосах, его руки на моём лице, и я тону в этом поцелуе, потому что это — всё, чего я ждал.
Между нам вспыхнуло что-то новое, но то, что наверное наконец поставит точку.
Каждое его движение — будто он спрашивает разрешения.
Мои пальцы дрожат, когда я расстёгиваю его рубашку. Тело под ней — горячее, чуть напряжённое. Он смотрит на меня, и я киваю.
— Да, Зейн. Хочу тебя. Здесь. Сейчас.
Он осторожно укладывает меня на кровать, стягивая с меня всё. Его ладони скользят по коже, будто запоминают.
— Скажи, если... —
— Не бойся. Я с тобой.
Он нависает надо мной, наши тела соприкасаются. Его губы — на моей шее, потом на ключице, потом ниже. Он исследует меня, будто это не только первый, но и последний раз. Как будто хочет запомнить всё: вкус, тепло, дыхание, дрожь под пальцами.
Я задыхаюсь от нежности.
— Зейн... — выдыхаю я, когда он оказывается между моих ног, целуя меня, гладя, скользя по коже так, будто просит у неё прощения.
— Лиам... ты — мой воздух. Моё спасение. Моя любовь.
Он входит в меня медленно. Я задыхаюсь, но от блаженства. От того, что он здесь, внутри, рядом. Что мы вместе.
Ритм — то нежный, то резкий, то снова медленный. Он держит меня за руку, не отпуская. Мы целуемся — долго, глубоко. Я чувствую, как он сдерживается, чтобы не быть грубым, и это доводит меня до мурашек.
— Не сдерживайся, — шепчу. — Я твой.
— Нет, — он целует меня снова, — теперь я твой. Навсегда.
И мы теряемся в этом ритме. Пот, стоны, шепот. Я впервые чувствую: это не просто секс. Это возвращение. Это дом. Это свобода.
Когда всё заканчивается, он не уходит. Он остаётся.
Он ложится рядом, укрывает нас простынёй и прижимается лбом к моему.
— Прости, что не пришёл к тебе раньше.
— Главное, что пришёл.
Мы лежим в тишине. Дышим друг другом.
И впервые за всё это время — не страшно.
