Любовь? Не смешите!

Лесли и опомниться не успел, как его причесали и нанесли лёгкий естественный макияж, без которого он прекрасно бы обошёлся. В ответ на возражения служащие агенства только отмахивались. — Не нужно меня пудрить! — Лесли отводил от лица руку с пуховкой. — Мальчишка, да что ты понимаешь! Это необходимая процедура. Без этого никак! — пожилой бета с грамотно наложенным макияжем настойчиво пытался выполнить свою работу, а Лесли не менее ловко уворачивался. — Ты пойми, всю церемонию будут снимать не менее четырёх видеооператоров — и то, только потому что твой альфа оплатил режим секретности на сутки. Иначе бы здесь от журналистов и телекамер было не протолкнуться. — А я-то тут при чём? Это все альфы так браки устраивают? Неужели нельзя без этих камер?.. И при чём здесь пудра? — С альфами будешь сам разбираться, но вас будут записывать на видео обязательно. При съёмке не напудренное лицо бликует. — Что делает? — удивился новому слову Лесли. — Бликует. Под светом софитов кожа лица будет блестеть, и съёмка будет загублена. Поэтому если не хочешь проводить пересъёмку, закрой глаза, успокойся и дай мне выполнить свою работу. Лесли, немного подумав, подчинился, доверившись профессионалам. Он закрыл глаза и откинулся в кресле под накидкой, спасающей новую одежду от частиц пудры. Внешне расслабленный, он крепко сжал ладони на подлокотниках, напряжённо раздумывая о ситуации. Его привлекал свежий запах альф, но и в то же время пугало то, что слишком всё быстро свершается, кардинально меняя его судьбу. А то, что от него совсем ничего не зависело, угнетало ещё больше. Лесли усиленно размышлял о бившихся за него альфах. Если перед боем он слегка побаивался рослого Роберта, угрожающе-крупного, мощного, испещрённого шрамами и воинскими татуировками, то после повторной схватки невысокий Вальдо его стал пугать гораздо больше. Это насколько нужно было быть в себе уверенным, чтобы в течение десяти минут повергнуть на пески арены двоих агрессивных, на голову выше ростом, альф! Особенно впечатлил высокий прыжок с двойными ударами ногами, которыми тот буквально снёс второго противника. Если в первом бою можно было сказать, что Вальдо повезло, то во втором прослеживалась и сила, и ловкость, и тренированность. А больше всего — альфья злость, харизма, непреклонная воля. И это пугало неопытного омегу до дрожи. Когда через четверть часа к Лесли вошли вымытые и переодетые альфы, от мысли, что его сейчас заберут и увезут неизвестно куда, непонятно с какими намерениями, да и с этими, в принципе, чужими альфами, страх его усилился, он побледнел, сжался в комок; но умный альфа отвлёк его разговорами, обнадёжил встречей с родителями и финансовой помощью. То, что не смогли сделать ласковые уговоры, сотворила фермерская практичность. Если новые супруги готовы беспрекословно помочь родителям Лесли — значит, не такие они и страшные. А что на арене высказали жёсткие приёмы — так иначе нельзя… Успокоенного омегу погрузили в лимузин и быстро отвезли в мэрию, где их ждал свадебный ритуал и толпа гостей. Со стороны Лесли — родители и братья, от Вальдо — бригада из дюжины телохранителей, двух помощников и пары видеооператоров с местного телеканала, также принадлежащего семье Ксантос. Только от Роберта не было ни родственников, ни друзей, ни свидетелей. Роберт мог бы пригласить приёмных родителей или сослуживцев, но слишком всё быстро свершилось, и он не успел разослать приглашения. А теперь образовалась проблема: перед началом церемонии регистратор, заполняя данные свидетельства, сказал: — Назовите имена ваших свидетелей и поручителей, готовых подтвердить вашу личность и то, что вы не вступали в брак с другим супругом. За Вальдо поручился его заместитель, за Лесли — один из отцов-альф, ещё и поспоривших вполголоса о том, кто из них достоин этой чести. Спор прекратил папа-омега, ткнув пальцем в одного из альф: «Ты!» Только Роберт перебирал в голове имена сослуживцев — кто жил недалеко и был сегодня свободен от службы, в надежде вызвонить по телефону и получить в ближайшие полчаса такую нужную помощь. Регистратор повторил: — Кто выступает свидетелем и поручителем этого альфы? Вальдо, не дождавшийся ответа, уже повернулся к второму помощнику, одним взглядом и кивком головы понукая того выступить в этой роли, но вдруг из-за спины отцов-альф выступил вперед светловолосый омега, внешне — копия Лесли, только по виду вдвое старше. — Я, Корри Шарлиз, готов подтвердить личность этого альфы и его холостой статус. Это мой сводный брат Роберт. Мы воспитывались в одной приёмной семье. Родители регулярно рассказывают все новости о наших братьях. Роберт — холостой альфа и давно ищет свою пару. Если по запаху он совпал с моим старшим сыном Лесли, я буду только рад вручить своё дитя этому достойному альфе! Это смелое заявление вызвало некоторое удивление в рядах альф, но Вальдо не дал возможности обсудить инцидент. Он прикрикнул на зашептавшихся охранников, недовольно зыркнул на опешивших альф-отцов и поторопил служащего мэрии: — Надеюсь, вы этим удовлетворитесь? Или мне послать вертолёт за родителями Роберта и Корри? Только учтите, я сильно ограничен во времени! — он демонстративно посмотрел на часы, вмонтированные в перстень-печатку. — У вас осталось полчаса. — Нет-нет, всё в порядке! Начинаем торжественное заключение брака…

***

Через час на личный причал гидросамолётов, принадлежащих корпорации «Ксантос Инкорпорейтед», въехал «Майбах» в сопровождении нескольких джипов. От использования лимузина после мэрии Вальдо отказался, объяснив: — Мы сейчас улетаем, а длинномер на пирсе не развернётся. Так что свадебный лимузин отменяется. Надеюсь, нашего омегу такая мелочь не огорчит? Во избежание распространения новости, дабы не порушить отцовский план, Вальдо перенёс торжественный выход из парадного выхода мэрии во внутренний закрытый дворик. Два альфы обняли новоиспеченного супруга-омегу, приподняли в воздух и пронесли от выхода до дверей «Майбаха», под прицелом видеокамер осыпаемые с одной стороны крупными денежными купюрами от служащих фирмы Вальдо, цветами орхидей от работников мэрии и виноградными ягодами из рук родителей Лесли. На пирсе родители стали прощаться с Лесли, наставляя того слушаться супругов, желая счастья и прося не забывать свою бедную семью. — А вы куда собрались? — удивился Вальдо. — Свадьба же у вашего сына… — Но… — замялись альфы Шарлиз. — Нам надо спешить в банк! — опять взял всё в свои руки Корри. — Сегодня последний день выплаты кредита. Иначе завтра они включат штрафные санкции, пени и повышенные проценты. Я не знаю точно всех их манипуляций, но завтра нам придётся платить в два раза больше. Может, мы сегодня уже заберём чек от «Аукциона омег» и выплатим весь долг?.. Вальдо, только увидев умоляющий взгляд Лесли, выдал распоряжение помощнику: — Луис, возьмите у моих новых родственников все кредитные документы и разберитесь с этим банком! — Вальдо повернулся к Шарлизам. — Вы летите с нами, познакомитесь с моей семьей, с отцом и братьями. Свадьбу никто не отменял, вот и проведем её в тесном семейном кругу — только родственники, близкие друзья и главы союзных фирм, с которыми мы ведём дела. — Это тесный круг? — иронично приподнял бровь Роберт. — Представляю, сколько народа, если бы это был открытый приём… — Да, это будет малый приём, не больше двухсот гостей. Отец приурочил это к проведению важных объединений и подписанию договоров. И самое удачное решение — объявить о нашей свадьбе именно в этот момент. Так что, дорогие родственники, прошу на борт гидросамолёта.

***

Самолёт взлетел и приводнился строго по графику. Охрана и семья Шарлиз пересела на внедорожники, только молодожёны с парой охранников улетели на вертолёте, спеша обрадовать отца. Вертолёт приземлился на большой площадке перед имением. Лесли и Роберт удивлённо разглядывали старинный замок, окружённый типично английским парком на фоне средиземноморских скал. Дальше пролегала живописная долина, перечёркнутая тремя горными потоками, которые, сбегая с гор веселыми каскадами, внизу сливались в одну горную речушку. — Это здесь живет твоя семья? — от удивления и любопытства глаза Лесли округлились. — И мы будем в этом замке жить? — Нет, здесь обитает только наш отец. У меня жильё в другом месте. Но если захочешь, мы можем погостить несколько дней. Сейчас я вас представлю семье, затем у вас будет время отдохнуть пару часов до приёма, а я ещё должен обговорить с отцом некоторые нюансы будущих договоров. Пройдёмте, — он провёл своих гостей мимо пары белоколонных беседок, мимо ясно-голубого большого бассейна по мраморной дорожке к дому. Невзирая на то, что в Европе царила поздняя осень, в этом эдеме цвели яркими красками кусты роз и рододендронов на фоне идеальных газонов. Ошарашенный Лесли рассматривал всю эту красоту, не до конца понимая, в какую семью попал младшим супругом. Он уже представлял, как уговорит супругов позволить ему развести свой виноградник — благо, опыт у него немаленький, и результатом его трудов будут не только вино и виноград к столу, но и приличная добавка к семейному бюджету. Он потихоньку приглядывался к почве, прицеливаясь к южным склонам в долину и даже немного парка готов был перепахать под любимый виноград, но тут прозвучали слова, что это не их будущий дом. Лесли только тихонько вздохнул, но Роберт это заметил и переспросил: — Тебя что-то огорчило? Может, сразу скажешь, чем разочарован? Вальдо, в эти минуты обдумывающий предстоящий разговор с отцом, несколько рассеяно пробормотал: — Лесли, милый, ты что-то хотел сказать?.. — Да… Нет… Не знаю… — застеснялся тот. — Мне понравилась долина, я уже и место под виноградник присмотрел… Я знаю о винограде и вине всё, я десять лет родителям помогал. И я думал… — голос Лесли дрогнул. — Я думал, что тут такое отличное место под лучшие сорта винограда! Вы же мне позволите высадить свой виноградник? А теперь я услышал, что мы будем жить не здесь… — Виноград? Виноградник? — мысли Вальдо вернулись от глобальных проблем корпорации до земных семейных забот. — Конечно, если ты этого так хочешь. Или, может, ты выберешь другой свадебный подарок? Дом в Ницце, виллу на Канарах, яхту, самолёт, или остров с бунгало... А может, танкер? — Зачем мне танкер? — удивился омега. — Да и виллы с бунгало не нужны, я теперь замужний омега, должен жить с вами. Или вы действительно взяли меня в этот союз только по необходимости и не желаете видеть рядом? О, тогда я просто вернусь к родителям. Нет, я всё понимаю… Всё честно: вы выплатили долги моей семьи, взамен я рожу вам детей. А остальное время не буду мозолить вам глаза. — Малыш, ты что такое говоришь? — возмутился Роберт. — Даже не обсуждается! Тебя никто никуда не отпустит! Это наш умник Ксантос опять перемудрил с дарами — вечно носится со своими яхтами и танкерами, он и мне их предлагал взамен… А, ладно, не важно… Теперь поподробнее, какой виноградник ты хочешь: уже готовые плодоносные лозы или… — Просто подходящий кусок земли. Лучше было бы, чтобы на склоне, повёрнутом на юг, тогда солнце добавит винограду сладости, а вину — крепости. Ну и почва должна быть плодородная, да и вода там нужна... Такие сочетания крайне редки и все уже обсажены виноградом. Остаются или бесплодные скалы, или хорошая земля, но без воды. А тут долина прямо как на заказ — идеальна и не занята ничем, кроме кипарисов и рододендронов. — Лесли, малыш, ты получишь свой кусок земли под виноградник, даже если для этого придётся продать всё, что у меня есть, — успокоил супруга Роберт. — А Вальдо сейчас мы не будем отвлекать, у него ещё куча забот и нерешённых проблем. Повеселевший Лесли только улыбнулся и кивнул своим мыслям: «Заботливый, всё замечает. Может, этот брак станет счастливым. И свой виноградник будет…» Вальдо провёл их боковыми коридорами прямо в отцовский кабинет, кивком поздоровался и представил спутников: — Отец, официально представляю тебе своих супругов: альфу Роберта Стоуна и омегу Лесли Шарлиза. Два часа назад мы сочетались браком в мэрии Марселя. Прошу тебя принять их в семью. Пожилой представительный альфа с необычайно выразительными чёрными глазами привстал из-за огромного стола, заваленного бумагами, довольно улыбнулся, оценивающе оглядев гостей, и сказал: — Поздравляю, сын. Поздравляю, Роберт и Лесли. Рад приветствовать моих новых сыновей. Отныне вы под защитой и заботой рода Ксантос. С этой минуты вы — часть нашей большой семьи. Сейчас у вас есть час до приезда первых делегаций от арабов и Дакаскосов. Вы сейчас идёте в спальню; что там меж вас будет, я знать не хочу, но при подписании предварительного договора о браке с арабами Вальдомир не должен попадаться нашим гостям на глаза. Вы прямо насквозь пропахли своим омегой. Но через три часа начнется приём, посвящённый браку представителей трёх корпораций, там вы и предстанете втроём. За это время вы должны консумировать брак и закрепить метками. Только не перестарайтесь, омега должен крепко стоять на ногах и выглядеть счастливым. Есть вопросы? — Вместе с охраной едут родители и братья Лесли, — предупредил Вальдо. — Скажи управляющему, пусть им выделит отдельный флигель с зелёным бассейном. Если есть проблемы с нарядами, пусть вертолётом доставят нужное из города. Прикажи им до приёма на глаза чужим не попадаться и о свадьбе не болтать, чтобы не сорвать мне веселье и вторую свадьбу. — Вторую свадьбу? — вскользь переспросил Роберт. — Судя по газетным публикациям, все ваши дети, кроме Вальдо, давно женаты. Если он только что вступил в брак, тогда какая вторая свадьба? Ксантос-старший хищно улыбнулся: — Учитесь, пока я жив. Самоуверенные конкуренты на всё готовы, только бы их дикий необузданный Констанс стал со-супругом Вальдо. Он давно неровно дышит к невысоким молодым альфам, а в довесок он и его дети унаследуют нашу корпорацию. Он сбил нам цены на перевозку нефти, настроил против нас шейхов и выставил ультиматум: или свадьба с самым молодым холостяком рода Ксантос, или дальнейшие убытки и разорение. Арабам надоела чехарда с ценами, и они поддержали эту идею. Через час мы подписываем договор, а через два — свадьба. Арабы даже выделили благородного омегу из рода верховных шейхов под этот проект. Тот, кто посмеет воспротивится, отказавшись от свадьбы после подписания, просто вылетит в трубу. Во-первых, неустойка и плата за обиду роду омеги в пять миллиардов, а во-вторых, после такого оскорбления ни один нефтеторговец-араб не продаст ни одного барреля нефти неверному, пренебрегшему царственным омегой. Главное, чтобы за этот час новость о вас не просочилась в прессу и не достигла ушей Дакаскосов. — Простите, не совсем вас понял. — растерянно произнёс Роберт. — Вы так не хотите этого брака, что женили сына на первых встречных бедняках... А как же договор? Сорвётся? — Нет, с договором всё в порядке, надеюсь. Надо его только подписать, а затем к алтарю выставить одного из альф-холостяков рода Ксантос. Мы и подпишем, и выставим, и браком сочетаем. — А-а-а, — понимающе улыбнулся Роберт. — У вас есть ещё наследники-альфы, которых не так жалко? — Можно и так сказать, — заговорщицки подмигнул Гордиус. — Всё, дети, оставьте грязную политику бизнеса старикам и отправляйтесь в спальню. У вас первая брачная ночь… День… А, не важно. Любви вам и согласия! Уже продвигаясь коридорами вглубь замка, Роберт спросил: — У тебя ещё есть братья-альфы? Или… — Или! — озорно сверкнул глазами Вальдо. — Отец заготовил такой сюрприз Дакаскосам. Арабы примут для своего омеги любого мужа с фамилией Ксантос. Гигант Костанс всегда был жидковат против умных альф, а особенно он комплексует перед моим отцом. — Что? — Роберт едва сдерживал смех. — Твой отец?.. — Да, он единственный холостяк в нашем роду, — и подхватив на руки Лесли, завернул в спальню. — Давай за мной! Не отставай!