Весной растает лед

Когда Хирума вернулся, Сена скинул с себя одеяло и вполне себе вальяжно разлегся поперек дивана, едва ли не пуская пузыри из носа. Дико хотелось придушить его подушкой, но Йоичи ограничился тем, что пододвинул его голой пяткой в бок. - Вроде креветка, что ж ты столько места занимаешь, - пробурчал Йоичи, усевшись на край дивана. Сам он, глянул на телефон в углу комнаты, а потом тяжело вздохнул. Хирума умел обращаться с кем угодно, как угодно, для его же выгоды. Единственное, с кем он не мог говорить, так это с родителями хоть немного важных для него людей. Хотя бы потому, что не поладил и не собирался ладить со своими. Хотя он был им даже отчасти благодарен. Это они выгнали его из дома. Бродя по городу в поисках ночлега, Хирума и забрел на американскую базу, заснув в оружейной. Между прочим, за дверью со сложным кодовым замком. Офицер, который разбудил его утром, получив за это пяткой в нос, решил не сообщать начальникам, что какой-то ребенок умудрился не только проникнуть на базу, но еще и взломать кодовый замок повышенной секретности. - Ха-а-а… - Хирума снова вздохнул. Разуверившись было во всех взрослых и считая их идиотами, он вдруг познакомился с отцом Гена. Тот был во всех смыслах мировым мужиком, однако, тоже не из тех, кто способен был понять те вещи, которые легко принял его сын. Мусаши сам об этом предупредил. - Несмотря на это, он мой отец, и я его люблю. Тогда-то Хирума навсегда уяснил для себя простую истину. Никто никому ничего не обязан. Никто не обязан тебя принимать и понимать. У каждого свое мнение по любому вопросу. И то, что Мусаши отказался принимать его помощь, когда речь шла о компании отца, это решение Хирума тоже не сразу понял. У каждого человека свои принципы, несмотря на это, они остаются твоими друзьями, если ты сможешь это понять. Но все же хорошо, когда мечта одна. Это связывает. Йоичи достал телефон Сены, но тот ожидаемо был мертв. Купание в реке ему в этом помогло. Можно было бы не звонить родителям Кобаякавы. Но насколько Хирума помнил, там какая-то дюже примерная и любящая своего единственного сыночка семья. Такая успеет в полицию пару раз съездить и всю округу на уши поставить из благих побуждений. Раздраженно бросив телефон Сены в урну, потому что возиться с ним Йоичи не собирался, а аналогичных моделей у него был целый нижний шкаф стола, Хирума все-таки взял в одну руку трубку стационарного телефона, а в другую Черную Книжку, отыскав нужный телефон. Конечно же, все явки и пароли на этого коротышку у него появились еще в первый день Сены в их школе. Более наивного парня он не встречал. Как можно думать, что его просто так будут подкидывать? Верх идиотизма. Как только трубку взяли, Хирума не стал проявлять чудес актерского мастерства, применив самый обычный развод, который можно было проявить. Наверняка мать Сены так же лопоуха, как ее сынишка. - Я, я, это я, я… - удачно копируя интонации Сены быстро сказал Хирума. - Сена, это ты? – тут же раздался милый голос. – Ты пошел к друзьям? - Да-да, буду завтра, - Хирума и представить не мог, что будет настолько просто. - Хорошо, не хулиганьте там, пока-пока, мой кузик! Хирума положил трубку, чувствуя, что его сейчас стошнит от чужой любви. Чего ж так сладко-то? И чего этому чиби не хватает? Родители в нем души не чают. Хирума разделся до трусов и улегся на диван, размышляя, мог ли кто вне школы донимать Сену. Конечно, могли бы. Но все его возможные противники знают, на что способен Хирума даже, если его не злить, а если разозлить? - М… - Сена перевернулся и прижался к нему, уложив свою небольшую ручку ему на грудь. Хирума хотел отпихнуть его, потому что уши у него начали краснеть, температура подниматься. Но Йоичи выдохнул. Отчасти его бесило, что Сена сейчас был таким милым и беззащитным. А другая его часть заставила накрыть их обоих одеялом и сделать вид, что так и надо. Ну в самом деле, сопит у него раннер подмышкой, что такого? Утро для Хирумы время особенное. Утром особенно хочется кого-нибудь убить. Или задушить подушкой. Как вариант. Нет, Сена еще сопротивляется! Даже заехал ему, смеясь, пяткой в нос. Когда они оба тяжело дышали, причем Сена почему-то улегся на него, Хирума понял, что проснулся. И настроение у него впервые прекрасное. Но ровно до того момента, как Сена смачно чихнул. Креветка, конечно, судорожно извинялась и даже попыталась побежать в ванную, но Йоичи вовремя схватил его за руки. С температурой даже звездные раннеры представляют из себя обычных больных людей, которые могут упасть, когда в глазах темнеет. - Успокойся уже, а то реально придушу. Сена забился в дальнюю часть дивана. Хирума удовлетворенно хмыкнул. - Вопрос с завтраком открыт. Что будешь? Ну? Считаю до трех! Вытри соплю свою! Раз! - А.. я… - Сена втянул воздух, пытаясь загнать болезнь обратно, а Хирума уже протягивал ему пачку одноразовых платков. - Два! - Тосты с вареньем! - Успел, - фыркнул Хирума. – Полежи в кровати, я пойду куплю тосты, джем… И что-нибудь из еды. Кажется, тосты им за еду не считались. Когда Хирума вернулся, Сена спал. Снова хрипло дыша. Йоичи это не очень нравилось. Ладно, если просто простуда. А если пневмония? Тяжело вздохнув, он достал свой телефон и все-таки позвонил в скорую. Пока она не приехала, Хирума собирался кормить Сену тостами. Вообще сидеть на диване, смотреть телек и есть, было забавно. Особенно потому, что Сена намазывал ему тосты маслом, потом поливал джемом. Хирума и сам бы справился, просто, когда ему сунули готовый – не отказался. Сена собирался чихнуть, а руки у него были в джеме. - Терпеть, чиби! – приказал Хирума, схватил платок и прижал его к носу Сены, спасая их завтрак. Сена чихнул и виновато уставился на Хируму. Йоичи, скрипнув зубами, достал второй платок. - Сморкайся. Давай, не ребенок. Хотя именно на ребенка Сена и был сейчас похож. Но, кажется, Сене и без его замечаний было слишком неловко. - Прости… - Не гунди. Я все понимаю. Просто не люблю с другими возиться. - Извини… Хирума решил помолчать. А то Сена будет извинятся до бесконечности. В дверь позвонили. Сена испуганно замер. - Чертов старик. Чего его принесло так рано? Хирума поднялся, дошел до двери. - Да отомри ты уже, Сена! Это Мусаши. Кажется, Сене это не особо помогло, он просто неловко улыбнулся, заворачиваясь в одеяло. - Йо. Ты что не одет? – Мусаши оглядел Хируму насмешливым взглядом. - Чем тебе трусы не одежда? Ген фыркнул. - Я завтракаю. Ты на часы смотрел? – язвительно сказал Йоичи, но Такекура втянул носом воздух. - Тосты? Я тоже хочу. - Ах, черт, как ты меня достал. Ну проходи. Такекура деловито вошел в квартирку, сразу распознав в кульке на кровати их раннера. - О! Сена! Привет! - Привет… Мусаши-сан, - бледно сказал Кобаякава. - Ого… - рука Гена уже коснулась лба Сены, а Хирума закрыл тем временем дверь. Другая рука Такекуры цапнула тост и, наконец оставив Сену в покое, принялась поливать его (тост) джемом. - Ну парни, красиво жить не запретишь. Ну так что, может сказать Мамори, что Сена всю ночь провел у тебя и ему было очень жарко? Сена вспыхнул, Ген, глянув на него, захохотал. Хирума тихонько усмехнулся. - Прекрати. В отличие от нас, эта креветка невинна, как новорожденный котенок! Ген снова открыл было рот, чтобы сказать что-то ехидное, но Сене, похоже, стало жарко под одеялом, так что он, откинув его и оставшись в халате Йоичи, решил доесть завтрак. - А если серьезно, ты вызвал скорую? – спросил Ген. - Да, уже сейчас приедут. Так что проваливай на тренировку. И не вздумай истории клепать. - Вот уж запретил, так запретил, - фыркнул Ген, потрепал Йоичи по голове и вышел. Сена проводил Мусаши взглядом. Хирума усмехнулся. Он знал этот упрямый взгляд. Креветка ревновала! Она так же смотрела на Мамори, а теперь и Гену досталось. Хорошо, что Мусаши не видел, а то начал бы издеваться. Вообще Ген умел молчать. Зато вечером, когда они втроем проводили время уже без команды, этот паршивец припоминал всем и все. Вот уж точно в тихом омуте… - Ну и что это еще за взгляд, чиби? Забудь, вы в разной весовой категории. - Я не… - Сена дернулся, потом вздохнул, а потом упал на диван. Как раз в это время в дверь постучали. Это уже явно был врач. Хирума наблюдал за осмотром, усевшись на стул, поставленный задом на перед. Руки он сложил на его спинку и не спускал с врача пристального взгляда. - Какая у тебя группа крови? – спросил врач у Сены, просмотрев студенческий, который протянул ему Йоичи. - A, - сообщил Хирума. - Вес? - 54.* - Рост? - 160*. Сена неловко улыбнулся. - Кто это вообще? – спросил врач, строго глядя на Сену. - Мой семпай… - И почему он так много знает? На лбу у Хирумы взбухла жилка, и он потянулся к оружию. - Все хорошо, Хирума-сан! – приподнял руки Сена, в мирном жесте – ладонями вперед. - Давайте вы закончите свое обследование и уйдете? - уверенно попросил, фактически потребовал Сена у врача. - Он мой капитан в клубе, естественно Хирума-семпай следит за всеми показателями. Сена привычно тараторил, привычно улыбался. Так что Хирума оставил автомат в покое. С недавних пор, он заметил, что чиби научился смягчать углы в общении между ним (Хирумой) и обществом. Раньше этим занимался Мусаши, а теперь довольно часто встревала креветка. Сначала это Хируму удивляло, типа, откуда чиби такой смелости набрался, неужели взрослеет, а потом просто привык. Сейчас, когда он не был занят своими делами, а просто наблюдал за Сеной, то снова обратил на это внимание. - У тебя нет никакой пневмонии, малыш, - заметил врач, проведя рукой по каштановым волосам. - Замашки свои брось, а то ты живым не уйдешь, - предложил Хирума, изогнув бровь. Ему крайне не нравилось такое поведение взрослого. Ему слышались уголовно-наказуемые нотки по статье педофилия. Врач глянул на Йоичи, а потом снова повернулся к Сене. - Хотя вообще, положу-ка я тебя в стационар. - Положу-ка я тебя лицом об пол! – прежде чем Сена успел что-то сделать, Йоичи, схватив автомат, прикладом сломал одну деревянную ножку табуретки врача и тот смачно грохнулся на пол. Йоичи тут же потащил его за шкирку по полу к выходу. Хирума был уверен, что Сена неловко улыбается, но совсем не удивлен. - Очень смело, сенсей, с вашим послужным списком заявлять такое. Или мне позвонить вашему начальству и рассказать кого они наняли? – как всегда едко заметил Йоичи, в конце нагло хихикая. Врач побледнел. - Нет, - буркнул тот, поднялся и вышел. - И что мне, еще одну скорую вызывать? – почти про себя поинтересовался Йоичи, и только потом посмотрел на Сену. - Ну что, очаровашка. Уже и доктора совратил? - Да я не… Хирума фыркнул, глядя как Сена вспыхнул, забеспокоился. - Ну что, оставайся здесь. Отдыхай, а я пойду на тренировку. - Нет… - Что “нет”? – Хируму бесило, когда люди сопротивлялись здравым и логичным суждениям. Или его суждениям, которые он, естественно, не подвергал сомнениям. - Я посижу на скамейке запасных… - С температурой? Точно пневмонию захотел. Однако, померив ее еще раз, она не оказалась такой уж высокой. - Горло болит? - Нет. - Ну, если не врешь, то собирайся. Но тренироваться не будешь. Это было бы уж точно чересчур. Два дня погоды не сделают. Пусть побудет балластом. Оставлять его здесь, означало либо запереть на замок, либо дать ключи. Ни то, ни другое по внутренней технике безопасности Хирумы Йоичи не проходило. Сена собрался довольно быстро, сказывалась спортивная подготовка. Глаза его были темнее, чем обычно и вид у него был уставший. Так что пинать его и подгонять, Хирума не стал. Утренняя тренировка, судя по воплям, уже началась. Йоичи в высшей степени не хотелось, чтобы Сена сидел на лавке. Но Кобаякава выбирал сам, кто же он такой, чтобы мешать ему заболевать еще больше? Ах да, капитан. Первым, раньше Цербероса, к ним выпрыгнула Мамори, начав тут же причитать. Сеночка, мол, вид имеет бледный, да не смей его сегодня нагружать. - Лучше бы шарф ему свой отдала и перчатки, чертов менеджер, - рыкнул Йоичи. – Что, чертовы дети, совсем расслабились? Ну-ка побежали, чтоб пятки сверкали! Сейчас переоденусь, узнаете что по чем и минутка волшебства. Мамори ворковала над Сеной. Хирума выдохнул – значит за мальчишку можно не волноваться, в надежных руках. И правда, когда он вышел, а переодевался капитан очень быстро, Мамори уже поила Сену из термоса какой-то оздоровительной фигней. Интересно, Сена рассказал, как провел ночь? Или не стал, раз он больше не делится информацией с Мамори? Почему, кстати, не делится? Крутым мужиком себя почувствовал? Йоичи, проецируя на себя, подумал, что если у него была бы подруга, как Мусаши, то ему было бы плевать, что она девка. Друг это друг. У него нет пола. - Ксо-менеджер! Хорош сопли детям вытирать, - с гонором сказал Хирума. – Начинаем нормальную тренировку! Исполняй уже свои обязанности. - Хирума! – возмутилась она, но бросила Сену, тут же хватая свои бумаги, разноцветные ручки и занимая более удобную позицию, чтобы оценивать происходящее. Как менеджер, она была прекрасна, Хирума это видел и ценил. Йоичи же взяв автомат на изготовку, встал с краю поля, расставив ноги на ширине плеч и скомандовал: - Сбор! – поманив игроков своим длинным указательным пальцем. Креветка смотрела на него, а потом горестно вздохнула, болтая ногами. Вообще, Сена понимал, что ему надо было просто пойти домой и там отлежаться. Но домой ему не хотелось идти каждый вечер. Вроде как и контрольные сегодня должны были быть. И на тренировку уж хотя бы посмотреть, раз играть не получается. Чувствовал он себя терпимо, да и забота Мамори, которая обычно доставляла ему проблем, сейчас была уместна. Йоичи, конечно, совершенно не ревновал, а был счастлив, что обузу кто-то принял. Мысль была неприятной, но ее Сена быстро отпихнул. Разве он не знал, с кем собирается встречаться? Очень даже знал. К тому же, встречаться для галочки, что это будет? Может, что-то вроде форменного рабства? Личная креветка дьявольского капитана? Как Сена и рассчитывал, долго посидеть ему не дали. Капитану постоянно что-то надо было от него. Мамори злобно зыркала на Йоичи, но помешать толком не могла. К тому же задания Хирумы заставляли Сену подолгу оказываться в корпусах школы. Кобаякаву покачивало от всей этой беготни и усталости, так что даже волноваться по обычным для него пустякам, мол, как я заговорю с незнакомыми людьми из клубов, администрации и т.д, сил уже не оставалось. Но Кобаякава точно знал, что на скамье на улице столько времени он бы не просидел. Кадзуки и остальные в очередной раз наблюдали, как Мамори набросилась на Хируму едва ли не со шваброй, а Йоичи демонстративно ковырялся в ухе. Точно так же, впрочем, делает Мусаши, когда на него орет Хирума. - Это из-за того, что я тебе сказала? – крикнула вдруг менеджер, а Хирума недоуменно глянул на нее. - Сена тут не причем! А я от своих слов не отступлю. Йоичи фыркнул. - Успокойся, женщина. Водички вон попей… - Хирума протянул ей бутылку, и Мамори тут же умолкла, принимая ее. Легкий румянец не разглядел бы слепой. - Ну, что уставились. Следующий розыгрыш, яродомо! Сена тяжело уселся на лавку, вернувшись с очередного "задания" капитана. Мамори была донельзя счастливой. - Ты знаешь, он такой заботливый, - сказала она. – Ничего. Я не сдамся. В конце концов, я точно знаю, что нравлюсь ему, просто он слишком горд, чтобы признать это. Сена ничего не ответил. Ему было плохо. Температура поднялась, слова Мамори добавили его сердцу тяжести. Поэтому покрытие почему-то стремительно приблизилось к носу. - Сена! – вскрикнула Мамори, а Хирума, который находился близко от края поля отреагировал мгновенно. Но единственное, что он успел, это в падение подложить свою ладонь под щеку Сены, смягчая удар. - Ты что, слепая? – рыкнул он на Анезаки. – За плечо хотя бы придержала! - Я… - Мамори нервно сжала бутылку. – Задумалась! Хирума уже поднял Сену на руки. - Я с тобой! – упрямо заявила Анезаки. – Кто знает, что… Хирума косо на нее глянул. Мусаши тем временем хлопнул в ладоши. - Так, товарищи, не отвлекаемся. А то получим пару новых дырок… от пуль, Монта, о чем ты думаешь? если будем халтурить. Хируму раздражало, что Анезаки прыгает вокруг него. Прыгала бы вокруг Сены, это бы не так его бесило. Так нет, хоть Йоичи и нес Сену на руках, Хируме было очевидно, что прыгают именно вокруг него. Хирума глянул на тяжело дышащего Сену. Надо было его дома все-таки оставить. Но ничего, в школе тоже можно отлежаться. Медсестра тут же подскочила. Сочетание самой ужасной проблемы школы – Хирумы Йоичи и главы дисциплинарного комитета Мамори Анезаки выбивало ее из колеи, но с тех пор, как эти двое действовали под единой эгидой, пришлось привыкать. Хирума уложил Сену на койку. - Сначала надо было снять куртку, - недовольно сказала медсестра, - да и ботинки. - Да сейчас, ксо! – рявкнул Йоичи так, что та умолкла. Мамори вежливо улыбалась, но ничего не говорила. Могла бы и вступиться бы. Йоичи вообще не очень нравилось, что Анезаки по мере того, как Сена становился игроком все сильнее, перестала обращать на него свое внимание. Убрать излишек – это неплохо. Но теперь его местами не хватало. Вот как сейчас. Взять бы ей все в свои руки, нет? Хирума осторожно освободил Сену от куртки и пиджака, расстегнул две пуговицы на рубашке. - Ксо-менеджер, что стоишь? Совсем мозги отвалились? Сбегай за его запасной спортивной одеждой. В толстовке спать удобней будет и теплей. С обогревом тут как-то не але. Кстати, почему? - Ты еще здесь? – Хирума приподнял бровь. – Ты вроде не из тех, кому я повторяю логичные вещи два раза. Мамори нахмурилась. - Это лишнее. Ты сам говорил… Сена закашлял в глубоком сне, в который, видимо, перешел обморок. - Сейчас принесу! – Мамори выбежала из кабинета медсестры. Хирума никогда не смотрел на нее, как на идиотку. Но сейчас был именно такой взгляд: уставший от чужой дурости. Пока же он завернул Сену в одеяло, показал медсестре пальцем, что пора бы заняться его игроком и сам вышел в коридор. Потом он спрятался за колонну, потому что Мамори уже влетела обратно вместе с вещами. - Сена! - А… Мамо-нее... - голос чибиске был измученным, но, кажется, Сена даже рад был видеть ее. - Вот. Переодевайся. - Мне кажется, или ты зла? – невинно спросил Сена. - Сена… Ты издеваешься, что ли? - Я? – голосок у креветки невинный и обеспокоенный. - Почему он так носится с тобой, а? Еще с первой игры, когда ты добрался до очковой зоны, хотя противник должен был тебя раздавить, а ты мог уйти за линию, между прочим, и не создавать никому проблем! - Мамо-нее… Ты же тогда не знала, что я Айшилд… - Сена наверняка неловко провел пальчиком по щеке. Такая у него была манера, когда он испытывал смущение. - Узнав, я все проанализировала. Ты пытаешься привлечь его внимание. Так вот, Сена. - Внимание… Я? Мамо-нее… - Слушай сюда! Сена икнул. - Парни его не интересуют. Даже не думай об этом! Даже если он согласится с тобой встречаться, то только для галочки! Поматросит и бросит! Забудь про отношения с ним! - Мамо-нее… - Сена наверняка весь красный от смущения. Но из-за приступа кашля не продолжил. Йоичи прикусил губу. Плохо его креветке сейчас, ой как плохо. Только ему вмешиваться глупо. Он же не рыцарь в сверкающих доспехах. Он вообще так себе человек. - Я же тебе говорила, что он мне нравится! Почему бы тебе не вести себя как друг, и отойти в сторону! Хирума цыкнул. “Почему бы тебе не вести себя как друг, чертов менеджер? Совсем на почве односторонней любви двинулась? Это же твой друг! Младший брат! Или что ты там пела?” - Я не подхожу! – рыкнул вдруг Сена. – Но и отойти не могу! Что поделать! Что я могу поделать со своими чувствами! Я не пытаюсь выпендриться перед ним! Да, я хочу показать себя с лучшей стороны, но не ради него! Ради команды! Победы, цели, мечты! Да, это он дал мне эту мечту! Но Йоичи это Йоичи, а футбол - это футбол! Голос у Сены пропал. Остался только сип. Потом и он прекратился, видимо, Сена откинулся на подушку. Хирума же решил вернуться к команде. У Мамори наверняка есть совесть. Об этом Мусаши и говорил, что женщина, как друг, будет сильно отличаться от парня-друга? Но это что? Когда в них ревность говорит, совсем мозг отключается? - Как Сена? – спросил Кадзуки. Впрочем, он озвучил вопрос от всей команды. - На обеде узнаем, - резко ответил Йоичи, так что остальные проглотили языки. – Марш бегать! Никто не стал задавать вопросов, потому что по-настоящему злым Хируму они видели довольно редко. Хирума жадно глотнул воды из бутылки, наблюдая за Мусаши. Они тоже кричали друг на друга. Даже дрались. Только Йоичи казалось, что он скорее отрежет себе руку, чем… Мамори плюхнулась на скамейку рядом с ним красная и взъерошенная, заставив Хируму отвлечься от своей мысли. - Как там Сена? – сухо поинтересовался Йоичи. - Теперь уже Сена? Почему креветкой не называешь? – нахохлилась она. - Потому что я всех называю по имени, периодически. Мамори умолкла. Это было правдой, он и ее называл, бывало. Будто в уме вел подсчет сколько раз и кого называл по имени. Хирума мог. Он держал многое в голове, просто, как правило, нужное. - Так, меняем тактику. Последний розыгрыш, а потом на занятия. ** Сена никогда не думал, что Мамори скажет ему что-то подобное. В отличие от родителей и окружения, она знала правду. Как-то он ей на это просто намекнул, а Анезаки сразу поняла, но предупредила, чтобы больше Сена об этом никому не говорил. - Девушки еще могут это понять, а вот парни не поймут никогда. Это будет слишком унизительно для тебя, Сена. Сене сегодняшние слова Мамори были очень обидны, хотя зерно для ревности у Анезаки все же было. Как ни крути, Хирума ему нравился, и она не могла этого не видеть. Но привязать чувства к амерфуту… было слишком неприятно. Сначала Хирума влюбил Сену в игру, а потом уже в себя. Это были для Кобаякавы две разные позиции. В обед к нему завалились Кадзуки и Тогано с Куроки. - О, живой? - Давай мы тебе сбегаем, что-нибудь купим? - А то Хирума ушел куда-то с Анезаки, наверное, в ресторанчик пошли. Сена закрыл глаза. Через силу улыбнулся. - Не надо. Купите горячего кофе. Иначе будет тошнить. Хотя Кобаякава был голоден, но мысли голод перебивали. Куроки рванул к выходу первым, Тогано следом, а Дзюмондзи замер в дверях: - Сена, что-то случилось? Ты уже неделю сам не свой. - Все хорошо, Дзю, - прошептал Сена, удивившись про себя. – Все хорошо. - Да, поэтому свалил нахрен с прохода! – выдал хриплый голос. – Что креветка, суши будешь? А придется. Хирума уселся на кровать Сены, заставляя того тоже усаживаться. - А где Мамори… - тихо спросил Кобаякава. - Она меня так задрала за сегодня. Липнет каждую секунду. Стоит, наверное, в очереди в столовке. Кадзуки хмыкнул и вышел. Когда они уже поели, в комнату залетела Анезаки. - Хирума! Сена! – Йоичи как раз сломал пластиковую упаковку и засовывал ее в мусорное ведро. Кобаякава быстро подскочил. - Вам надо побыть вдвоем… Наверное. А я пойду домой. - Иди домой, Сена, - очень строго сказала Анезаки. Кобаякава вздрогнул. Но, схватив куртку, проскочил мимо нее. Он не мог знать, что его ждет. На самом деле, Сена понял все с первой фразы матери: - Анезаки-чан нам все рассказала! Отец, как всегда, прятался за газетой. Зато громкости матери хватало за двоих. - Почему мы должны узнавать такое от соседей? Ты хоть понимаешь, как это унизительно? - Что унизительно? – тихо, почти без сил, спросил Сена. Как Мамо-нее могла с ним так поступить? Все ради того, чтобы отвадить от Хирумы? - Мало того, что тебе нравятся мальчики, так ты еще и отбиваешь парня у Анезаки? У тебя совесть есть? Если у кого-то отношения не надо лезть в них! Я тебе это не раз говорила! На чужом несчастье – счастья не построить! Сена тихо кашлянул – в горле запершило до адской боли. - Не прикидывайся больным! Где ты был прошлую ночь? Ну-ка марш в свою комнату – думать! Но Сена вывернулся из ее руки, хотя и пришлось бросить сумку на пол, и выбежал из дома. Он даже смутно не представлял, куда идти. Мамори наверняка найдет нужные слова для Хирумы. Может, он сегодня все-таки свел их вместе. В любом случае, податься ему было некуда. Сена всхлипнул. Небо заволокло тяжелыми снеговыми облаками. Сене только снега на его голову не хватало. Сена думал, что может зря Хирума его спас. Кобаякава нашел в себе силы усмехнуться глупой мысли. Да, ему некуда идти, но жить-то есть ради чего. Главное полицейским не попасться. Вернут родителям. Кобаякава весь продрог, хотя ему было жарко. Озноб? Какой-то парень указал на него другому рукой. Кажется, это были кто-то из Дзокугаку. Но Сена бросился бежать. На всякий случай. Куда бежал он не понимал, просто вперед, не разбирая дороги. ** - Даже не думай идти следом за ним! – гневно сказала Мамори. – Не надо давать ему напрасную надежду! - Напрасную? – усмехнулся Хирума. – Тебе вообще какое дело. У самой шансов – ноль. Отлипни уже от меня, чертов менеджер. Занимайся командой. Дел невпроворот. Йоичи чувствовал, как в нем поднимается раздражение, делая фразы еще более рубленными, чем обычно. - Он – гей! - выкрикнула Мамори. - А? Хирума цыкнул. Так легко выдавать чужие секреты? Друг, такой друг. - Теперь понятно? - прикусила она губу. Глаза ее от чего-то наполнились слезами. Но у Хирумы такое поведение вызывало явную неприязнь. - Что понятно? – тихо переспросил Йоичи. Его тихий голос был опаснее всего. Он скрывал шквальные чувства. - Всю неделю он думал, как скажет об этом родителям. Что ж, я ему помогла! - То есть, ты знала? – выдохнул Хирума. Ему показалось, что это он получил пощечину за Сену. Как если бы доверился Мусаши, а тот его предал? - Он просто намекнул! Но я все поняла. - Да, ты же умная. А мы тут дураки, ничего не подозреваем. В общем душе моемся и не подозреваем об опасности. Мамори качнула головой. - Я не об этом... Она не могла не чувствовать опасность от такого голоса. - Сену ждет увлекательный разговор, и он больше не будет мне мешаться под ногами, - упрямо заявила менеджер. - Увлекательный разговор, это у нас с тобой, Анезаки. Какая псина тебя укусила? - Отчаяние! – выкрикнула девушка. – Ну что во мне не так? Почему я тебе не нравлюсь? - Нравилась. Немного, раньше. Но явно не теперь, - выдохнул Хирума. - Почему? - Терпеть не могу тех, кто так подставляет своих друзей. Ради своей выгоды. Йоичи отбросил ее в сторону за плечо, так что девушка влетела в стену. - Подумай о том, что сделала. Ты же умная. Если поймешь, я тебя прощу. Ты мне нужна в команде. Но только поэтому. Не тешь себя иллюзией, чувств к тебе у меня нет. Медсестра докурила пятую сигарету. - Кажется, спектакль на сегодня закончен? – фыркнула она. – А было весело. ** Сена поднял глаза вверх. Снег повалил валом. Снежинки падали на его ладони и таяли. Снег заглушал все вокруг, все звуки. И ему казалось, что он один в этом белом мире. ** Хирума добежал до дома Сены, позвонил несколько раз, и ему открыла перепуганная мать Сены. - Где Сена? Где он? – Хирума с ужасом услышал в собственном голосе надежду. - Не знаю, - всхлипнула женщина, дрожащими пальцами касаясь висков. По щекам ее потекли слезы. – Не знаю. Найди его, пожалуйста… - Мать вашу! – Хирума бросился прочь, судорожно думая, куда мог пойти чиби. - Руи! Это я. Скажи своим, пусть ищут Сену! Да ничего не случилось! Найти его – срочно! Йоичи бросился со всех ног по тем маршрутам, которые на его вкус, подходили бы уставшему и замученному мыслями Сене. Нашел он Кобаякаву странно, но по его смеху. - Цер! Ну хватит! Хирума выдохнул. Оказывается, Церберос нашел пропажу раньше, и теперь развлекал Сену на свой манер. То побегал, то руки полизал. Бульдог был горячим. Настолько, что мог согреть и ледышку. Во всяком случае, Церберос позволял Сене обнимать его, возможно понимая, что парнишке это тепло жизненно необходимо. А потом, Сена, сидя на снегу и гладя пса, замер, услышав шаги Хирумы. Когда тот навис над ним, поднял взгляд. - Ты уже все знаешь… Да? - голос Сены просел. - Я по-твоему кусок дебила, что ли? Сена уставился в снег. Хирума видел, что Кобаякава плачет. По крайней мере по снегу это было заметно. Церберос лизнул его в щеку, но Сена только с трудом сжал его загривок в ответ. - Пойдем домой, чиби. Я устал бегать за тобой по городу. Нервы, они знаешь ли, не восстанавливаются. Забирайся. Сена с удивлением увидел его спину перед собой. Кобаякава осторожно коснулся его плеч, а его уже подхватили под ноги, рывком поднимаясь. Сена едва не упал, испуганно обняв Хируму за шею, чем едва не задушил. - Полегче, чертова креветка! - П-прости…