Losing You

Девушка хватается за руль автомобиля, нервно всхлипывая, и попутно пытаясь завести двигатель машины, чтобы отправиться в сторону дома Дэвида Мэдсена. По щекам текут горячие слезы, в груди всё ужасно ноет, потерять близкого сердцу человека — последнее, что она хотела. Макс дышала тяжело, хватая ртом воздух, сжимая руки в кулаки. Вот-вот и эмоции, обрушаться на неё, словно ведро ледяной воды. Дурацкая машина всё-таки заводится и Колфилд отправляется к дому Прайс. Дорога расплывается перед глазами, слезы туманно застилают глаза. Моргнув несколько раз, девушка раз за разом фокусирует взгляд, чтобы не попасть в аварию. Что она могла поделать? Создать своими способностями новое торнадо? Макс определённо этого не хотела. Должен был быть другой путь, свой собственный, без использования режима Бога. И несмотря ни на что, она уверенно двигалась к нему на встречу. Однажды, все испортив, шатенка получила ценный урок — нельзя играться с силой, цена которой, жизни людей. Безрассудные действия ведут к не контролируемому хаосу, в котором нет места здравому смыслу и стремлению угодить всем и вся, к чему так усердно стремилась Максин. Ты либо поможешь себе, либо другим, больше вариантов нет. Может быть это судьба? Сначала приобрести ценный урок, прежде чем снова рваться в бой? Или таким образом кто-то навел Макс на мысль, что её способности должны быть обузданы? Если это так, то у них это прекрасно получилось. Эти силы словно наркотик — один раз попробовал и навсегда остался зависим, как бы ты не пытался внушить себе, что завязал. Взгляд девушки сменился с жалостного до уверенного, стального. Ведь, еще немного и она доведёт дело до конца. Совсем чуть-чуть, и финал как-никогда будет близок. Действуя на поводу у своих эмоций, Макс сделала первое, что тогда пришло ей в голову: отправилась спасать Рейчел. Надо было сразу же предупредить Дэвида. Но, что если бы он не поверил ей? Сейчас она уверена во всех своих догадках, как и в гнев, что душит её сердце. Злость поглощала шатенку, нервно пульсируя в висках. Мысли девушки плавно перешли от самобичевания до неутолимой жажды крови Марка. «Нужно было просто найти пистолет и пристрелить этого ублюдка. И всё равно, что было бы со мной! Как же я его ненавижу». Под гневным монологом в своей голове, девушка не заметила, как добралась до дома Хлои. Постучав в дверь, и подождав ответа, к ней на встречу вышел Дэвид, удивленно уставившись на девушку. К счастью или нет, но у охранника сегодня был выходной день. — Макс? — приподняв одну бровь, выкинул Дэвид. Нельзя сказать, что он был рад её присутствию. Тем не менее, жёсткий взгляд Колфилд в его сторону, после глупого вопроса расставил все точки над «и», — кхм, проходи. Едва зайдя внутрь дома, девушка моментально оглядела такое знакомое, почти родное место. Всё было таким же, ничего не изменилось, ничего кроме самой Макс. Сделав глубокий вдох, а руки сжав в кулаки, она повернулась в сторону Дэвида, с осторожностью наблюдавшего за девушкой. — Теперь я точно знаю, что мистер Джефферсон виновен, — взгляд Макс буквально пылал огнём, — потому что Рейчел у него! — Что? Макс, что произошло? — Дэвид выпрямился. — Я…Мы подбросили отслеживающее устройство, и…когда пропала Рейчел, лишили… — Я ведь просил, ничего не предпринимать без моего ведома. Дал тебе свой номер на случай чего… Что если бы с тобой что-нибудь случилось? — военный перебил девушку. — Итак случилось! Он схватил Рейчел! — голос Макс предательски дрогнул, заставляя сердце учащенно биться. — Я пыталась её спасти, но оказалась там слишком поздно. Возможно, он её уже… — шатенка прикрыла глаза, и из глаз потекли горючие слёзы. — Макс, — он встал на колено, — посмотри на меня, — чуть более мягко заговорил Дэвид. — Скажи где там? — На старом, давно разрушенном заводе Аркадии. В руинах будет спуск в подвал, — девушка отвела взгляд от начальника охраны. — Я тебя понял, — он положил руку ей на плечо, — мы найдем её, слышишь? Я сейчас же соберу своих старых знакомых, и мы отправимся туда. — Главное, чтобы не было слишком поздно, — пробормотала Макс, вытирая слезы, тыльной стороной руки. — Идём, — он потянул Колфилд в сторону кухни. Дэвид налил Макс стакан воды и протянул в руки шатенки. — Тебе нужно успокоиться — девушка забрала стакан и сделала пару глотков, погружаясь в себя с мыслями. — Дэвид, какого чёрта я играю на гитаре и слышу какие-то крики в нашем доме? Чем ты там занима… — синевласка застыла в проходе, когда увидела фотографа, — М-макс?  — Хлоя, сейчас не до твоих выходок! — грозным тоном произнёс Мэдсен. — Каких выходок? Мужик, какого чёрта здесь происходит? — осторожно, словно кошка Хлоя подбиралась навстречу Макс, но встретила преграду под видом Дэвида. Охранник посмотрел на шатенку, а затем снова перевёл взгляд на падчерицу: — Мне срочно нужно ехать. Макс, никуда не уходи, до тех пор, пока я не вернусь. Мы не знаем, что еще у него на уме, поэтому лучше перестраховаться, — Дэвид кивнул в сторону фотографа, подошёл ближе к прибывающей в прострации Хлое, положил руку ей на плечо и продолжил, уже обращаясь прямиком к дочери Джойс, — мне нужно, чтобы ты присмотрела за ней. Мужчина скрылся за дверь ведущей в гараж, а Хлоя медленно подошла к шатенке стеклянно смотрящей в одну точку. — Макс? — тихо, и с нотками заботы произнесла подруга. Никакой реакции от фотографа не последовало, что весьма сильно насторожило девушку. Она подошла чуть ближе и взяла стакан из рук брюнетки, убирая его прочь. Колфилд медленно перевела взгляд на синевласку и каменное лицо, с которым она всё это время смотрела сквозь стену, исказилось от боли. Макс робко приблизилась к Хлое и уткнулась ей носом в ключицу. Сердце панк-бунтарки учащенно забилось от близости, а внутри что-то сжалось от мысли, что кто-то причинил вред этой малышке. Не понимая происходящее вокруг, Прайс просто поддалась чувствам и прижала Макс к себе, нежно приобняв руками. Время замерло, обе девушки буквально растаяли в объятиях друг друга. Хлоя зарылась лицом в её волосы, вдыхая запах ванили смешанный с ароматом шампуня, а Макс обвила руками вокруг талии девушки, держась за то, последнее, родное, что у неё осталось. Сквозь тишину в комнате, было слышно, как уехал Дэвид, как стрелка часов тикала, разбавляя атмосферу отчужденности этих двоих, и как всхлипывала Максин, ухватываясь за тонкую майку Хлои. — Макс, — с мягкими нотками в голосе произнесла Хлоя, с неохотой отрываясь от девушки. Колфилд подняла свои серо-синие глаза на бунтарку, одаряя её нежным взглядом, — расскажешь мне, что произошло? — Я…облажалась. Снова, — фотограф печально ответила, переключая внимание на предметы в комнате, уводя взгляд от девушки напротив. — Не смей так говорить, слышишь? — Хлоя провела внешней стороной руки по щеке девушки, вновь привлекая внимание фотографа к себе. — Рейчел может умереть, потому что я была недостаточно сообразительна, чтобы уберечь всех! — Хей, тш-ш-ш, — прошептала Хлоя, приподнимая девушку за подбородок, а затем обхватывая лицо ладошкой, — Я не знаю о чём ты говоришь, и что там у вас произошло, но… одно я знаю точно: такой человек, как ты, сделал всё, что было в его силах, — она улыбнулась ей, стараясь приободрить. Макс уставилась в такие родные и до боли любимые глаза Хлои, а синевласка вновь почувствовала то самое притяжение, как и тогда в комнате. Два пламенных взгляда встретились между собой, заставляя каждого из обладателей тонуть друг в друге. Беспамятно и окончательно потерявшись в происходящем, бунтарка накрыла губы подруги своими, прикрывая глаза, наслаждаясь сладостным моментом. Хлоя робко, пытаясь не спугнуть девушку прерывает поцелуй, вновь заглядывая в серо-синее пламя, что со скоростью света разгоралось рядом с панк-красавицей. Девушка притягивает фотографа сильнее к себе, чувствуя разрешение на дальнейшие действия. — Макс…- смакуя имя на устах, Хлоя захватывает нижнюю губу зубами, оттягивая вниз. Языки девушек переплетаются между собой, и брюнетка делает шаг назад, упираясь в кухонную стойку своей спиной. Поцелуй становится всё настойчивее и жарче, заставляя Колфилд приобнять Хлою за шею, послушно поддаваясь её движениям. Прайс целовала трепетно, нежно, со всей любовью, что была в ней, и которую она никогда больше никому не показывала. Только Макс. Мысли девушек куда-то запропастились, оставляя лишь голые чувства и страсть двух сердец. Воздуха в легких перестало хватать, заставляя бунтарку оторваться от мягких, теплых губ Колфилд, опаляя своим дыханием щеку девушки. Сходя с ума от переизбытка чувств, Хлоя спускается к шее Максин, прикасаясь к ней губами. В ответ на такие действия Колфилд запускает руку в слегка жестковатые от краски волосы Прайс, начиная неспешно поглаживать. Хлоя продолжает покрывать шею Макс поцелуями, а затем касается губами мочки уха фотографа, нежно целуя ее. Неожиданно для себя, слегка теряя контроль над разумом, Хлоя подхватывает Макс за бёдра, усаживая на столешницу, а её губы вновь поддаются навстречу губам брюнетки, втягивая ту в глубокий поцелуй. Синевласка запускает свою руку под рубашку Макс и начинает гладить спину, заставляя брюнетку издать тихий стон, который Хлоя сразу же поймала своими губами. Как бы она не хотела эту маленькую и милую шатенку, она понимала, что неумелые и несмелые движения Макс служат для неё знаком утихомирить свой пыл, хотя бы на сегодня. С неохотой отстраняясь от желанных губ, бунтарка сделала шаг назад, возобновляя безопасное расстояние между ними. — Макс, ты не представляешь, как я хочу раздеть тебя на этом самом столе, — Хлоя взяла руку девушки в свою, переплетая их пальцы меж собой, — но, позволь мне хоть раз в жизни начать отношения не с секса. — Отношения? — девушка наконец-то улыбнулась, с интересом всматриваясь в лицо напротив. — О, мне показалось или ты недавно отвечала мне на поцелуй? — Хлоя состроила задумчивый вид, — ох…ну раз показалось, то… — тебе не показалось, — Макс притянула Хлою за руку чуть ближе к себе. — Я так и знала, — они соприкоснулись лбами, умиротворённо прикрыв глаза. Прайс впервые чувствовала себя так спокойно и легко, потому что рядом с Макс мир становился крылатым чудом. Ей хотелось стоять и наслаждаться теплом Колфилд, как можно дольше. Этот момент был чем-то особенным для них, будто минута объединения мыслей воедино. Благодаря, синеволосой бунтарки, фотограф ненадолго забыла, что час назад буквально сходила с ума от гнева и ненависти. А сейчас, в её душе вновь сиял свет, свет любви. Макс не могла поверить, что спустя столько времени они всё-таки вместе. Она жива и невредима, целует её без слез на глазах, без прощальных слов, без грустной улыбки напоследок. Ведь, Хлоя не упорхнёт, как бабочка, а будет рядом, даря тепло своей улыбкой. У неё получилось спасти жизнь панк-красавице, чудом обойдя законы времени. Да, и не только ей одной, процент на то, что Эмбер могут спасти — есть и будет. Надежда умирает последней, поэтому Макс остаётся ждать и надеяться, еще раз увидеть счастливую улыбку Рейчел на лице. Может быть в этой вселенной судьба на её стороне, как и сама жизнь. Макс хотелось в это верить… — Я дома! — взрослый женский голос, раздался в прихожей, после небольшого хлопка дверью. Девушки испугано отпрянули друг от друга, и Прайс выглянула из кухни. — Мам? — Макс сползла с кухонного стола, прячась за спиной Хлои. — Вечер, милая. А где Дэвид? У меня тяжелые сумки, — продолжила она, не видя шатенку на кухне. — Я помогу, — она взяла пакеты из рук матери, и понесла на кухню, встречая Макс очередной улыбкой, — Дэвиду пришлось уехать по делам… — Оу, у нас гости? — рассматривая Колфилд, Джойс поставила пакет на кухонный стол, — снова твоя просто подруга? — О…это… — Хлоя замялась. — Макс Колфилд, — продолжила она за синевласку, улыбаясь Джойс. — А я-то думаю, кого ты мне так сильно напоминаешь… — шатенка увидела, как лицо Джойс приняло серьёзный вид, и то, как сильно женщина напряглась. — Вы знакомы? Ой, точнее…я не знаю, что точнее. Мам? — Когда-то наши семьи очень тесно общались между собой, — она повернулась в сторону Хлои, и улыбнулась ей, — даже хотели познакомить вас в детстве. Но, потом тот несчастный случай… — С-случай? — фотограф пробормотала себе под нос. « Что я еще изменила? Что произошло?» — Мне жаль Макс. Твой отец был…прекрасным человеком, — сердце Макс казалось, остановилось в этот момент, девушка просто замолчала. Хлоя тревожно посмотрела на побледневшую брюнетку. « Был…» Макс оглянулась по сторонам, цепляясь взглядом за каждую вещь, будто это поможет сейчас не упасть. Девушка посмотрела на свои дрожащие руки, словно только что убила ими кого-то. Она не могла предсказать такой исход событиям в этом мире. Всё, что она хотела, когда создавала эту реальность — спасти Хлою, или хотя бы дать ей шанс на спасение. Хочется заплакать, но девушка ничего не чувствует. Душа заполняется холодной пустотой и сожалением к содеянному. Каждое действие имеет последствие, видимо плата за человеческие жизни, слишком высока. Только никто об этом не упомянул, когда она шагнула неизвестности в лицо, меняя события местами. Хочешь использовать силу — будь готов ко всему. — Макс…ты в порядке? — заботливо обратилась к ней Хлоя. — Ох, прости дорогая, я не должна была говорить об этом. Просто хотела, чтобы ты знала, как хорошо мы относились к нему, — она тяжело вздохнула. — Я…Я… — сердце внутри Колфилд вот-вот разорвется от боли. Еле понимая, что ей говорит Джойс с Хлоей, она приняла единственное решение, которое могло прийти к ней в голову, — извините, мне пора… — Ох, — Мать с дочкой переглянулись между собой. Старшая Прайс уже несколько раз пожалела о сказанном, — да, да, конечно. Но, Макс их не слышала, полностью погружаясь в себя. И, не осознавала то, как выбежала на улицу устремляясь прочь. Ноги сами по себе бежали куда-то вдаль, пока соленые слезы скатывались по щекам девушки. Шоковое состояние окутало Макс, с такой силой, что она не почувствовала, как чьи-то родные, теплые руки сгребли её в объятия, нашёптывая слова успокоения. Хлоя всё понимала, так ей казалось. Она теряла отца, знает, как это больно, как тяжело, как невыносимо. Но, то что Колфилд косвенно причастна к его смерти усложняет и без того тяжелую ситуацию. Чтобы она не говорила ей — всё бесполезно. Усадив брюнетку в свой старенький пикап, Хлоя повезла Макс в общежитие, каждый раз посматривая в её сторону, следя за состоянием девушки. Дождь выступил на ночном небе, ударяя каплями по всему корпусу машины. Их маленькое счастье — наслаждение друг другом, сменилось грустным настроением со стороны Хлои, и печалью со скорбью со стороны Макс. Если всё снова начинает безуловимо рушиться, то неужели с этой реальностью ей придется попрощаться? Но, сможет ли она? Сможет ли отпустить голубые глаза, так заботливо следящие за ней всю дорогу. И как теперь жить, как смотреть в глаза матери? Почему она не узнала об этом раньше и ни разу не заглянула в телефон, не посмотрела в контакты? Не обратила внимания, что в телефоне нет сообщений от отца, которые она всегда получала? Почему в дневнике не было не одного упоминания о родителях? «Что теперь?» Макс взглянула на Хлою, и та одарила её легкой улыбкой, от которой слегка потеплело на душе. Звук дождя немного успокаивал нервы, и в тоже время вводил в апатию. Девушка вдруг вспомнила все свои сны, которые посещали её в этой реальности всё это время. Тело вздрогнуло, когда до неё дошла мысль, что это единственный день, когда ей не снилось ничего. Рейчел. Она видела её, прощалась с ней, но до сих пор остается шанс, что она жива и Марк не успел ничего сделать. Тогда…к чему ведут эти сны? «- Но, пока ты несешь лишь разрушения самой себе. И с чего ты взяла, что на тебе это не как не сказывается?» — девушка думала над этими словами. Может именно под ними подразумевалась смерть отца? Чем больше она погружалась в себя, тем больше начинала болеть голова. Макс заволокло темнотой, полностью в которую ей не давала впасть Хлоя, рассказывая маленькие истории из её жизни…

***

Девушки припарковались у здания академии, смотря в мокрые разводы на лобовом стекле. Между ними повисло молчание, которое брюнетка поспешила разрушить: — Спасибо, дальше я сама, — неожиданно для себя прохрипела Макс. Бросив печальный взгляд в сторону Хлои, она собралась выйти из машины, но синевласка явно думала иначе, поэтому положила руку ей на плечо, не давая уйти. — Макс, я знаю какого это, и…замыкаться в одиночестве самая плохая идея из всех, что может прийти тебе в голову. Между нами всё так поменялась буквально за неделю, для меня этого много значит.— Колфилд не могла не повернуть голову в сторону Прайс, не заглянув в эти манящие и пылающие от нежности глаза, — то, что произошло тогда, на площадке… Я видела, как ты упала. Мне тогда показалось, ты летела вниз вместе с моим сердцем, — Хлоя мысленно усмехнулась самой себе, она впервые так распинается перед кем-то. — А затем это притяжение в комнате, и этот поцелуй сегодня. Меня просто тянет к тебе. И если ты думаешь, что после всего я позволю тебе остаться одной с такой грустной мордашкой, ты меня ужасно недооцениваешь. Я тебя не оставлю, смекаешь? — Максин улыбнулась, любой бы улыбнулся. — Смекаю, — устало выдавила из себя девушка. Это могло задеть Хлою, но не сегодня. Синевласка лишь сильнее захотела быть ближе к этой шатенке. — Идём, буду провожать тебя, как верный рыцарь, — они вышли из машины, чувствуя как на лицо стали капать капельки морозного дождя, — как мокрый верный рыцарь! Макс попыталась прикрыться сумкой над головой, но вместо этого над девушкой подняли серую олимпийку, пытаясь укрыть её от слез ночного неба. — Между прочим, когда я говорила мокрый я видела, как на твоём лице проскользнула ухмылка! — Что? Неет! — у синевласки отлично получилось вытянуть шатенку из мрачной апатии. — Отлично, моя девушка извращенка, — пропищала Макс в паре метре от поворота к общежитию. — Как? Как ты меня назвала? — Хлоя остановила фотографа, окончательно обрекая их на полностью промокший вид. Девушка не подумала, что сказала и потупила взгляд. — Нет, нет. Скажи это еще раз, пожалуйста. — Моя.девушка… — робко повторила Макс, чуть покраснев. Колфилд не была уверена, насколько точно они разобрались в отношениях с Эмбер. Но, шатенка надеялась, что Рейчел достаточно умна, чтобы понять, что к чему. Хлоя наоборот была уверена в том, что раз Колфилд ответила ей на поцелуй в комнате, значит они уже обо всём поговорили с Рейчел, и сейчас её совесть чиста, всё честно. Просто влюбилась. Просто открылась. И, теперь просто купается от счастья, заглядывая в такие, родные и любимые серо-голубые глаза.  — Максин Колфилд, — позади девушек раздался голос, от которого Макс вздрогнула всем телом, а сердце утонуло в пучине страха. Девушки медленно обернулись, оглядывая мужчину в темном костюме и зонтом над головой, с вызовом смотрящего на них. Знамений фотограф Марк Джефферсон предстал перед девушками в облике самого дьявола на фоне проливного дождя. Хлоя не знала всей это истории, но взгляд этого мужчины насторожил девушку, заставляя с опаской смотреть на каждое его движение в их сторону. Макс дрожала, ей стало страшно, разум словно вновь оказался в проявочной, душа девушку воспоминаниями. По лицу Колфилд бежали капли дождя, не давая собственным слезам выйти наружу. Но, голос Хлои напомнил Макс, что ей до сих пор есть за что бороться, как и всегда. — Мистер Джефферсон? — Знаешь Макс, я думал мы с тобой похожи. Я и ты, когда впервые увидел твои снимки, когда ты впервые заговорила о жертве ради искусства, о запечатлении страха, — он увереннее приблизился к девушкам, держа руку в кармане. — Я никогда не была похожа на вас! То, что вы сделали с Рейчел и другими это не искусство, а ваше больное представление! — Хлоя в оцепенении наблюдала за двумя фотографами, в недоумении от слов Марка и напряжении от слов Максин. Колфилд непроизвольно для себя встала чуть впереди Хлои, чувствуя опасность от темного силуэта, уверенного в том, что заставлять людей страдать ради своих снимков — это нормально. — К сожалению, с Рейчел я не успел сделать ничего, потому что ты влезла в то, во что тебя не просили. Я думал, что Виктория станет моей временной моделью, но ночью мне на глаза попалась Рейчел. Эмбер была моей основной целью с самого начала, но ты постоянно крутилась возле неё, и по случайным обстоятельствам не давала мне её поймать, — он ухмыльнулся. — Всё это время я думал она — тот кто мне нужен. Но, знаешь, мои камеры засняли ваш с ней весьма интересный разговор. Ох, и твои глаза на камерах излучали то, что я так давно искал — страх, паника, отчаянье. И, хотя ты разрушила все мои планы, появлением копов в моем маленьком музее искусств. Я пришёл к выводу, что ты будешь моей лучшей моделью! — он вытащил руку с пистолетом из кармана и направил в сторону Хлои, — но сначала я избавлю тебя от ненужного общества. Пока Джефферсон разглагольствовал на тему искусства. Прайс быстро среагировала, потянувшись к пистолету в задней части кармана штанов. С тех пор, как Фрэнк напугал её на свалке, она решила, что лишняя подстраховка никогда не помешает. Да, и чувствовала с ним она себя намного увереннее. Вот только стрелять в людей в её планы не входило. Медленно, чтобы Марк не заметил, она стала вытаскивать пистолет из-за спины. Макс стояла в нескольких сантиметрах от Хлои, и когда она услышала последнюю фразу, она потянулась сделать то, что твердило ей её сердце — закрыть собой синевласку. Защитить жизнь той, ради которой она так долго боролась. «- Вот что ты получишь в конце пути, по которому идешь!» — дарк Макс была права. Это было предначертано ей судьбой. Раздался выстрел, и молодой фотограф, схватившись за живот, падает на колени. Хлоя направляет пистолет Дэвида в сторону Марка и наугад стреляет в него несколько раз, пока тот не падает, истекая кровью. Прайс бросает оружие на сырую от дождя траву и опускается вниз рядом с Колфилд. — Глупышка, что же ты наделала, — она приподнимает Колфилд за голову, и кладёт её на себя, осматривая рану на животе. « Ты мой приоритет номер один». — Х-хлоя… — девушка прикрывает место откуда сочится кровь. — Сейчас Макс, сейчас… — она достает телефон и трясущейся рукой набирает скорой помощи, пока другой придерживает Макс. Дрожащим голосом она говорит координаты и обрисовывает ситуацию в целом. Огнестрельное ранение… убийца…полиция…девушке пообещали скорое прибытие и немедленный вызов охраны порядка на место преступления. Она откинула мобильный и вернула внимание к Колфилд, обнимая девушку. — Маакс, только не закрывай глаза, слышишь? Говори со мной… — Хлоя приобнимает Колфилд. — Я…дол.должна была. — еле шепчет девушка. — Чёрт, чёрт, чёрт. Я впервые так полюбила кого-то, — Хлоя смотрит в глаза напротив чуть-ли не плача. Сейчас не времени, чтобы скрывать чувства и Прайс говорит, как есть. Правду, — так что слышишь, не смей… — она не договорила, потому что Макс кладёт свою руку на щёку девушки, вновь тая в любимом голубом омуте. — Поцелуй меня, — Прайс наклоняется ближе к Колфилд лицом и касается её губ. Они такие мягкие, нежны родные, и Хлоя целует их, чувствуя, как тело обмякает в её руках. В сердце синеволосой девушки ударяет боль, а затем и вовсе окутывает его. По её щеке скатывается слеза, и она слышит, как кто-то бежит позади неё, но не поздно ли? Девушка лишь сильнее прижимает к себе любимую, — Макс… « Я не хочу потерять тебя».