Общага. 2 сезон.

Алекс проснулся около трех часов дня. Сонным взглядом он посмотрел на настенные часы и через некоторое время понял, что опоздал на работу. Ну, как «опоздал»? Обычно в это время смена у него уже заканчивалась. Проморгавшись, Шепард сел на кровати. -Заведи будильник, Алекс, слышишь? Не забудь: бу-диль-ник, - Алекс вспомнил, что именно это вчера говорил ему Уолли перед тем, как вместе с последними сумками и Генри покинуть пансионат. -Черт, будильник… Да, теперь придется пользоваться им. Алекс встал с постели и, безрадостно почесав зад, отправился чистить зубы. Закончив послесонные умывашки, он решил, что неплохо было бы наведаться на кухню и чем-нибудь перекусить. Заглянув туда, он обнаружил Леона и Криса. -Доброе… день, - поздоровался Шепард. -Жрать нечего, - тут же предупредил Леон. Он тоже, видимо, проснулся недавно, ибо был взлохмачен, щетинист и заспан. На ногах у него красовались розовые тапочки-зайчики, невесть откуда взявшиеся. Рассмотрев эти самые тапочки, Шепард кивнул, налил себе чаю и пошел на балкон, чтобы пожелать доброго дня... -Блин! – Генри на привычном месте не обнаружилось. -Да, я тоже уже успел поздороваться с тишиной, - отреагировал из кухни Кеннеди. Шепард в расстроенных чувствах вернулся обратно и сел на стульчик рядом с Крисом, который с отрешенным видом размешивал чай. -Минут двадцать назад проснулся – этот уже вот так сидел, - Леон кивнул на напарника. -Крис? – осторожно позвал Алекс, помахав у того перед носом. Леон хмыкнул: мол, бесполезно. В это время на кухню зашла Хизер. -О, - она смерила Рэдфилда удивленным взглядом, - в полдень заходила за йогуртом, он положения так и не поменял! Леон произнес свое фирменное «Тс». Хиз, задержавшись на его тапочках, снова перевела взор на Криса. -Эй, брат, – она ударила его по спине, - очнись! Крис поднял на девушку измученный взгляд, после чего, вздохнув, молча встал и медленно, шаркая пятками по полу, покинул кухню. -С ним чо? – спросила Хизер. Этот вопрос остался без ответа. Мисс Мейсон пожала плечами и, достав из холодильника какую-то снедь, принялась за готовку. *** -Слушай, может, тебе помочь? – в очередной раз переспросил Генри, наблюдая за тем, как Уолтер носится по дому с первого на второй этаж и ищет пристанище для очередной распакованной им вазочки. Сегодня ночью Уолли не сомкнул глаз: он вытирал пыль, мыл полы, окна и двери, отправив Тауншенда спать, чтоб тот не путался под ногами. Если бы последний умел обижаться, то наверняка сделал бы это, особенно тогда, когда блондин, будучи усаженным на подоконник и целуемым в шею, вместо того, чтобы отвечать на ласки, сказал, что синие шторы нужно повесить в спальне, а не в гостиной. -Когда дойду до мебели – позову, - откликнулся Уолтер и снова убежал на второй этаж. Генри вздохнул. Уолли строго-настрого запретил ему заниматься даже планировкой без его надзора. «Тут все будет стоять так, как я хочу», - заявил он. Когда блондин в очередной раз проносился мимо Тауншенда с какой-то коробкой, тот схватил его за талию, решив от скуки снова попытать сексуальное счастье, но Уолтер пребольно тяпнул его зубами за плечо и, вывернувшись, учесал в одну из комнат с криком «Займись чем-нибудь!». -Да чем мне заняться? – отчаявшись, спросил Генри. Уолли высунулся из-за двери: -В общагу сходи, погуляй, зайди в кафе. Откуда я знаю? -Любовь моя, все же можно делать постепенно. Ты уже почти сутки тут снуешь. -Ты меня слышишь, нет? Займись, говорю, чем-нибудь, - повторил Уолтер, опять скрываясь в комнате. Тауншенд фыркнул и попытался-таки взять одну из коробок, но блондин, точно ошпаренный, выскочил и что было сил треснул его по рукам. -Я тебе что сказал? Только тронь тут что-нибудь, я тебя прирежу, - пригрозил Уолли, выхватывая из рук Генри коробку. -Но… -Иди гулять. -Уолтер, один ты будешь ковыряться тут… Договорить Генри не удалось, потому что Уолли, отложив коробку, принялся толкать его к выходу. Тауншенд не успел опомниться, как оказался на улице. Он сдержанно выдохнул и, еще какое-то время постояв у входа в дом, отправился на берег озера, что находилось метрах в ста от их нового жилища. *** Алекс сидел на подоконнике и пытался разговорить сидящего рядом Рэдфилда, чье лицо выражало вселенскую скорбь и печаль с самого утра. -Я тоже видел ходячих мертвецов, - говорил Алекс, - ну, одного-то точно видел. А вы давно с Леоном в паре действуете? Крис в ответ отрицательно мотнул головой. -Ммм, ясно. А страшно? Рэдфилд повторил жест. -Ммм, ясно. А у нас вам как? Мне вот до сих пор жутковато бывает. А тебе? Крис снова покачал головой. -Ммм, ясно… О, Генри идет! – свесившись из окна, Алекс помахал подходящему к общаге фотографу. Тот сдержанно кивнул в ответ и скрылся в подъезде. -С кем? – оживился Рэдфилд. В его глазах впервые за день заиграли лучики радости. -Э, один, - ответил Шепард и понесся встречать друга. Крис снова ссутулился; его взгляд угас и устремился в пол. -Ура-ура! – радостно воскликнул Шепард, повиснув на шее Тауншенда, - без вас так скучно! Я так счастлив тебя видеть! -Мы виделись вчера утром, - заметил Генри, неловко обнимая Алекса в ответ. -Это было давно, тут так пусто теперь, - немного погрустнев, сказал Алекс. Заслышав голос Генри, в коридор выскочила радостная Хизер. -О, - улыбка быстро сошла с ее лица, так же, как недавно – с лица Криса, - ты один. Привет. Она снова скрылась в квартире, не дождавшись даже ответного приветствия. -Ну вот, а я думал, ты с Уолтером, - разочарованно протянул Леон, выглядывая из кухни. -Я смотрю, все так рады меня видеть, - Генри почесал подбородок. -Я очень рад, - отреагировал Алекс, снова заключая его в объятия. -Я был бы рад пожрать, честно говоря... – Леон виновато пожал плечами, после чего добавил: - Но ты тоже заходи. *** -Какого ты тут встал, а?! – Хиз, внезапно влетевшая на кухню, оттолкнула от плиты Леона, который пытался изобразить хоть что-нибудь съестное. Кеннеди изумленно изогнул бровь. -Я тебя спрашиваю, чо ты тут стоишь? Иди отсюда! -Э… что? -Да я тебе сейчас рожу-то разукрашу! Кеннеди смерил девушку недоуменным взглядом: -В чем дело? Хиз прекратила наступление и, склонив голову набок, уставилась на агента. Тот, в свою очередь, смотрел на нее. -Эх, - сказала, наконец, мисс Мейсон, махнув рукой, - все не то. С этими словами она покинула кухню. Леон пожевал губами, сказал «Тс» и вернулся к плите. Хизер же, выйдя в коридор, уселась на подоконник рядом с Крисом и присоединилась к печальному разглядыванию пола. -Все не то, - скорбно повторила она. Рэдфилд согласно кивнул. -А ведь всего день прошел. Крис горестно вздохнул в ответ. Мисс Мейсон вздохнула ему в унисон и понуро опустила голову. Рэдфилд последовал ее примеру. -Ну, как вы там? Как Уолли? – живо поинтересовался Алекс, усаживаясь на диван. -Лучше не спрашивай, - Генри махнул рукой. -Почему? -Все время носится с коробками и не подпускает меня к себе. Весь дом вылизал сразу, как только зашел. Даже не разговаривает со мной почти. Уже жалею, что купил этот дом, - поведал Тауншенд. Алекс закрыл рот, самопроизвольно открывшийся тогда, когда Генри произнес одиннадцатое по счету слово. -А… ну… - только и смог ответить Шепард, продолжая пораженно разглядывать друга. -Даже помогать не разрешает. Выставил меня – мол, я только мешаю. Что за черт, - продолжал Генри, заставляя глаза Алекса принимать все более круглую форму. -Ну и дела, - протянул Алекс себе под нос. Генри вдруг обнял его: -Спасибо, что выслушал, - сказал фотограф и, поднявшись с дивана, вышел из комнаты, оставляя Шепарда в крайнем диссонансе с реальностью. *** Джеймс уже второй час пытался разобраться в устройстве стиральной машинки, однако оно пониманию Сандерленда упорно не поддавалось. -Режимы какие-то… Кто напридумывал всю эту херню? Оторвать бы ему руки да посыпать культи солью, гниде, - устало сказал Джеймс, опускаясь на край ванной. Он в очередной раз вздохнул и, наскоро всплакнув, решительно вскочил. Схватив ворох одежды, приготовленный к стирке, Джеймс швырнул его в барабан. Следом полетел кусок мыла и коробка порошка. -Постирается, авось, - сказал Сандерленд и, захлопнув ногой дверцу стиралки, тыкнул в кнопку включения. – Скоро мой карапузик придет, пойду, приготовлю чего-нибудь. Однако на кухне Джеймса тоже ждал полнейший фэйл: пользоваться плитой он был не научен. -Хм, ладно, какая, в сущности, разница, где жарить мясо? – Сандерленд пожал плечами и, достав из холодильника кусок замороженной сырой говядины, поместил его в микроволновку, высыпав на него полперечницы. – На сколько бы тебя?.. Вот так, - Джеймс щедро повернул переключатель таймера на максимум. – Будет бифштекс с корочкой. Порадовавшись собственной хитрости, Джеймс вычеркнул из составленного им же списка два пункта: «Стирка» и «Готовка». -Тааак, что тут у нас? О, глажка! Ну, это легко, - обрадовался Сандерленд и учесал в гардеробную. Но и глажка оказалась делом непростым: во-первых, установить гладильную доску Джеймсу удалось лишь с девятого раза, а во-вторых, на утюге тоже был рычажок с обозначением чертовых режимов. -Да что за выебоны! – рассердился Джеймс. Он с трудом набрался терпения, чтобы порассуждать логически и выяснить предназначения режимов. -Так, пять кружочков – это, наверное, самое щадящее, - вслух подумал Джеймс и установил рычажок на максимальном количестве отметок. Оставив утюг нагреваться, Сандерленд пошел в ванную. Едва он открыл дверь, как оттуда хлынул поток воды. -Ого, видимо, она уже все, - немного удивившись, произнес Джеймс и выловил из воды первую попавшуюся рубашку Пирамида. Подвернув брючины, Джеймс зашлепал обратно в гардеробную. Плюхнув мокрую рубашку на гладильную доску, Сандерленд водрузил на вещь утюг. Послышалось шипение, и от рубашки тут же повалил пар. -Идиотизм какой-то, – Джеймс фыркнул и принялся возить утюгом туда-сюда, свободной рукой отмахиваясь от пара. В это время в ноздри Сандерленду закрался какой-то отвратительный запах. «Бифштекс, наверное», - догадался Джеймс и, оставив утюг на рубашке, с которой ручьями стекала вода, выскочил в заполненный водой коридор. Едва не поскользнувшись, он добрался до кухни и обнаружил, что над микроволновкой парят черные клубы вонючего дыма. -Невкусно чото пахнет, - Сандерленд поморщился и открыл окно. – Перца, наверное, много. Напевая придумываемую на ходу песенку о домохозяйстве, Джеймс снова направился в гардеробную, свалившись-таки по пути на мокрый пол. -Уолли как-то неправильно стирает, у него никогда машинка вещи сама не отдает. Надо будет ему сказать, - самодовольно отметил Джеймс, поднимаясь с пола и прихватывая с собой еще пару каких-то цветных вещей. Тут он заметил, что некогда белая рубашка Пирамида имеет желтые пятна на рукавах и какие-то серо-буро-малиновые – на спине. -Господи, ну и вкус у моего карапуза, что за цветовая гамма! – возмутился Джеймс, брезгливо поднимая вещь перед носом. – Хм, Уолтер, вроде, пускает на тряпки такие шмотки… В гардеробной стоял запах паленого. -Погладилась уже, наверное, - Сандерленд приподнял утюг над рубашкой, в которой зияла здоровенная прожженная дыра. – Вот черт, испортилась. Ну ничего, первый блин всегда комом. – С этими словами Джеймс выбросил то, что некогда было вещью, в мусорную корзину. Он еще раз пробежался по списку взглядом. Не обнаружив ничего интересного, Джеймс удовлетворенно потянулся, решив, что для первого раза более, чем достаточно, и отправился спать, чтобы скоротать время до прихода любимого. *** Генри, который за сегодняшний день говорил больше, чем за последние пять лет вместе взятых, накликал на себя беду. Беда предстала перед ним в виде Алекса, который, решив, что Тауншенд настроен сегодня попиздеть, активно приседал ему на уши. Генри уже в пятый раз слушал грустную историю об озере, кольце, психушке, шерифе, армии, неком дальнобойщике, револьвере и еще какой-то ереси. С каждым разом история Шепарда, которую, кстати, все обитатели общаги и так слышали раз этак по пятьдесят, обрастала новыми подробностями. Эти пять раз не были исключением, и Генри с отчаявшимся видом кивал в те моменты, когда Алекс останавливал свое в очередной раз видоизмененное повествование и ждал реакции на красноречивую реплику о том или ином вопиющем событии его жизни. -Слушай, мне идти надо, - сказал Генри, когда Алекс в шестой раз возбужденно проговорил «Ну пиздец, какие сны бывают!» -Куда? Уолтер же тебя выгнал, - удивился Шепард. -По работе, - соврал Генри первое, что пришло в голову, и поспешил удалиться. Алекс вздохнул: он только успел красочно сформулировать предложение, которое теперь некому оценить. Едва он успел расстроиться, как в комнату зашел Леон в своих нелепых тапочках. -А чо, Генри ушел уже? – спросил Кеннеди, деловито жуя зубочистку. -Только что, - ответил Алекс. -Тс! - отреагировал Леон и тоже собрался уходить. -Пошли, чайку попьем? – торопливо предложил Алекс, пока за агентом и его тапочками не закрылась дверь. -Да я и так уже литров пять выпил, - Леон отмахнулся, - лично я собираюсь наведаться вечером к ним домой, хотел вот у Генри спросить, не будет ли он против. -Ааа, ясно, - расстроенно протянул Шепард, но тут же воспрял: - Я тогда тоже пойду! -Тоже жрать хочешь? Алекс недоуменно поморгал. -Ну, я, например, похавать иду, Уолли всегда накормит, - пояснил Кеннеди. Шепард кивнул, давая понять, что теперь до него дошло. Сам он особо голоден не был, потому что его и Генри не так давно по дружбе накормила Хизер. А вот боевую парочку она недолюбливала, поэтому угощать их ей в голову бы никогда не пришло. Но, возвращаясь к теме, у Алекса на дом Уолтера и Генри были свои планы. Уолли был крайне уютной личностью во всех отношениях и посему мог слушать Шепарда часами подряд, при этом даже задавая ему вопросы по тексту, а также сочувствуя и вообще всячески поддерживая разговор. Именно этого Алексу теперь не хватало, потому что когда он пытался рассказывать о своих ратных подвигах кому-либо еще, реакция обычно была негативной, в лучшем случае – нейтральной. Так, например, Леон смотрел на него как на идиота, Крис быстро переводил тему, а Хиз вообще отмахивалась и говорила что-нибудь вроде «Ой, хорош пиздеть!». -В общем, я пойду пока, вздремну, что ли. Часов, - Леон взглянул на настенные часы, стрелка которых указывала на четверку, - в семь будь готов. -Окей! – теперь Шепарду было куда радостнее и он, когда Кеннеди скрылся за дверью, начал выдумывать для своего предстоящего рассказа предложения покрасноречивее. *** Мистер Пирамидхэд потянулся: шесть часов вечера, а это значит, что настал трехчасовой перерыв перед Темной сменой. Директор «СХ Корпорэйшн» нажал на кнопку телефона-факса и сказал в зашипевший динамик: -Врдрхх, будь добра, скажи Гарри, чтобы заводил машину, через пять минут спущусь. Врдрхх – новая секретарша-медсестра Пирамида – прохрипела что-то в ответ и отключилась. Директор удовлетворенно хмыкнул и стал собираться. Спустя двадцать минут Пирамидхэд уже тепло благодарил своего водителя и напоследок передавал привет его дочери. В приподнятом расположении духа Пирамид прошел через резные ворота, миновал небольшой сад с фонтаном и открыл дверь своего дома крупным бронзовым ключом. -Курочка, я пришел! – бодро оповестил он. Ответом ему послужила тишина. – Лапушка, ты дома? Странно, но Джеймс, обычно вешающийся на приходящего с работы мужа с визгами, соплями и слезами, не издал ни звука. Директор Корпорации почесал пирамиду. «Наверное, к своим в гости пошла», - подумал он и принюхался: из столовой распространялся странный запах. Решив, что курочка перед уходом что-то приготовила, Пирамид снял дорогие ботинки и направился в совмещенную с кухней просторную столовую. Он почти дошел до пункта назначения, когда вдруг, ахнув, растянулся на мокром полу. Раздался громкий металлический звук – при падении Пирамид снес башкой кованный торшер в коридоре. С трудом поднявшись, Пирамидоголовый застыл на месте: вода была повсюду, и источник ее явно находился в открытой ванной. -Курочка моя! – завопил Пирамид, мигом решив, что Джеймс добился-таки своего если не от озерной воды, то от воды из душа. Вбегая в ванную, Пирамид уже заранее проклинал себя и свою пирамиду за отсутствие возможности делать искусственное дыхание рот в рот, однако его взору предстала лишь раскуроченная стиральная машина и несколько полинявших некогда цветных вещей, чьи цвета переехали на одиноко свисающую с треснутого барабана светлую рубашку от кутюр. -Ты чего орешь? – недовольным сонным голосом спросил Сандерленд, возникая за спиной мужа. -Курочка, что тут произошло? -Я стирал. -И что случилось? -Ты издеваешься? Прочисть пирамиду, я ж говорю: Я СТИ-РАЛ! Мистер Пирамидхэд недоуменно поскреб ногтями шлем и поднял рубашку. -Ну, эм… Милая, ты раньше стирала когда-нибудь? – осторожно поинтересовался он у начинающего закипать Сандерленда. -Делать мне нечего, - Джеймс фыркнул, - и вообще, где благодарность-то? Я тут, значит, тружусь в поте лица, стираю ему, готовлю, глажу, пылинки с него сдуваю, а он? – Глаза блондина наполнились слезами и он продолжил уже навзрыд: - Сволочь, неблагодарная сволочь! Я уйду от тебя! Мне надоело это терпеть!!! Пирамид попытался было вставить хоть слово, сминая в руках пришедшую в негодность рубашку, но не тут-то было: Сандерленд, вопя и заикаясь, уже выскочил в коридор и заперся в стенном шкафу. -Курочка… - начал было директор Корпорации, поскребшись в дверь шкафа, но оттуда донесся такой поток отборных ругательств и проклятий, что их даже не хочется писать. -…сука ублюдочная! – закончил свои пылкие речи Джеймс, захлебнувшись очередной тирадой рыданий. Пирамид тяжело вздохнул и обхватил руками металлическую голову: он любил свою курочку, но от нее и без того тяжелую башку одолевала дикая мигрень. *** Уолли был почти на седьмом небе от счастья, когда последняя коробка была разобрана, а ее содержимое обрело для себя места, на которых оно особо радовало глаз. Полюбовавшись своей работой и придирчиво поправив квадратную вазу на подоконнике так, чтобы она стояла ровно под прямым углом, Уолтер разрешил себе передохнуть. Он едва успел опустить свои бледные телеса на все еще завернутый в целлофан диванчик, когда в дверь постучали. -Генри, я лежу, открой сам! Стук настойчиво повторился. -Да чтоб тебя, ну что ты за человек такой?! – Уолтер гневно вскочил и, придумывая на ходу фразу пожестче для приветствия своего благоверного, потелепал к входной двери. -Генри, я тебя когда-нибудь уе… На пороге, улыбаясь, стояли Алекс, Крис и Леон. -Уолли! – выдохнул Рэдфилд. Его щеки при встрече с объектом обожания приняли здоровый цвет, глубоко отличный от того, что был до этого на протяжении всего дня. -О, - удивился блондин, - вы чо пришли? -Пожрать, - честно ответил Леон. -А я соскучился, - Алекс расплылся в радостной улыбке. -Мфмхфс, - отозвался, в свою очередь, Крис, счастливыми блестящими глазами рассматривая Уолтера. Последний был явно смущен: гостей он не ждал. Признаться честно, на вечер у него были совсем иные планы - преимущественно интимного характера. Наведавшихся к нему субъектов эти планы не касались никоим образом. -А Генри разве еще не пришел с работы? – спросил Алекс. -С работы? У него же отпуск, - удивился Уолтер. – Ну, чего встали-то? Проходите, раз такое дело. -Отпуск? А мне сказал… ладно, не важно, - тут Алекс огорченно опустил глаза, поняв, что Тауншенд днем просто заебался его слушать. -А он к вам заходил? – уточнил Уолли. -Да, заходил, - ответил Леон, который уже помыл руки и уселся за стол. -А ушел во сколько? -В четыре, - Кеннеди нетерпеливо постучал ложкой по столу. Уолтер с некоторым отвращением посмотрел на него, после чего вздохнул и полез в холодильник. Крис, делая вид, что ему интересны часы над холодильником, искоса рассматривал задницу блондина. Леон, перехватив его взгляд, метко швырнул ему в лоб ложку. -Там грустно без вас, - с улыбкой сказал Алекс. - Тебе помочь? -Нет, солнышко, спасибо, - ласково ответил Уолтер единственному, кто из присутствующих вызывал у него только положительные эмоции. Наскоро приготовив гостям ужин, Уолли крепко задумался над тем, куда мог деться его жених. -Ой! – вдруг воскликнул Алекс, прерывая его размышления, а заодно и способствуя тому, чтобы Леон от неожиданности подавился нямкой. – Я радио на кухне забыл выключить перед уходом! -Это не повод так орать, - холодно заметил Кеннеди, откашлявшись. – Хиз выключит. -Хиз же с нами в одни двери вышла, - подал голос Рэдфилд, который до этого был занят отслеживанием каждого движения Уолтера. – Ты еще удивился, что она в платье. Уолтер насторожился. -А, точно. Ну, все равно нечего орать за столом, – Леон недовольно посмотрел на Алекса. Тот почувствовал себя невоспитанным ребенком и неуютно заерзал. -Хизер? В платье? – Уолли сощурил глаза. -Ну да, в платье, – Алекс уверенно кивнул. - Я еще подумал, мол, чего это она, сроду же не красилась и не надевала ничего, кроме джинсов, а тут на тебе. -А она ничего не сказала? -Нет. Ну, собственно, никто у нее ничего и не спрашивал, - ответил Леон с набитым ртом. Спустя десять минут, когда с ужином было покончено, Уолтер отправил всех на экскурсию по дому, а сам стал торопливо соображать, где разыскивать Тауншенда и каким способом лишать его мужского достоинства, если он разыщется не один. Алексу, жаждущему живого общения, любование домом надоело быстро, поэтому он, пробежавшись взглядом по второму этажу, снова спустился в гостиную. -Представляешь, - воодушевленно начал он, - мне опять снился брат. Во сне он… -Алекс, милый, давай потом? Я так устал, - пожаловался Уолли, у которого действительно к физической усталости - которая хоть и не была долгосрочной ввиду особенностей его организма, но давала о себе знать – прибавлялась еще и быстро накатывающая усталость моральная, возникающая вследствие тяжелых дум об измене и о возвращении к прежнему своему кровавому хобби. Шепард огорченно кивнул. Заметив это, Уолтер уже собирался было разрешить Алексу, которого ему тут же стало жалко, рассказать свой очередной сон, сюжет которого давным-давно был всем известен, когда на втором этаже раздался страшный грохот и сдавленный стон. -Это еще что за черт? – Уолтер подскочил. – Только не говорите мне, что Леон решил добиться своего от Криса у меня в доме! Уолтер и Алекс тут же бросились наверх. Уолли в ужасе проклинал сегодняшний вечер, по пути придумывая способы кастрации для очередных клиентов на эту услугу. Блондин первым влетел в спальню и обнаружил там престранную картину: синие шторы вместе с гардиной валялись на полу, а в них барахтался Кеннеди, охая и держась за ногу. Рядом, беззвучно рыдая от смеха, по полу катался Крис. -Какого?! - возопил Уолли. -Окна… пластиковые… - задыхаясь, отозвался Рэдфилд. -Кеннеди, сукин сын, что ты вытворяешь с моими занавесочками?! – Уолтер что было силы пнул Леона по, видимо, больной ноге. Тот взвыл еще громче. -Наверное, он хотел прыгнуть. Боевой маневр провернуть, - догадался Алекс, который, чуть склонив голову, смотрел на происходящее с порога. -Полудурок! – Уолли ахнул от возмущения. – Так, Рэдфилд, забери этого своего и вон отсюда! Улыбка мгновенно сошла с лица Криса: -А я-то в чем виноват? – чего-чего, а покидать дом ненаглядного блондина ему ой как не хотелось. -ПОШЛИ ВОН! – заорал Уолтер, заметивший на шторке дыру. Это был залет. Рэдфилд злобно покосился на корчащегося от боли напарника, после чего, взвалив его на плечо, поспешил ретироваться. Алекс оставался в не самом ловком положении, ибо его не прогоняли, но его присутствие сейчас явно было ни к чему. -Я тогда тоже пойду… - нерешительно промямлил он. Уолтер, содрогаясь от злости, с максимально возможной в такой ситуации дружелюбностью кивнул и обрушился на кровать, закрывая лицо руками. -Уолли, по-моему, тебе не стоило так себя нагружать, - осторожно заметил Алекс, поднимая шторы с пола и кладя их на подоконник. Уолтер что-то пробормотал и накрыл голову подушкой. Потом он резко швырнул ее в стену и, подскочив, схватил Алекса за ворот. -Я целые сутки ебался со всем этим, а Генри в это время ебется с Хизер. Потом притаскиваетесь вы и начинаете требовать у меня – у меня, в моем доме! – еду. А теперь этот… этот… этот Кеннеди порвал мои любимые шторы. Скажи мне, Алекс, почему я не должен больше убивать? – вкрадчиво спросил он, как следует встряхнув Шепарда. Алекс пугливо посмотрел на сузившиеся зрачки блондина. -Ммм… может, тебе просто нужно отдохнуть? – предположил Шепард, пытаясь аккуратно отцепить от себя руки Уолтера. В это время внизу снова послышались шаги. Уолли отпустил Алекса и пугающей напряженной походкой, чеканя каждый шаг, пошел к лестнице. -Ты уже закончил, как я погляжу, - сказал Генри, встречая взглядом спускающегося в гостиную Уолтера. -Где. Ты. Был? -Ты в порядке? – поинтересовался Тауншенд, изучая холодные изумрудные глаза напротив, которые становились таковыми только в крайних случаях. -Где? -Я гулял, ты же сам сказал, что я тебе мешаю. -С кем? -Один. А в чем дело-то? О, Алекс, и ты здесь, - Генри улыбнулся спустившемуся в гостиную Шепарду краем рта. -Он уже уходит, – не оборачиваясь, сказал Уолтер. Алекс поспешно кивнул и, закрыв за собой дверь, выскользнул из дома. -Уолли, ты плохо выглядишь, - заметил Генри. -С кем ты был, Генри? С Хизер? Я ведь все равно узнаю. Тауншенд приподнял брови: -Иди-ка ты спать. -С ХИЗЕР?! -Зачем тебе спать с Хизер? Ты становишься похожим на Джеймса. Уолли взвыл и попытался было дать Генри по морде, но вместо этого бессильно рухнул на пол: -Генри, просто… просто достань из чулана сиреневые шторы, ладно? Фотограф удивленно потер переносицу и сел на пол рядом с Уолтером. -Ладно, а тебе надо спать. И все-таки не прекращай принимать таблетки, а то опять крышу сорвет, - посоветовал Генри, укладывая на свое плечо блондинистую голову. -В каком платье была Хизер? – быстро спросил Уолли, резко выпрямив спину. -У Хизер есть платья? Блондин слабо улыбнулся и снова опустил голову на прежнее место: -Сегодня ужасный день. Все против меня. -Из-за собственной вредности же страдаешь, - поучительно отозвался Генри. -Шторы достать не забудь. И повесь. В спальне повесь. -А синие? -Леон, сука, – коротко буркнул Уолтер. *** Посреди ночи начался дождь. Алекс, не любивший всякий звук, связанный с водой, спрятался под подушку, но все равно слышал, как капли стучат по стеклу. А еще более отчетливо он услышал, как кто-то стучится уже в дверь. Подумав почему-то, что это страдающий бессонницей Леон в своих дурацких тапочках, Шепард нехотя встал с кровати и вышел в большую комнату. Он повернул замок, и в открывшемся проеме увидел… -Алекс, пуся, я вернулся к тебе! – Сандерленд сжал его в объятиях… *** -…такая вот хуйня мне и снилась, - делая большой глоток горячего чая, с ужасом поведал Алекс. Сидевший напротив Уолтер поежился: -Вот это уж точно кошмар, - согласился он. – Еще чаю? Алекс кивнул и протянул блондину кружку. Уолтер наполнил ее ароматным напитком, после чего, сказав «Пойду, разбужу Генри, будете мебель переставлять», вышел из кухни. А Шепард, продолжая вспоминать сегодняшний ночной кошмар и пить чай, даже не подозревал, как была близка опасность на самом деле. Если бы не находчивость и терпеливость Пирамида, который уговорил Джеймса остаться и даже съел приготовленный им «бифштекс», то сон Алекса именно этой ночью имел все шансы стать явью.