Общага. 2 сезон.

-Кеннеди, это что, по-твоему, страшилка? – демонстративно зевнув, перебил Леона Джеймс. – Ты разве не видишь, что Генри скучно? Он уснет и упадет лицом в костер – ты этого добиваешься? Генри, услышав свое имя, встрепенулся и выпрямил спину. -Эй! Это, между прочим, основано на реальных событиях! Если бы ты там был, ты бы… - попытался было возразить обиженный Леон, но Сандерленд вновь картинно открыл рот и громко зевнул, чем возмутил агента еще больше. -Ну ладно, тогда, может, ты предложишь свою историю? – cкептично поинтересовался Рэдфилд. -Смотря какую, - отозвался Сандерленд. -Да, точно! Ты нам так мало рассказывал о том, как впервые попал в Хилл! – воодушевился Уолли. Джеймс потер подбородок. На него были устремлены выжидающие взгляды всех присутствующих в составе той компании, которая собралась совместно отметить Хэллоуин на природе. -Пф! – сказал, наконец, Сандерленд после почти минуты раздумий. – Да кому вообще интересны страшные историй, а? Мы живем в Сайлент Хилле – кто-то из вас до сих пор чего-то боится? Алекс робко поднял руку, но на это никто не обратил внимания. -Лось дело говорит, - подала голос Хизер. – Без обид, ребятки, мне тоже было совсем не страшно слушать про какие-то вирусы, и чо там Кеннеди еще гнал. Леон оскорбленно фыркнул. Хиз виновато пожала плечами и затолкала в рот Алексу жареный зефир, воспользовавшись тем, что молодой человек отвлекся на пролетающую над поляной птичку. -Но не может же быть, чтобы никто из вас ничего не боялся, - сказал Крис и обратил взгляд к Генри, которого только что в очередной раз растолкал Уолли. – Вот ты, например, чего боишься? -Я? Хм, я боюсь давать в руки Уолтеру камеру, - ответил тот. Уолли сердито ткнул его в бок. -И все? -Все, – немного подумав, подтвердил Генри. Крис недоверчиво хмыкнул, но от фотографа отстал. -А ты? – спросил он, обращаясь к его супругу. -Ну, я… не знаю, - Уолли едва заметно порозовел. – Наверное, то, чего я боюсь, не совсем подходит для сюжета страшилок. -А вдруг? -Ну… мне бывает страшно, когда я думаю, что вы все однажды умрете, а я – нет, – Уолли опустил взгляд в землю. Установилось неловкое молчание. -Кхм, принцесса, расслабься, - Джеймс первым нарушил его. – Лично от меня никто не дождется такой милости в ближайшие лет пятьдесят. Во всяком случае, мы не стареем и все умрем молодыми, когда придет время – меня более чем радует такая перспектива. Я имею в виду, тебе не придется наблюдать за тем, как, например, стареет и лысеет твой противный муж, и… -Э, ребят, давайте без драматичной философии? Уолли, родной, может, ты просто скажешь, что боишься тараканов? – недовольно встряла Хиз. -Но я их не боюсь, - Уолтер отрицательно покачал головой. -А что такого? Очень благородный страх, между прочим, - страх перед смертью, особенно чужой. Какие еще тараканы? А вот смерть – вещь глобальная, - горячо заявил Джеймс. – Я не знаю, какие страшные истории можно с этим связать, но Уолл прав – мы все умрем, а он останется один. Ему в лоб прилетел зефир. -Ты только что сказал ему расслабиться, а сам несешь черт знает, что! – раздраженно воскликнула Хизер. -Это же Джеймс, - медленно произнес Генри, прижав печально хлопавшего ресницами супруга к себе. – По-моему, самое страшное, что можно себе представить – это однажды проснуться и понять, что ты Сандерленд. -Или, например, оказаться его мужем! Только представьте себе женатых Генри и Джеймса! – подхватил Леон. -Я бы его убил, - прокомментировал Джеймс. -И это было бы самым гуманным поступком в такой ситуации, - отозвался Генри. Все одобрительно засмеялись. Сандерленд обиженно прищурился и скрестил руки на груди. *** После полуночи, когда весь зефир был съеден, а иных занятий так и не нашлось, все начали расходиться по домам. Тепло попрощавшись с ушедшими вместе Леоном, Крисом, Алексом и Хиз, Генри и Уолли направились в сторону своего дома, в сравнительной близости с которым и проходило мероприятие. С ними пошел и Джеймс: Пирамид был занят до самого утра – туристы в день всех святых так и рвались в Сайлент Хилл, и обеспечение безопасности, как, впрочем, и всегда, ложилось на плечи Директора Корпорации. Клятвенно пообещав быть тихим, как мышка, Сандерленд напросился в дом Тауншендов на ночь. Уолли, посочувствовав слезным речам самого Джеймса о том, что ему придется проводить всю ночь в пустом огромном доме, позволил ему остаться у них и вызвался по приходу домой напоить друга вкусным чаем и даже дать ему самую мягкую подушку и свой любимый теплый плед. -Надеюсь, ты сам с ним не ляжешь? – ревниво поинтересовался Генри, когда Уолли с радушной улыбкой на лице потащил плед из спальни в гостиную. -Будешь ворчать – лягу, - ответил Уолтер и исчез за дверью. Через пару минут блондин вновь обозначился в комнате. Он снял с себя лишнюю одежду и полез в шкаф за футболкой, в которой обычно спал. -Ты даже мне никогда не давал свой плед, - обиженно произнес фотограф, наблюдая за тем, как Уолли прошаривает полки в поисках своей пижамы. -Зато я отдаю тебе лучшие годы своей… ну, в общем, лучшие годы, - откликнулся Уолли. Он нахмурился и встал на цыпочки, чтобы получше разглядеть полку. – Когда ты успел здесь все перерыть? Я опять ничего не могу найти! -Я искал джинсы утром. Уолли выразительно взглянул на мужа: -Генри, ты совсем идиот? Какого черта твои джинсы могли забыть на полке с моими вещами? Фотограф приблизился к супругу сзади и нежно провел пальцами по его обнаженной талии. -Да ладно тебе, все равно потом пришлось бы снимать, - прошептал он, целуя блондина в плечо. -Нет, ну ты точно обдолбался! Уйми свое либидо и ложись спать – мы же не одни! – шикнул Уолтер и, вывернувшись из его рук, схватил первую попавшуюся футболку и скрылся в ванной. -Эй, что за дела? – возмутился Генри и требовательно постучал в захлопнувшуюся за Уолли дверь. -Отстань, Тауншенд, до завтра с тобой ничего не случится. Дай мне спокойно почистить зубы, - донеслось из-за нее. Генри с недовольным видом плюхнулся на кровать. Когда Уолли вышел из ванной, фотограф устремил на него выжидающий недоверчивый взгляд. -Ну и чего ты на меня так смотришь? Нет – значит нет, - вытирая руки, твердо сказал Уолтер. Повесив полотенце на спинку стула, он молча погасил свет и лег на кровать рядом с Генри, повернувшись к нему спиной. -Это нечестно, - пробурчал Генри. -Заткнись и спи, я тоже не планировал оставаться без секса, - раздраженно прошептал Уолли. -Да что вообще происходит? Это наш дом, и какая разница, есть тут Джеймс или нет? – фотограф резко перехватил супруга поперек живота, за что тут же едва не получил локтем в глаз. -Слушай, ты, половой агрессор, не беси меня. Спокойной ночи, – Уолли с головой накрылся одеялом. Генри, демонстративно создавая как можно больше колебаний, отвернулся в противоположную ему сторону. *** Джеймс лежал на диване в гостиной и нетерпеливо грыз ногти. Он уже почти час ожидал, когда со второго этажа раздадутся звуки, характерные для ночного времяпрепровождения семейной пары, и можно будет пойти наверх, чтобы пристыдить их и потребовать прекратить, потому что это мешает гостям спать. Однако никаких звуков из спальни так и не донеслось, и Сандерленд огорченно вздохнул. Спать ему категорически не хотелось. Повращавшись с боку на бок и испробовав самые разнообразные положения для попыток уснуть, Джеймс в конечном итоге все-таки отчаялся это сделать. Решив, что ему нужно поесть, он совершил набег на холодильник, однако и это не изменило ровным счетом ничего, и Сандерленд продолжал бодрствовать. Чтобы не сойти с ума от скуки, он даже попытался впервые за много лет почитать книгу, но это занятие показалось ему еще более убийственным, чем бездельное созерцание потолка. Встав с дивана, Джеймс снова поплелся к внушительных размеров книжному шкафу, чтобы вернуть книгу. Но, будучи весьма свободно взятой с полки, она отчего-то упорно не хотела вставать на место. Сандерленд распихал всю стоящую рядом литературу, чтобы освободить для книги пространство по бокам, однако не помогло и это. Джеймс точно помнил, что она плотно прилегала к стене и не выбивалась из общего ряда, поэтому что ей мешало сейчас - было совершенно не понятно. Разозлившись, Джеймс что было сил треснул кулаком по переплету, надеясь вбить книгу на место. Идея оказалась удачной, и корешок переплета, наконец, встал вровень с остальными. Победно хмыкнув, блондин уже собирался вернуться на диван, когда за его спиной раздался негромкий скрип. Когда Сандерленд обернулся, брови его тут же удивленно поползли вверх: шкаф сдвинулся с места, открыв затянутый паутиной узкий проход в стене. Джеймс присвистнул. -Так дом-то у наших голубков с секретом! Так и знай, что этот Генри на самом деле практикует БДСМ и держит тут всякий инвентарь, – вслух произнес он. Разумеется, Сандерленд не мог отказать себе в том, чтобы удостовериться в правильности своих соображений. Предварительно захватив лежащую на тумбочке зажигалку Генри, он, ни на секунду не сомневаясь, решительно нырнул в темный лаз. Осветив себе путь, Джеймс обнаружил, что стоит на лестнице, ведущей глубоко вниз. Ступени, которые можно было рассмотреть при таком весьма скудном освещении, были забрызганы чем-то, очень напоминающим засохшую кровь. -И это Уолтера называли маньяком? Генри тут что, журналюг своих пытает? – с нездоровым восхищением в голосе спросил у темноты Сандерленд, твердо решивший, что потайная комната при любом своем назначении должна принадлежать именно фотографу. Стараясь не споткнуться на крутых ступеньках, Джеймс уверенно двинулся вниз. Лестница оказалась действительно длинной, потому что когда он, наконец, добрался до ровной поверхности, проем наверху представлял собой маленькую точку, излучающую тусклый свет. Ненадолго погасив начавшую нагреваться зажигалку, Сандерленд еще раз восторженно посмотрел наверх: -Бля, ну Тауншенд дает! Интересно, Уолли знает, что его муженек тут убивает людей? Дождавшись, пока корпус зажигалки остынет, Джеймс вновь зажег ее и осмотрел стены. Создавалось впечатление, будто комната была построена задолго до того, как был заложен фундамент самого дома. Черт знает, как – возможно, раньше здесь было что-то другое. Старый кирпич крошился, а от самих стен веяло холодом. В воздухе витал запах сырости и гнили. Джеймс направился вглубь комнаты, с нетерпением ожидая обнаружения садистских инструментов, расчлененных и расфасованных по пакетам женщин, порно-фотостудии и еще множества других реализованных вариантов, которые он успел выдумать по пути. Разочарованию Сандерленда не было предела, когда свет зажигалки постепенно выхватил из темноты несколько книжных шкафов и стол, на котором тоже лежала ветхая массивная книга, раскрытая примерно на середине. Правда, помимо нее по столу были разбросаны старые вырванные зубы, стояла банка с чем-то алым и чаша с засохшей травой, но Джеймс даже не обратил внимания на эти, на его взгляд, совершенно не впечатляющие предметы. -Этот мудак и в пыточной книжки читает! Нужно сказать Уоллу, чтоб он валил от него нахрен – он ж не в себе! – воскликнул Сандерленд. Внимательно исследовав все углы комнаты и не обнаружив ничего интереснее небольшого алтаря, также забрызганного кровью, Джеймс вздохнул и снова отправился к лестнице. Вдруг он вскрикнул и отбросил зажигалку в сторону: он забыл снова дать ей остыть, и она весьма ощутимо обожгла ему пальцы. Раздался громкий хлопок – это взорвалась, сильно ударившись об стену, сама зажигалка. -Сука, - шикнул Джеймс, засунув обожженные пальцы в рот. Проклиная зажигалку и книжного червя Генри, он пошел вверх по лестнице, и добрался уже практически до середины, когда свет, падающий из проема в стене, загородила знакомая хрупкая фигура. -Что это за херня? – спросил Уолли, направляя столп фонарного света прямо в лицо подступающему Джеймсу. Тот едва не покатился вниз, заслоняя тут же заслезившиеся от яркого света глаза. Не дожидаясь ответа, Уолтер сам спустился до того уровня, где стоял Сандерленд. -Как ты шкаф-то отодвинул? И что внизу? Как это вообще? – водя фонарем вокруг себя, изумленно прошептал Уолли. -Библиотека внизу, шкаф сам отодвинулся, когда я пытался запихнуть на место этого… как там его… Ремарка, - неуверенно ответил Джеймс. -Ты читаешь Ремарка? – не поверил Уолли. -Да, конечно, беспрерывно просто. Ты, выходит, все-таки не знаешь, что у вас тут стена сквозит? -Нет, я просто услышал шум и пошел посмотреть, не решил ли ты застрелиться. Дыру впервые вижу. А что за библиотека внизу? Джеймс задумчиво почесал бровь. -Ну, насколько я успел понять, Ремарка там нет. На столе книга лежит с какими-то закорючками – наверное, там все в таком духе. Короче, какое-то ссанное старье. А еще там холодно, - поведал он. Уолли с любопытством посмотрел на лестницу. Отодвинув Джеймса, он решительно направился вниз, шлепая голыми пятками по каменным ступенькам. Сандерленд, немного подумав, пошел вслед за ним. -Я ж говорил, что тут ничего интересного, - скептично сказал он, снова оказываясь в сыром помещении. Уолтер, не слушая его, листал ту самую книгу, лежащую на столе. Сандерленд заглянул ему через плечо. -Ты понимаешь, что тут написано? – удивился он. -Да, конечно, это же латынь, - отозвался Уолли таким тоном, будто знание латыни – само собой разумеющийся факт. -А, тогда конечно, - фыркнул Джеймс. – Ну и что латынь вещает? -Готов поклясться, что я уже видел подобную литературу. И даже читал. Только не помню, когда – наверное, когда был жив. Латынь вещает заклинания, - ответил Уолтер, перелистывая страницы и водя пальцем по строкам. Джеймс засмеялся. -Заклинания? Ну и что там, есть что-нибудь полезное? Например, заговор на моментальную стирку носков или что-то вроде этого, - сквозь смех поинтересовался он. -Нет, но есть на моментальную смерть. А есть на не очень моментальную, но очень мучительную. Вообще, странная книга, ритуалы тут какие-то уж слишком безумные описаны, - заметил Уолли. -Картинки зато красивые. Вот это, к примеру, что? – Джеймс ткнул в одно из изображений. -«Рождение нового Бога», - прочитал Уолтер. – Бред какой-то, можно я не буду переводить? Жутковато как-то и неприятно. -Эй, мы же сегодня выяснили, что ничего не боимся, разве нет? -Ну, неприятно, во всяком случае. Это нехорошая книга и… - Уолли бросил брезгливый взгляд на гнилые зубы, разбросанные по столу. – И вряд ли это библиотека. Джеймс пожал плечами. -Как книга может быть нехорошей? Хилл, конечно, не простая американская деревня – я помню, как идиот Кеннеди чуть зайцем не стал – но книга заклинаний… да это даже звучит глупо, - сказал он. -Может быть, но… нет, нужно ее сжечь, я точно знаю, я чувствую, мне очень знакомо то, что в ней написано. Отвратительное совпадение, и почему только Генри не выбросил этот книжный шкаф?.. Когда мы въехали, тут был только он и, кажется, еще тот старый гардероб. Надеюсь, за ним нет пыточной камеры. -Но ведь вы заставляли полки книгами – разве никто не заметил рычага или что там открывает этот ход? -Книги ставил я, но я не видел ничего подозрительного. Впрочем, это не важно, нужно заделать дыру и сжечь эту дрянь, - Уолтер решительно тряхнул головой и захлопнул книгу. Джеймс лукаво взглянул на друга. Он сам не понял, почему ему именно сейчас захотелось развести Уолли на эмоции, но ведь Джеймс всегда отличался внезапностью действий и решений. Именно поэтому Уолтер, не ожидавший такого развития событий, был практически сбит с ног Сандерлендом, выхватившим у него книгу и стремительно понесшимся вверх по лестнице. -Что ты творишь? – придя в себя, Уолтер немедленно бросился за ним. – Я не шучу, ее нельзя оставлять! -Это просто бумажки, принцесса, которые ты у меня не отнимешь! – крикнул ему в ответ Джеймс, выскакивая в гостиную. Когда Уолли вылетел из проема, Сандерленд уже скрылся в ванной. Послышался щелчок щеколды. -Лось, открой! Что за детский сад? Ты все равно ничего не сможешь прочесть! – Уолли требовательно постучал в дверь. -Да? Ну, я не такой уж идиот. -Я очень на это рассчитываю, так что просто отдай мне чертову книгу и ложись спать. -Нет, я имел в виду, я не такой уж идиот и слышал латынь пару раз. Как думаешь, мне хватит моих знаний, чтобы прочитать заклинание – о, как страшно звучит, я просто в школе волшебства! – с названием «Реинкарнатион»? – дразнящим тоном полюбопытствовал Джеймс. Услышав, что слово прочитано без ошибок, Уолли напрягся и снова постучал в дверь, на этот раз более нервно. -Джеймс, это не смешно, я серьезно, это не просто книга, почему ты мне не веришь? -А что это? Не будь таким занудой! Слушай, а если она действительно волшебная, из нее посыплются конфеты, когда я ее потрясу? -Лось! Прекрати! Пожалуйста, отдай ее мне, – Уолтер прислонился к двери, утомившись долбиться в нее. -Корпора дуо, анимаэ дуаэ… какой идиотский язык, не зря никто больше не говорит на нем, я бы тоже не хотел позориться. Что я только что прочитал? Это все тот же реинкарнатион, - задорно донеслось из-за двери. -Не читай вслух! – Уолтер пнул дверь, за которой продолжало доноситься бормотание на латыни. -Луна эт сол локум мутаре… -ДЖЕЙМС! Пошутили и хватит, замолчи, не вздумай дочитать до конца! -Пока ты верещал, я уже закончил. Ну как, гремлины уже падают с потолка? – поинтересовался Сандерленд. Он вышел из ванной и, скептично хмыкнув, протянул книгу тяжело дышавшему Уолтеру. Тот быстро схватил ее и вновь принялся листать. Он остановился на заклинании, только что прочитанном Джеймсом, и внимательно перечитал его про себя. После этого он бросился к окну и, отдернув штору, прижался лбом к стеклу. -Что там? Ждешь, когда к тебе прилетит сова с письмом? – спросил Джеймс. Уолли повернулся к нему и медленно вымолвил: -Молись, что ты допустил ошибку при чтении, Сандерленд. -Ой-ой, а то что? Я превращусь в лягушку? -Там сказано, что заклинание нужно читать на убывающую луну, и сейчас луна именно такая. Еще и хэллоуиновская – не знаю, была ли она значима тогда, когда эту книгу составляли, но сейчас она точно имеет определенную силу. И да – если ты думал о лягушке, пока читал, то именно в лягушку ты и превратишься. -Как интересно! – хохотнув, воскликнул Джеймс. – А что это было за заклинание? -Переселение душ. Простое, судя по условиям проведения ритуала, но едва ли в этой книге будет хоть одно не действующее заклятье, – холодно ответил Уолтер. Сандерленд оглушительно заржал. -Ты бы видел свое лицо, Уолл! Ты веришь во всю эту чушь?! Действительно веришь? Уолтер раздраженно посмотрел на него. Успокоившись, Джеймс вновь выхватил книгу из его рук. -Впечатлительный ты мой, я до сих пор не лягушка. Так что все это бред чистой воды - расслабь очко, принцесса, - с этими словами Сандерленд швырнул книгу в полыхающий камин. -Наверное, ты просто неправильно прочел. Вернее, надеюсь, что ты неправильно прочел, – негромко произнес Уолли, глядя, как сворачиваются и тлеют в огне старые страницы. Джеймс махнул в его сторону рукой. -Ты бываешь иногда таким смешным, - сообщил он. – Кстати, я не могу уснуть на диване - наверное, домой лучше пойду. -Как скажешь. Учитывая то, что я на тебя очень зол и утром все равно не накормлю, это даже правильное решение, - отозвался Уолтер. Сандерленд укоризненно цокнул языком. -И что, не подвезешь даже? – надувшись, осведомился он. -Сплавай за своим поршем и подвези себя сам, - язвительно посоветовал Уолли. -Ох, ну просто шутка века! И где ты только был, когда мы искали тамаду на свадьбу? – Сандерленд показал другу средний палец и вскоре покинул дом. Оставшись в одиночестве, Уолли почти до самого утра наблюдал за тем, как сгорала книга в камине. Убедившись, что даже твердый переплет обратился в пепел, блондин удовлетворенно вздохнул. Приведя в действие обнаруженный около часа назад механизм, он вернул книжный шкаф на место, закрыв тем самым проход в стене, и отправился в спальню. Однако он неожиданно почувствовал в ногах невероятную усталость: сочтя это за последствия бега по крутым лестницам, Уолтер принял решение ночевать в гостиной. На ходу чувствуя, как вслед за ногами слабеет все тело, он добрался до дивана и без сил упал на него, после чего практически моментально заснул.