Связанные клинком.

Музыкальная тема: Принцесса Мононоке – Финал Вот уже который день Шира брела вперед, в неизвестность, подальше от деревеньки, от Инуяши и остальных, и, главное, подальше от Сещемару… Девушка уже не знала, сколько времени она плутает по лесам, полям. Несколько дней или недель? Шира уже ничего не соображала. Глухая, но острая боль резала всё тело, подобно лезвию клинка. Душила её, не давая возможности вдохнуть, заставляя сердце бешеным ритмом стучать в висках. Всё внутри пытало лютым огнем, сжигая внутренности, а заодно и душу. Девушка вдруг остановилась, зябко обхватив себя руками. «А была ли у меня душа вообще?», - с грустью подумала она, всхлипывая. Шира давно привыкла к одиночеству, как и привыкла к тому, что её либо боятся, либо пытаются убить. Несколько раз в день. «Но тогда… Тогда почему именно сейчас так больно?..», - до боли прикусила губы, пытаясь разрыдаться. Вздохнув, девушка, шатаясь, побрела прочь. Домой, на Запад… «Дом… Как же давно это было», - прошептала она, невидящим взглядом вглядываясь вдаль. Даже если бы она вернулась туда, то пришла бы к пустыне. От леса, в котором выросла её мать, в котором выросла она сама, и в котором обитал Лесной Бог – не осталось ничего, кроме золы и пепла. Отныне, это лишь мертвые земли, на которых уже никогда не вырастет новая весенняя трава, на которой уже никогда не появятся духи леса. Шира лишь сильнее стиснула зубы и, изо всех сил сжав кристалл на шее, упрямо пошла дальше. Шаг, ещё один, снова шаг… Девушка безразлично посмотрела себе под ноги. Зеленая трава взмывала вверх, опутывая её щиколотки, яркие цветы распускались просто с невероятной скоростью. Красиво, но… Шаг, и всё это мгновенно умирало, не чувствуя большее жизненных сил. Шира невесело усмехнулась, и все её мысли тут же вернулись на круги своя.

«Я хочу, чтобы ты ушла. Навсегда».

Слова Сещемару звучали в её голове снова и снова. Девушка знала, с самого начала прекрасно знала, что всё закончится именно этим. Она ясно помнила его глаза: холодные, разочарованные, пустые и… печальные? Шира тряхнула головой, от чего её длинные волосы рассыпались по спине. Но, как ни странно, она думала, что не будет сожалеть ни о чём, но всё-таки… Странное вышло расставание. Теперь они порознь. Но будет ли всё так же, как и прежде?

«Поздравляю, тебе это удалось. Я о своём сердце».

Девушка всхлипнула, всеми силами пытаясь сдержать рвущиеся наружу слёзы. Она пообещала, что выполнит его желание, каким бы оно не было. Но Шира никогда не думала, что несколько слов, могут принести такую мучительную боль. Но теперь она осталась одна. Снова. Девушка усмехнулась и стиснула в кулаке кристалл, острые его края впились в кожу. «Успокойся, - неожиданно твердо решила она. – Всё в порядке. Не нужно мне думать об этом. Я знала, на что иду. Давно знала…». Самовнушение – опасная вещь, как и магия духа. Пытаешься убежать от себя, не в силах терпеть боль, а в результате, лишь обманываешь себя ложным спокойствием. Шира остановилась, затравленно оглядывая по сторонам. Солнце пробивалось сквозь густую зелень деревьев, даруя свои лучи земле. Где-то вдалеке слышалось звонкое щебетание птиц, топот животных. Деревья и травы стонали под этим давлением, но терпели боль. Их шепот и мольбы о помощи – сводили девушку с ума. Не выдержав этого, Шира упала на колени, будто ноги резко подрезали. Слёзы, которые она так отчаянно пыталась сдержать с тех самых пор, как ушла из деревни, вырвались наружу. Закрыв лицо ладонями, девушка заплакала навзрыд. - Не могу… Не могу так больше, - прошептала она, обхватив себя руками. И уже совсем тихо добавила: - Почему именно он?.. Шатаясь, девушка поднялась на ноги. «Если бы не эта проклятая сила, если бы не то, что я родилась демиургом… могло бы быть всё иначе? Мои родители родились людьми, но стали демоном и богом. Сколько бы я не пыталась, всё равно не могу представить, через что им пришлось пройти. Защищать и оберегать лес, хранить силу, данную с рождения… Сколько бед она принесла, сколько смертей. Трое из убийц уже мертвы, остался лишь Дакар. Но что мне делать, когда и его не станет? Продолжать жить? Зачем? В чём смысл бессмертия, если не можешь разделить его с тем, кто тебе не безразличен?». Шира провела рукой по лицу, словно стирая невидимую паутину. Голова прояснилась, а сил как-то прибавилось. Шаг, ещё один… И всё дальше и дальше от тех мест, где она чувствовала себя обычной женщиной. Где впервые по-настоящему поняла, что значит любить.

***

«За недолгое счастье расплатою горечь и боль. Я прошу об одном, забывая меня навсегда: ты не струсь, не предай, не солги и останься собой. Остальное уже не такая большая беда».

Сещемару прикусил губу, когда он вспомнил прощальные слова Ширы. Последние строчки из печальной песни менестреля. Демон бродил по округе, ни на кого не обращая внимания, даже от мелкой нечисти, которые нападали, отбивался не глядя. Взгляд его был абсолютно пустым, как у человека, потерявшего всё в один миг. Вся ярость и ненависть по отношению к девушке улетучилась ещё в тот момент, когда он покинул деревню. А на их место пришло куча вопросов. Почему не сказала? Чего она так боялась? Почему не доверяла? Но на каждый находился свой ответ. Он знал Ширу достаточно хорошо, чтобы изучить её повадки и манеры. И он прекрасно видел, что сила, и в самом деле, причиняет ей лишь боль и страдания. Какого это жить в бесконечном страхе? Оберегать то, что ненавидишь всем сердцем? Демон тряхнул головой, стараясь выбросить из своей головы печальный взгляд прозрачно-голубых глаз. Но мысли каждый раз, снова и снова, возвращались обратно к Шире. Сещемару почти рычал от бессилия. И так было каждый раз… Всякий раз, когда он старался не думать о девушке, она назойливо всплывала в его памяти, вновь заставляя погружаться в свои мысли с головой. Всё вокруг, на что демон раньше не обращал внимания, напоминало о грустном демиурге. Деревья, трава, ветер, даже дождь, так не вовремя хлынувший с небес… - Сколько ты ещё будешь меня преследовать? – прошептал он в пустоту, запрокинув голову. Гордость ли или же врожденное упрямство не давали разуму признать, что он скучал. Лишь сердце, которое колотилось с невероятной скоростью, кричало об обратном. «Сколько уже можно лжи?», - хмыкнул он, невольно кладя руки на эфес меча. Мужчина не привыкший думать ни о чём, кроме себя, силы и власти, буквально задыхался от осознания того, что рядом нет девушки, которая безмолвным, печальным призраком неотрывно следовала за ним всё это время, каждый час, каждую минуту… Она всё время была здесь. Сещемару спиной чувствовал её взгляд, улыбку, чувствовал нежные, прохладные руки, обнимающие его. Демон зарычал. Гневно, отчетливо, умоляюще… Голова разболелась пуще прежнего.

«Помяните моё слово, Сещемару, не успеете оглянуться, как ваша гордость погубит не только тех, кто вам дорог, но и вас самого».

Голос Ширы отчетливо зазвучал в его сознании. Что ж… всё вышло точно так, как и предсказывала девушка. Слова, его последнее желание, разрушили всё, что было ему дорого, оставив вновь его одного. Один… Вечность в этот мире? В мире, где не существует ничего, кроме жестокости, зависти и коварства бесконечных войн? Сещемару всю жизнь жил только этим. Всю жизнь он только и делал, что убивал и получал то, что хочет. Всю жизнь он был один… Тогда почему именно сейчас так болит сердце? Почему именно сейчас ему хочется разделить свою вечность с одной, единственной девушкой? Мужчина лишь поджал губы и упрямо зашагал вперед. Отдаляясь всё дальше и дальше от девушки, которая находилась в противоположной стороне. Ради тех, кто для нас что-то значит, порой нужно забывать про свои принципы, гордость и самолюбие. Впрочем, как и то, что лучше потерять свою гордость ради того, кто тебе дорог, чем потерять человека из-за гордости. Но разве кто-то сможет объяснить это холодному демону? Разве кто-то учил его предаваться своим чувствам? Пока Сещемару сам не осознает этого, пока он этого не поймет – сердце будет продолжать болеть, а душа страдать.

***

Шира всхлипнула и вновь упала на землю. Ногти впились во влажную почву, оставляя глубокие борозды. Девушка уткнула свой взгляд на дрожащие руки и тихонько, жалобно заскулила. - Никогда бы не подумал, что ты так ослабеешь… Резко вскинув голову, Шира наткнулась на спокойное, чуть усмехающееся лицо Дакара. Все её эмоции, точно корова языком слизала, оставив лишь кипящую ярость. Рука в одно мгновение выхватила меч, и девушка вскочила на ноги. Демон никак не отреагировал на смену настроения, лишь удивленно приподнял брови, когда заметил, что она вновь может стоять. - Вот так сюрприз… - улыбнулся он. – Я должен Левиафана поблагодарить? - Да. На том свете, - кивнула Шира, сверкнув голубизной глаз. Дакар улыбнулся, совсем уж странно, но отступил. Даже несмотря на то, что лезвие Киншина оказалось в подозрительной близости от его горла. - Думаешь, - шепнул он. – Это меня остановит?.. Его фиалковые глаза хищно сузились. В один миг он оказался за её спиной. А Шира… Даже не чувствовала его, будто демона и в помине рядом не было. Кинжал, который Дакар хранил за поясом, мгновенно оказался прижат к её горлу. - Дорогая моя, - протянул он, растягивая губы в притворной, нежной улыбке. – Я владею пространством, или ты забылась? - Что тогда тебе мешает забрать кристалл? – прошипела она, косясь на тонкое лезвие. Одно неловкое движение, и горло будет вспорото. Мужчина смутился, но лишь на мгновение. Его взгляд потух, а улыбка превратилась в болезненную гримасу. Рука, сжимающая кинжал, побелела, от чего стали видны голубовато-сиреневые вены. Шира ждала, ждал чего-то и демон. «Не похоже это на него, - нахмурилась девушка. – Ему сейчас ничего не мешает убить меня и забрать кристалл. Но чего тогда он медлит? После боя с Левиафаном я потеряла слишком много крови, поэтому сейчас не сильнее обычного демона. Тогда почему?..». - Ничего не мешает, - улыбка вновь расцвета на его губах. – Но ты мне мешаешь… Как можно так убиваться из-за любви к какому-то демону? В твоем распоряжении власть и сила, но ими не пользуешься. - Ничего ты не понимаешь, - Шира слегка качнула головой, стараясь не попасться на лезвие. – Тебе ни за что не понять… «Какого это любить, зная, что это опасно», - фраза так и осталась незавершенной. Один взмах рукой, и кинжал вонзился в грудь девушки. Что-то хрустнуло под его натиском и осыпалось пылью под ногами. Шира удивленно-непонимающе округлила глаза. Сила, которую сдерживал кристалл, вырвалась наружу и стремительно принялась заполнять её. Каждая клеточка тела насыщалась этой силой, заставляя нутро буквально гореть. Девушка сдавленно вскинула – процесс был весьма болезненным. Волосы её, секунду назад белоснежные, приобрели каштановый оттенок, совсем как у её покойных родителей. Только единственная прядь светлых волос осталась возле самого виска, выделяясь. Глаза в последний раз сверкнули голубизной и почернели. Лишь в самом зрачке по-прежнему сияло синее, закручивающееся в спираль, пламя. Теперь и у неё был второй облик, но, увы, проявился он слишком поздно. В глазах её потемнело, а ноги подкосились, и она непременно бы рухнула на землю, если бы не державший её Дакар. - Зачем?.. – шепнула она, чувствуя, как скатывается по щеке слеза. – Ты хоть понимаешь, что натворил?.. Мужчина лишь безразлично пожал плечами и… Тонкой лезвие прошлось по горлу девушки, оставляя ровный лунообразный порез. Из раны тут же потоком хлынула алая кровь. Шира закричала. Но вместо крика послышалось какое-то неясное бульканье и свист. Аккуратно усадив девушку на землю, Дакар отступил. Его лицо не выражало ни единой эмоции, но глаза были полны скрытой печали. - Ты ведь желала умереть, не так ли? – голос его звучал так, будто он вот-вот собирался разреветься. - По-чему?.. - с трудом прохрипела она, зажимая кровоточащую рану рукой. Впрочем, бессмысленно. «Зачем? – хотелось кричать, но рана не могла позволить большего. – Зачем он это сделал? Он мог просто отобрать кристалл, и я бы сразу умерла! Но он предпочел вернуть силу, зная, что больше не сможет отнять её… Почему?». - Потому что мне не нужна сила, если я не могу разделить её с дорогим мне человеком. Вопросы и ответы пропали сами собой, когда демон поднял на неё серьезный, полный бессильной злобы и печали взгляд. Шира даже забыла о ране, из которой не переставала хлестать кровь. «Невозможно! – выдохнула она, во все глаза глядя на Дакара. По щеке скатилось несколько слезинок. – Этого просто не может быть». Мужчина, заметив её выражение лица, резко отвернулся, будто стыдясь своих слов. - Не волнуйся, ты умрешь, как того и желала, - и совсем уж тихо добавил: - Прощай, Шира. И Дакар исчез, даже не удостоив девушку взглядом. Но, несмотря на это, она улыбнулась, даже на мгновение забыв о боли. Шатаясь и трясясь, Шира поднялась на ноги. Колени её дрожали, а кровь, стекающая между пальцами, уже полностью залила её грудь и живот. Умирать здесь – не хотелось. Нужно было идти вперед.

***

Дакар… Все мысли теперь витали вокруг этого демона. Девушка усмехнулась. Ей никогда и в голову не могло прийти, что Дакар, этот треклятый убийца, может быть влюблен. Да и в кого? В неё! В демиурга! Нет, любовью или симпатией она к нему не воспылала, но в душе зародилось крохотное чувство, называемое уважением. Он не отнял силу, не присвоил её себе. Но он освободил её от ответственности, возложенной на неё. Впрочем, это не помешало сделать ему так, чтобы она долго и медленно умирала. Вся ненависть и злость, по отношению к нему, куда-то разом улетучилась, оставив после себя лишь раздражение. Шира бы никогда не смогла простить Дакару гибель её родителей, как бы и никогда не смогла полюбить его. Но теперь же, она бы и не смогла убить его. Не смогла бы. И он знал это… Знал, поэтому и показал ей облик Сещемару через несколько сотен лет, надеясь, что она поймет, что ей не место рядом с ним. Но Шира в ту ночь не смогла отказаться от демона, даже несмотря на то, что мужчина сильно постарел. А Дакар он – освободил её от бремени и проклятия, и за это девушка была ему бескрайне благодарна. Жаль только, что он не пойдет вслед за ней… У них, даже после смерти, своя дорога и свой путь в Загробный мир. Шира вновь закашляла, чем вызвала новый поток крови из перерезанного горла. «Странно всё это…», - подумалось ей за секунду до того, как в глазах потемнело. Вся боль, вся усталость и слабость от потери крови – навалились на неё. Ноги её подкосились, и она мягко рухнула на землю, в объятия белоснежных цветов, которые мгновенно окрасились алым цветом. Шира захрипела и откинула голову назад – хотелось, чтобы все мучения наконец прекратились. Тьма и пустота медленно проникли в сознание. Мыслей не было, лишь остекленевший взгляд, направленный в небо. - У меня явно дежавю, - чей-то тихий, немного насмешливый голос всё же смог дорваться до её потухающего сознания. С трудом повернув голову, Шира прищурилась и вскоре, наконец, смогла заметить полупрозрачный женский силуэт, нервно обмахивающийся веером. - Повелительница ветра Кагура?.. – прошептала она и вновь согнулась в новом приступе кашля. Дух ветра недовольно поморщилась и подлетела к девушке, присев рядом на корточки. - Нда уж, - скептически протянула она, выгибая дугой бровь. – Когда я умирала, то выглядела весьма не дурно. По сравнению с тобой. Шира даже нашла в себе силы улыбнуться, хотя улыбка и вышла скорее, как болезненная гримаса. - Не забывай, что твоё тело уничтожила не рана. А то, что не смогла излечить даже Тэнсейга. - Ага. Яд этого подонка Нараку, - фыркнула Кагура, резко поднимаясь. – Я бы, в принципе, предпочла ещё пожить, но и так сгодится, - и внимательно оглядев, лежащую на земле, девушку, добавила: - Каково это, умирать третий раз? - Привычно, - хохотнула Шира. – Да и задержалась я в этом мире… Дух как-то странно улыбнулась, прикрывшись веером, а затем её взгляд устремился куда-то вдаль. - Не советую тебе окочуриваться раньше времени. Он уже близко. Думаю, что во второй раз он твоей смерти не перенесет. - Он?.. – веки тяжелели, а глаза тускнели. – Кто он?.. Кагура фыркнула: - Так я тебе и сказала! Да не помирай ты! Рановато тебе ещё… - и, опустив глаза, прошептала: - Вы уж разберитесь, наконец. Произнеся это, Повелительница ветра взмахнула своим прозрачным веером и унеслась вдаль. Оставив после себя лишь приятную прохладу. Шира, уже ничего не видя вокруг себя, прикрыла глаза, застланные кровавой пеленой. На душе, как ни странно, царил покой. Была, правда, одна вещь, о которой она сожалела. Но девушка бы не призналась в этом даже самой себе… - Шира! Родной голос оказался настолько близко, что казался сном. И знакомые, крепкие руки приподняли её над землей, встряхивая. Девушке пришлось приметить титанические усилия, чтобы приподнять веки, ставшие, как свинец. - Ты… - с трудом шевеля пересохшими губами, прошептала она. – Ты снова пришел спасти меня? Но… кто… я?.. Было больно, и девушка не знала, физическая ли это боль или душевная. Но сердце забилось чаще, заставляя всё тело дрожать. Глухие удары отдавались в висках, успокаивая. Сил более не осталось, как, впрочем, и жизненных сил… Но прежде чем провалиться в такую родную, теплую пустоту, Шира расслышала странные слова: - Ты – моя самая большая победа над гордостью. Она бы непременно рассмеялась, но тьма уже забрала её в свои объятия.

***

Шире снился кошмар. Потому что, на самом деле, действительность не может быть такой ужасной и невыносимой. Сон… Тяжелый, липкий, обволакивающий и крепко держащий свою жертву, как паутина. Сила, наполняющая её, показала всю жизнь леса, духов, бога… Всю, от начала до самого конца. Девушке казалось, что она сейчас задохнется в этом кошмаре. Каждый раз, смотря на это, она чувствовала всё пережитое, как наяву. Снизу-вверх, от жизни до смерти. Она падала с огромной высоты, тонула на дне океана. Ей отрубали голову, живой бросали в огонь, её топтали ногами, ломая кости. И каждый раз одно и то же… Но в один момент она увидела маленький голубоватый огонечек, так забавно подмигивающий в темноте. Шира потянулась к нему, привлеченная крупинкой света в этой непроглядной темноте. Потянулась и… застонала. Разум вернулся обратно, а вот глаза всё не желали открываться. Голова ужасно гудела, всё тело ломило так, будто на неё обрушился валун. Раз десять. Горло и шея ужасно болели, и хотелось пить. Шира попыталась вымолвить хоть слово, но вместо этого с уст сорвался лишь хриплый стон. «Погодите-ка, - мысли не спеша начали с треском пробиваться в сознание. – Если я чувствую всю боль, то я…». Додумать она не успела. - Шира!!! От такого визга, девушка невольно поморщилась, но глаза всё-таки открыла, хотя бы для того, чтобы… удивиться. Снова закрыла и вновь открыла, до конца не веря в происходящее. - Шира-а-а… - заплакал Шиппо, уткнувшись мордочкой в живот. - Очнулась, - Санго облегченно вздохнула и откинулась назад, где её подхватил Мироку. - Живая, - так же облегченно прошептал монах, слабо улыбаясь. - Думал поседею, пока ты в отключке была, - поддакнул Инуяша, запуская пятерню в шевелюру. На лице его была блаженная улыбка. - Шира-сама! На девушку тут же обрушились Рин, Кохаку и Джакен, рыдая в голос. - Вы… - она не смогла произнести ни слова. Лишь на губах появилась слабая полуулыбка, и слеза скатилась по щеке. – Но как? Я ведь… - Сначала тебе поесть надо, - строго возразила бабушка Каэде, появившись на пороге домика. - Сколько я здесь? – сглотнула она, чувствуя, как живот завязывается в морской узел. - Почти восемь дней, - отозвался Мироку, помогая ей приподнять голову. «Восемь?! Не удивительно, что так есть хочется», - вздохнула она, вновь сглатывая слюну. - Осторожно, горячо, - предупредила Санго, протягивая ложку с горячим, вкусно пахнущим бульоном. Девушка блаженно вздохнула и умяла тарелку за считанные секунды, охотница едва успевала запускать ложку в миску. Каэде и Рин вновь перевязали ей раны, при этом смазав какой-то мазью, от которой заслезились глаза. Инуяша, не переносящий подобные запахи, часто заморгал и даже задержал дыхание, но с места не сдвинулся. Напоив её отваром из целебных трав, уложили обратно в постель и наперебой начали свой рассказ. Всё оказалось до банального просто – Сещемару подоспел во время. Как раз в тот момент, когда она была готова распрощаться с жизнью. Крови она потеряла столько, что в пору было бы выгоднее добить, но нет. Мужчина мало того, что принёс её сюда, так ещё и доставил господина Зельевара с его снадобьями. Как сказал Инуяша, в таком гневе, брата ему не удавалось увидеть. «Меня не волнует «как» и «каким образом», но сделайте так, чтобы она осталась жива». С этими словами, Сещемару схватив Бакусайгу и подобранный в лесу Киншин, куда-то удалился. Весь его вид говорил о том, что он идёт, отнюдь не на дружескую встречу. Шира вздрогнула, но мысль о том, что мужчина отправился искать Дакара, прочно осела в голове. Запустив руки в растрепанные волосы, она заплакала, чем вызвала панику у всей мужской половины. - Это я виновата… - без остановок шептала она. – Ну, зачем… Зачем он пошёл за ним? Я ведь предупреждала его и не один раз… - Эй, - рыкнул Инуяша, останавливая нескончаемый поток слов и слёз. – Слушай сюда, Сещемару – самый крутой и опасный демон из всех, кого я когда-либо знал! Он сильнее, чем ты можешь себе предположить. И уж точно расправится с тем говнюком, который сделал это с тобой. - Я не сомневаюсь, - вздохнула она. – Но я не понимаю, зачем он нарочно ввязывается в то, к чему не имеет никакого отношения? Полудемон как-то странно посмотрел на неё и, прищурившись, спокойно произнес: - А разве ты бы на его месте не поступила так же? Шира уже открыла было рот, но тут же его закрыла. Доводы и аргументы просто вылетели из головы. Почувствовав, что её вновь клонит в сон, она зевнула. Санго помогла ей лечь так, чтобы не задевать ранения. И Шира погрузилась в крепкий сон, на сей раз, без сновидений. Очнулась же она только спустя три дня. К тому моменту все раны, наконец-то, зажили, хотя слабость до сих пор не покидала её тело. Но Шира её уже не чувствовала. Все мысли были лишь о Сещемару, который так и не вернулся. Джакен и Рин изнывали от беспокойства, хотя и девушка не отставала от них. Но, почему-то, она была уверена, что он жив. Откуда она знала? Ни откуда… просто чувствовала это. Инуяша и Шиппо всячески старались подбодрить её, утешая и успокаивая. Но Шира лишь улыбалась и качала головой, прекрасно зная, что и полудемону после ухода Кагоме нелегко. Девушка помогала Санго и Каэде вести хозяйство, чем привлекала излишнее внимание крестьян. Они уж думали, что их ни чем больше удивить нельзя… Одежда Ширы оставляла желать лучшего. Всё-таки после стольких кровопролитных битв, она отслужила верой и правдою. Мироку добыл для девушки светло-сиреневое кимоно, расшитое крупными цветами сакуры, за что она была ему очень признательна. - Шира-сама, - тихонько позвала её Рин, когда они вновь собирали травы. - Да? Что такое? – ласково улыбнулась она, поворачивая голову. Каэде нужна была трава под названием – белая омела. Но, увы, сколько бы они её не искали, так и не могли найти. Поэтому Шира решила немного поколдовать, и вот, в результате, вся поляна поросла маленькими белыми цветочками, которые могли служить для остановки крови. Несмотря на то, что нападение демонов уменьшилось почти в три раза, и жертв больше не было, люди часто ранили сами себя по время работы. Рин, задумчиво пожевала губы, и покачала головой. - Нет. Ничего… Шира вздохнула, но настаивать на продолжение разговора не стала. - Уже поздно, - шепнула она, неотрывно глядя на заходящее солнце. Как ни странно, лучи совсем не слепили глаза. – Возвращайся в деревню. - А вы? – удивилась она, послушно подбирая корзину. Девушка улыбнулась и поднялась. - Пойду прогуляюсь. Ночь обещает быть безоблачной. С этими словами Шира, развернувшись, взмыла вверх над лесом.

***

Когда же она, наконец, нашла небольшое озеро, уже совсем стемнело. Мягко приземлившись у берега, она с наслаждением вздохнула ночью прохладу, исходящую от воды. Скинув с себя кимоно, девушка шагнула в воду. Та была на удивление теплой, но всё же приятно холодила многострадальную кожу. Шира поморщилась, когда вода коснулась ран на теле, но тут же на смену боли пришли покой и умиротворение. Девушка набрала в грудь побольше воздуха и нырнула. Не известно, сколько времени она провела под водой, но когда она, наконец, вынырнула, лицо её буквально светилось счастьем. Со смехом создав кучу брызг, она легла на спину, глядя на серебряный диск луны. - Как давно я такой красоты не видела… - одними губами прошептала она, и, развернувшись, вновь скрылась под водой. Вода была чистой и прозрачной, что на дне можно было разглядеть каждый камешек. Оттолкнувшись от дна, Шира резко вынырнула, тряхнув волосами. Те влажными локонами легли на её грудь и спину. Внезапно девушка застыла, а по телу побежали мурашки. Она знала этот взгляд. Холодный, безразличный, раздраженный, но, самое главное, любимый. - Прекрасная ночь, - тихо промолвила она. – Согласен со мной, Сещемару? – и с улыбкой, которую уже была не в силах сдерживать, повернулась к берегу. Мужчина стоял возле деревьев, небрежно прислонившись к ним спиной и скрестив руки на груди. Лицо его, как всегда, было слегка нахмурено и холодно, но вот во взгляде его что-то изменилось… В них теперь было то, что и он, и она прекрасно понимали. Шира смотрела на демона и не могла оторвать от него взгляда. «Живой, - с облегчением подумала она, прикрыв глаза. – Какое счастье…». Но тут же побледнела, вспомнив, что произошло между ними, почти три недели назад.

«Я хочу, чтобы ты ушла».

Вновь зазвучал его холодный голос. Тихонько ахнув, девушка отплыла назад. «Но ведь он здесь, верно?», - улыбка вновь расцвета на её лице, а взгляд стал хитрым. - Присоединишься? – поинтересовалась она, слегка наклонив голову. Сещемару ничего не ответил, лишь уголки его губ слегка приподнялись. В одно мгновение, он оказался рядом с ней в воде, внимательно глядя на её лицо. Ждал он, ждала и Шира. Но вот только чего? А девушка всё продолжала смотреть на правильные, заостренные, но такие родные черты лица, не в силах поверить, что это явь. Это был не сон… Сещемару действительно был здесь, рядом с ней, стоят совсем близко. А она… она всё ещё жива. Что может быть лучше? А лучше всё-таки могло быть, когда мужчина внезапно наклонился к ней, целуя. Все мысли разом покинули голову девушки, и она, уже не понимая, что творит, обхватила руками его шею, притягивая к себе. Демон сдавленно выдохнув и, подняв Ширу, усадил её на камень. Девушке пришлось подняться на колени, чтобы заглянуть ему в лицо. Только сейчас она поняла, насколько он её выше. Осторожно, нежно Шира коснулась губами уголка его губ. - Это и вправду ты… - глуповато улыбаясь, протянула она, коснувшись его щеки. Никто из них уже не помнил, когда поцелуи из нежных, осторожных и робких, превратились в напористые, жадные и страстные. Шира выгибалась в сильных руках демона, поддаваясь его ласкам, а он, в ответ, тихо стонал, когда девушка, едва касаясь, проводила ногтями по его спине, покрывая грудь мимолетными поцелуями. Удивительное сочетание нежности и страсти. Объятия, которые никто не хотел разрывать и поцелуи, которые сейчас были необходимы, как воздух. Только им двоим. И Шира, и Сещемару, будто горели в огне – их бросало то в жар, то в холод. Сладкие мучения, сопровождаемые тихим, утробным рычанием мужчины и приглушенными стонами девушки. Никто из них не помнил, когда они оказались на берегу, не разрывая ласк. Шира лишь почувствовала на секунду, как её спина коснулась мягкого меха, а потом… потом опять всё закружилось в водовороте чувств, которому хотелось отдаться без остатка. А дальше перестали существовать демон и демиург. Больше не было никаких запретов, недомолвок и недоверия. Стена, которая стояла между ними столько долгое время, наконец разрушилась. Были просто мужчина и женщина, два тела и две души, две судьбы, которые сплелись воедино. И единственная мысль о том, что именно её… именно его не хватало в этой жизни. Поцелуи, шепот, громкие стоны, ласки, руки, блуждающие по напряженным мышцам… Всё смешалось воедино. - Шира, - полурык, полувыдох. - Всё хорошо, - срывающимся голосом прошептала она, крепче обхватила ногами талию демона. Рык, и высшая степень эйфорического наслаждения, медленно растекающаяся по телу. Девушка уткнулась лицом в плечо мужчины, подавив невольное восклицание. Оба тяжело и часто дышали, но, когда взглянули друг другу в глаза, улыбнулись. Искренне и открыто, позволяя что бы только он… она увидели её. А Шира, счастливо рассмеявшись, обняла Сещемару, утягивая его за собой на меховушку. Наступило гробовое молчание, сопровождаемое лишь стрекотанием сверчков и кузнечиков. Мужчина полулежал на земле, подперев голову рукой, свободной же рукой он неторопливо перебивал потемневшие, ещё чуть влажные пряди волос девушки, пропуская их сквозь пальцы. Сама же Шира безбоязненно и уверенно прижалась к мужчине, согреваясь о жар его тела. - Он мёртв, - вдруг произнёс Сещемару, обнимая девушку за талию. - Я знаю, - спокойно кивнула она. – Иначе бы ты не вернулся… И вновь молчание и спокойствие, которые никто не решался нарушить. Звезды на небе уже были расположены по-другому, что означало лишь одно – скоро рассвет. Но зато луна продолжала ярко сверкать, освещая озеро и поляну своими серебряными лучами. Шира задумала, что не заметила, как начала заплетать мужчине косу. - Кстати, - спохватилась она, поднимая на Сещемару заинтересованный взгляд. – Почему не соберешь волосы в хвост? Так ведь удобнее во время битвы. – Демон передернул плечами, а девушка, улыбнувшись, продолжила: - Ну хочешь, я тебе соберу? - Возможно, - его глаза хищно сверкнули. Но Ширу это нисколько не напугало. - Есть проблемы? – полюбопытствовала она, приподнимаясь на локтях. - Псам-демонам волосы могут расчесывать только их жены. Таков обычай, - монотонно произнес он. Девушка моментально погрустнела и, опустившись обратно, отвернулась. «Ну всё у нас никак у людей… Ой, то есть, демонов», - вздохнула она, уткнувшись лицом в мягкий мех накидки. Сещемару усмехнулся и придвинул фыркнувшую Ширу за талию к себе обратно. - В таком случае, - его серьезный и мрачный тон заставил девушку повернуться. – Да – единственный ответ, который я приму. Шира удивленно захлопала глазами. - А ничего, что я… Слова о том, что она демиург – застряли в горле, на глазах потихоньку начали наворачиваться слёзы. Скептический взгляд мужчины, и емкий вопрос: - Дура, да? Девушка рассмеялась, заливаясь звонким смехом, и с трудом прохрипела: - Да и ещё раз да. Дальше… Ну а дальше наступил рассвет. Но разве сейчас было до него?