Битва с собственной кровью

Солнце нехотя вставало, лениво скользя своими лучами по мчащейся полицейской машине, такой одинокой в утренней дымке. Гинтоки уже который час безучастно пялился в окошко, наблюдая за мелькающими там деревьями. Одно-два-три-четыре-пять-шесть-буэээээ… — Идиот, решил уделать полицейскую машину? — зам командующего шинсенгуми впечатал белобрысую голову в бардачок. — Сидите смирно, раз уж увязались за мной. — Но, Хиджиката-сан, почему мы развернулись? — Шинпачи подал голос с заднего сидения. — Уже даже меня укачало. Сначала мы всю ночь ехали в сторону порта, чтобы забрать Окиту-сана и Кагуру-чан с острова, а сейчас возвращаемся в Эдо. -Что-то случилось? — Да. Эти идиоты уже в космосе, — Хиджиката раздраженно перекусил сигарету пополам. — Видимо мы могли спокойно лететь, куда планировали, не отвлекаясь на них. — В космосе? — Подставка сняла Шинпачи, чтобы заботливо его протереть. — Но ведь, если они были на острове, они уже должны быть не на корабле Кихейтая? Вряд ли у тех было бы время сцепляться с торгашами из Виларибо? — Не Виларибо, а Вилабаджо! — Тоширо злился. Явно сказывались усталость от бесполезной езды всю ночь. — Что вообще за название для деревни? Чем они там торгуют? Фейри? Сзади снова послышался взволнованный голос. — Но тем не менее, Хиджиката-сан, вы уверены, что они в космосе? Что им там делать? И вообще, как они туда попали? — Абсолютно уверен. Датчик на Сого все еще работает. В той стороне только закрытые планеты аманто, космические бордели и Межгалактический Рынок. Сомневаюсь, что Сого оторвал бы свою задницу от родной планеты ради того, чтобы выпороть пару космических проституток. Так что их цель — Орфеус и резиденция Хатараки. Ямадзаки уже давно там наблюдает, но никто из Кихейтая пока не появлялся. И эта парочка видимо следует за флешкой. — Флешкой? Ой-ой, тогда надеюсь, Кагура захватит ее первой и нам не придется делиться призовыми денежками с вами, проедатели налогов, — присоединился к разговору Гинтоки. — Мы вообще-то делаем это не из-за денег, а по поручению правительства. — Что? Так вам за это даже не заплатят? Тогда мы готовы пожертвовать по сотне йен тебе и Окита-куну, если вы не будете мешаться под ногами! — Пару часов назад вы оба места себе не находили от беспокойства за девчонку, а теперь, значит, уверены, что она там за вас двоих батрачит? — Ну-ну, это же Кагура-чан, конечно мамочка переживала, когда она была на корабле с толпой незнакомых аманто. Но теперь-то они с Окитой-куном раздобыли где-то космический корабль и летят на Межгалактический Рынок. Что может случиться? — Гинтоки глубокомысленно поковырялся в носу. Машина шинсенгуми неслась на всех парах обратно в Эдо. Вымотанные долгой дорогой туда-обратно и нервотрепкой за своих младших товарищей, все устало замолчали. Наконец показался город, а через пару десятков минут замком шинсенгуми и парни из Йородзуи уже входили в огромное здание терминала. Там троица была встречена Харадой. Пока Хиджиката переодевался в туалете из формы шинсенгуми в предоставленную лысым неброскую одежду, Гинтоки и Шинпачи вкратце были посвящены в обстоятельства происходящего. Заказчиком с чемоданом денег оказался никто иной, как Хатараки Том, миллиардер, в свободное от траты денег время занимающийся разработкой ядерного оружия. Он целиком и полностью принимал правление Тендошу и даже с удовольствием пользовался их благосклонностью, интегрируя их технологии в гораздо более слабо развитые земные. Результатом исследования его и его огромного инженерного отдела стала ядерная установка, полностью управляемая дистанционно в радиусе нескольких световых лет. Для Тендошу это оказалось бесценным открытием, с помощью которого они могли силой сдерживать противящиеся их контролю планеты из любой точки вселенной. Испытания еще только планировались, но этому помешал вмешавшийся в дело Кихейтай. Наняв воров, Такацуги в итоге захватил флешку и теперь имел возможность запустить стоящую в исследовательском отделе установку из любой точки вселенной. Хотя, конечно, не совсем из любой. Запуск был возможен только с одного из терминалов главного разработчика — Хатараки, кои были обширно разбросаны по всем его земным резиденциям и единственной космической. Все земные точки уже давно кишели шинсенгуми, а вот космическую окупировать оказалось не так легко. Отряд аманто, контролировавший исследования, заметно занервничал после кражи ключей, и попытался скрыть этот момент от Тендошу, дабы избежать кары. Подергав за ниточки Бакуфу, они привлекли к тайному расследованию Шинсенгуми, однако ввиду этой самой тайности, те могли действовать только скрытно. Конечно же переброска большого отряда земной полиции привлекла бы тщательное внимание, чего те совершенно не хотели. Так что отправиться в космос мог лишь небольшой отряд шинсенгуми, и конечно же они не имели там ни малейшего влияния. Пока что вахту на Орфеусе нёс лишь незаметно прошмыгнувший туда Ямадзаки. В планы шинсенгуми входил переброс небольшого отряда, быстрое отражение предполагаемого налета на резиденцию и конфискация ключей. Проблема состояла в том, что Кондо-сан был обязан остаться на подхвате у Мацудайры; капитаны отрядов, не считая пропавшего Окиты и Харады Юноске занимались контролем земных терминалов; а брать кого-то из рядовых солдат на такое опасное задание не имело вообще никакого смысла, разве что в качестве пушечного мяса. Так что подвернувшиеся парни из Йородзуи были как нельзя кстати, тем более, что предстояла встреча с одним из бывших товарищей Широяши. Гинтоки и Шинпачи идея работать бок о бок с шинсенгуми совершенно не вдохновляла, но возможности самим незаметно пробраться на Орфеус и найти там эту «резиденцию», флешку и Кагуру у них совершенно не было. Саката нахмурился, скрестив руки на груди, через огромное окно терминала вглядываясь в бескрайнее голубое утреннее небо. Что ждало их там? По ту сторону этого светлого домашнего неба. Там, где сейчас холодные звезды освещают путь его бывшему другу, погрязнувшему во тьме. Прошло совсем немного времени из предполагаемых восьми часов перелета, но зелено-голубой шарик Земли стал совсем-совсем маленьким. Шинпачи прилип к окну, в очередной раз поражаясь масштабам Вселенной. — Хиджиката-куун, ты же обещал достать нам крутые билеты, почему мы летим не в бизнесс-классе? — Гинтоки опять пассивно доставал замкома шинсенгуми. Видимо это был его способ справляться со стрессом, доводя до него Тоширо. — Просто заткнись, — Хиджиката устало прикрыл глаза. Как никак, больше всего вымотался именно он, так как помимо всего прочего, ему пришлось всю ночь вести машину и отмахиваться от нападок Гинтоки или мини-истерик очкарика. — Нам лететь еще часов восемь на встречу с твоим чокнутым приятелем. Мы должны отдохнуть. — Дамочка, моего друга недавно бросила девушка, так что ему очень грустно, холодно и одиноко! — Саката обратился к стюардессе наигранно высоким голосом. — Принесите ему, пожалуйста, маску и пледик, он собирается вздремнуть и увидеть ее во сне. Замком лишь молча вздохнул, устраиваясь в кресле поудобнее и пытаясь чуть отвернуть голову от сереброволосой занозы в заднице. Спорить совершенно не хотелось от осознания, что бодрствование и ссоры в ближайшие несколько часов принесут лишь лишнюю усталость. Стюардесса все-таки принесла пледики, причем всем. Закутавшись по самый нос, Шинпачи снова повернул голову в сторону иллюминатора. — Гин-сан, как думаешь, с Кагурой-чан все будет в порядке? Саката по примеру замкома тоже устроился в кресле поудобнее, вытягивая ноги и прикрывая глаза, пытаясь прогнать из головы образ ухмыляющегося командира Кихейтая. — Будет. Спи. — Буээээ… — Окита напару с Сакамото сосредоточенно удобряли ведерко. — Может вас запереть в туалете и не выпускать до конца перелета? — Муцу попыталась пнуть капитана Каентая, но передумала, решив, что не хочет, чтобы ведерко с нелицеприятным содержимым оросило палубу. — Почему последнее время всех постоянно рвет? Внезапный приступ массовой беременности? — Но, Муцу. Что я могу поделать? Меня укачало. А до этого у меня было похмелье. А Окита-кун судя по всему вообще первый раз в космосе, ему это можно простить. — Ему, а не тебе, идиот. Примите таблетки от укачивания и не позорьтесь. Корабль Каентая уже довольно долго плыл в открытом космосе, и внутри была приятная полупрохлада. Кагура сидела, прислонившись к огромному окну и смотрела на малюсенькую Землю, на огромные яркие звезды, безмолвно говорившие с ней прошлой ночью. Тут было так спокойно и так привычно. Несмотря на то, что на Земле девушка провела несколько лет, что-то внутри тихо звало ее обратно. Помимо того, что ято — кровожадные убийцы, они также не привыкшие вить гнезда, перелетные птицы. Может она и нашла свое дерево, как ей казалось, но что если это не так? Что если это была всего лишь иллюзия спокойной домашней жизни? Короткая передышка, данная ей небесами лишь затем, чтобы понять, что ей там не место. Наверное идея попутешествовать, например вместе с паппи, не такая уж и плохая. Там тебе и выход энергии и внутренней кровожадности в охоте на монстров, да и лысый достаточно силён чтобы за себя постоять, если вдруг ей сорвет крышу. Кагура грустно вздохнула, почувствовав себя депрессивной ванилькой. Помотав головой, она спрыгнула со своего места, ощутимо нагретого за пару часов медитирования, и отправилась размять ноги. Хотелось какой-то движухи, потасовки. Но садист был весь зеленый и едва шевелился, а избивать дрыхнущего Зуру было и вовсе не спортивно. Намотав с десяток кругов по палубе и совершенно не найдя чем себя развлечь, чтобы перебить невеселые мысли, рыжая подошла к штурвалу, снова устремив взгляд в гипнотизирующий космос. — Эй, Муцу. Каково это — все время проводить на корабле, мотаясь туда-сюда? Девушка смерила Кагуру долгим внимательным взглядом, чувствуя, что мысль еще не закончена. — Просто… — Кагура замялась, раздумывая, что она хотела поведать соплеменнице. За последние пару дней ее мир встал с ног на голову. До этого все казалось таким устоявшимся, привычным, а сейчас она уже не была так уверена в завтрашнем дне. Может ли она вернуться на Землю, или сейчас, через окно корабля она смотрит на нее последний раз? Увидит ли она снова Гин-чана, сеструху и остальных? Тишина затянулась, желание что-то говорить вообще отпало. Девушки стояли молча, разглядывая бескрайнюю синеву впереди. — Нормально. Для нас, — старшая ято положила руку на плечо младшей. — И тебе найдется место. Подумай над этим.