"Куда уносит ветер..."

Всю неделю до отъезда я старательно лечила сорванные связки: старалась не тревожить больное горло, разговаривала тихо, коротко и только по крайней необходимости, ходила, укутав горло в шарф, хотя на улице во всю разгуливало бабье лето, словно напоследок пригревая людей перед наступающими холодами. За этот, вроде бы короткий промежуток, я выпила столько теплого молока и сырых яиц, что, кажется, мне хватит до конца жизни. Зато все мои усилия не прошли даром, и к концу недели голос начал восстанавливаться. Сейчас же все стабилизировалось, правда, осталась легкая хрипотца, но я надеюсь, что и это в скором времени пройдет. Но даже такой мой срыв и переживания не помогли убедить отца в том, что мне было бы лучше остаться дома, а не ехать в какой-то пансион. По этому поводу у нас с ним состоялось еще несколько серьезных бесед, правда, из-за пропавшего голоса сказать я ему ничего не могла, зато моя активная жестикуляция и мимика лица сполна выразили мое мнение о сложившейся ситуации. Но в итоге я сдалась. Так сказать, прошла через пятую стадию - принятие неизбежного. И стала нехотя собирать свои пожитки в чемоданы. Я решила взять как можно больше одежды, ведь в Вильмонте я буду жить двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю и вещей мне понадобится много. Поэтому разложив по разным сумкам и чемоданам джинсы, кофты, рубашки, майки, обувь и бижутерию, я даже закинула туда с собой ярко-красный мягкий плед в надежде, что с ним я не буду замерзать по ночам, и он станет напоминанием мне о доме. Также вместе с остальными вещами я поставила еще и чехол с гитарой. В него, кроме самого инструмента, я сложила свою папку с нотами и музыкальную тетрадь, в которой записываю свои песни. Очень горько и обидно было обзванивать друзей и знакомых и говорить, что я уезжаю и увидимся мы с ними "ой, как нескоро". После такого звонка моя лучшая подруга, Вики, срочно прибежала ко мне домой, и мы долго плакали, попеременно утешая друг друга и говоря, что "мы еще увидимся" и что "все будет хорошо". От мысли о том, что я расстанусь на долгое время с Вики, у меня больно сжималось сердце. Но выхода другого мне родители не дали, поэтому пришлось собрать всю волю в кулак и отпустить свою прошлую жизнь, начиная двигаться дальше. Когда же настало время отъезда, мои глаза так щипало от выплаканных слез, что было трудно держать их открытыми. Поэтому как только я распрощалась с родными и выплакала из себя все до последней капли, то включила музыку на телефоне, воткнула наушники в уши и закрыла веки, наконец-то, давая глазам отдых. Мне полегчало, и, сама того не заметив, я провалилась в сон. Проснулась я, когда до пансиона оставалось всего километров десять. Вот тут-то на меня и нахлынула паника. Ведь за всеми прощаниями, мыслями о "предательстве" со стороны родителей, я совсем забыла о том, что вместе с местоположением я сменю еще и одноклассников, буду новенькой... Ой, кошмар! Ну вот, пожалуйста, новая доза волнения! Все оставшееся расстояние до Вильмонта, я пыталась отвлечь себя от грустных и пугающих меня мыслей, но они упорно лезли в голову, и даже моя попытка сосредоточиться на дороге и природе, мелькавшей за окном, не дала никакого результата. Затем в окне я увидела здание, появляющееся на горизонте. И тут внутри меня словно что-то щелкнуло - я "собрала себя в кулак", вытерла слезы и четко решила оставить все плохое позади. И как только машина остановилась во дворе учебного заведения, я дождалась пока водитель откроет мне дверь и, выбравшись из транспорта, стала осматривать окрестности. Большое трехэтажное здание из красного кирпича имело форму полукруга. Правая часть его была в ширину чуть толще, чем левая (видимо, там и находилось общежитие для учащихся - место, где мне придется жить ближайшее время). - А здесь не так уж и плохо. - невольно призналась я сама себе. Все было таким ухоженным: дорожки подметены, тротуарные бортики выкрашены в ярко-белый цвет. Странно, что по ним еще никто не прошелся, видимо, здесь все культурные люди. - Ну, или красят каждую неделю. - ехидно подумала я. Минут через пять к нам навстречу вышел мужчина возрастом около сорока лет. Одет он был в черный элегантный костюм. Из-за его появления мне пришлось оторваться от созерцания газона, который, к слову, был невероятно ухоженным и стильным. Такие я раньше видела только дорогих глянцевых журналах. - Я рад приветствовать вас в пансионате Вильмонт! - сказал мужчина, подходя ближе и растягивая губы в улыбке, больше напоминавшей звериный оскал. Для полной картины моего представления об этом "объекте" я тщательно осмотрела его с ног для головы. Да-м, даже я столько геля и лака для волос не трачу на свою прическу... Но хуже всего были его глаза, цвет которых балансировал на краю между серым и голубым, делая взгляд мужчины пронзительным и холодным. Если говорить коротко - скользкий тип, - позвольте представиться. Меня зовут Даниэль Кэррол.- он протянул мне руку для рукопожатия. - Ария Уорд. Приятно познакомиться. - нехотя я протянула ему свою ладонь, отметив про себя, что у Даниэля довольно таки холодные руки. - Прошу Вас, пройдемте за мной. Я покажу вам вашу комнату. - махнул Мистер Кэррол в сторону общежития. Я лишь кивнула в ответ и поправила лямку рюкзака на своем плече, двигаясь вслед за мужчиной. По пути я обернулась и увидела, что шофер, кажется, его зовут Стюарт, уже вынул мои чемоданы из багажника, закинул на плечо еще один мой рюкзак и тоже идет вслед за нами. - Давайте я коротко введу Вас в курс дела, - предложил Даниэль. Я лишь слегка кивнула головой, соглашаясь, - так как Вильмонт - необычная школа и даже не колледж, то и система образования у нас особенная. Во-первых, учащиеся нашего заведения обучаются двенадцать лет, а затем могут поступить любом университете сразу на второй курс. "Кошмар! Два года! Мне здесь придется пробыть целых два года..." - пронеслось у меня в голове. - Во-вторых, каждый учащийся обязан выбрать дополнительный предмет для изучения и развития своей творческой деятельности. Вам повезло, в нашем пансионе довольно большой спектр различных секций по разным направлениям. Позже Вы выберете то, что придется по вкусу, - и тут я вспомнила про свою гитару и снова обернулась в сторону Стюарта. Меня настигло облегчение, когда я увидела, что чехол с инструментом преспокойно висит у него за спиной. А я-то уже испугалась, что могла его забыть где-нибудь. - ... делится на двоих. - продолжал рассказывать Даниэль. Будучи в своих мыслях, я пропустила часть из того, что говорил мне мужчина. "Да-м, надеюсь, что там не было чего-то сильно важного" - подумала я. Но чтобы не показаться некультурной, решила не переспрашивать его о том, что и где делится на двоих. В общежитии было тихо и пусто: не единой души, кроме меня, Стюарта и нашего проводника. Изнутри здание выглядело довольно мило и уютно. Стены в коридорах, выкрашенные в нежно-персиковый, были очень симпатичными. Это не тот ядреный оранжевый, которым обычно красят стены в других школах, а всего лишь легкий оттенок. Повсюду на подоконниках стоят горшки с цветами различных видов (от фиалок до комнатных пальм), но все же мне не давало покоя то, что в кампусе так тихо. Скорее всего, сейчас все жильцы на занятиях в другом крыле. Под звук собственных шагов, эхом отражавшихся в лабиринте коридоров, мы поднялись на второй этаж и остановились перед красивой лакированной дверью. Мистер Кэррол снова протянул мне руку, на которой лежало небольшое колечко с ключиком, видимо, от комнаты, в которой мне придется жить во время обучения в пансионате. Я осторожно взяла ключ в руки и открыла дверь. Первым туда зашел Стюарт и поставил около окна мои вещи, затем вышел, улыбнувшись мне ободряющей улыбкой "мол, все будет хорошо". - Ну что ж, располагайтесь, Ария. - сказал мне Даниэль, а потом добавил: - Да и еще. Так как Вы поступили к нам в середине учебного семестра, то нетрудно догадаться, что все учащиеся еще на занятиях, но... , - мужчина взглянул на свои наручные часы, - где-то через час они закончатся, и к вам придет ваша новая соседка. Также расписание лежит на Вашем столе. Чуть позже Вы сможете дополнить его, записавшись на дополнительные занятия по своему выбору. Обживайтесь. - мистер Кэррол еще раз улыбнулся мне, после чего ушел провожать Стюарта до машины. Я же вошла в свою новую комнату и закрыла дверь, затем облокотилась на нее... - Ну здравствуй, Вильмонт! - с горечью прошептала я.