Частная теория относительности

Убрав гравитационное поле, я опустился перед стойкой ресепшена. Лобовая панель портье засветилась синим, требуя предъявить чип, и сменила цвет на зелёный, когда я приложил руку. – Добро пожаловать, – считав информацию, тут же перешел на волателийский портье. – Сдайте, пожалуйста, свое оружие. Я с удовольствием стянул с плеча лямку тяжелого бластера и грохнул его на стойку. Смысла в этой процедуре немного, мои боевые когти с графеновым покрытием были куда опасней этой игрушки. Но дань традициям требовала оставить оружие… по крайней мере то, которое можно было отчленить от тела. – Ваш номер 1811. Вы можете воспользоваться гравитационной площадкой. Синий выход слева от стойки. Приятного отдыха. – Панель портье погасла, и он перешел в спящий режим ожидания. Проигнорировав гравитационный порт, я отправился к широкому лестничному пролету, что вился гигантской спиралью по стене. Восемнадцатый этаж, одиннадцатый номер – хорошая разминка для ног. На десятом этаже икры стало покалывать от непривычного упражнения. Добравшись до холла пятнадцатого, пришлось взять паузу, чтобы размять задеревеневшие мышцы. Маленький диван в холе был занят. Я с недоумением уставился на уютно устроившегося там постояльца. Ему что, номера не хватило? Он, пристроив голову на высокий подлокотник, читал что-то на пси-планшете, устроив тот на коленях. Картинка была настолько уютной, что я невольно шагнул к дивану. После невербальных знаков этики я перешел к приветствию, выбрав нейтральную форму обращения в повелительном наклонении от второго лица. Незнакомец выслушал меня и задумчиво нахмурился. Он растерянно пошарил рукой вокруг себя, нащупал черный ободок и надел его на голову. На ободке топорщились маленькие розовые треугольники – ретрансляторы речи. – Мя? – произнес незнакомец, вынуждая меня начать заново процедуру приветствия и просьбы. Тяжело вздохнув, я произносил подходящие формулы этикета, бросая быстрые взгляды на незнакомца. Было очень интересно рассмотреть этого инопланетника, но оскорбить прямым разглядыванием… Хотя, судя по тому, с каким беззастенчивым любопытством он рассматривает меня, даже воздух втягивает, пытаясь уловить запах, этикет на его планете сильно отличался от нашего. Ушки ретранслятора стали ярко-розовыми, значит, переводит без проблем. Случись сбой, они бы отчаянно замигали. – Ты хочешь отдохнуть? – удивленно муркнул ретранслятор, озвучивая мыслеречь своего владельца и полностью копируя его голос. – Да, – я запнулся на мгновение, соображая, можно ли обойтись без длинной формулы второго извинения за нарушение покоя, – если вы не возражаете, – вспомнил я самую краткую форму. – Нисколько, – инопланетник поджал босые ноги, освобождая мне побольше пространства. Я почувствовал, как вспыхнули мои скулы. Сидеть меньше чем в пятидесяти сантиметрах от частично обнаженного объекта? Ситуация стала патовой. Мой отказ нанесет еще более тяжкое оскорбление, чем то, что я нанес бы, согласившись. Я растерянно заморгал, вспоминая, что ж написано в межгалактическом справочнике по этикету на этот счет. – Садись, – незнакомец хлопнул рукой по дивану, не оставляя мне выбора. Осторожно опустившись на самый край, я застыл с прямой спиной. Я давно забыл про свои гудящие ноги и рад был бы вскочить и удрать подальше от греха к себе в номер, но сейчас это было бы крайне невежливо. – А ты откуда? – инопланетник, подобравшись ко мне, с удивительной бесцеремонностью заглянул в лицо. – Волателия, – едва слышно выдохнул я, почувствовав, что инопланетник коснулся моего плеча голой (!) рукой. – А я с планеты Фелис. Меня зовут Тон-и-Ки-Инез. Я хотел произнести длинную формулу знакомства, но слова застряли в горле, потому что Тонки… Тони… (о, боги! какое же неудобное имя!) засунул свои ноги под мое бедро. – Это твой первый межгалактический? – в голосе инопланетника послышалась насмешка или это ретранслятор забарахлил? – Первый, – признался я, стараясь незаметно впечататься в боковину дивана. – Прелесть какая! – хрипловато раскашлялся ретранслятор смехом. – И как тебя без присмотра-то? – У меня первый разряд по кушинидану, я владею всем стрелковым оружием в статусе второго мастера и имею пятую степень пси-защиты! – негодование постыдно быстро вскипело в моей крови, заставив забыть на секунду про нормы этикета и так бездарно бахвалиться собственными достижениями. – Оу-ууу! – протянул инопланетник, как мне показалось, с иронией. – Я впечатлен, - он поглубже засунул ступни под мое бедро, коснувшись совсем интимной зоны. - А ты тепленький. Я потрясенно молчал, чувствуя, как пальцы ног инопланетника бесстыже погладили внутреннюю сторону бедра и мое тело, вопреки моему же желанию, откликнулось на это действие. – У меня тоже, знаешь, есть кое-какие навыки, – ретранслятор разразился подозрительным тарахтением. Видимо, заряд аккумулятора начинал садиться. – Хочешь, поделюсь? Я засомневался. Отказываться от обучения новым навыкам было бы крайне глупо, но что-то в тоне инопланетника очень настораживало. – Хочу, – наконец решился я. – Инопланетник как-то странно фыркнул и, моментально подобравшись, сократил и без того близкую между нами дистанцию до недопустимого минимума. Клянусь! Он почти коснулся носом моего уха! – Пошли? – выдохнул он горячий воздух тут же и стек с диванчика. Я ошарашенно уставился на пушистый хвост, которым он мазнул меня по кончику носа. – Ну? – обернулся через плечо инопланетник, явно ожидая, что я приступлю к обучению немедленно. Я поднялся и оправил китель. Я устал от длительного гиперпрыжка в другую точку галактики, но боевой волателийский офицер никогда не признается в собственной слабости и не посрамит честь своего мундира. Твердым чеканным шагом я отправился вслед за инопланетником. В конце концов, любой новый навык – это неоценимый дар. Не так ли?