Сочок для бабочек.

Утро субботы было мрачным и серым, ветер леденил уши и лицо, город мирно спал в то время, когда первые ящики с вещами были поставлены в грузовик. В десять Райдеры наконец погрузив все вещи сами сели в машину и двинулись в новый дом. Никто ни о чем не говорил и только радио заунывно играло на весь салон, Раймона и Метт, полностью погруженные своими мечтами о счастье, к сожалению, совершенно не связывая его друг с другом. Нужно отдать должное рабочим, из нежилого дома они сделали уютное семейное гнездышко, в котором хотелось жить. Светло-бежевая гостиная располагала к уюту и отдыху, чем вызвала восторг у Мистера Райдера, отдавшего бразды правления ремонтом в руки жены. Раймона с гордостью и любовью оглядывала просторную и светлую кухню, готовить была ее страсть, а такая кухня, оформленная в нежно-голобых тонах, с новенькой посудой и плитой последней модели, ждала своего повора. - Посмотрите свои комнаты! - радостно произнесла Раймора, наблюдая реакцию на ее творения. Комната Сары была небольшой, но очень просторной, белоснежные стены и полки казались почти прозрачными, а кровать, явно купленная на вырост, пестрила от наличия на ней игрушек. - А твоя комната тебе как? - поинтересовалась Рэй у сына. - Норм, - безразлично ответил Майкл и то, только потому что даже не зашел в нее. Но если бы Майкл видел ее, он отреагировал бы по другому, Рэй постаралась на славу, комната Майкла была меньше чем у Сары, но при этом вещей там было чуть ли не в два раза больше. На обоях то там, то тут бегали футболисты перекидывая друг другу мяч, на стенах висели несколько картин, с самыми известными спортсменами, но главное пространство занимали книжные шкафы, упичканные спортивной литературой, Рэй не знала что именно было у ее сына и скупила все,что только нашла. И, конечно же, главным ее достижением был новенький компьютер, который был обязательно необходим любому ребенку его лет, думала Рэй, ну, для чего-нибудь. - Меттью, - ласково взяла за руку мужа она повела его в их новую спальню. Кричащие цвета почти всегда отталкивали Мистера Райдера, но не в этот раз, как оказалось. Кровать была рассчитана чуть ли не на пятерых и занимала добрую половину комнаты, большой шкаф и два стола: один для Метта, он был пустой, и для Рэй, с большим зеркалом на тоненькой изящной ножке, и с новенькими блестящими женскими штучками, для которых Метт не знал приспособления. Красно-рыжие цвета, царившие в комнате поначалу резали глаза, но позже в комнате создавалась своя особая светлая и интимная атмосфера. - Очень уютно, ты постаралась на славу, - приятно пораженный Метт притянул жену и поцеловал в макушку, она же подняла своей лицо и потянулась поцеловать его в губы, но Метт, почти испугавшись этого, быстро отошел от жены и посмотрел в окно. По ту сторону окна мрачный лес смотрел в душу Метта. Это был не обычный лес, он будто был мертв, когда кроны деревьев от ветра колыхались на ветру это больше походило на танец мертвецов, нежели на дыхание жизни. - Как думаешь, где живет мисс Видрих? - неожиданно для себя спросил мистер Райдер у жены не поворачиваясь к ней. - Наверное, где-то в лесу, - спокойно произнесла Рэй и встала рядом с мужем, внимательно глядя за окно тихо добавила, - этот лес похож на нее. Такой же не живой. *** Зима вступила в свои полноценные права уже к концу недели и в доме постоянно гулял сквозняк, периодически где-нибудь распахивались окна и ветер колыхал шторы и разбрасывал бумаги по комнате. Комнаты дышали людьми, которые прятались в них друг от друга. Жизнь Райдеров шла плавно огибая острые углы. Метт видел жену только по вечерам и в основном уже в постели, завтракать, обедать и ужинать он предпочитал в забегаловках, с работы возвращался поздно и тут же, не раздеваясь, усаживался в гостиной смотреть телевизор, заполночь входил в комнату с кричащими цветами и проводил ночь на своей половине кровати. Иногда он вставал по ночам, когда бессонница душила его в своих объятиях и бесцельно бродил по дому, как побитая собака, никогда не включая свет. Его ночная прогулка всегда заканчивалась в удивительно большом чулане. Он присаживался на край старой ванной, которую Рэй почему-то не выбросила, хотя это и был единственный отголосок прошлой жизни дома, сидел и раздумывал о своей жизни, потерявшей цвет. В чулане его всегда посещали страшные мысли, на душе становилось особенно тоскливо и грустно и единственное, чего хотелось — это выйти из дома и пойти искать уже не безымянную незнакомку в темный лес, но Метт так не разу и не решился переступить порог дома в ночное время и послушно возвращался в кровать к жене. Рэй никогда не замечала отсутствия мужа, в буквальном смысле не замечала. Ни утром, ни днем, не вечером, не даже по ночам. Все свободное время Рэй посвящала поискам чего-то нового и красивого для дома, старалась сделать его ещё уютнее и комфортнее, подыскивала вещи для будущего малыша, выбирала кроватку и коляску, но ее безумный перфекционизм не позволял приобрести, не смотря на срок, подходивший к своему логическому заключению. Миссис Райдер отдавала уйму времени урокам макияжа и причесок, потому что твердо решила после родов устроиться на работу и не запирать себя в четырех стенах. Денег на няну я смогу заработать, рассуждала Рэй, и улыбалась своим мечтам. Радуясь свободе маленькая Сара проводила все свое свободное время в лесу или во дворе играя и возвращалась к дому только к приходу Майкла из школы. Вначале Рэй удивлялась и не понимала, что ребенок может так долго делать на улице, да ещё и в одиночестве, но, затем, решив для себя, что опасность Саре не угрожает спокойно отпускала ее гулять и не задавала вопросов, на кои ребенок уже даже не отвечал, а только чуть обиженно тянул «мааааам» и улыбался. Единственный, чья жизнь почти не изменилась, был Майкл, он по-прежнему ходил в школу и на секцию футбола, читал по вечерам у себя в комнате и ни с кем не общался, кроме сестры. Обещание отца играть с Майклом в футбол во дворое так и не было ни разу осуществлено, но никто не расстраивался, Метту было вовсе не до этого, да и позабыл он давно, а Майклу совсем не хотелось говорить с отцом. Затрачивая слишком много времени на возвращение со школы (туда его отвозил по прежнему отец), Майкл заметил, что даже если идти пешком от ближайшей автобусном остановки, выходит намного ближе, чем ехать на машине из дома. Но он уже давно перестал чему либо удивляться, потому что теперь уже был твердо уверен — с этим домом что-то не так. В этом старом, окруженному лесом доме не было жизни, как и больше не было их семьи, которая создалась в тесной квартирке, и, судя по всему, так там и осталась. *** Вначале весны Майкл заболел, он проснулся однажды ночью, за окном тогда шел дождь и голова его горела, а в горле саднило так, что не то что сказать, вздохнуть было невозможно. Натянув в темноте халат, потому что на секунду включенный свет резал глаза так, что на них мгновенно выступили слезы. Почти наощупь Майкл вышел из комнаты и спустился на кухню и налив в стакан воды сел на диване в гостиной. Идти к родителям и будить их Майклу не хотелось, за это время он уже совсем отвык жаловаться им, не то что уж просить помощи. В доме было темно и тихо, от этого было ещё страшнее. Послышался скрип, по лестнице кто-то спускался, не помня себя от страха Майкл шмыгнул за спинку дивана и замер. Шаги были тяжелые и уставшие. Человек остановился на одной из нижних ступенек, Майкл осторожно выглянул и увидел своего отца, лунный свет просачивался сквозь шторы и падал ему на лицо тускло освещая его. Метт казался не живым, его блуждающий взгляд был сух и неосмысленен. Майкл понимал кто стоит перед ним, он не мог ни с кем перепутать своего отца, но сердцебиение не успокаивалось и он не мог заставить себя выйти из своего укрытия, по-этому так и сидел, сжав стакан с водой в руке. Метт не долго стоял в свете луны, он, как завороженный, подошел к входной двери и взялся за ручку, постояв так с минуту о чем-то задумавшись он убрал руку и прошел в противоположную часть комнаты, Майкл дрожал, отец шел к нему, целенаправленно и твердо ступая на пол, но поравнявшись с Майклом, их разделяло не более метра, он даже не остановился и подошел к чулану, не раздумывая открыв дверь он скрылся в темноте, которая тут же его поглотила. Пульс стучал в голове мальчишки, а глаза наполнились соленой влагой, понимая, что если бежать, то нужно прямо сейчас, он вскочил на ноги и стараясь не создавать лишнего шума кинулся на верх, половицы лестницы почти не скрипели под ним, но ему казалось, будто звук раздается на весь дом. Не помня себя от необъяснимого страха Майкл вбежал в свою комнату и залез с головой под одеяло. Сколько прошло времени — он не знал, но наконец сердце поутихло и дыхание стало ровное, осторожно высунув голову Майкл прислушался, было тихо, как и всегда. Вскоре сон накрыл горящую голову мальчишки и Майкл заснул.