Reaching across time

Рождество было уже на носу, и никогда ещё поместье Поттеров не выглядело так празднично. Карлус и Дорея поражались тому, как преобразился дом, начиная с ворот, у которых сидели два снежных льва в гриффиндорских шарфах, заканчивая украшениями, развешанными внутри. Гирлянды из звёзд горели красным и золотым, омела висела над каждой дверью, и милые колокольчики звенели, если кто-то входил внутрь. Не говоря уже об огромной елке посреди гостиной, над которой трудились больше всего. Она была прекрасна от золотой звезды наверху до подарков, что лежали вокруг. Лили и Гермиона сделали всё, чтобы старый год закончился хорошо. Если они не украшали какой-нибудь забытый угол дома, то готовили разнообразные блюда для праздничного стола. Парням сложно было устоять перед едой, несмотря на недовольство девушек. Но больше всего Дорее Поттер нравилось то, что молодые лица светились от счастья, а смех звучал в доме не переставая. Порой Джеймс ловил Лили в свои объятья и ужин подгорал до углей; Сириус поднимал Гермиону на руки и кружил её по комнате, снося украшения; иногда все четверо бесились до колик в животе, забросив все дела, или бежали во двор кидаться снежками. Девушки работали день напролёт и организовали праздник, который мог сравниться разве что с праздником в Хогвартсе. Когда никто уже не мог запихнуть в себя больше ни кусочка, все перебрались из-за стола в гостиную и расселись около камина. Карлус принёс бутылку вина и поднял тост за свою большую семью. После четвертого бокала Гермиона и Лили заявили, что Рождество не Рождество без рождественских песен, и, прежде чем кто-либо успел опомниться, музыка наполнила весь дом. Девушки соскочили с мест, стали делать вид, что поют на сцене, и закружили по комнате, взявшись за руки. Сириус наблюдал за тем, как Гермиона веселится, зажмурив глаза, а Джеймс не отрывал глаз от счастливой смеющейся Лили. Девушки забыли обо всём на свете и вели себя как дети. Парни смеялись, а глаза их сияли от любви и искреннего счастья. Голова закружилась, и Лили упала в руки Джеймса, а Сириус поймал хохочущую Гермиону. Не желая сидеть на месте и оставлять тёплые объятия, девушки встали снова, а парней уговаривали присоединиться к ним. Вскоре обе пары кружили по комнате, танцуя так, как подсказывали им их сердца. Танцы закончились, и молодые волшебники плюхнулись на свои места. Через некоторое время усталость взяла своё и девушки уснули с улыбками на губах. Гермиона лежала на Сириусе, её голова покоилась на его груди, и взволнованное биение его сердца было последним, что она услышала, прежде чем отправиться во владения Морфея. Парень крепко прижимал её к себе. Лили лежала на коленях Джеймса, уткнувшись носом в его живот и крепко сжимая его руку. Её пышные рыжие волосы рассыпались вокруг них. — Она прекрасна, — тихо прошептал Джеймс, нежно перебирая волосы девушки. — Да… — согласился Сириус, любуясь девушкой в своих руках. — Я так горжусь вами, — сказала Дорея сыновьям. Парни лучезарно улыбнулись ей в ответ. — Они — прекрасные девушки, — согласился Карлус, с любовью наблюдая за своей семьёй. Они посидели тут ещё немного, тихо перешептываясь, и наконец решили разойтись по комнатам. Сириус и Джеймс подхватили девушек на руки, поднялись наверх и пожелали друг другу спокойной ночи.

***

Гермиона проснулась только днём, Сириуса рядом уже не было, и она села в кровати. Это было странно, ведь обычно она просыпалась раньше всех. Пытаясь угадать, как долго она спала, девушка ушла в свою комнату. На кровати её ждала куча подарков. С улыбкой на губах она стала открывать один за другим. Джеймс подарил ей красивую цепочку, Лили — новую книгу, которую Гермиона всегда хотела, тут был шоколад от Римуса, браслет от Эванны, крема для волос от Марлин, ещё одна книга от Алисы и огромная коллекция серёжек от Доркас, большинство из которых, Гермиона была уверена, она никогда не наденет. Ещё были сладости от Дамблдора и ещё одна книга от Макгонагалл. Мистер и миссис Поттер подарили ей два билета на шоу на Бродвее. Наконец её взгляд упал на подарок от Сириуса. Сгорая от любопытства, что же он ей приготовил, она осторожно развернула его. Её челюсть отвисла при виде подарка на своих коленях. Книга по вязанию? Серьёзно? — Гермиона! — позвал взволнованный голос, и Лили ворвалась в комнату. Следующие пятнадцать минут они восхищались подарком, который ей подарил Джеймс. Это была милая золотая рамка с фотографиями всех, кого девушка любила. Внизу элегантным шрифтом было выгравировано слово «всегда». Но Лили хотелось плакать и смеяться одновременно от того, что он добавил в рамку фотографию Северуса, пусть она и была немного меньше остальных. Стук в дверь прервал восторженный поток слов Лили, девушки обернулись и взглянули на парней у двери. Лили бросилась к Джеймсу, обняла его и расцеловала. Сириус прошел внутрь и обнял Гермиону. — Понравился мой подарок? — ухмыльнулся он. — Что ты ей подарил? — спросила Лили, обнаружив, что до сих пор не знает этого. — Мне понравилось. Буду экспериментировать на тебе, — сказала Гермиона Сириусу и достала книгу. Лили раскрыла рот от удивления, а Джеймс хихикнул. Гермиона заметила, как парни переглянулись, Джеймс кивнул брату, шепнул что-то Лили, и они вышли из комнаты. Гермиона подняла бровь и посмотрела на Сириуса. Тот мягко ей улыбнулся, поцеловал и достал волшебную палочку. — Можно? Гермиона удивилась, но пожала плечами. Парень взмахнул палочкой, и вся маскировка, которую она наколдовала, исчезла, открыв его взору множество шрамов на её коже. Затем он убрал палочку и начал целовать шрам на её щеке, потом поцеловал шею, буквы на руке. Гермиона напряглась, когда его губы коснулись клейма, но парень не остановился. — Сириус? — тихо спросила она, и Сириус выпрямился. — Я люблю тебя. Я люблю тебя такой, какая ты есть, и эти шрамы ничего для меня не значат, — искренне сказал он, заглядывая в её глубокие глаза. — Я знаю, — мягко ответила всё ещё смущенная Гермиона. — Они часть тебя, они дополняют тебя с разных сторон, понимаешь? Они — символ того, что тебе пришлось пережить, того, чем ты пожертвовала. Отражение бойца внутри тебя, — сказал Сириус, яркость его слов сбивала девушку с толку. — Сириус, я знаю, я жаловалась пару раз, но… — начала она, но он коснулся пальцем её губ. — Но я знаю, что ты была бы счастливее, если бы тебе не пришлось видеть их первым делом утром, когда ты просыпаешься, — тихо сказал он и достал из кармана маленький пузырёк с бесцветной жидкостью. — Слёзы феникса, — тихо произнес он. Гермиона секунду смотрела на пузырёк в удивлении, с трудом оторвала от него взгляд и посмотрела на Сириуса. — С Рождеством, любимая, — прошептал он, поцеловал девушку и вышел из комнаты, оставив её одну с флаконом в руках.

***

Мысли улетучились из головы Гермионы, какое-то время она просто держала лекарство в дрожащих руках и смотрела на него. Потом она открыла пузырёк, поднесла его к шраму на руке и капнула на врезанные буквы. Капля разбилась о кожу и растворилась в ней. Буквы начали медленно бледнеть и исчезать с тела девушки. Она повторила процедуру с глубоким шрамом на шее, и, к её удивлению, порез исчез. Через двадцать минут она стояла перед зеркалом, разглядывая свою чистую кожу, без единого намёка на шрамы, с которыми ей так долго приходилось мириться. Всё ещё не в силах осознать происходящее, Гермиона надела простое платье и спустилась вниз к завтраку. Сириус выпрямился, когда она зашла, мягкая улыбка играла на его губах. Девушка остановилась у входа, парень встал и подошёл к ней. Он обвил руками её талию, прижал к себе ближе, рука Гермионы скользнула по его шее. — Спасибо за… за второй шанс, — шепнула она между поцелуями. Она была благодарна Сириусу за всё, что он сделал для неё. Она была благодарна судьбе за Сириуса.