Reaching across time

Мадам Помфри семенила по коридорам замка с коллекцией маленьких пузырьков в руках и остановилась только напротив комнаты главы Гриффиндора. Она постучала в дверь и вошла внутрь после короткого ответа. Макгонагалл сидела прямо, сжав губы. Целительница сразу почувствовала, что она встревожена, но потом её взгляд упал на двух парней, что тоже находились в комнате, и вздохнула. Римус вежливо привстал, приветствуя её, а Джеймс широко улыбнулся и взмахнул рукой. — Конечно, если замешан один из них, остальные двое тоже будут где-то неподалёку, — пробормотала она, и мальчики гордо закивали. После того, как Сириус оставил их прошлым утром, они видели его только во время еды, когда он ненадолго спускался вниз, ел чуть-чуть и мгновенно исчезал обратно в своей комнате. Джеймс подозревал, что он рассказал им о брате только для того, чтобы они оставили его в покое, Римус был не согласен, он думал, что это действительно волновало их друга. Они спорили об этом весь вечер с Лили, которая присматривала за крайне растерянной Гермионой и помогала им сварить Волчье противоядие. Она считала, что в каком-то смысле они оба правы, что, в действительности, так и было. Они оба немного успокоились, но решили не сводить глаз со своего приятеля. Поэтому, когда они услышали, как Сириус говорит Карлусу, что им с Гермионой нужно попасть в Хогвартс, они поняли, что на самом деле они собираются совсем не туда. Парни достали карту и увидели, что в течение двадцати минут Сириус с Гермионой были в замке, потом они спустились к Визжащей хижине и исчезли чёрт знает где. Мародёры подождали ещё пятнадцать минут, когда на карте снова появятся их точки, но этого не произошло, и они решили сами отправиться в замок. Вот теперь они сидели напротив Минервы Макгонагалл и выуживали из неё детали, которые, они были уверены, она знала. В конце концов, они провели уже двадцать минут в компании заместительницы директора. Не стоит и говорить, что она ничего им не рассказала. Наоборот, она попыталась объяснить, что если они будут следить за Сириусом, это не спасёт его, если Волан-де-Морт будет поджидать за углом, и бегать вокруг него похоже на детский сад. Может, она и была права, но это не значило, что парни встанут и уйдут, особенно теперь, когда Мадам Помфри спросила, когда Сириус и Гермиона вернутся. Минерва довольно резко заявила, что они должны скоро дать о себе знать, и в комнате воцарилась тишина. Двое мародёров сидели в таком положении ещё полчаса, переводя взгляд с одной волшебницы на другую, не испугавшись их упрямого молчания. Спустя ещё какое-то время камин вспыхнул, ожидаемые возникли в комнате и чуть не повалились на пол. Обе женщины мгновенно бросились к ним, Минерва подхватила Гермиону, а Помфри Сириуса. Джеймс и Римус изумлённо смотрели на пару: что, чёрт возьми, происходит? Они ведь не пошли снова искать Пожирателей смерти? — Мне поможет всё, что вы мне скажете, — произнесла целительница Хогвартса. — Я сделал нашу кровь гуще, это было единственное, что пришло мне в голову, чтобы обезвредить яд, — мгновенно ответил Сириус. Джеймс вздрогнул: неужели эти тёмные пятна на их коже дело рук Сириуса? Он заколдовал себя и Гермиону? Что за чёрт? Римус тоже смотрел на них в шоке, не понимая, почему они отравлены? — Не сидите без дела, мистер Поттер, принесите зелье для изъятия яда, — скомандовала мадам Помфри. Сириус, услышав имя друга, вскинул голову, а Гермиона застыла на месте, впервые заметив неожиданную компанию. — Зелье! — напомнила мадам Помфри, но прежде чем Джеймс пришёл в себя, Римус уже протягивал женщине пузырёк. — Очень хорошо, мистер Блэк, он совсем не распространился. Я вытяну его и немного крови с помощью зелья, и, немного отдохнув, вы придёте в норму, — сказала целительница, изучая раны своих пациентов. — Но он едва не потерял сознание… — начала Гермиона. — Дело лишь в тошноте и летучем порохе, — быстро сказал Сириус, все ещё стараясь избегать глаз мародёров. — Черт возьми, Сириус, хватит разыгрывать эту комедию, — предупредила Гермиона. Несмотря на присутствие Джеймса и Римуса, она не собиралась оставлять его без внимания. — Гермиона права, Сириус, успокоите своих друзей позже. А теперь расскажите, что за тошнота? — спросила Макгонагалл бывшего ученика, и Сириус удивился, услышав свое имя из её уст, но не показал этого. — У меня почти нет сил, — признался он. Мадам Помфри кивнула и протянула ему ещё одно зелье. Когда парень выпил его до дна, она повернулась к двоим парням. Она смотрела на них какое-то время и поняла, что они не уйдут. Тогда она дала им те же инструкции, которые давала каждый раз, когда они оставались с Римусом: предупредила их соблюдать тишину и расстояние. Джеймс наблюдал, как мадам Помфри взмахнула палочкой, притупляя чувства раненых, и начала разрезать синюю кожу. Действуя быстро, она вытянула кровь, и парень сжал зубы, увидев, как краска отлила от их лиц. Римус тоже молчал, но, в отличие от других мародёров, он не привык видеть друга в таком состоянии. Однако он доверял целительнице, которая сейчас втирала зелье в кожу больных и затягивала порезы. Наконец волшебница дала им снотворное, но Сириус сомневался, он перевёл взгляд на Гермиону. Она вздохнула и тоже поставила зелье на тумбочку. Понимая, что им нужно побыть наедине, Минерва удалилась, чтобы сообщить директору, и Поппи вернулась в Больничное крыло. — Объясните, — сухо сказал Джеймс, не отрывая взгляда от пары. Сириус слабо посмотрел на них и снова положил голову на подушку. Так или иначе, день прошел лучше, чем они ожидали.

***

Покинув замок, они с Гермионой трансгрессировали в деревню маглов, где жил старший Том Реддл. Когда Гермиона направила палочку на могилу и превратила кости в пыль, что было, по её словам, мерой предосторожности, Сириус открыл рот от удивления и воскликнул: — Чертова змея полукровка? — Том Марволо Реддл. Это его настоящее имя, — ответила Гермиона. — И меня называют предателем крови… Все они преклоняются перед полукровкой, — сказал Сириус, качая головой от абсурдности их поведения. Затем пара спустилась к хижине. Прошло несколько секунд, прежде чем они заметили ветхое строение, спрятанное среди деревьев. Парень подумал, что это место довольно странное для дома, ведь деревья закрывают весь свет и вид на долину внизу. Стены дома были покрыты мхом, черепица кое-где провалилась так, что были видны доски. Кругом росла крапива, что достигала до маленьких с осыпавшейся краской окон. Сириус и Гермиона осторожно ступали сквозь деревья с низкими ветвями и увидели, что дом окружает высокая трава. На всякий случай они достали палочки, вступили в траву и чуть прошли вперёд, прежде чем понимание накрыло их волной. — Сириус! Это не трава! — крикнула Гермиона. Парень тоже это заметил, зелёные плети уже искали кожу человека для удара. Змеиный бурьян! Одно из самых смертоносных ядовитых растений… Девушка закричала, почувствовав, как одна плеть уколола её кожу, трава обвила ноги так сильно, что бежать не было возможности. — Им нужна кровь! — крикнул Сириус, вспоминая единственную возможность освободиться, которая у них была. Он уже почувствовал давление вокруг рёбер и мгновенно направил палочку себе на руку. Осторожно, чтобы кровь не упала рядом с ним, он подождал, когда её выступит чуть больше и стряхнул её так далеко от себя, как только мог. Гермиона, быстро осознав, что нужно сделать, повторила его действия. В ту же секунду плети бурьяна почувствовали кровь и двумя огромными волнами потянулись в направлении алой жидкости. Воспользовавшись мгновением, парень с девушкой бросились к крыльцу. Оказавшись на нём, Сириус схватился за сломанные перила и попытался отдышаться, расстояние до крыльца было куда больше, чем они ожидали. Он хотел обернуться, чтобы посмотреть, как дела у Гермионы, но гнилое дерево сломалось под его весом, и он упал вниз, раненой рукой попав прямо на бурьян. Он почувствовал покалывание в руке. Девушка дала растению больше крови, пока оно не отпустило руку парня, и затащила его обратно. Вместе они повалились на грязный пол, но времени не было. Сириус действовал так быстро, как только мог, направил палочку на ноги Гермионы, замораживая кровь, и, как только они стали покрываться голубыми пятнами, он повторил эту процедуру со своей рукой. — Как долго это продержится? — спросила она, не сводя глаз с его руки. — Час, — ответил Сириус, покрывая про себя Волан-де-Морта проклятьями. — Не могу поверить, что мы их не заметили, — сказала девушка, думая о том, что в пещере им тоже придется пожертвовать кровью. — Кровожадные змеи, — произнёс Сириус, даже не представляя, насколько похожи их мысли, затем он отряхнулся от земли и позвал: — Вставай. Сириус с отвращением толкнул дверь с нарисованной змеёй и вошёл внутрь. В доме лежал толстый слой грязи и пыли, море паутины украшало потолок в местах, где он был сломан, и в углах. — Все, кто говорил на парселтанге, были потомками Слизерина, — сказала Гермиона, объясняя змеиную тематику интерьера. Сириус удивленно посмотрел на неё, отворачиваясь от тарелки, заросшей плесенью. — Это неправда! Мраксы не имеют никакого отношения к Салазару Слизерину, — заявил он. — Но Волан-де-Морт — наследник Слизерина, — протестовала девушка, глядя в его спокойные глаза. — Гермиона, я знаю семейное древо Слизерина наизусть, и, поверь мне, его там нет, — тихо ответил парень. — Но как же парселтанг? — спросила она. Он пожал плечами. — Были и другие волшебники, которые могли говорить со змеями, необязательно потомки основателя, — ответил Сириус и добавил: — Кроме того, Певереллы существовали после времён Слизерина, их род происходит из семнадцатого века. Гермиона приподняла бровь, услышав новую информацию, удивлённая знаниями парня и тем, что Волан-де-Морт не имеет никакого отношения к Слизерину, за исключением только факультета, на котором учился. Этого она не знала. Сириус больше не сказал ни слова. В молчании они обыскали место и нашли сломанную доску в полу. Под ней лежала маленькая золотая коробка. «Золотая коробка в полуразрушенной старой хижине, как непримечательно», — думал Сириус. Полностью сломав доску, он опустился на колени и достал коробку. Он аккуратно вытащил её на пол, и Гермиона попыталась её открыть. К их большому их удивлению, она быстро поддалась, и они увидели потёртое кольцо с черным камнем. Конечно, расчет был на то, что человек, увидев, что коробка не заколдована, поверит, что кольцо тоже, размышлял Сириус, ломая доску пола в своих руках на две части и продевая одну её часть в кольцо. Внезапно доска начала чернеть, и парень выпустил её из рук за секунду до того, как заклятие коснулось его руки. Кольцо упало на пол, и он тоже начал чернеть и рассыпаться. Гермиона быстро поняла, что всё, чего бы оно ни коснулось, быстро разрушается, накрыла кольцо коробкой и отпрыгнула подальше. Они подождали на безопасной дистанции, но коробка сдержала артефакт, и они медленно подошли поближе. Парень к тому времени понял, что это за заклинание, поднял свою палочку и очень осторожно, используя вторую часть сломанной доски, положил кольцо в коробку. Когда оно было внутри, он сфокусировал всю свою магию на том, чтобы остановить проклятье, в первый раз за многие годы желая, чтобы сестра была рядом. После нескольких попыток, он снова бессильно упал, проклятье наконец покинуло кольцо. Гермиона мгновенно оказалась рядом с ним и помогла ему встать на ноги. Сириус потратил слишком много сил, пытаясь обезвредить крестраж. Он слабо улыбнулся девушке, и она благодарно ответила на его улыбку. Она не могла и представить себе, что делала бы без него. Думая об этом, она поменяла кольцо на копию и положила коробочку обратно под доску. Никто не сказал ни слова о воскрешающем камне в кольце, и Гермиона быстро убрала его в свою расшитую бисером сумку. Сюрпризом для них оказалось то, что они смогли спокойно трансгрессировать из разрушенного дома обратно в воющую хижину, где использовали камин, чтобы добраться до замка, так как девушка больше не могла идти. И теперь они были там, где мы начали, в кабинете профессора Макгонагалл, пытаясь рассказать Джеймсу и Римусу правдоподобную историю и стараясь открыть им хоть частицу правды.