Перекати-поле

      На Аргайт-8 охотница Хватка* спустилась быстро, минуя спутники планеты, приземлилась удачно. Лопнув орблачный пузырь, кабаниха направилась прямо к нужному участку заповедника. Солнце, застывшее высоко на небе, ясно светило. Воздух здесь был превосходным, Хватка давно перестала замечать, что вдыхает слишком много кислорода. Медленно, но верно кабаниха приближалась к цели. Местность она знала хорошо, но продолжала ходить с осторожностью. Воительнице и по совместительству охотнику за головами пришлось несколько раз убедиться, что знания о планете, которыми она обладала, были полезны и достаточны, но не абсолютны.       Заповедник был разделен на несколько зон, каждая для существ с определенной планеты погибшей солнечной системы Аргайт. Хватка быстро водила желтыми глазками по изгибающимся переходам. На границе нужной зоны поднимались каменные стены и темнели укрытия, обвитые диким виноградом. Хватка глубоко дышала. Осторожно поднимала одну ногу, потом ставила ее очень крепко и лишь тогда поднимала другую, оглядываясь вокруг. Хищников, а тем более спугнуть добычу она не боялась. Куда веселее было бы угодить в одну из пассивных ловушек заповедника. Неоднократно, когда хищные звери из одной зоны перебрались в другую, они сбрасывались в подземную яму, по которой возвращались в свою среду обитания. Очевидно, границы были напичканы сканерами, а Хватке не хотелось оказаться замеченной.       Перед началом работы с клеткой она намазала руки грязью, замаскировав так свой запах. Охота велась на крупного падальщика, поэтому в качестве приманки Хватка положила кусочки прелого мяса. Выбираясь из клетки, кабаниха почувствовала, как что-то мимо нее юркнуло. Это выглядело чуть ли не смешно: прямо без конца набегали и набегали мелкие серые и бежевые зверьки, всовывали мордочки между прутьями — по два, по три сразу, а ростом поменьше протискивались между прутьями, чтобы ухватить большие куски. Приманки все равно бы хватило, но зверки, покрытые жестким мехом, бились об кабаниху лапками, драли кожу когтями. Хватка постучала по прутьям, чтобы прогнать непрошеных гостей. «Осталось только подцепить какую-нибудь дрянь, вроде бешенства», — подумала она, направляясь в укрытие. Ноги у кабанихи были исцарапаны до колен, эти повреждения, хотя и не глубокие, саднили и чесались.       Один из многочисленных спутников закрыл солнце, и великолепная сочная зелень сменялась черным мраком. Достав длинную бамбуковую трубочку, внутрь которой при желании можно было запихнуть дюжину дротиков со снотворным, кабаниха все же задержалась, чтобы взглянуть на появившиеся звезды. Даже их она запомнила. В этом диковинном мире Хватка выискивала в небе крупицы света и объединяла их в созвездия, которые называла в соответствии со своими горькими мыслями. Так появились Колчан со стрелами, Череп, Кинжал. Созвездию чуть дальше, сразу за Шляпой, она дала название Весы. Их чаши, разумеется, висели неровно.       Не прошло и минуты, как Хватка услышала особый писклявый сигнал детектора массы, прикрепленного к правому уху. Это означало, что где-то неподалеку находится зверь с весом от пятидесяти до ста килограммов. Налево от кабанихи из кустов вытянулась тень, и писк детектора достиг максимума. Отключив устройство, охотница приложила бамбуковую трубочку к губам, и когда кусты зловеще качнулись и зашуршали, дунула с расчетом, чтобы вылетело два дротика. При необходимости она могла разрядить оставшиеся десять.       С криком: «Я спасу вас!» на Хватку сиганул молодой человек. Незнакомец был в рыцарских доспехах, поэтому дротики застряли в кольчуге. Кабаниха попыталась оттолкнуть его, но земля под ногами словно раскрылась и поглотила их целиком, смыкаясь над головой, словно никого из них вовсе не существовало. Очутились они в каменном мешке, пол был колдобинах, его покрывали сухие ветки и скрюченные листья, впереди синим прямоугольником светился выход наружу. Человек приземлился прямо на охотницу, но вставать не собирался.       — Вы такая мягкая и уютная, — сказал этот странно одетый блондин с лепными чертами лица и потерся гладковыбритым подбородком о плечо Хватки. Видимо дротики все же оцарапали его через кольчугу. Мысленно проклиная весь род человеческий, охотница выбралась из-под голубоглазого красавца. Лежать на голой земле тому явно не понравилось, поэтому он поднялся следом, зевая и потягиваясь.       Тем временем спутник, описывающий орбиту, приоткрыл краешек солнца. Прямые лучи солнца уже освещали потолок и стены вверху. Все помещение оказалось испещрено рисунками: смутно знакомые зеленокожие гуманоиды приветливо улыбались из глубины черного камня, оружия у них не было, хотя некоторые держали в руках нечто похожее на музыкальные инструменты. Хватка подошла к стене и погладила петроглифы. Но солнечный свет проник глубже, начал скользить поверх стен и пола, заливая их, и фигуры под ним растворились одна за другой. Если приглядеться, можно было заметить слабые очертания того, что так недавно казалось живым и ярким.       — Как вы здесь оказались? — У входа стояла пожилая женщина. Синекожая, приземистая и горбатая, с вытянутым усталым лицом, но при этом на голове у нее был повязан платок в модном стиле пин-ап, заколотый крупной брошью-полумесяцем.*       — Я спас эту юную прелестницу от погибели! — заголосил блондин. Воинственно размахивая руками, одновременно пытаясь вытащить меч из ножен, он направился к выходу. Кабаниха вовремя успела ухватить парня за плащ, расшитый золотыми звездами. — Запомните имя героя! — Повернувшись к Хватке, человек попытался гордо вздернуть подбородок, но ничего не получилось из-за того, что охотница держала его уже за шкирку.       — Похоже, этот юноша перечитал рыцарских романов, вот теперь и мается дурью, — сказала старуха Хватке. — Ну, и как тебя зовут, герой? — с изрядной долей сарказма спросил она у человека.       — Принц Бредли Лучезарный! — Блондин стал в выверенную позу, этакую наживку из мужских глянцевых журналов, причем его вьющиеся волосы забавно взметнулись вверх.       Возмущенная, раскрасневшаяся Хватка решала придушить принца. Непосредственно перейти к активным действиям она не успела, поскольку сверху донеслось гудение, неторопливое и нарастающее — что это могло быть? Космические корабли, переходящие с пространственной на ионную тягу перед посадкой. Гудение выхлопных каналов и пульсирование тормозных двигателей перемещалось над заповедником. Флот шмарсиан,* состоящий из нескольких сотен летающих тарелок и десятков грузовых кораблей, напоминающих по очертаниям цилиндры, совершил посадку за считанные секунды. Едва только открылись шлюзы, и на планету ровным строем ступили представители одной из самых воинственных рас этой галактики. Одетые в специальные защитные скафандры, зеленокожие воины-циклопы выгружали клетки для животных и цепляли их к аэроскутерам, последней на мобилях выехала бригада зоологов.       — Сегодня великий день! — сказала пожилая женщина. — Благодаря двум космическим путешественникам жители солнечной системы Аргайт обретут постоянный дом.       Эту парочку неразлучных друзей Хватка знала. Почти год назад кабаниха, в числе нескольких охотников за головами, была нанята лордом Хейтером для их поимки. Ничего путного из этого не вышло, во-первых помешал командир армии ищеек, во-вторых выяснилось, что лорд заплатит только в том случае, если путешественники не сбегут, а те делали это многократно, иногда даже ночевали на корабле-черепе.       Воодушевленную речь пожилой женщины и попытки охотницы сдержать вихрастый трехэтажный мат прервал вопль Лучезарного. Не обращая внимания на вооруженных шмарсиан, тот рванул к звездному страннику. Рядом с Вондером скучала зборнак. Увидев принца, она даже обрадовалась, резко развернулась и сбила его с ног ударом хвоста.       — Сильвия, так с друзьями нельзя! — Звездный странник подскочил к Бредли и стал похлопывать его по щекам.       В подтверждение сказанного им раздался громкий храп принца.       Через час вся компания прибывала на флагмане шмарсиан. Разместились они в главном зале. Строевую площадку покрывали круги и полосы, видимо в другое время ее использовали для подвижных игр, в углу бесформенной кучей были свалены тонкие резиновые коврики, на которых сидели двое скучающих космических путешественников и Хватка, обрабатывающая антисептиком царапины, ближе к стене устроился спать принц. По лакированному залу туда-сюда строем ходили солдаты. Судя по громким крикам генерала, воинская наука давалась им с большим трудом:       — Как надо ненавидеть друг друга, чтоб так ходить?! Если вы еще раз такое исполните, я убью всех вас по очереди, похороню, отсижу, а потом наберу новый взвод!       От его рева проснулся Бредли. Сначала блондин вежливо, в преисполненной показной доблести манере попросил у Хватки номер, а когда получил ее визитку, то сразу же предложил зборнаку отправиться с ним на ратные подвиги. Не дождавшись ответа, принц снова завалился спать, укрывшись резиновым ковриком. Вскоре вернулась старуха. Глядя на нее, охотница испытывала нелегкие угрызения совести, кабаниха знала, что шмарсиане обнаружили ее ловушку в одной из зон заповедника. Пожилая женщина принесла карты и предложила погадать. Первой на очереди оказалась кабаниха, поскольку Вондер успел куда-то сбежать и его напарница, как обычно, засобиралась на поиски. Старуха раскладывала карты перед Хваткой, объясняла, что означают кубки и мечи, жезлы и монеты.       — У тебя одни дороги, но расклад очень хороший, — поясняла она, неторопливо читая по картам.       Через минуту в зал ворвалась рассерженная повариха, она была той же расы, что и гадалка. Вытирая разгоряченное лицо рукавом, повариха вручила Сильвии звездного странника, по шею сидящего в шляпе.       — Я же хотел помочь, — оправдывался Вондер.       — Сам себе помоги! — Отвесив ему подзатыльник, повариха потопа к выходу.       Перед Хваткой лежал веер карт с королевой жезлов наверху. Кабаниха знала, жезлы — ее масть.       — Значит, обязательно сбудется заветное желание. — Гадалка улыбнулась, стараясь вызвать доверие.       — Нет у меня никакого желания, — буркнула Хватка, стараясь не шепелявить.       — У всех есть, — влез в разговор звездный странник, после чего вознамерился погадать самому себе.       Шмарсиане решили высадить незадачливую браконьершу на Клангории, ближайшей из обитаемых планет.       — Вы потом мне позвоните. — Махнул ей рукой сонный принц.       С окаменевшим лицом и плотно сжатыми губами кабаниха слегка качнула головой в знак прощания и направилась к шлюзу. Посадка в орблачном пузыре прошла нормально.       — Дура, — сказала сама себе Хватка. — Какая же я дура.       Начиналась настоящая буря. Хватка шагала в направлении единственного на планете мегаполиса-столицы, боролась с колючим ветром. Не осталось никаких сомнений в том, что вот-вот ливанет. Очутившись в городе, кабаниха поняла, почему появление флота шмарсиан на орбите планеты не вызвало ажиотажа. Около торгового центра был припаркован корабль-лимузин императора Круто. Дозоры-кулачки чинно вышагивали, прибарахлялись в оптовых магазинах и возвращались к грузовым флаерам.       Вскоре в окнах зданий засверкали отраженные молнии. Небо потемнело — тучи клубились черным дымом. Ветер рвал одежду, спутывал волосы. Зайдя под навес торгового центра, кабаниха зябко поежилась. И тут небо точно раскололось: раскинуло ветви огненное дерево — вспыхнула молния. Следом, почти без паузы, раздался тяжелый и оглушительный раскат грома. И обрушился ливень.       В торговых галереях было много народа. Что-то мифическое, колдовское витало в этих магазинах, где, если верить рекламе, любой мог одеться на все случаи дня. Хватка рассматривала витрины с выражением восторженного удивления. Ее поражал всеобщий ажиотаж, окутанный вихрем скидок и уникальных мероприятий, мельтешение существ сотен рас и видов, обвешанных разноцветными пакетами и гудящих, как духовой оркестр.       В конце концов, Хватка выбрала себе костюм из пугающе-роскошного и необычайно мягкого материала, с облегающим корсажем, прозрачно намекающим на возможное существование талии. Цена тоже была пугающей. Да и сам магазин с его огромными залами и шикарными длинноногими красотками, расхаживающими в обтягивающих шортиках, полиэстеровых топиках и блузках на молнии, приводил кабаниху в оцепенение.       Снаружи стихала буря, и кажется, нового шквала не предвиделось. Из торгового центра Хватка вышла одновременно с группой загорелых девушек в яркой одежде. Далеко уйти на своих высоченных каблуках красотки не могли, дорогу перекрывали поваленные деревья. То, что осталось от них на газоне, торчало из земли и поблескивало древесиной на изломе. У одного из маленьких продуктовых магазинов уже вовсю орудовал бензопилой продавец, видимо не дождавшись уборщиков муниципальной службы. Там, где была витрина, в стекле зияла рваная дыра, из которой торчала верхушка старого дерева. Хватка и еще несколько девушек помогли ему оттащить распиленные ветви. В благодарность продавец вынес им пакет с конфетами в разноцветных фантиках:       — Все равно срок годности истекает.       Одна из девушек забрала пакет, но ни она, ни ее подруги не спешили разбирать конфеты, объяснив это тем, что сидят на строгой диете. Кабаниха как раз решила забрать сладости, но застопорилась. Она не могла оторвать глаз от живой знаменитости, появившейся здесь. Император Круто предстал в истинно обольстительном виде — высоко задрав голову с нахлобученной на макушку золотой короной и расправив дочерна загорелые мускулистые плечи. Накидка с роскошным мехом, расшитая стразами, и блестящее трико в облипочку умиляли особо.       — А вы будете конфеты? — порывисто спросила кабаниха императора и проследила за направлением его взгляда. — Флертовы королевы красоты со своей диетой! Вы же все сжевали!       Громко смеясь, Круто смерил женщину более внимательным взглядом. Его плутоватые глаза взвесили Хватку с точностью до грамма, обшарили, не пропуская ни одной детали. Видимо император устал стоять в надменно-пафосной позе, переступив с ноги на ногу, он поинтересовался:       — Хочешь с нами?       Огромные и длинные коридоры корабля-лимузина были полны дозоров, однако, на симпатичных девушек им было глубоко начхать. Кулачки носились на бешеных скоростях, таскали в руках какие-то цветные тряпки, блестящие побрякушки и прочую дребедень. Держась ближе к стене, кабаниха направилась, куда ей указали, а именно в одну из гримерок около танцпола. В общем бедламе подсобное помещение обнаружилось на удивление быстро. Хватка аккуратно приоткрыла дверь и заглянула внутрь — глаза поползли на лоб. Водворив их на законное место, кабаниха огляделась вторично. Гримерка представляла собой большое помещение. Вдоль светлых стен стояли ультрасовременные гримерные столики с зеркалами, вокруг которых на вешалках гирляндами весели всевозможные костюмы, спрятанные в чехлы. Несколько столиков с включенной подсветкой были завалены косметикой, за ними в цветастых креслах с колесиками сидели девушки, все без исключения невероятно красивые, с точеными фигурами.       — Ну, хотя бы как выглядит помада, я жнаю, — усмехнулась охотница.       Несколько пар глаз из-под разноцветных теней уставились на нее. Одна из пришедших с Хваткой девушек залпом допила газировку какого-то токсичного цвета, стукнула стаканчиком о столик.       — А хотите, мы вас накрасим? — предложила она, вытирая уголок глаза длинным накладным ногтем.       Хватка подозрительно на нее покосилось. Но ни у этой девушки, ни у других явно не было злых намерений по отношению к кабанихе, никаких планов выставить ее на посмешище. Может они просто думали, что раз эта обрюзгшая и совершенно неухоженная тетка притащилась сюда и мило общается со всеми, то с ней можно делать все, что захочется. Хватку усадили в кресло, отвернув от зеркала. Не бьет ли в глаза свет? А может, ей принести попить? В одну минуту воительница, браконьер и по совместительству охотник за головами сделалась важной персоной. Хорошо, что она догадалась убрать шкуру и череп пятнистого динозавра в подарочный пакет из магазина, впечатлительным девушкам не стоило это видеть. Те же аккуратно поворачивали ее голову за подбородок, обсуждали, что можно сделать с жирной кожей и как замаскировать россыпь родинок на щеках, а в результате еще и пририсовали мушку над верхней губой. Хватке наклеили накладные ресницы, и теперь она смотрела, словно из-под перекрещенных спиц.       — Интересно, и прифеску салонную соорудить сумеете? — На самом деле кабаниха думала, что с такими жесткими волосами ничего не сделаешь, пряди торчали во все стороны флерт-те как и бантик с боку.       Это был настоящий вызов. Через минуту запахло волосами, спутавшимися в щипцах.       Хватку развернули к зеркалу, в довершение обрызгав сладкими духами. Девушки разговаривали с кабанихой, называли ее настоящей красавицей. Полногрудая, затянутая в корсет шатенка родственной свинообразной расы держала охотницу за плечи, ее лицо улыбалось в зеркале рядом с лицом Хватки. Та тоже старалась улыбаться, к ней ведь были так добры. Но чем дольше кабаниха глядела в зеркало, тем почему-то больше ей становилось не по себе. Хватка придирчиво рассматривала себя в поисках какого-нибудь дефекта, может мелко завитые волосы, что клубились вокруг головы, или румяна, пятнами проступающие на пухлых напудренных щеках. Но все выглядело хоть и слишком ярко, но вполне гармонично. Почему же это смотрелось как высшая степень отчаяния? Лишь бы хоть кто-нибудь обратил на нее внимание.       Предложили сделать фотографию на память. Как потом оказалось, это было единственное нормальное фото Хватки. За ее спиной виднелась свалка на столике, как попало весящие и просто сваленные в кучу чехлы с одеждой, но получилась кабаниха неплохо. Хоть высылай стражам правопорядка на все те планеты, где охотницу разыскивали.       У Хватки зазвонил телефон. Он лежал на другом столике, и кабаниха попросила, чтобы на звонок ответила одна из девушек. Взяв трубку, та что-то сказала и прикрыла телефон ладонью.       — Это Бредли Лучезарный.       Кабаниха резко вскинула голову при этом имени.       — У него такой приятный голос, — просияла девушка.       — Как он смеет! — возмутилась Хватка. — Скажите, что я направляюсь в самый дальний конец галактики.       В какой-то степени это было правдой, корабль удалялся все дальше от обитаемых солнечных систем.       Девушка повторила все в трубку приторно-сладким голосом.       — Он сообщил, что будет участвовать в кровопролитной битве. Хочет совершить великие подвиги, — сокрушенно доложилась она.       Поздравив друг друга, девушки направились на репетицию. Под присмотром кулачка-хореографа они целый час потели, выполняя танцевальные па различной степени сложности. Многие из красоток, оказавшихся на корабле, были с разрушенных императором Круто планет. Никого тут не удерживали, сойти можно было на любой планете, где лимузин останавливался, но девушкам казалось не по силам приспособиться к жизни вовне, после подобного защищенного бытия. А многие сами стремилось попасть сюда. Хватка видела, как на Клангории и других планетах многие красавицы толпились у фотостудий и агентств по найму непрофессиональных моделей и актрис. Девушки оставляли там с таким трудом заработанные деньги — все ради подобной карьеры. Не всем суждено попасть даже во второй состав кордебалета, а что получит участница местного конкурса красоты? Здесь у них появлялось какое-то подобие надежды, что все еще может произойти.       Для контрольного прогона громко включили музыку, замигали светодиоды-звездочки. Даже там, где сидела Хватка, цветные огни, вспыхивающие в такт музыке, отбрасывали пятиконечные блики. Звезды светили так ярко. Вот и император Круто, появившийся на сцене, не был исключением. Он — настоящая звезда, ослепляюще-ослепительная, переполненная живым теплом и энергией, так красочно горящая и никогда не тускнеющая.       Когда четвертую подряд девушку с подтанцовки тусовщик назвал Сильвией, кабаниха, не удержавшись, поинтересовалась к чему это. Не настолько же это распространенное имя.       — Так зовут его музу, — пояснил один из кулачков. — У Круто все девчонки с некоторых пор Сильвии.       Теперь Хватка понимала, почему между девушками не было сильно выраженного соперничества. Делили они триумфы императора, вторили его насмешкам над недостойными подражателями, без разницы. Заполучив какую-нибудь красотку, Круто быстро терял к ней интерес. А вот тосковать и преданно любить идеальный образ, который он создал, чтобы ему поклоняться, это всегда пожалуйста. Творческой личности не нужно быть счастливой. Откуда тогда черпать вдохновение?       Видимо, вечеринке сегодня было не суждено состояться. Император убежал на капитанский мостик. А вскоре корабль приземлился на какой-то спутник, остатки колец вокруг его оси сильно смахивали на аккуратные щегольские усики. Когда мощные амортизаторы смягчили удар трапа лимузина о каменистую почву, кабаниха была уже у шлюза. Хватка слышала, как старший пилот ругался по громкой связи.       — Сама ты рукалицая! — кричал кулачок в открытый космос.       Впереди, вокруг небольшой планеты, покрытой зелеными предгорьями и сетью полноводных рек, выстроился флот шмарсиан.       — Эта Джанет какая-то неправильная планета, — пожаловался Хватке один из кулачков. — Мало того, что связалась с этими зеленокожими, так еще и обидно обзывается.       — А! — тем временем угрожающе взвыла планета. Судя по голосу, она была совсем юной. — Как вы со мной разговариваете? Где вас воспитывали?       Кое-как преодолев звуковую волну, корабли шмарсиан заняли исходную позицию. Но Джанет было уже не остановить, истерика возобновилась.       — Флертов Вондер! Опять сбежал, <***> такой!       Почва под ногами Хватки завибрировала, словно издавая звук, похожий на стон.       — Где их воспитывали? Как тебя воспитывали? — загудел спутник, на котором припарковался лимузин. Говорил он с акцентом, глотая твердые согласные и ставя ударение на последний слог. — Таких слов я даже не знаю!       Джанет испустила короткий скорбный вздох. Она чуть приблизилась к соседу, видимо так его рассматривая.       — Ты меня не воспитывай! — с новыми силами заревела планета. — Я тут всех принимаю, создаю атмосферу и прочие условия… а ты на себе каких-то девиц собрал! К каждой юбке клеишься, и не только! Сильвия вообще с одним седлом ходит!       Зборнак как раз показалась у лилового лимузина. Она поздоровалась с Хваткой, с интересом разглядывая ее.       — Они тут все ненормальные, если каждый день так штукатурятся, — сказала кабаниха, указывая на свое лицо.       Что думает по этому поводу Сильвия, осталась загадкой. Вслед за подругой уже по борту корабля бежал звездный странник. Прямо в орблачном пузыре Вондер нырнул между лопастями одного из моторов, каким-то одному ему ведомым образом вынырнул из следующего.       — Сильвия! Там Круто убивают! — заголосил он как пароходная сирена, подбегая к напарнице и лопая пузырь.       — Какая невосполнимая потеря для галактики, — с сарказмом кивнула зборнак Хватке, пока ее друг без устали дергал поводья, уже оказавшись в седле.       — Он к шмарсианам полез, хотел тебя спасти! — Поскольку Сильвия с места не сдвинулась, Вондер соскочил на землю и принялся тянуть ее за хвост.       У Хватки вся система ценностей полетела к флерту. В какой-то момент кабаниха поняла, что у нее отвисает челюсть. Это был абсолютный переворот сознания!       — Ты — мужза императора Круто? — выдохнула она, находясь еще в шоковом состоянии.       Сильвия лишь развела руками в утвердительном жесте. Она свистнула Вондеру и, как только тот снова оказался у нее в седле, создала орблачный пузырь. Путешественники как раз пронеслись над головой принца Бредли. Тот проводил их тоскливым долгим взглядом и повернулся к кабанихе.       — Вот и вы, — наконец выдавил он. — Значит, я на ратных подвигах, а вы на самом краю галактики, но наши пути все равно пересеклись.       Хватка виновато улыбнулась, понимая, что накладные ресницы окончательно отклеились и оказались у нее на щеках.       — Сэр Лучезарный, я хотела ижвиниться.       Лицо Бредли вспыхнуло пунцовым румянцем — настолько ярким, что даже космическая мгла не могла его скрыть. Сняв со щек ресницы, Хватка с чувством пожала Бредли руку, сказав, что рада навалившимся неприятностям, которые позволили разглядеть отвагу благородного принца.       — Истинной леди не пристало извиняться подобным образом перед настоящим принцем, — вежливо заметил тот.       — А как надо? — шепотом спросила Хватка и даже хрюкнула от восторга.       — Думаю, вполне подойдет поцелуй.