Предательский шёлк на её теле

— …Прошу прощенья, командор, что прервала ваш сон в столь ранний час, но у меня есть новости, которые должны вас лишь порадовать.       Голос Морриган прозвучал как будто в отдалении. Каллен открыл глаза и тут же поморщился от дикой боли в шее. После событий вчерашнего дня он долго не мог уснуть и задремал, кажется, лишь на рассвете. — Доброе утро, Морриган, — самым любезным тоном, какой только мог получиться на тот момент, ответил он, — Прости, за мой вид. Что там? — Лишь только солнце встало и раскинуло лучи, прогуливалась я по дворику внутри Скайхолда. Меня привлек красивый силуэт, который торопливо плыл к воротам замка – ведьма принялась прохаживаться по комнате – нагнав его, я не успела вымолвить и слова, как наша чудная магесса прижала меня в самый темный угол… отдав мне это – она протянула Каллену баночку, подобную той, которую он уже видел – она вдруг растворилась, но прежде вымолвила тихо: « отдай сие тому, кто больше всего жаждет возвращения любимой» и вот я здесь. Каллен взял то, что подала ему ведьма. Открыв плотно притертую крышку, он с вымученной улыбкой выдохнул: — Противоядие! – Быстро подойдя к Морриган он крепко обнял ее- спасибо, ты просто не представляешь, что сейчас сделала… Ведьма стояла в ступоре. Она не привыкла к проявлению таких эмоций тем более от храмовника. Хоть и бывшего.       Отстранив от себя командора она прошептала: — Оставь свои объятья для той, кто жаждет их как воздуха глоток морозного в безжизненной пустыне, а я, пожалуй удалюсь - Она тут же вышла из комнаты. От волнения Каллена колотило. Руки предательски дрожали. Он тихонько откинул край одеяла, приподнял ночную рубашку и снял бинты с раны инквизитора. Аккуратно зачерпнув драгоценное содержимое баночки, он намазал его на порез. Дыхание тут же участилось. Рана как по волшебству начала затягиваться, но при этом из нее сочилась жидкость чуть зеленоватого цвета. Промокнув чистым лоскутом ткани выделившуюся скверну, он поднял взгляд: Эмми уже наблюдала за аккуратными движения любимого. Ее губы наконец поменяли цвет на светло – алые. Она улыбнулась. — Милая! — Он сорвался с места и через доли секунд держал ее в своих объятьях, пытаясь проглотить всю горечь переживаний. - Ты здесь, ты со мной… он отстранился и посмотрел на нее глазами полными любви и… слез. Он забыл, когда последний раз чувствовал, как они застилают глаза, но сейчас он не боялся показать их. Эммилия провела по его щеке ладонью, от чего у командора перехватило дыхание, и он закрыл глаза. Этого нежного прикосновения он ждал, кажется, вечность. — Я чувствовала что ты был рядом все это время. – Ее рука вновь и вновь скользила по его небритой щеке. Эмми притянула его к себе и впилась в его губы. Ее рука зарылась в волосы Каллена. Из его груди вырвался тихий стон. — Я люблю тебя больше жизни. – Выдохнул он ей в губы.       Лия тут же подалась к нему все телом и прижала к себе еще сильнее. Она не знала, как выразить всю ту страсть и любовь к своему мужчине, что переполняли ее сейчас. Она целовала его до помутнения в голове, до онемения в пальцах, до тех пор, пока воздуха стало катастрофически не хватать. Эмми, оторвавшись от поцелуя, глубоко вдохнула. Каллен улыбнулся и провёл большим пальцем по припухшим губам: — Всё-таки мне стоило побриться.       Девушка откинулась на подушку и блаженно потянулась, чуть прищурив один глаз. — Ещё кто-нибудь знает о том, что я вернулась? - Что - то явно замышляя с игривой улыбкой пролепетала Эмми. — Думаю, нет, — удивленно и с нескрываемым интересом смотрел на неё возлюбленный. — Отлично. Тогда у нас есть время побыть наедине, пока сюда не ввалилась куча народа с поздравлениями и причитаниями. Эльфийка привстала потянула командора за воротник к себе. Тот поддавшись наклонился к ней. — Ты ещё слишком слаба. — прошептав ей на ухо, тут же поднялся и направился к окну.       По очереди раздвигая тяжелые шторы, он впускал солнечные лучи. Они тут же игриво и непослушно разбегались по всей комнате.       От яркого света девушка зажмурилась и поморщилась. Натянув одеяло повыше, так чтобы видно было только её глаза, она хитро следила за движениями Каллена: немного приоткрыв балконную дверь, он прошагал в сторону дивана. Почувствовав что за ним следят, обернулся в сторону Эммилии. Та тут же спряталась под одеялом, при этом тихонько хихикнув. От такой детской забавы он невольно расплылся в улыбке. Как можно тише подойдя к кровати приподнял уголок одеяла. — Я выследил тебя, сдавайся моя разбойница! — игриво сказал он.       Из-под одеяла высунулась рука с чем-то скомканным и сию же секунду в него прилетела ночная рубашка. Эмми схватило его за руку и резко дернула. От неожиданности он упал рядом на кровать. Она тут же накрыла его одеялом с головой: — Теперь это будет нашим убежищем. От всех, — её рука скользнула под куртку командора, — Здесь мы всегда будем наедине.       Дыхание сбилось. Он повернулся к ней и просто потерял дар речи: через одеяло пробивался мягкий солнечный свет, обрамляя нежное тело. — Ты божественна, — с придыханием произнёс мужчина. Она лежала к нему лицом абсолютно обнаженной. Его рука прикоснулась к шее, скользнула по руке, которая нежно царапала его тело где- то в области сердца. Где-то внутри него пробуждался дикий зверь.       Эмми хотела большего. Она давно твёрдо решила, что именно этот мужчина, который так оберегает её, так любит и так волнуется, станет её первым.       Смущенно выдохнув, она взяла его руку и положила себе на спину. Его горячая ладонь неуверенно скользнула ниже, описав контур бёдер, и вернулась назад. Эмми легким движение преодолела небольшое расстояние между ними и прильнула к губам Каллена. Она не хотела отпускать его из убежища. Из их укрытия. Она чувствовала возбуждение, которое вот-вот накроет её с головой и отключит разум. Она чувствовала, как он желает её. — Прошу тебя... — шептала она ему в губы, — Прошу... Не отталкивай меня... Позволь мне....       Её рука настойчиво скользнула к самому сокровенному, но на полпути была сжата в сильной ладони командора. — Милая, остановись... — знала бы она, сколько усилий требовалось ему, чтоб просто не кинуться на неё, – Прости... Я ужасно вымотан... Прости...       Она смущенно пыталась рассмотреть его выражение лица. Эммилия переведя дыхание быстро чмокнула его в щеку: — Я хочу чтоб мой первый раз прошел идеально… — шепнула она ему на ухо.       Каллена будто обдало ледяной водой: — Подожди, что ты имеешь ввиду? — он резко привстал и оперся на локти. — Я… у меня… — Эмми последовала его примеру и села в кровати обхватив руками колени, уткнулась в них головой, – Я никогда еще не была с мужчиной…       Кален изменился в лице: сначала на нем появился страх, затем осознание сказанных ей слов. Но последняя мысль просто вдавила изможденное тело командора в кровать: мысль о том, что он мог совершить непоправимое тогда.       Его лицо приобрело каменное выражение. Обрывки того вечера то и дело всплывали в его подсознании: его руки прикасались и ласкали ту, которую он совсем не знал и не желал знать, его губы то и дело сливались с её в страстном поцелуе… — Дыхание Создателя… - Тихо шепнул он и на мгновенье закрыв глаза надавил пальцами на переносицу. — Я что-то не то сказала? – Робко поинтересовалась она, краснея все сильнее. – Я просто хотела, чтоб ты знал правду обо мне… - На ее глазах тут же навернулись слезы. — Нет, милая… Все хорошо… Ох, Андрасте… - Он притянул её к себе и уложил на грудь. Гладя её по всей длине волос, он думал:       «Она отдает самое ценное что может быть у девушки мне. Если бы я только знал, что в тот вечер всё повернется самым худшим образом…» — Каллен? - его размышления прервал нежный голос возлюбленной. — О чем ты думаешь?       Он глубоко вздохнул: — О том, как мне жаль, что я не могу дать тебе того же… О том, что я уже был с женщиной когда-то… — в его голосе звучало сожаление.       Уткнувшись носом в сильную шею мужчины, Эмми прошептала: — Расскажи мне о ней.       Этого вопроса он сейчас не хотел больше всего, но, тяжело выдохнув, начал: — Это было давно. Когда война в Киркволле только начиналась… Тогда я был храмовником и нас перед ответственной битвой отпустили ненадолго повидать родных. Будто знали, что многие не вернуться… — Ты давно её знал? – ей было не по себе от того, что она услышит, но она должна была знать всё. — Мы были знакомы не очень давно… Но когда кунари заполонили город, ей ничего не оставалось, как бежать. И в ночь перед побегом все случилось…       Он тяжело выдохнул. В воздухе повисла неловкая пауза. Пугающая тишина давила на уши, и командор успел тысячу раз пожалеть о том, что рассказал. Но самой большая тайна оставалась ещё внутри. Тайна которая подобно кислоте выжигала и разъедала его мысли при этом его мозг издевательски прокручивал фрагменты того злосчастного вечера. Он молчал и ждал, когда хоть одно слово слетит с губ возлюбленной, чтоб тут же сменить тему. — Я надеюсь, у тебя больше нет от меня тайн… — немного огорченно прошептала она. Каллену стало ещё хуже: признаться ей сейчас и окончательно убить её доверие к себе он не мог, и просто не посмел бы. Сердце вот-вот должно было вырваться из груди… — Я проголодалась, — как будто ни в чем не бывало прощебетала эльфийка, — Может всё-таки спустимся в главный зал? Да я думаю и время уже подходящее.       Она тихонько поднялась с постели и, сделав шаг вперед, потянулась. Взору Калена, предстал идеальный силуэт её тела: нежная спина с чуть проглядывающими позвонками, волосы локонами небрежно разбросанные по плечам, стройные ноги, бедра… — Кхм, – он как будто пытался прийти в себя от такой картины.       Девушка подарила ему через плечо улыбку и быстро скрылась за дверью в кладовую. Как только дверь захлопнулась за ее спиной она зажгла свечи, и из глаз хлынули слезы. Прислонившись спиной к холодной стене она тихонько рыдала, но не от боли которая все еще мучила ее тело, а от какой-то обиды. Лия предполагала, что у Каллена могли быть близкие отношения с кем-то, но она не думала, что услышать это будет так тяжело. Ей хотелось верить, что она станет для командора первой и единственной во всех смыслах. Эмми не знала, сколько продлились ее раздумья. В чувства привел стук в дверь: — Милая, у тебя все там в порядке? – знакомый голос звучал озадачено. — Да, да… Я просто…. Платье… Не могу выбрать… — пытаясь подавить всхлипы, как можно убедительней сказала она.       Быстро схватив и натянув на себя первое, что попалось под руку и, вытерев капельки с глаз, она вышла в комнату. Найдя глазами гребень, она причесала непослушные волосы и, собрав их в конский хвост, обернулась. Командор с любопытством и некоей тревогой разглядывал её. — Что скажите, командор? – на щеках полыхал алый румянец, а глаза были немного красными от слез.       Шелковое платье спадало по её телу и продолжением струилось по полу. Мягкая, слегка переливающаяся ткань цвета золотого песка и она… Её улыбка…       Его мягкие губы и страстный поцелуй дали понять всё без слов…