Другая судьба

      — Береги себя, — прошептала Рейна, еще сильнее прижимаясь к груди парня.       Она не хотела его отпускать. Не хотела и все тут. В душу закралось противное чувство тревоги, но уже было поздно что-то менять. Перси не понимал, почему Рейна так сильно переживала, ведь не на войну же его отправляют. Хотя, если задуматься, разницы между поиском и войной немного, ее вообще практически нет.       — Не переживай, - прошептал он в макушку девушки. — И соскучится не успеешь, как я уже вернусь, и тогда тут же уедем домой. Все будет как прежде.       Рейна немного отстранилась, заглядывая в знакомые глаза, которые смогли заворожить ее при первой же встрече, пытаясь запомнить каждый оттенок, каждую крапинку. Она точно знала, что как раньше уже никогда не будет.       — Ты мне веришь? — тихо спросил он.       Девушка не могла выдавить из себя ни звука, поэтому просто кивнула. Рейна изо всех сил пыталась скрыть нахлынувшие на нее эмоции, но Перси знал ее слишком хорошо, чтобы поверить. Тогда парень медленно наклонился и легонько, почти невесомо поцеловал девушку, не зная, как она отреагирует. Рейна слишком долго ждала этого момента, слишком много мечтала о нем, поэтому тут же прильнула к Перси, отвечая на поцелуй. Он был наполнен нежностью и благодарностью за все хорошее, что они сделали друг другу. Их первый и последний поцелуй.       — Возвращайтесь побыстрее, — сказала Хейзел, обнимаясь сначала с Пайпер, а потом с Джейсоном.       Френк пожал им руки, а Гвен не смогла сдержать слез. В воздухе витала тревога, которую можно было ощутить почти физически. Никто не знал, что может случиться в ближайшее время, но у каждого на сердце висел тяжелый камень предчувствия. И римляне, и греки всей душой переживали за Талию, Перси, Аннабет, Селену, Джейсона и Пайпер, даже не подозревая, что все их самые страшные опасения потом оправдаются. Такова судьба, и тут уже ничего не поделаешь.       Когда к ним подошли Перси с Рейной, солнце уже огромным огненным шаром висело над горизонтом. Хирон откашлялся, чтобы вернуть себе возможность говорить ровно и уверенно, что потребовало от него больших усилий.       — Войдя в сад, помните: он был создан тысячи лет назад, и все это время бесконтрольно рос и развивался. Там живут такие животные, каких вы и в страшном сне не увидите, а растения в основном ядовиты и плотоядны. Не доверяйте своим глазам на все сто процентов, потому что даже самое незыблемое в этом месте переворачивается с ног на голову, — говорил Хирон, хотя понимал, что не сможет подготовить их ко всему. — И помните, что здесь вас всегда будут ждать ваши друзья и близкие. Мы верим в вас, не смотря ни на что.       Он обнял каждого полубога и отошел в сторону, давая им путь к конюшням.

My Chemical Romance - Sing

      В этот раз ехать на машине или автобусе было бы слишком долго, поэтому полубоги решили воспользоваться более привычным для них транспортом. В недавно отстроенных конюшнях их уже ждали два породистых пегаса, нетерпеливо переступающих с копыта на копыто.       «Босс! И года не прошло!» — услышал в своей голове Перси, как только приблизился на достаточное расстояние.       — Привет, Пират, — улыбнулся парень, потрепав лошадь по длинной гриве. — Я тоже соскучился.       «Мне уже рассказали, что и тут вы уже успели стать героем. Спасли от барбекю пару моих новых друзей?»       «Конечно спас! Я сам видел», — вмешался другой пегас.       — Потом, — ответил парень. — Все тебе расскажу, когда вернусь.       Сзади послышалось покашливание.       — Ты сейчас действительно разговаривал с ним?       Обернувшись, Перси увидел Аннабет и Талию, смотревших на него, как на психа. Селена грустно улыбнулась, ведь она всю жизнь мечтала хотя бы раз поговорить с лошадьми, но дети Афродиты на такое не способны.       — Он же сын Нептуна, — пожал плечами Джейсон и оглушительно свистнул.       В небе послышался раскат грома, температура резко понизилась на несколько градусов, и через несколько секунд к ним спустился белоснежный конь. Его длинная грива мерцала, пока он недовольно вертел головой, а копыта высекали миниатюрные грозовые бури всякий раз, как касались земли.       — Кто это? — очень тихо спросила Пайпер, с опасением рассматривая лошадь.       — Это Буря, — ответил Джейсон и приобнял девушку за талию. — Он штормовой дух, но меня слушается беспрекословно.       Лошадь недовольно заржала и со всей силы удалила копытом по земле, показывая свой характер, чем вызвал улыбки на лицах полубогов. Селена и Аннабет уже сидели на своем пегасе, а Джейсон помогал Пайпер залезть на Бурю. Перси ловко запрыгнул на спину Пирата и выжидательно посмотрел на Талию. Девушка недоверчиво рассматривала лошадь, всеми силами пытаясь скрыть дрожь, появившуюся от одной мысли о полете.       «Я же дочь Зевса, повелителя небес!»       — Тебе еще долго ждать? — поддел ее Перси и протянул ей руку.       Девушка ухватилась за нее и уже спустя несколько секунд оказалась за спиной ухмыляющегося полубога. Когда все наконец уселись, лошади победно заржали и начали разгон. Джейсон силой мысли сдерживал Бурю, потому что Пайпер продолжала немного подрагивать, боясь, что лошадь в любую секунду может превратиться в туман.       Как только копыта Пирата оторвались от земли и они взмыли в небо, Талия тут же обхватила Перси обеими руками, крепко зажмурив глаза. Ей было плевать, что он может подумать и как она выглядела со стороны: страх высоты был сильнее любых других эмоций. Перси заметил явные изменения в настроении девушки, потому что даже под страхом смерти она бы никогда не обняла его. Мысленно попросив пегаса лететь аккуратнее, он повернул голову, чтобы увидеть лицо Талии. Парень ухмыльнулся, чувствуя, с какой силой она вцепилась в его футболку, но так ничего и не сказал. Ему наконец выпал шанс просто наслаждаться полетом, не опасаясь быть сброшенным с небес молниями Юпитера.       Прошло минут пять, и Талия заметно расслабилась, мысленно пытаясь успокоиться. На какое-то мгновение она даже поверила, что на самом деле не находиться на высоте птичьего полета, но мощные крылья пегаса, работающие совсем рядом, нарушили эту идиллию.       — Талия, — тихо сказал Перси, — открой глаза.       Она только отрицательно покачала головой, даже не думая о том, что парень может этого не заметить. Тогда он накрыл одну руку девушки своей и продолжил еще тише:       — Ты не упадешь, я обещаю. Просто открой глаза.       Внутри Талии шла внутренняя борьба, но она все же открыла сначала один, а потом и другой глаз. Они парили над огромными облаками, больше похожими на сладкую вату. Они переливались всеми оттенками желтого, розового, красного и оранжевого, купаясь в последних лучах заходящего солнца. Чуть позади летели Пайпер, Джейсон, Аннабет и Селена, но дочь Зевса совершенно забыла о них, с восхищение осматриваясь вокруг. Страх ушел полностью. Впервые в жизни Талия не боялась высоты, а наслаждалась ей, вдыхая чистейший воздух. Неожиданно она почувствовала, что рука Перси соскользнула с ее ладони, и девушка почувствовала небольшой холодок, будто одним эти жестом он согревал ее.       Внезапно облака закончились, и прямо под ними открылся невероятный вид на весь Нью-Йорк. С такой высоты можно было видеть прямые улицы города, по которым нескончаемым потоком неслись машины и спешили люди, зеленые островки парков и маленьких скверов.       — Это восхитительно, — прошептала Талия, но Перси все равно услышал ее.       Он улыбнулся тому, что дочь Зевса все же осмелилась открыть глаза и теперь могла наслаждаться таким великолепием. Перси подумал, что на самом деле она не настолько колючая, какой хочет казаться. Такая Талия нравилась ему намного больше.       «У нее внутри живет маленькая впечатлительная девочка, — подумал парень. — Вот только она совсем забыла о ней»       От сознания того, что ему удалось прикоснуться к настолько скрытой части души девушки, внутри у Перси зародилось чувство радости, но не яркой, а мягкой и теплой, отражавшейся всеми клеточками его тела. Дочь Зевса все еще обнимала его за талию, не в силах отвести взгляда от открывшегося ей великолепия.

***

      Перси быстро спрыгнул со спины Пирата и помог Талии. Они прилетели последними, так как парень попросил пегаса сделать лишний круг над лесом, чтобы лучше осмотреть местность.       «Босс, а вам не говорили, что самообман — вещь неблагодарная?»       — Лети уже, — отмахнулся полубог. — Поговорим после моего возвращения.       Пират только фыркнул и медленно поднялся в небо, не сводя глаз со своего хозяина. Другие лошади уже улетели, оставляя полубогов перед высокой стеной старого леса. Солнце село, оставив на западе только блеклые отголоски, оставшиеся от недавнего буйства красок, медленно приближались сумерки, а из чащи были слышны тихие голоса птиц. Они прибыли на место.       — Спасибо, — шепнула Талия парню, пока к ним подходили остальные.       — Вы видели это дерево? — тут же спросила Аннабет, которой не терпелось войти в сад Персефоны.       «Чем раньше войдем — тем быстрее выйдем», — думала она.       — Оно находится в полумиле от нас, — ответила Талия, махнув рукой на юго-запад.       Ребята вошли в чащу, бросив последний взгляд на только начинающие загораться огни Нью-Йорка далеко на горизонте.       Волшебно. Вот то единственное слово, которое они смогли подобрать, наблюдая за тем великолепием, что творилось в лесу. Казалось, деревья подпирали небо своими могучими кронами, а по земле стелилась шелковая трава, из которой в некоторых местах выглядывали спелые ягоды. Вокруг росли многочисленные кустарники, со всех сторон лились переливистые голоса птиц. И светлячки. Сотни, тысячи светлячков заполняли собой весь лес, создавая невероятную атмосферу.       Полукровки ожидали увидеть старый, непроходимый лес, а попали в сказку. Девушки не переставая крутили головами, чтобы рассмотреть каждое неизвестное растение, а парни были настороже, но постепенно и они начали терять бдительность.       Внезапно справа послышался едва уловимый шорох. Все замерли на месте, нервно прислушиваясь, но вокруг было тихо, только на соседней сосне заливался соловей. Все чувства обострились до предела, но ничего не происходило. Простояв еще несколько минут, полубоги двинулись дальше, но оружие все-таки достали, держа его наготове.       Еще шорох. На этот раз он исходил слева и был намного громче. Впереди уже виднелась небольшая поляна, где рос огромный дуб, крона которого могла бы накрыть половину футбольного поля, его могучий ствол был весь покрыт трещинами, а некоторые ветки были шириной с человека.       Не сговариваясь, ребята решили как можно быстрее добраться до дерева, но не успели они ступить и шагу, как прямо с соседнего клена на них спустилась огромная змея. Поднявшись на хвосте, она стала высотой с грузовик, ее гладкая черная кожа переливалась в свете многочисленных светлячков. Змея преградила им путь к дубу, громко шипя, и распустила вокруг шеи воротник из белых колючек. Василиск.       Полубоги в последний момент успели отскочить в сторону, потому что змея выпустила столб огня, поджигая ближайшие кусты и деревья. Василиск снова зашипел и плюнул ядом в лежащую на земле Талию, но та успела прикрыться Эгидой. Перси и Джейсон перешли в нападение. Пока сын Нептуна отвлекал монстра, второй собирался с силами, чтобы призвать молнию, но монстр был умнее. Пытаясь поджарить Перси, он одним взмахом хвоста отбросил Джейсона куда подальше.       — Стоять! — закричала Пайпер, пытаясь использовать свою силу.       Василиск никак не отреагировал, только на долю секунду задержал на ней взгляд своих желтых глаз.       — Не смотри ему в глаза! — закричала Аннабет, но было слишком поздно.       Пайпер застыла на месте, скованная страхом, и не могла даже дышать нормально, не то что двигаться. Василиск уже приготовился выпустить в нее столб огня, как на него набросилась Талия, пытаясь пробить гладкую кожу копьем. Одним ленивым движением хвоста Василиск повалил ее на землю, а Аннабет и Селена в это время успели оттащить подальше Пайпер, которая начала приходить в себя. Они отвели девушку к тому самому дубу и посадили у самого ствола, как внезапно Аннабет заметила, что глаза дочери Афродиты расширились.       Василиск был уже близко, готовый превратить их в пепел, как внезапно его отбросил в сторону огромный гейзер, бьющий прямо из-под земли. Перси напряг все свои силы, но этого было недостаточно. Огромная змея приземлилась в нескольких десятках футах правее, снова зашипев. Это ужасно разозлило сына Нептуна, но свое дело он уже сделал — теперь Василиск был мокрым.       Монстр резко развернулся, снося на своем пути несколько молодых деревьев и буквально вырывая их с корнем. Он снова направился в сторону Пайпер. Тогда Селена выхватила один из ножей у себя на поясе и метнула его прямо в глаз змеи. Та издала что-то среднее между ревом и шипением, и начала быстро вертеть головой, беспорядочно выпуская столбы огня в разные стороны. Из некогда желтого глаза потекла густая черная жидкость. Но, по сути, это почти не навредило Василиску, а только разозлило его еще больше. Снова сфокусировав взгляд единственного глаза, монстр бросился на своего обидчика, но ему преградила путь Аннабет, вонзая нож в монстра, но оружие только отскочило от непробиваемой кожи змеи.       — Аннабет, уходи оттуда! — закричала Талия. — ЖИВО!       Внезапно в воздухе запахло озоном и стало еще темнее из-за закрывших небо тяжелых туч. В небе раздался оглушительный раскат грома, и Василиска ударила огромная молния, вызванная Талией и Джейсоном. Она была настолько мощной, что практически ослепила полукровок, стоящих рядом, поэтому им пришлось зажмуриться. Перед тем, как превратиться в пыль, змея снова зашипела и в последний раз плюнула ядом, повалившись на землю.

Alex & Sierra — Little Do You Know

      Тишина. После оглушительного сражения в лесу стояла звенящая тишина, нарушаемая тихими звуками. Медленно открыв глаза, Талия не могла понять, откуда они исходят. Внезапно ее взгляд зацепился за крохотное тельце, лежащее в двадцати футах левее. Девушка была полностью выжата, потому что все ее силы отняла эта проклятая молния, но она тут же забыла о своих проблемах, бросившись к подруге.       — Селена!       Талия в считанные секунды оказала около нее, падая на колени. К ним уже бежали остальные, которые находились дальше всего, но сейчас девушка забыла обо всем на свете.       Некогда прекрасное, без единого изъяна, лицо дочери Афродиты теперь было практически полностью разъедено ядом Василиска. Кожа покраснела и покрылась огромными волдырями, в глазах стояли слезы, а теми непонятными звуками было обрывистое, хриплое дыхание девушки. Одному Богу известно, какую боль ей приходилось терпеть, но Селена мужественно держалась, ни разу не застонав или всхлипнув.       — Проход… — прохрипела она, но у нее в горле образовалась пустыня, не позволяя произнести ни слова.       — Тише, тише, — шептала Талия, и по ее щеке скатилась первая слеза. — Молчи. Все будет хорошо.       — Василиск… пере… рождается… проход… — не сдавалась дочь Афродиты.       — Пожалуйста, молчи, — шептала Талия, держа ее за руку.       Было такое ощущение, будто в груди кто-то развел костер, который медленно сжигал дочь Зевса, поглощая все на своем пути. Слезы уже ручейками стекали по ее щекам, но Талия, кажется, даже не замечала этого, еще сильнее сжимая руку Селены.       «Нет, она не может умереть, — твердила себе девушка. — Не может!»       Селена тяжело вздохнула. Все ее тело налилось свинцом, а лицо будто охватил огонь, отдаваясь невероятной болью в каждой клеточке тела. Перед глазами все потускнело, а дышать стало практически невозможно. Боль была нестерпимой.       — Не смей умирать! — закричала Талия, не сдержавшись. — Ты не можешь!       — Чарли… — глаза Селены были где-то далеко-далеко. — Я вижу Чарли…       Больше она ничего не сказала. Чьи-то руки легли на плечи Талии, и она закрыла глаза подруге, которая уже никогда не сможет их открыть. Внутри она разрывалась на части, хотелось кричать, бить, ломать, разрушать, а потом упасть на землю и рыдать, пока все слезы не выйдут наружу, пока пустота не поглотит ее без остатка. Селены Боргарт больше нет.       — Мы должны идти, — прошептала Аннабет, вытирая слезы. — Иначе все это зря. Иначе смерть Селены была напрасной.       Когда до нее дошел смысл слов подруги, Талия резко выпрямилась и при помощи чьей-то сильной руки встала с земли. Она выхватила нож из рук Аннабет и быстрым шагом направилась к дубу. Никто ее не остановил. Даже не думая, что делает, девушка резким движением глубоко порезала себе ладонь и позволила теплой струйке крови стекать на ствол дерева. Снова чьи-то руки легли на ее плечи, и Талия откинулась назад, безразличная ко всему вокруг.       — Я не позволю ее смерти стать напрасной, — прошептала она.       Внезапно весь лес озарила яркая вспышка, обдавая жаром и втягивая за собой. Девушка закрыла глаза и еще сильнее прижалась к кому-то теплому у себя за спиной. По ее щеке скатилась последняя слеза, когда портал переносил их в сад Персефоны.