Все, что нужно для счастья

Оме­га не знал, сколь­ко он уже на ули­це, не знал, как он сю­да по­пал. Хо­лод. Хо­лод вок­руг и внут­ри. Он за­совы­вал паль­цы в под­мышки, пы­та­ясь сог­реть, но теп­ла там не бы­ло и в по­мине. Где-то дол­жно бы­ло быть теп­ло, где-то дол­жен был быть дом, толь­ко в го­лове все пу­талось и плы­ло, сил не бы­ло да­же на то, что­бы най­ти ка­кое-то ук­ры­тие. Оме­га свер­нулся клуб­ком у за­бора, ког­да прос­то не смог ид­ти даль­ше, хо­телось зас­нуть, гла­за зак­ры­вались. Не­яс­ное бес­по­кой­ство удер­жи­вало в соз­на­нии, а по­том нас­тигло по­нима­ние — бес­по­кой­ство вы­зыва­ло не­яс­ное ше­веле­ние в жи­воте. Оме­га про­вел не­пос­лушны­ми паль­ца­ми по телу — жи­вот был ту­гой и ок­руглый. Бо­же все­могу­щий! — он бе­ремен­ный. Тэ­ренс раз­дра­жен­но пе­реп­ры­гивал лу­жи. Чер­тов форд заг­лох на пол­пу­ти до­мой, и ос­та­ток дороги приш­лось про­делать пеш­ком. Хо­рошо хоть, что дождь за­кон­чился, но­ябрь вы­дал­ся хо­лод­ным и вет­ре­ным, а паль­то Тэ­ренс наде­вать не стал, на­кинул лишь тон­кую кур­тку. Те­перь приш­лось под­нять во­рот­ник, но это не спа­сало от хо­лод­ных ка­пель, ска­тыва­ющих­ся по шее. К ве­черу по­холо­дало, дождь нес­коль­ко раз сме­нял­ся мок­рым сне­гом, ко­торый сра­зу та­ял на ас­фаль­те. На ули­це поч­ти ни­кого не бы­ло, ред­кие про­хожие воз­вра­щались до­мой. Тэ­ренс поч­ти про­шел ми­мо му­сор­ных ба­ков, ког­да там раз­дался шо­рох, а по­том меж­ду ба­ками упа­ла ру­ка. Аль­фа чер­тыхнул­ся и по­дошел поб­ли­же — сре­ди па­кетов с му­сором ле­жал че­ловек, по­хоже, он был без соз­на­ния. По его ли­цу сте­кали кап­ли дож­дя, на­поми­ная сле­зы, но чер­ты не ис­ка­жала гри­маса бо­ли или жа­лобы. Тэ­ренс сно­ва вы­ругал­ся. Мож­но бы­ло бы прой­ти ми­мо, но бро­дяга, как пить дать, за­мер­знет к ут­ру. Явит­ся по­лиция: «Мис­тер Би­шоп, поч­ти у ва­ших две­рей за­мерз че­ловек. Не­уже­ли Вы его не за­мети­ли?» — и он по­теря­ет пол­дня, а в га­лерее пол­но ра­боты. При­няв ре­шение, аль­фа при­под­нял бро­дягу за под­мышки и по­волок к крыль­цу, дос­та­точ­но и то­го, что он ис­пачка­ет пер­чатки. Тэ­ренс от­крыл дверь, по­весил на ве­шал­ку куртку и вер­нулся за ни­щим. Вта­щить те­ло в при­хожую бы­ло де­лом од­ной ми­нуты. Аль­фа вклю­чил в ван­ной теп­лую во­ду, а по­том при­нял­ся раз­де­вать без­глас­ное те­ло. В па­кет для му­сора по­летел гряз­ный по­лувер, за­тем шта­ны и бо­тин­ки. По­том Тэ­ренс при­нял­ся за ру­баш­ку. Блядь! Па­рень был бе­ремен­ным. Он при­нес к се­бе чу­жого бе­ремен­но­го оме­гу. Бы­ло теп­ло, на­вер­ное, он уже умер и по­пал в рай. Хо­телось пить, но сил поп­ро­сить об этом не бы­ло. Ря­дом кто-то раз­го­вари­вал. Оме­га слы­шал го­лоса, они сколь­зи­ли ми­мо соз­на­ния, ос­та­ва­ясь не­понят­ны­ми как шум во­допа­да или гро­зы. «… Тэ­ренс, ты со­шел с ума … шлю­ха! Ты ви­дел его ру­ку — коль­цо сор­ва­но …по­нятия не име­ешь чей это уб­лю­док … Илай — про­даж­ная дрянь, но не все оме­ги та­кие … дам кров, он рас­пла­тит­ся как уме­ет… силь­ный жар, ес­ли ум­рет…» Чья-то ру­ка при­под­ня­ла го­лову оме­ги и да­ла на­пить­ся теп­ло­го питья, он сно­ва про­валил­ся в сон. Окон­ча­тель­но оме­га при­шел в се­бя че­рез три дня. Прос­нулся ут­ром, кое-как сполз с кро­вати и до­шел до ту­але­та. В го­лове все пу­талось. Не по­луча­лось да­же вспом­нить свое имя. Оме­га сно­ва вер­нулся в пос­тель, рас­се­ян­но пог­ла­дил жи­вот, ощу­тил под ру­кой сла­бое ше­веле­ние. Ре­бенок был жив, ре­бенок жив — это глав­ное. Ос­таль­ное он пе­режи­вет. В сле­ду­ющий раз он прос­нулся от зву­ка от­крыв­шей­ся две­ри. В ком­на­ту во­шел вы­сокий тем­но­воло­сый аль­фа, встре­тив­шись с ним гла­зами, аль­фа неп­ри­ят­но скри­вил­ся и ушел. Он вер­нулся че­рез чет­верть ча­са с зав­тра­ком. Ус­тро­ил под­нос на тум­бочке, су­нул в ру­ки оме­ге лож­ку: «Ешь.» Ка­ша бы­ла теп­лой и вкус­ной. Аль­фа про­дол­жал си­деть ря­дом на сту­ле. Оме­га съ­ел ка­шу и от­ло­жил лож­ку, ка­жет­ся, нас­та­ло вре­мя для раз­го­вора. — Я не знаю чей уб­лю­док у те­бя в жи­воте. Но я раз­ре­шу те­бе ос­тать­ся здесь до ро­дов. Я бу­ду тра­хать те­бя ког­да и как за­хочу. Ес­ли ус­ло­вия те­бя не ус­тра­ива­ют, мо­жешь про­вали­вать ку­да хо­чешь. Мо­жет, лю­бов­ник те­бя при­мет. Оме­га сжал­ся и ис­пу­ган­но при­тих. В го­лове на­чала скла­дывать­ся мо­за­ика. Он был на ули­це, дол­жно быть его выг­на­ли из до­му. Выг­нал его аль­фа, выг­нал за из­ме­ну, сор­вал коль­цо. Муж его от­верг, сог­ла­сил­ся ос­та­вить толь­ко как шлю­ху. Он чуть не за­мерз нас­мерть, и аль­фа поз­во­лил ему ос­тать­ся до ро­дов, но ни он сам, ни ре­бенок ему не нуж­ны. Нез­на­комый го­лос на­зывал аль­фу Тэ­рен­сом. Тог­да сам оме­га, на­вер­ное, Илай — не­вер­ная шлю­ха и дрянь. Он из­ме­нил му­жу, за­бере­менел чу­жим ре­бен­ком, он зас­лу­жил та­кое об­ра­щение. — Тэ­ренс? — аль­фа взгля­нул на не­го удив­ленно, не ожи­дал что на­казан­ный ре­шит­ся об­ра­тить­ся по име­ни. — Тэ­ренс, прос­ти ме­ня. Спа­сибо, что поз­во­лил ос­тать­ся до ро­дов. Спа­сибо! Оме­га наз­вал его Тэ­рен­сом. От­ку­да он уз­нал его имя? Или прос­то слы­шал, как Тер­ри раз­го­вари­вал с Ку­ком? Он во­об­ще по­нял, что ему ска­зали, или Тэ­ренс при­тащил в дом су­мас­шедше­го? Еще не­делю оме­га выз­до­рав­ли­вал. Аль­фа при­носил ему еду, но боль­ше в ком­на­те не ос­та­вал­ся. Илай да­же не ус­пе­вал рас­смот­реть его как сле­ду­ет. От Тэ­рен­са ве­яло раз­дра­жени­ем и неп­ри­язнью, оме­га ежил­ся от них, как от хо­лода. Это и был хо­лод. Аль­фа от­ка­зывал ему в пок­ро­витель­стве и ис­крен­ней за­боте, от это­го бы­ло боль­но. Илай дре­мал днем, сил сов­сем не бы­ло. Ле­жа по но­чам без сна, он пы­тал­ся пред­ста­вить, как все бы­ло бы, ес­ли бы он не из­ме­нил. Тэ­ренс об­ни­мал бы его лас­ко­во, был ря­дом каж­дую сво­бод­ную ми­нуту. Они бы спа­ли в од­ной пос­те­ли, и на его пле­че Илаю сни­лись бы хо­рошие сны. Иног­да оме­га пы­тал­ся вспом­нить, по­чему он из­ме­нил му­жу, и не мог, не мог вспом­нить ни­чего, что про­ис­хо­дило рань­ше прош­лой не­дели. Тэ­ренс нра­вил­ся оме­ге — го­лос аль­фы, его за­пах, силь­ные ру­ки, ко­торые иног­да слу­чай­но ка­сались его, ког­да он пе­реда­вал Илаю круж­ку. Мо­жет быть, это ошиб­ка? И Илай не из­ме­нял, или сде­лал это не по сво­ей во­ле? Но по­том оме­га на­тыкал­ся взгля­дом на длин­ную сса­дину на бе­зымян­ном паль­це. Аль­фа сод­рал с не­го коль­цо. Илай не пом­нил это­го, но это ни­чего не ме­няло — аль­фа от­ка­зал­ся от не­го. Те­перь ни­чего нель­зя бы­ло ис­пра­вить — аль­фы поч­ти ни­ког­да не ме­ня­ют сво­их ре­шений. Тэ­ренс не прос­тит, да­же ес­ли это ошиб­ка. Еще че­рез не­делю Илай смог сам дой­ти до сто­ловой, а еще че­рез три дня Тэ­ренс впер­вые его трах­нул. Тэ­ренс и сам не по­нял, как очу­тил­ся в та­кой си­ту­ации. Оме­га пос­та­вил все про­ис­хо­дящее с ног на го­лову. Мо­жет, у не­го от­би­ло па­мять, мо­жет, еще че­го, но, ка­жет­ся, он ре­шил, что Тэ­ренс — его аль­фа. Его аль­фа! По­думать толь­ко! Се­бя са­мого он счи­тал из­менни­ком-Ила­ем, а их пер­вый раз­го­вор — сво­им на­каза­ни­ем. Тэ­ренс прос­то ре­шил дать убе­жище шлю­хе в об­мен на секс, а ока­зал­ся поч­ти се­мей­ным че­лове­ком. Оме­га сна­чала по­казал­ся ему поч­ти маль­чиш­кой. Но ког­да тот при­шел в се­бя, ста­ло по­нят­но, что они при­мер­но ро­вес­ни­ки. Оме­ге, дол­жно быть, бы­ло не мень­ше двад­ца­ти пя­ти, а мо­жет, и чуть боль­ше. Прос­то па­рень был ху­дощав до ху­добы, да еще гла­за у не­го бы­ли боль­шие, опу­шен­ные длин­ны­ми рес­ни­цами. И гу­бы бы­ли пол­ны­ми и кра­сивы­ми. А боль­ше и не бы­ло ни­чего прив­ле­катель­но­го. Ос­трый нос, гряз­но­ватые пят­нышки вес­ну­шек и во­лосы ос­три­жены ко­рот­ко и не­ров­но. Дол­жно быть, муж, уз­нав об из­ме­не, от­хва­тил его во­лосы но­жом. Сам Тэ­ренс с Ила­ем так не пос­ту­пил, а мо­жет, сле­дова­ло. Оме­га — са­моз­ва­ный Илай, не­делю от­сы­пал­ся, по­том на­чал по­нем­но­гу хо­дить. Де­лать ему что-ли­бо Тэ­ренс зап­ре­тил, для это­го имел­ся при­ходя­щий дом­ра­бот­ник — спо­кой­ный бе­та по име­ни Трис. Да и слаб был оме­га для ра­боты, еще, че­го доб­ро­го, в об­мо­рок грох­нется и соз­на­ние по­теря­ет. Три­су раз­го­вари­вать с оме­гой он то­же не ве­лел. Од­нажды ве­чером Тэ­ренс вер­нулся до­мой в хо­рошем нас­тро­ении. За под­го­тов­кой оче­ред­ной выс­тавки за­бывал­ся весь тот цирк, в ко­торый прев­ра­тилась его жизнь до­ма. Оме­га си­дел в гос­ти­ной и дре­мал у те­леви­зора. За про­шед­шие дни он, ка­жет­ся, наб­рал нем­но­го ве­са и те­перь ка­зал­ся поч­ти хо­рошень­ким. Аль­фа от­дал ему не­кото­рые ос­тавши­еся ве­щи Илая и кое-что из сво­его собс­твен­но­го гар­де­роба. Плед сполз с не­го на пол, и аль­фа ре­шил ук­рыть бес­то­лочь, но сто­ило нак­ло­нить­ся к оме­ге, как его нак­ры­ло. Оме­га пах … это не­воз­можно бы­ло пе­редать. Он пах до­мом, у­ютом, ожи­дани­ем ре­бен­ка, спо­кой­стви­ем, мо­локом и пе­чень­ем, ко­торое съ­ел на ужин. Па­ра пе­ченек ос­та­лась ле­жать на блюд­це на журнальном столике. Его хо­телось прис­во­ить, по­метить, взять. Точ­но! Мо­рок раз­ве­ял­ся. Этот оме­га — та­кая же блядь, как и Илай. Толь­ко та­кого мог выг­нать аль­фа из до­ма глу­бокой осенью поч­ти без одеж­ды, толь­ко с та­кого мог аль­фа сор­вать свое ос­квер­ненное коль­цо. И ведь от пар­шивца пах­ло нес­коль­ки­ми аль­фа­ми, ког­да Тэ­ренс его по­доб­рал, Кук то­же это по­чувс­тво­вал. Тэ­ренс наб­ро­сил на оме­гу плед, но хо­рошее нас­тро­ение ис­па­рилось. За­то за­хоте­лось тра­хать­ся. Оме­га по­тянул­ся и от­крыл гла­за: «Тэ­ренс, ты при­шел.» Он всег­да смот­рел на Тер­ри так — сму­щен­но и ви­нова­то, а еще с удив­ле­ни­ем и лю­бопытс­твом. Рань­ше это бе­сило аль­фу че­рез­вы­чай­но, а те­перь толь­ко по­дог­ре­ло же­лание. Оме­га хо­тел уз­нать его? Тэ­ренс даст ему та­кой шанс. Гля­дя в гла­за оме­ги, аль­фа рас­тя­нул узел гал­сту­ка, по­том снял его сов­сем и бро­сил в крес­ло: «Пой­дем». Оме­га не уди­вил­ся, толь­ко вздох­нул ис­пу­ган­но и встал с ди­вана. Нес­коль­ко мгно­вений ку­тал­ся не­лепо в клет­ча­тый плед, на­конец, по­ложил его на край ди­вана и пер­вый во­шел в спаль­ню Би­шопа. Он раз­де­вал­ся мед­ленно и крас­нел. Бо­же, оме­га ро­зовел ще­ками, и, ес­ли бы не вы­пира­ющий жи­вот, его мож­но бы­ло бы при­нять за девс­твен­ни­ка. У Тэ­рен­са уже член ло­мило от не­тер­пе­ния. Сам он уже ски­нул всю одеж­ду и сто­ял, не­осоз­нанно зак­ры­вая для оме­ги вы­ход из ком­на­ты. Илай, Тэ­ренс и сам уже на­чал так его про се­бя на­зывать, рас­стал­ся на­конец с пос­ледней тряп­кой, от­ки­нул с пос­те­ли пок­ры­вало и спро­сил прос­то­душ­но: «Как мне лечь?» В эту ми­нуту Тэ­рен­са Би­шопа оша­раши­ло вне­зап­ным по­нима­ни­ем — оме­га и прав­да не пом­нит ни­чего. Он, Тэ­ренс, для не­го сей­час его пер­вый аль­фа. Сдер­жать­ся поч­ти по­лучи­лось. Аль­фа с низ­ким ры­ком оп­ро­кинул оме­гу на кро­вать. Ог­ла­дил жад­но ху­дое те­ло, из­бе­гая дот­ра­гивать­ся до жи­вота. Про­вел но­сом от уха, вдоль шеи, к клю­чице, по­вер­нул на бок и при­жал­ся всем те­лом. Оме­га ед­ва слыш­но вы­дох­нул и по­дал­ся к не­му. Тэ­ренс без­думно по­тирал­ся чле­ном о мяг­кую зад­ни­цу, сколь­зя меж­ду по­лови­нок, за­рывал­ся но­сом в во­лосы на за­тыл­ке. Оме­га пах вос­хи­титель­но, чу­жие за­пахи сош­ли с не­го со­вер­шенно, хо­телось об­ли­зать вы­пук­лые поз­вонки на шее, про­вес­ти язы­ком мок­рую до­рож­ку по пле­чу. Оме­га по­дал­ся еще нем­но­го бли­же, и го­лов­ка чле­на аль­фы ока­залась нап­ро­тив вхо­да в его те­ло, там бы­ло уже влаж­но. Аль­фа сно­ва рык­нул, ух­ва­тил Илая за бед­ро и тол­кнул­ся внутрь. Теп­лые стен­ки сжи­мали член так вос­хи­титель­но, Тэ­ренс так дав­но не был с оме­гой. Аль­фа за­был обо всем, ос­тался толь­ко мед­ленный ритм и от­зы­ва­юще­еся те­ло ря­дом. Тэ­ренс дви­гал­ся все быс­трее и все силь­нее сжи­мал паль­цы на бед­ре оме­ги. Тот пос­та­нывал и сжи­мал внут­ри так, что в гла­зах тем­не­ло от бли­зос­ти ор­газма. Ког­да аль­фа ус­лы­шал ти­хое: «Тер­ри!», он кон­чил со сто­ном и ма­шиналь­но кос­нулся чле­на оме­ги, ог­ла­дил ко­рот­ко и по­чувс­тво­вал на паль­цах чу­жую вла­гу. Ле­жать ря­дом с аль­фой бы­ло так спо­кой­но, пусть на бед­ре на­лива­лись си­няки от не­лас­ко­вых паль­цев. Илай чувс­тво­вал — аль­фа был та­кой го­лод­ный, так хо­тел его. Он ры­чал «мой! мой!», хо­тя ед­ва ли осоз­на­вал это. Мо­жет быть, для них не все еще бы­ло по­терян­но? Тэ­ренс зад­ре­мал на чет­верть ча­са, и Илай ле­жал непод­вижно под ру­кой аль­фы, хо­тя влаж­ная от ис­па­рины ко­жа на­чала вы­сыхать, и оме­га стал мер­знуть. Аль­фа вздох­нул во сне и при­жал­ся к спи­не Илая, ста­ло теп­ло и спо­кой­но, но оме­га не спал, ло­вя мгно­вения ря­дом со сво­им аль­фой.