Разрушенные размышления

По крайней мере, всё кончено. На четвёртый и последний день Перидот знала, что у неё будет встреча лицом к лицу с ее друзьями. Она умная, ну, возможно. Она знает, что это не последний раз, когда она видит Изумруд и Эмбер, и она боится, что в следующий раз, когда она их увидит, она реально блеванет. Особенно сейчас, когда их имена заставляют комок застрять в горле, а глаза слезиться. Этого не было раньше. Перидот потащила своё тело из постели и из квартиры. Она не помнила прогулки, не помнила, сколько времени ей на это понадобилось, но, в конце концов, она пришла к дому Джаспер. Слегка толкнув дверь без стука, так как она не была закрыта, то, что и ожидала увидеть Перидот, это Джаспер, сидящая за кухонным столом с чашкой кофе. Она закрыла дверь, слыша рычание желудка, молча подошла к столу, достала стул и села. — Ты выглядишь дерьмово. — заметила Джаспер, поставив чашку на стол. Перидот выпустила стон, с грохотом положив голову на стол. — Я все просрала. — пробормотала она, дергая себя за волосы. — Ты все...просрала? — Да! — Перидот вскрикнула и, оторвав руки от головы, ударила кулаками по столу. — Я. Все. Просрала! Я была глупа и зла, и не все обдумала. Из-за моих безрассудных действий я совершила самую глупую сделку, которую только можно было, и я просто была разгромлена. — Говори тише- я хочу знать, что случилось, но я тебя хорошо слышу, и Ляпис все ещё спит. Сейчас, вроде как, 6 утра. Меньшая из двух зарычала, взяв время, чтобы успокоиться, а затем продолжила с более тихим тоном. — Ладно, ладно. — Хорошо, что именно они сделали? Что случилось? При одном упоминании о них, Перидот закрыла рот рукой, сдерживая рвоту, но прокашлявшись, она продолжила. — Я забыла, какие они влиятельные. Они... Я, я пыталась говорить с ними, как с цивилизованными людьми, потому что знала, что я не могу драться с ними, но- боже. Они напомнили мне, что я была так близка к разоблачению и... Я не могла. — Ты...не могла? — Я должна была идти с ними, а не против них. Пришлось делать все, что они хотели, потому что они угрожали выдать меня Йеллоу Даймонд из-за случившегося на вечеринке! — Они реально собирались сделать это? Ты почти раскрыла два филиала! Возможно, все четыре- какого черта, Перидот? Ты не думала об этом? Йеллоу Даймонд убила бы тебя на месте! — Я знаю, — Перидот кипела, вцепившись в край стола так, что были видны белые костяшки. — Я была глупа- я была зла. — Что, чёрт возьми, могло заставить тебя так разозлиться, что ты- — Джаспер остановилась посреди предложения, глядя на что-то из-за угла. Но она начала снова с приглушённым голосом. — Так разозлиться, что ты не все продумала, ты всегда все продумываешь. Опираясь лбом о деревянную поверхность стола, Перидот заскулила. — Я не так глупа. И я знаю, что ты стоишь там, Ляпис, так что можешь выходить- боже, Джаспер. Ты можешь быть менее сдержанной по поводу чего-то? Джаспер присмотрелась, Ляпис вышла из-за угла, волоча по полу одеяло, накинутое на её плечи. Она тащила его по полу, который, вероятно, грязный, но, если Джаспер было не все равно, она не показывала этого. — Рада видеть тебя, Ляпис. — сказала Джаспер, кинув грубый взгляд на Перидот, пока та не подняла голову со стола. Но Ляпис просто кивнула, подняв брови на девушку, пропавшую на несколько дней. — Она не произнесла ни слова. Ни одного слова. — Джаспер показала рукой подойти ей. — Ничего в течение четырёх дней. Это то, что заставило тебя злиться? Что-то случилось, что я- что она плакала? Блять. Враждебность быстро появилась, наполняя комнату, заставляя Перидот задыхаться. Напряжение было настолько густым, что его можно было резать ножом. Она съежилась, пытаясь выяснить, как извиниться, или хотя бы объяснить, не заставляя Джаспер злиться. Потирая шею, она отвела взгляд, покашляв в ответ. — Д-да. Я сделала что-то, что не должна была, поэтому я разочарована сама в себе. Вспоминая это, я думаю, что, вроде как, заслуживаю того, что со мной произошло. Да, ты сделала это. И ты заслужила. Я знаю. Ты заслуживаешь, чтобы я позволила им сделать это снова. Я знаю. — Ты заставила её плакать? Какого черта, Перидот? — процедила сквозь зубы Джаспер. — Я-я бы исправила все это, если бы могла. Я сожалею. — она пыталась поднять взгляд на девушку. Это конфликт, он ярко виден на её нейтральном выражении лица. Она что-то хочет сказать, но не скажет. Она ничего не скажет. Что заставляет Перидот почувствовать резкую боль, пустую боль, что она даже не разговаривает со мной. Я реально облажалась. — Что бы не случилось, — Джаспер прервала её внутренний монолог. — Вы должны разобраться во всем и исправить это. Но я не собираюсь быть посредником в этом. Мне плевать, что надо делать- просто. Постарайтесь все уладить. — Я-я постараюсь... — Ляпис, сделай одолжение, — Джаспер снова прервала её. — Иди наверх и убедись, что все вещи собраны. Делай все, что тебе нужно сделать, только- не спускайся, пока я за тобой не зайду. Ляпис кивнула, идя к лестнице, таская за собой одеяло. Перидот сглотнула комок в горле. — Перид- — Я знаю, хорошо?! Я знаю! — она шипела, скрестив руки. — Я знаю, что я облажалась. Это явно то, что я не скоро забуду. — Что случилось- Перидот, ты...ты вообще заботишься о ней? — Ч-что?! Конечно, я- с чего такие вопросы? — Ты уверена? — издевалась Джаспер. Она разочарована и недовольна во всех. — Честно, не очень то и похоже. Ты только делаешь ей больно, несмотря на то, что ты вообще делаешь. Я не думаю, что она заботит тебя так же, как- — Мне надрали задницу. — Перидот встала так быстро, что стул отлетел назад, чуть ли не опрокинувшись. Она направила указательный палец на Джаспер, сщурив глаза. — Ты думаешь, мне плевать? Ты не знаешь, через какой ад я прошла- на два дня застряв в этом подвале- — продолжая громко высказываться, она начала описывать все в ярких деталях. Не оставляя ни одной детали. Это не волновало её, это не смущало её, она настолько была погружена в свой рассказ, что иногда забывала дышать. Лицо покраснело, и Перидот понадобилось немного времени, чтобы восстановить дыхание. Когда продолжительный монолог закончился, она вздохнула и села, сложа руки вниз. — И...самое обидное для меня не то, что я теперь травмирована. А что я- я просыпалась по шесть раз оставшиеся две ночи...потому что я видела, как Изумруд смотрит на меня. Потому что она запустила свои грязные руки в мои волосы и заставила держать глаза открытыми. И больнее всего не то, что, я уверена, буду жить с этими воспоминания всю оставшуюся жизнь- больнее всего то, что...вот, что они могли делать с Ляпис. — наконец Перидот остановилась, держа голову в руках. — Они могли делать это с ней каждый день почти на протяжении года. А я была бессильна- не обращала внимания- я бы не смогла ничего сделать. И это правда. Слишком пораженная, чтобы даже ответить, Джаспер молча слушала. Но в конце концов она прокашлялась. — Ты должна поговорить с Ляпис. — Она не захочет услышать то, что я хочу сказать. — Я уверена, что захочет. Даже если она до сих пор расстроена- она не разговаривала в течение четырёх дней. К тому же, она заботится о тебе. — Я заставила её плакать- — Но она все равно будет заботиться о тебе, даже если будет расстроена. Вы обе можете быть правы. Давай.

_____________

Джаспер потащила её подругу вверх по лестнице и, бормоча что-то о Ляпис, толкнула её в комнату, закрыв за собой дверь. И она, должно быть, сидела и держала дверь спиной или просто закрыла её, так как, когда Перидот захотела выйти, дверь не открывалась. Она зарычала, стоя спиной к Ляпис, опираясь о преграду. — Я не собираюсь говорить с ней, если ты будешь сидеть здесь и подслушивать- ты- да чёрт возьми! — стуча ногой по двери со сдерживаемым срывом, Перидот выжидала момент, чтобы услышать слабый смех и последующий шорох, что, как она предполагала, означал уход Джаспер. И вот они снова одни. Неуверенно и осторожно Перидот развернулась, встретившись лицом к лицу с Ляпис- она заправляла одеяло и она...она боялась? Она боялась меня. — Я сожалею. Это первое, что она сказала за все это время. Первые два слова, которые сказала Ляпис- и это было 'Я сожалею'. И это заставило сердце Перидот разбиться на две части. Четыре дня и все это время она беспокоилась только об этом. Четыре дня она думала, что это её вина. — Нет, нет, нет- Ляпис, — Перидот задыхалась. Чёрт, пожалуйста, только не плачь. — Я-я не хотела... Это не твоя вина- — Нет, моя. — Нет, не твоя. — садясь на кровать, Перидот как бы спрашивала её, можно ли. Можно ли быть к ней так близко. Если она позволит быть рядом. И она позволила, конечно, потому что Ляпис святая и не могла злиться. Она слишком легко все прощает. — Но это так, Перидот- — Нет, это не так. Перестань говорить так. Она заткнула её. Заткнула их обеих. Они сидели в тишине, потому что Ляпис не знала, что сказать. И Перидот не знала, что ещё ей можно было сказать. Она не собирается рассказывать ей о том, что произошло- её мысли были заняты только этим после того, как она пожала руку Изумруд. Ляпис не знала об этом и не узнает. Никогда. — Я была неправа. — наконец сказала она. — Я одна, кто виноват в этом, не ты. Я сделала тебе больно, потому что я чувствовала боль. — Так же, как и я причинила тебе боль- — Ляпис начала, но Перидот быстро прервала её. — Это...возможно. Я просто... Я была погружена в раздумья над 'да, она не любит меня'...что я уже думала 'значит и я не люблю ее'. — Л... — Да, люблю, — Перидот бормотала, обращая внимание на что-то другое, но не на человека рядом с ней. — Я думала... если я собираюсь причинить себе боль из-за моих чувств к тебе...я причиню тебе боль тоже. И- извини меня. Ты не заслуживаешь этого. — Заслуживаю. — Н-нет, Ляпис. Я оттолкнула тебя. Потому что ты не любишь меня, и я не хочу ранить себя больше, чем уже ранила. Я не хочу, чтобы ты была в силах причинить мне боль. Ведь, если ты все время манипулировала мной так, что однажды мне придётся смириться с тем, что эта- эта красивая девушка...эта...эта красивая девушка с красивыми голубыми глазами и- и самой красивой улыбкой, которую я когда-либо видела...и она улыбается, пускай ей больно, но она продолжает освещать комнату своей улыбкой- эта красивая девушка, которая мне нравится, но которой не нравлюсь я. Она просто использует меня. И я решила, что мне будет достаточно быть просто...наедине снова. — Я-я не использовала тебя... Я...даже не пыталась. — Это не важно- что случилось...то случилось. И мы никак не можем повлиять на это. Принимая это во внимание, Ляпис замолчала. Затем она подняла руки и взяла ими обе стороны лица Перидот. Они ещё тряслись. Перидот подняла свои руки, взявшись за её, чтобы успокоить их. Чтобы успокоить Ляпис. — Перидот, ты в порядке? — Нет. Руки считались там неуместными...просто...отдыхая на её лице- это кажется неправильным. Учитывая, чья рука была там несколько ночей назад. Дергая за волосы и- и... — Перидот. — Да? — Что с тобой случилось? Вот и все. Она сдалась. Неожиданно для обеих слёзы начали течь по её лицу. Они бежали по щекам и собирались у их рук, и Перидот пыталась дышать, но она не могла. Она запуталась. И она уже плакала из-за этого. Два дня постоянного плача, но он был каким-то другим. Раньше было онемение, а сейчас все стало так сложно. Потому что она не могла смотреть на Ляпис, потому что она запуталась, а её голова кружилась. Вспоминая все, что произошло. Но девушка держала ее, подтверждая слова, что, конечно- только она знала, как сказать. Потому что она хороша в этом. Правда, так устав плакать, что она отстранилась, убирая руки от лица- оттолкнув Ляпис. Она так устала плакать. Ей так надоело это. Надоело. И она ненавидела это, потому что она знала, что это будет намного чаще сейчас. Может быть, даже каждый день. Потому что зелёные улыбающиеся глаза смотрели прямо в зелёные рыдающие глаза и это она никогда не забудет. И Перидот думала, что ей не хочется жить, если придётся жить с этим. Ляпис позволила ей. Она позволила ей оттолкнуть её. Она позволила ей плакать, пока та не начала вздрагивать уже без слёз. Но, когда она уже не могла больше плакать, она понимала, что не знала, что делать дальше. Она посмотрела на Ляпис для подсказки- но откуда бы она знала, что делать? И она просто раскрыла руки, позволяя Перидот вцепиться в неё, после чего они обе упали на кровать. Перидот по прежнему чувствовала, как плачет. Она держала её глаза закрытыми, потянув на обеих одеяло, чувствуя его тепло. Чувствуя тепло, мягкость, спокойствие, и она устала. И пока Ляпис лениво проводила рукой по её волосам, шепча милые глупости, Перидот уснула, мечтая о голубом. Не о зеленом.