Тьма в его глазах

Я просыпаюсь на рассвете. В комнате горит верхний свет, а сквозь открытое окно проникает прохладный зимний воздух. Натягиваю одеяло повыше и сажусь на постели, чтобы тут же встретиться с беспристрастным взглядом синих глаз Геры, сидящей в кресле напротив. За её спиной незнакомые мне мужчина в чёрном строгом костюме и женщина, одетая как горничная. У мужчины в руках вешалка с одеждой, а у женщины поднос с омлетом и кофе. При виде этого торжественного собрания возле моей постели мне становится ещё более неловко, поэтому я кутаюсь в одеяло всё плотнее, пока оно не доходит до подбородка и не скрывает тело полностью. - Прохладный воздух бодрит, - спокойно произносит Гера, грациозно вставая с кресла и уверенной походкой направляясь к окну, чтобы закрыть его. Готова поспорить с ней. Мне кажется, толпа незнакомцев, обнаруженная с утра в собственной спальне, бодрит куда больше. – Сейчас шесть пятьдесят. Согласно твоему расписанию, в семь пятнадцать тебе необходимо присутствовать на уроках по стрельбе. У тебя есть двадцать пять минут, чтобы умыться, одеться и позавтракать. Когда она заканчивает фразу, сопровождающая её процессия, словно по команде, двигается в мою сторону. От неожиданности я инстинктивно подаюсь назад. Мужчина кладёт на край моей постели одежду, а женщина ставит мне на колени поднос, который я едва не роняю. После этого они чинно поклоняются Гере и выходят. Гера остаётся в комнате. - Мне необходимо уединение, - бормочу я, делая небольшой глоток из чашки с горьким кофе. - Мне необходимо, чтобы ты была на полигоне в семь пятнадцать, - отзывается она, и мне кажется, всего на секунду я вижу ехидную ухмылку. – Поэтому я останусь здесь и прослежу, чтобы ты успела вовремя. Ровно через семнадцать минут (Гера чётко следит за временем) я натягиваю облегающее бежевое платье, едва доходящее до колена, и собираю волосы в хвост. Обуваю туфли на высоких каблуках и с ужасом отмечаю, что в таком виде выгляжу уменьшенной, карикатурно-нелепой копией Геры. К тому же, я ещё и не умею ходить на таких высоких каблуках. - Введём это отдельным предметом, - объявляет Гера, когда я в очередной раз пошатываюсь, сделав шаг. По её приказу уже через пару минут мне приносят аккуратные лодочки на небольших каблучках. Ещё через пять минут мы надеваем аккуратные шубки на меху и выходим на, так называемый, полигон, обустроенный прямо на заднем дворе дома. К своему ужасу, первое, что я вижу – привязанный к деревянному кресту мужчина. В ещё больший ужас прихожу, когда узнаю в нём того самого человека, который издевался надо мной в подвале дома, пытаясь заставить сосать его член. Тут же ощущаю, как к горлу подступает тошнота, и я прикрываю рот рукой, чтобы не вырвать прямо здесь. - Тебе не стоит бояться, это всего лишь мишень, - холодно чеканит Гера, по-своему интерпретируя мою реакцию. Она подходит к небольшому металлическому столу и берёт пистолет, проверяя магазин на наличие патронов. – Она ничего не чувствует. Услышав её, мужчина испуганно мычит через повязку, которая закрывает его рот. Видно, что его долго пытали. По его вискам стекает кровь, рубашка порвана и на груди виднеются тёмные синяки. Всего на секунду я испытываю жалость к этому человеку. Никто не заслуживает смерти без суда и следствия, даже такой моральный урод, как он. Гера, похоже, чувствует себя прекрасно, когда в её руках оружие. В её глазах появляется какой-то дьявольский блеск, а дыхание становится порывистым, частым. Впервые за эти пару дней она кажется мне живой. Она делает несколько шагов назад и становится напротив мужчины. Я послушно иду за ней, хоть мне хочется закрыть глаза, уши, и просто убежать. - Есть несколько способов убить человека, - начинает Гера таким тоном, словно ведёт лекцию. Она выставляет вперёд руку, в которой зажат пистолет, и прицеливается. – Можно доставить ему максимум мучений и заставить молить о смерти, - с этими словами она делает первый выстрел – в левую ногу. Я вздрагиваю, мужчина взвывает от боли. – Смотреть, как он истекает кровью и медленно угасает. – Второй выстрел – правое плечо. Я закрываю уши руками, чтобы не слышать криков, но усилием воли заставляю себя смотреть. – Такой способ обычно используется для казни особо провинившихся. – Выстрел. На этот раз в пах. Я слышу нечеловеческие стоны. - Хватит! Прекрати это! – не выдерживаю, когда она прицеливается в очередной раз. Как она только может так спокойно смотреть на всё это? - Игорь просил, чтобы я сделала это медленно, - отвечает девушка, стреляя в левое запястье. На секунду я перестаю слышать крики. Игорь? Он знает, что этот человек пытался меня… Но откуда? Неожиданно Гера опускает руку и поворачивается ко мне. Я в испуге отступаю назад, когда она протягивает мне пистолет. Нет, я не могу этого сделать. Я не могу выстрелить в человека. Нет. - Это всего лишь мишень, - напоминает Гера, и в её голосе пугающе много уверенности. – Ты ведь хочешь избавить его от мучений? – она меняет тактику, кивая на истекающего кровью мужчину. Он уже не кричит, но ещё жив. - Я не могу, - умоляюще шепчу, чувствуя, как глазам подступают слёзы. – Пожалуйста. - В таком случае его ждёт медленная смерть от потери крови, - фыркает она небрежно, направляясь к металлическому столику. Я на секунду бросаю взгляд на человека, которого ещё пару дней назад ненавидела всем сердцем. В его глазах словно читается мольба, а губы шепчут немое «добей». Я замираю в нерешительности. Что в таком случае милосердие – оставить его умирать или выбить из него остатки жизни одним выстрелом? - Хорошо, - произношу быстро, голос дрожит. Гера возвращается обратно и протягивает мне пистолет. - Держи обеими руками, - советует она, заметив, как трясутся мои руки. – Целься точно в сердце. Нервно сглатываю, направляя пистолет на грудь мужчины. В ушах шум сотен отбойных молотков, которые сводят меня с ума и заглушают голос Геры. Я пытаюсь сконцентрироваться, но внутренний голос вопит, что это неправильно, и сбивает с толку. Я смогу… я… Выстрел. На секунду мне кажется, что я наблюдаю за всем со стороны, в замедленной съемке. Вот вылетает пуля, вот она рассекает воздух и врезается в тело мужчины, от чего он вздрагивает. Из его груди сочиться кровь… жаль только, что в сердце я так и не попала. Но я не смогу выстрелить снова, у меня просто не хватит сил. Падаю на колени и роняю пистолет, который поднимает Гера. Господи, я только что стреляла в человека… - Для начала неплохо, - врывается в мою голову голос Геры. Она прицеливается и стреляет прямо в сердце мужчины. – Запомни на будущее: хочешь избавить кого-то от мучений – убей его быстро.