I am machine.

POV FRANK За это время Лондон стал для меня родным домом. Многое изменилось за этот год. Я решил закончить обучение в институте, поэтому перевёлся в лондонский университет. Я не работаю. Нет, я искренне хотел работать, но Джерард настоял на том, чтобы я спокойно учился, не отвлекался на какие-либо вещи. Через некоторое время после приезда я познакомился с некоторыми людьми, с которыми мы стали дружить. Их зовут Роб, Джеймс, Джон и Эд. Приятные ребята, и знали бы вы, насколько они талантливы! Полгода назад мы организовали свою группу. Назвали её Leathermouth. Иногда мы выступаем в каких-то захудалых барах, и я не могу назвать это работой, потому что это не приносит доход. Это приносит только эстетическое удовлетворение и пару расхераченных гитар. Но я ни на секунду не забывал своего лучшего друга, Тома. Мы очень часто звоним друг другу. Пару раз он и Майки приезжали к нам, а один раз я приезжал к ним. Когда я приезжал туда, я помню, как воспоминания нахлынули на меня, как я зашёл в свою квартиру и как увидел расплывчатые очертания милого и доброго парня с самой милой улыбкой на свете, с ярко-красными волосами и с глазами живее, чем у любого человека во всём мире. Он смеялся, подмигивал мне. В тот день я серьёзно подумал о психиатрической больнице. В доме ничего не было тронуто с того самого дня, когда я уехал. Я тогда даже не удосужился убрать постельное бельё с кровати, оно было всё перемешано, создавая огромную кучу. Эта поездка пробудила во мне ту боль, которую я так отчаянно пытался забыть. Но вскоре я понял, что забыть боль просто невозможно — она будет ходить за тобой по пятам до конца твоих дней. Но есть одно единственное, что можно сделать. Боль нужно отпустить. Я боялся отпустить её, потому что боялся забыть мальчика, который разукрасил мои серые будни в ярко-красный цвет. Но вскоре я понял одну вещь. Я понял, что отпустить боль не значит забыть прошлое, это значит поверить в будущее. Я смог отпустить ту боль, и теперь я ощущаю себя свободным от тех пленящих оков. А что с Уэем? Что ж, вы не удивитесь. Мы вместе. Было достаточно сложно начать с ним встречаться, ведь нужно было для начала из натурала сделать гея, а потом ещё и влюбить его в себя. Но всё прошло успешно. Я говорю об этом очень смешно? Возможно, но так всё и было. Была и ещё одна сложность. Сначала я так боялся тем самым стать предателем по отношению к моему Джи. Но я вновь и вновь перечитывал его письмо, понимая, что он хотел бы, чтобы я был счастлив. Долго я не мог побороть себя, чувствовал вину. Том сказал мне мудрую мысль, которая вскоре помогла мне: «Да, он умер. Но ты, Фрэнк, нет. Ты живее всех живых. Нельзя ходить как зомби, мёртвый в этом теле, из-за чьей-то смерти. Прошло достаточно много времени, полгода, с его смерти. Да, он умер. Но ты нет. Так что продолжай жить, потому что тебе ещё столько времени терпеть этот мир.» *** — Фрэнк, ты ключ взял? — крикнул мне Джи, выбегая из квартиры, в то время, как я уже около получаса стоял на улице и ждал его. — Взял. Выходи уже, — дело в том, что сегодня мы едем ко мне домой. Да, я снова увижу Тома, Майки. И отгадайте, какое сегодня число. О да, именно, 31 декабря. Снова Новый год? Снова Новый год. — Да всё, выхожу, — и этот парень выходит с двумя огромными чемоданами. И мы уезжаем на неделю. И я хочу сейчас просто приложить руку ко лбу и сказать, что я не с ним. — А что ты так мало вещей взял? Ты чего, мы же на целую неделю едем! — Да? Мало? — я тяжело вздохнул, закидывая за дверь один чемодан и быстро закрывая дверь на ключ, пропуская мимо ушей все причитания о том, что в том чемодане у него лежат его любимые трусы. А сейчас меня ждёт, боже, какой ужас, поездка на самолёте! Я весь дрожу, а сердце стучит как бешеное. И так каждый раз. В самолёте Джи крепко держал меня за руку, и от этого становилось намного легче. Мы приземлились и сразу же поехали к Тому. Сегодня мы вместе будем отмечать Новый год, в кругу моих друзей. Когда мы приехали, Том и Майки уже что-то готовили на кухне. Пахло довольно приятно. Как только Том увидел меня, он сразу бросился обниматься. Было ощущение, что он оторвёт мне голову, потому что так сильно меня не обнимал ещё никто. Даже мамочка. Майки опять улыбался своей фирменной улыбкой: чуть заметно приподнятые уголки губ. Никогда не скажешь, когда этот парень чему-то рад. Но сейчас он был рад, это точно. Два брата тоже обнялись. Вскоре, вырвавшись из неслабой хватки Тома, я обнял Майки, а Джи — моего друга. Как мило. Через пару часов в дверь снова позвонили. И угадайте, кто это? Боб и Джессика! Кстати, они встречаются. Все по парам разошлись, да. И Джессика — единственная девушка в этой компании. Но её всё, кажется, устраивает. Все снова начали обниматься. Признаться честно, я очень сильно скучал по ним. По ним всем. Никто никогда не заменит мне их, моих друзей, мою семью. И вот, мы сидим на полу и смотрим всем известный рождественский фильм «Один дома». Ну, как смотрим… Пытаемся. Прошло так много времени с тех пор, как мы не виделись, накопилось столько новостей, что мы просто вываливали их, а фильм был своеобразным фоном. Спустя какое-то время фильм закончился, и мы просто включили телевизор. Там шли какие-то новости. Скучно и неинтересно. Мы продолжили делиться всем тем, что случилось с нами за тот период времени, пока мы не виделись, но в один момент я и Том переглянулись и уткнулись в телевизор. В новостях говорилось о каких-то срочных новостях, вы не поверите, из Австралии. «Сегодня нам сообщили о задержании профессора Стэна. Этот профессор изобрёл уникальную вещь, способную оживлять неживые предметы. Стэн оживлял неживые предметы, роботов и проводил над ними ужасающие опыты. В подвале его дома были найдены несколько трупов людей. Сейчас ведётся расследование этого дела.» Стэн… В голове начали мелькать образы этого вполне приличного человека, который в кафе искренне раскаивался в том, что сделал оживляющий предмет. Все эти слова из новостей были для меня настолько мерзкими, настолько болезненными, что голова резко закружилась, и я чуть не потерял сознание. Медленно встав, я направился в ванную, захватив с собой сумку. Из неё я достал письмо. Чуть помятое письмо, которое раньше я перечитывал чуть ли не каждый день. И снова я стал его перечитывать. Я шевелил губами, перебирая глазами до боли в сердце знакомые слова. По щекам начали скатываться горячие солёные слёзы. Дочитав письмо, хотя читать мне его не было смысла, ведь его содержание, каждое в нем слово я знал наизусть, я просто смотрел в одну точку, нервно перебирая листок бумаги в руках. Не знаю, сколько я так просидел, но меня прервал тихий, осторожный стук в дверь. — Фрэнки? Всё хорошо? — Джерард обеспокоенным голосом проговорил это. — Да-да, все нормально. Я сейчас выйду, — после некоторой паузы смог сказать я. Умывшись, я вышел к столу. Все смотрели на меня непонимающим взглядом. — Ну что? Да, я девочка-истеричка, — попытался отшутиться я. Никто никак не отреагировал. Я улыбался. Улыбался, как идиот. — Ты уверен, что всё хорошо? — тихо спросил Том. — Да, всё прекрасно! Давайте дальше веселиться. О, я придумал! Давайте танцевать! — я быстро включил музыку и начал двигаться под неё. Движения были очень странными и непонятными. Вскоре ко мне присоединился Том, а потом и все остальные. Джерард присоединился к нам самым последним. Он был явно насторожен моим поведением. Вскоре все развеселились. Шум, крики, драки, танцы в парах, отдельно, хоровод… Все устали, но упорно продолжали танцевать, не отдавая себе отчета в своих действиях и движениях. И я уверен, те, кто смотрели бы на нас в этот момент со стороны, подумали, что мы либо психи, либо идиоты, а может и то, и другое. К утру все разошлись спать. Я пытался заснуть, но мне было слишком душно. Я решил выйти на улицу и покурить. Я не курил уже около трех месяцев — Джерард пытается отучить меня от этой дурацкой привычки. Но сейчас мне это просто нужно. Аккуратно убрав руку Джерарда с моей талии, я тихо встал и вышел из комнаты. Взял куртку и вышел во двор. Свет во дворе был включен, и я разглядел Тома, сидящего на скамейке, в свете тусклого фонаря. Он сидел и тихо втягивал дым сигареты, медленно выпуская его через рот. Подсев к нему, ничего не говоря, я посмотрел на небо. Здесь так тихо. А звезд на небе больше, чем песчинок на морском берегу. Я достал пачку сигарет. Пошарив рукой по карманам, я заметил, что не взял зажигалку. Том, следя за каждым моим действием, без слов понял, что мне было нужно, и протянул маленькую черную зажигалку. Я так же без слов взял её и, наконец-то, закурил. Дым вдыхался тяжело, видимо с непривычки. На мгновение у меня закружилась голова. Но всё стало хорошо после следующего затяга. Первая сигарета, вторая, третья… Том тоже курил, не останавливаясь. Вот так вот молча мы просидели минут десять. — Я знаю, та новость разбудила у тебя в голове мысли о Джи… — Том первый подал голос. Я ничего не ответил. — Не думай об этом. Да, возможно он на всю жизнь вошёл в твоё сердце, но…, но сейчас у тебя есть твой парень, как две капли воды похожий на Джи, даже имя у него такое же, что заставляет меня постоянно удивляться. Вы с ним потрясающе смотритесь. И он единственный, кто поможет тебе забыть о твоем… бывшем. Он единственный, кто сможет сделать тебя счастливым. Так что сейчас ты должен быть не здесь. Ты должен быть рядом с ним, — Том говорил это тихим, еле различимым голосом, но я прекрасно его слышал. И внутри я понимал, что он прав. — Пойдём домой, — Том встал и ободряюще похлопал меня по плечу. На его губах появилась легкая улыбка, а у меня в душе от этой улыбки появилось некторое спокойствие. Я решил послушаться его и пошел домой. — Ты опять курил? — сонно пробормотал Джи, когда я лег в кровать. — Да. И не надо меня за это ругать, — слабо улыбнулся я. — Я и не собирался. Я же вижу, чтоп тобой сегодня что-то не так. Но ты всегда можешь поговорить со мной. Я всегда рядом, ты же знаешь. — Да, знаю. Я не мог заснуть. — Я заметил. Иди ко мне, — Джерард прижал меня к себе, сладко целуя в губы. И в миг я захотел спать. Мои глаза потяжелели, и я, уткнувшись носом в грудь любимого, заснул крепким и сладким сном. Мне снилось, что я в кругу своих друзей, мы весело подпеваем певцу какую-то песню, а за талию меня крепко обнимает Джи. Джерард Уэй. Не знаю, что мне сулит этот год, но знаю точно, что его и следующие года я хочу провести с этим черноволосым парнем, который сможет спасти и защитить меня от самого себя.