Наши лучшие чувства

      Я знаю только два естественных, не болезнетворных процесса, которые вызывают обильное отделение слюны: это пищеварение и секс. Я также знаю, что с обоими ты знаком… мой подопечный. Мой бедный, больной, истощенный и страждущий — «юноша бледный со взором горящим» — я с радостью отвечаю тебе, когда ты зовешь меня в свои холодные утра и ночи. Потому что как я могу дать тебе то, что ты хочешь, так и ты можешь — мне — то, чего хочу я.       Я — твое вдохновение. Твоя Муза. Но у всякой Музы должно быть имя: так трагедия звалась Мельпоменой, лирика и музыка — Эвтерпой, танец — Терпсихорой… Меня зови Голодом. Это имя подойдет мне — и подойдет тому, чем мы занимаемся. В конце концов, вдохновение — это всегда нужда. Поэтому не удивляйся, когда название мое так отдает на вкус пустотой: суть всякого творчества в том, чтобы ее заполнять.       Для этого тебе нужно желание. Желание — второе имя вдохновения.       И вот прихожу я. Когда ты чувствуешь Голод — ты начинаешь желать. Желать утолить его. Желать усладить — меня. И желание твое тем сильнее, чем привлекательнее то, на что оно направлено. То, что тебе нравится. Поэтому, призывая меня, запасись самым сладким: сахаром, воздушной пастилой, сдобой и шоколадом… Ты ведь любишь это, правда? Приторное, лакомое. Все, чем обычно так трудно насытиться. Тебя даже никогда не беспокоило то, что сладкое не питает тело — главное, что оно приносит счастье. Как и секс. Его тебе тоже придется создать — в себе, в готовности к моему появлению.       Я прихожу нагим. Вполне аппетитным на твой вкус: здоровым и полнотелым. Я — та точка, к которой ты стремишься. Я выгляжу так, как ты хочешь себя чувствовать. Но внутри меня — все то же желание. Голод. Смысл нашего союза в том, чтобы готовиться к удовольствию и причинять его. Пока я рядом, ты можешь испечь самый аппетитный пирог в своей жизни. Можешь приблизиться к границе возбуждения. Ты можешь даже вовсе ничего не делать самостоятельно и лишь ждать моего наступления. И рано или поздно ты почувствуешь, что от горького вкуса слюны во рту никуда не деться… Рано или поздно тебе придется открыть глаза и шагнуть мне навстречу. Нам будет вкусно. Нам будет тепло. Оба этих качества сопутствуют сексу и пищеварению.       В конце концов ты будешь чувствовать заполненность. Радость. Я тоже… И потому я исчезну. Меня не может быть с тобой, когда ты не нуждаешься во мне. Когда ты не чувствуешь меня.       Однако это меня не расстраивает. Ведь у Голода есть одна замечательная особенность: возвращаться.