Клин клином

      В двух словах Андрей объяснил свой план.       Всего несколько минут назад сидевшая на стуле, как сломанная кукла, Катя ожила. Глаза загорелись, на щеках появился румянец.       — А мы успеем? Ночь на дворе. А к утру все должно быть готово.       — Успеем, Катюша, успеем. Михаил, спасибо тебе. Ты настоящий.       Андрей все звонил и звонил куда-то. Потом резко бросил:       — Собирайтесь, поехали. Катя, вызови такси.       — Капитанская 4, — сказал Андрей, садясь в машину.       — Вы что жениться надумали? Сразу оба? Так до утра потерпите. Сейчас ЗАГС закрыт.       — Вы везите, а утро там или вечер, двое нас или трое, мы разберемся.       Возле ЗАГСА их поджидал высокий молодой человек.       — Жданов Андрей Павлович?       — Это я.       — Пройдемте со мой.       Через 15 минут все было позади…       — Кира, нужно встретиться.       — Ты что-то решил?       — Конечно, Кирочка. Конечно.       — Ну, давай в ресторане «Александр Хаус», адрес, я думаю ты хорошо знаешь. А то… можешь в номер прийти. Ты его тоже хорошо знаешь. Номер 12.       — Нет, Кирочка, давай уж лучше в ресторане, через час.       Кира сидела за столиком красивая до умопомрачения. Было заметно, что сегодняшнее утро она провела в салоне, готовясь сполна насладиться своим триумфом. Она знала, что триумф считался высшей наградой военачальнику и давался лишь по окончании войны, и притом такой, которая сопровождалась тяжким поражением врагов. Поэтому, когда в ресторан вошел Андрей под руку с Катериной, Кира растерялась.       Она никак не ждала ни того, что Андрей придет таким спокойным, улыбающимся и счастливым, ни того, что он придет не один.       — Здравствуйте, Кира Юрьевна, — царственным поклоном головы приветствовала ее Екатерина, присаживаясь.       — Здравствуйте, Кира Юрьевна, — так же церемонно приветствовал ее и Андрей.       А Кира молчала. Она не могла выдавить из себя ни слова, только весь ее триумфаторский вид как-то поблек, скукожился, а потом и вовсе растворился.       — Кира Юрьевна, разрешите Вам представить мою супругу — Жданова Екатерина Валерьевна. Вот взгляните, пожалуйста, это ее свидетельство о расторжении брака с гражданином Борщевым. Причем еще до того, как Ваши фото запечатлели ее входящей в мой номер. А это, — Андрей сделал паузу, — наше свидетельство о бракосочетании. Причем опять-таки, прошу обратить внимание на дату. Наш брак зарегистрирован до того, как Ваш фотограф, запечатлел нашу первую брачную ночь.       Вы, конечно, можете опубликовать наши фото. Пусть весь мир мне завидует. Но я бы Вам рекомендовал не делать этого. По нескольким причинам. Во-первых, потому, что сразу во всей прессе появится материал о мести бывшей невесты. Со всеми подробностями. Называться он будет примерно так: «Месть светской львицы, потерпевшей поражение в борьбе с секретаршей». Ну дальше во всех подробностях — пойдет материал о всех твоих унижениях, слежках, скандалах и о том, как некрасивая, но умная добрая и порядочная секретарша завладела моим сердцем. А во-вторых, я не советовал бы тебе публиковать наши фото еще и потому, что мы сразу подадим на тебя в суд.       Катенька, пойдем, дорогая. У нас еще очень много дел до отъезда в Москву.       Катя так же величественно встала, кивнула Кире, взяла мужа под руку и они удалились.       Прошлой ночью две тысячи долларов, связи и Ждановское обаяние развели Катюшу с Михаилом за день до того, как фотограф запечатлел Пушкареву входящей в номер Андрея. А еще тысяча долларов поженила молодых в тот день, число которого стояло на всех эротических фото, за несколько часов до их «первой брачной ночи».       Они лежали на огромной кровати в номере для новобрачных, уставшие, насытившиеся друг другом и очень счастливые.       — Кать, мы с тобой два идиота. Я прошу тебя, давай учиться говорить и слышать друг друга. Тогда не будет никаких проблем.       — Давай. Только одна проблема у нас все-таки есть.       — Какая?       — Папа… Конец.