Перестарок

— Жалко его, такой красивый был. Кто только вокруг него круги не наворачивал, а Пара так и не нашлась. Папа часто повторял это, видя в окне их соседа Дженсена Эклза. Раньше отец иногда в шутку грозил папе: «Вот уйду от тебя к Дженсену», а тот только смеялся. От Пары не уходят. Иногда осиротевшая половинка угасает день за днем, горюя об утрате. Очень редко можно встретить вторую Пару, так было у прадеда Джареда. А вот Эклзу, жившему по соседству сколько Джаред себя помнил, не повезло. — Так бывает, — объяснил однажды дедушка, — его Пара еще не родилась, а может альфа погиб, когда Дженсен был маленьким. — Я могу стать его альфой, — бесхитростно пожалел одинокого омегу Джаред. — Может и можешь. Пятнадцать лет разницы — не шутка, но и такое бывает. Позже отец с папой объяснили сыну, что альфам и омегам не дано выбирать. Тайну создания пары разгадать до сих пор не удалось, несмотря на все старания физиологов. Встречает человек свою судьбу иногда раньше, иногда позже, может и Дженсен Эклз встретит свою Пару уже завтра. Годы шли, Джаред рос, а Дженсен оставался одиноким. Падалеки пошел в среднюю школу, когда однажды папа вслух пожалел Дженсена — красота омеги, вызывавшая зависть, начала угасать. Джаред не обращал внимания на подобное, да и рано ему было думать об омегах, но и дед с родителями согласился. — Раньше на младшего Эклза заглядывались, да и нельзя было не смотреть, так хорош был, как картинка. Глазищи зеленые, ресницы, — дед на дюйм раздвинул пальцы, показывая внуку, — губы, даже не рассказать. А еще веснушки у него были, но его это не портило. Золотистый был весь, и волосы на солнце в рыжину отливали. Высокий для омеги, статный. Только красота омеги без альфы пропадает. Скоро от нее только воспоминания и останутся, — видно было, что старому альфе жаль этого очарования, увядающего от одиночества и времени и не получившего продолжения в детях. Дженсен жил совсем один. Его старший брат-альфа давно обосновался в собственном доме. Братишка-омега нашел пару еще когда учился в школе, теперь жил через пару кварталов. А родители умерли в прошлом году, сначала отец от сердечного приступа, а за ним и папа, жить без мужа он не мог и не хотел. Если бы мог, Дженсен, наверное, жил бы на работе, только это было невозможно. Он работал в детском центре. Омеге всегда нравилось возиться с детьми, но выбирая профессию, он и не догадывался, что она станет для него источником и радости, и душевной муки. Дженсен любил детей, а повзрослев стал страстно о них мечтать. Вот только альфы все не было. Дженсен хотел взять какого-нибудь сироту, пригреть такую же одинокую душу, приходить в дом, где его будут ждать. Но детей отдавали только в полные Пары и исключений из этого правила не делали. — Пойми, Дженс, вдруг с тобой что-то случится. Кто тогда позаботится о малыше? Придется искать ему новую семью, а это такой стресс. А ты встретишь Пару, своих родишь... — Морган, начальник и друг Дженсена, хотел помочь, но от его слов омеге становилось только хуже. — Пару? Да ты издеваешься? Скоро я уже никого не смогу встретить, просто будет поздно. Это замужние омеги текут и рожают до пятидесяти, а я перестарок! Я почти не теку уже, и моя Пара меня не узнает! Высказав свой самый большой страх, Дженсен вылетел из кабинета. Он ушел в парк и гулял по нему до ночи. Утром как обычно пришел на работу, больше они с Морганом об этом не говорили.

***

Да что за черт! Дженсен безуспешно пытался привести в порядок дверцу книжного шкафа, но ничего не выходило. Шкаф делал еще дед-альфа, отличавшийся великанским ростом. И теперь прикрутить верхнюю петлю было непросто, даже стоя на табурете. Дженсен чуть не полдня на это потратил, а толку чуть. Омега решил передохнуть и выпить чаю. Он как раз насыпал в чайник заварку, когда увидел возвращающегося из школы Джареда. Когда-то Джаред частенько забегал к нему в гости, но потом подрос, обзавелся друзьями и теперь просто тепло здоровался с Дженсеном при встрече. Совсем недавно мальчишка сильно вытянулся в рост, сравнявшись с отцом. Он был еще тонок, футболка болталась на широких плечах, но было очевидно, что из младшего Падалеки вырастет могучий альфа. — Джаред! — Дженсен приоткрыл окошко и окликнул соседа. Тот улыбнулся, сверкнув ямочками, и подошел к калитке. — Привет! — Привет, у меня тут проблема возникла, может сможешь помочь? Шуруп один закрутить надо, а я не дотягиваюсь. — Окей, только сумку домой закину. — Не обязательно прямо сейчас, ты же, наверное, устал после школы. Джей приподнял бровь незнакомым взрослым движением и ответил: — Ну, сил помочь омеге мне хватит. Мальчишка не имел ввиду ничего такого, но Дженсен почувствовал, что начинает краснеть. Это было глупо, но от небрежного покровительства практически взрослого альфы жар приливал к щекам. Мальчишке такая реакция, кажется, польстила, он бросил сумку на крыльце, прошел в гостиную, а там снова заулыбался. — Дженс, ты разломал мой любимый шкаф? — давно забытое фамильярное обращение само сорвалось с языка. Когда-то Джареду и правда ужасно нравился и Дженсен, и этот книжный шкаф. Сосед-омега, еще учившийся в то время в колледже, доставал для малыша большую книгу со сказками и читал то таинственным, то веселым, то рычащим голосом. Тем временем, Джаред взял с подоконника отвертку и шагнул на табурет. Дженсен протянул шуруп и альфа забрал его с середины теплой, чуть подрагивающей ладони. Проблема была решена за несколько секунд. Джаред отдал отвертку Дженсену, со странным чувством замечая, что омега, казавшийся раньше таким взрослым, почти на голову ниже его самого. И ладони у него гораздо меньше, а веснушки по-прежнему золотятся на переносице, и уши розовеют от смущения. Джаред совсем недавно стал ощущать себя взрослым. В школе омеги начали строить ему глазки, а при разговорах хихикать или краснеть. И Джаред начал смотреть на них немного иначе. Раньше они просто были друзьями по играм, но скоро кто-то из них мог стать его судьбой — Парой. И Джаред невольно представлял, как узнает своего единственного, может быть, совершенно неожиданно. Дженсен, наверное, раньше тоже это представлял. А теперь уже и не ждет. Паршиво-то как. Смущенного одинокого омегу стало неожиданно жалко. Джаред шутливо взлохматил короткие волосы Дженсена (раньше омега частенько так делал, а Джаред смеялся и уворачивался) и предложил: — Ты зови, если нужна будет помощь. Они попрощались и Джаред отправился домой, а Дженсен долго еще ругал себя за то, что пара нечаянных прикосновений мальчишки-альфы заставила сильнее биться сердце. Недаром посмеиваются над омегами-перестарками те, кто в парах. Надо было выбросить из головы всю эту ерунду. Джаред и сам не отдавал себе отчета, что стал задерживаться во дворе и чаще поглядывать на соседний дом. Ему все время казалось, что Дженсену может что-то понадобиться, и не хотелось, чтобы омега просил помощи у другого альфы. Однажды Джаред и правда увидел, как Дженсен воюет со сломавшейся газонокосилкой. Уже через полминуты он здоровался с Дженсем через забор, а через полчаса пил на его кухне лимонад. Не бог весть какая услуга, справиться со строптивой техникой и покосить газон (Джаред подрабатывал в магазинчике, где продавали газонокосилки и триммеры, и неплохо в них разбирался), но Дженсен пытался отблагодарить хоть чем-то. Джей протянул пустой стакан и, когда Дженсен забирал его, снова коснулся пальцев омеги. Тело прошило странным ощущением, а омега побледнел, выронил стакан и схватился за живот. Дженсен и ждал, и боялся течек. Каждая новая давала надежду, что он еще может повстречать свою Пару. К тридцати годам течки у него проходили все реже и нерегулярней, а после тридцатого дня рождения превратились в пытку. Природа мстила за невостребованность — иссушающее желание в этот период сменилось скручивающими болями в животе. Иногда Дженсен весь день не мог встать с постели и только скулил. Родители к этому времени уже умерли и помочь было некому, не звонить же братьям, у них семьи, дела. Дженсен уже несколько дней чувствовал себя странно, но ощущения совсем не походили на признаки приближающейся течки, так что резкая боль и потекшая по ноге смазка застали его врасплох. Прикосновение Джареда жаром ощущалось на коже, было так плохо, из горла рвался тоскливый вой. Дженсен давил его в горле, не желая напугать мальчишку. Джаред пытался его поднять, спрашивал взволнованно: «Дженсен, что с тобой? Как тебе помочь, Дженсен?» — и отпихивал ногой осколки разбившегося стакана подальше от омеги, а потом замер и спросил ошарашенно: «У тебя что, течка?» И уткнулся носом в макушку Дженсена. Как они оказались на диване? Джаред пытался добраться до обнаженной кожи Дженсена, но это было не так просто. Боль скрутила омегу в улитку и развернуть его у альфы не получалось. Да и Дженсен, похоже, не совсем понимал, что произошло. Он слабо отпихивал руки своей Пары и скулил от муки. Джаред испугался не на шутку, но покинуть омегу сейчас было немыслимо. Альфа никогда не думал, что в момент единения его Пара будет так мучиться, но все отчетливее понимал, что чем скорее они соединятся, тем скорее Дженсену станет легче. Джаред задрал на его спине майку и кое-как стянул штаны под ягодицы. Торопливо скинул свою одежду и лег рядом, прижался горячим телом к спине Пары. Джаред просунул руку к животу омеги, гладил его по кругу, стараясь утишить боль, целовал в шею — согревал дыханием каждый позвонок. Когда Джаред погладил большими пальцами ямочки крестца, Дженсен издал совсем другой стон — томный и зовущий. Альфа перевернул его на спину и раздел. Дженсен смотрел на него изумленно, растеряно. — Все будет хорошо, Дженс. Я с тобой, — и Джаред поцеловал свою Пару в искусанные губы. Альфа целоваться научился совсем недавно, а омега уже забыл как это делается. Поцелуй вышел немного неловким, но второй был лучше, а потом Джаред перестал считать. Обычно Пары определялись еще в старшей школе, так что дальше поцелуев дело никогда не заходило. Дженсен был также неопытен, как и Джаред, а изумление от происходящего делало его лицо почти детским. Он распахнул глаза, когда Джаред проверил достаточно ли выделилось смазки, а стоило альфе погладить его внутри пальцем, зажмурился и задышал хрипло. — Не бойся, малыш, — вырвалось у Джареда. Он прикусил досадливо язык, а Дженсен снова порозовел ушами. — Маленький мой, — продолжил альфа на пробу. Омега издал какой-то неясный звук и Джаред понял, что ему это нравится. Джареду еще только предстояло закончить школу, но Пара ощущался в объятиях маленьким и теплым, нуждающимся в защите. Так что он брал его так осторожно, как только мог, гладил, целовал. Дженсен обнимал его руками и ногами, словно боялся потерять в налетевшей на них буре, сжимался вокруг члена тугими мышцами и кончил совсем скоро, утянув за собой в оргазм и свою Пару.