Перестарок

Прошло три недели, но тошнота не проходила, даже напротив, становилась сильнее. Дженсен перестал терять в весе, но только потому, что у него появились отеки. Доктор Шепард назначил повторные анализы и результаты ему не понравились. Джаред уговорил мужа лечь в больницу. Когда он приходил по вечерам, Дженсен обычно лежал под капельницей. Измученный и бледный, опухший почти до неузнаваемости, он шутил, что это сговор альф и ему нарочно ставят капельницы в это время, чтобы он не смог отбиться от посягательств мужа. Но Падалеки знал, что Дженсен просто пытается его успокоить. На самом деле Эклза капали почти все время, вот только лучше ему не становилось. В один из дней Шепард встретил Джареда у входа в отделение и попросил зайти к нему в кабинет. — Джаред, мне очень тяжело вам это говорить, но Дженсен не переживет этой беременности. У него отказывают почки. Мы не знаем почему, иногда так бывает, вполне вероятно, что следующая беременность пройдет нормально. Но сейчас вы должны уговорить мужа на прерывание беременности. — Шепард тяжело оперся на стол, посмотрел на Джареда тяжело и мрачно. — Поймите, речь не идет о выборе — омега или ребенок. Дженсен просто погибнет раньше, чем у ребенка появится шанс. — Я не смогу. Дженсен… я не знаю переживет ли он. Я не знаю как ему сказать. — Он переживет, у него есть вы. И я сам ему скажу, но мне нужна ваша поддержка. И времени нет. Со дня на день Дженсен может почувствовать шевеление ребенка, и тогда уговорить его будет еще сложнее. — Шевеление? — Джаред, вы можете потерять их обоих. Поверьте, это гораздо хуже. Медлить нельзя, это не только мое мнение — сегодня собирался консилиум, и он пришел к тому же выводу. Решение нужно принять сейчас. — Дайте мне пять минут, — попросил Джаред. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Хотелось к чертям собачьим разнести всю больницу, где не могли помочь его омеге. Хотелось кричать. Выть хотелось в голос, но он заталкивал этот крик внутрь — не сейчас, дома. Сейчас нужно взять себя в руки и пойти к Дженсену. Только слезы сдержать не удавалось, они текли по щекам, как Джаред ни зажмуривался. Шепард говорил и говорил, Дженсен все выше натягивал одеяло. Только спрятаться от страшных слов не получалось. Это был как кошмарный сон, без возможности проснуться. А потом Марк вышел и заговорил Джаред. Джей повторил то же самое, что и врач, добавив в конце, после недолгой паузы: — Пожалуйста, я не смогу без тебя. «А я не смогу с тобой, если ты заставишь меня избавиться от ребенка» — хотел сказать Дженсен. Он даже откинул одеяло, и увидел лицо Джареда, совершенно мокрое от слез. Его солнечный альфа едва сдерживал рыдания: — Я умоляю тебя, Дженс. Иначе я потеряю вас обоих. Без тебя я жить не стану. Через три дня Джаред привез Дженсена домой. Отеки начали сходить уже в день операции и лицо омеги больше не напоминало бледную желтоватую подушку. Снова проявились высокие скулы и большие глаза. А еще стало видно, как сильно Дженсен похудел и какие усилия ему приходится прикладывать, чтобы не трогать все время живот, в котором никого больше не было. Омега своего альфу ни в чем не винил, тот винил себя сам. Дженсен согласился на операцию как только понял, что отказываясь, обрекает на смерть и своего мужа. Не имея возможности спасти свое дитя и собственное разбитое сердце, Дженсен должен был уберечь хотя бы Джареда. Джаред убрал из дома все, напоминающее о неслучившемся, в том числе и следы того погрома, который учинил, приехав из больницы домой. Дженсен прошел в спальню и лег. Джаред топтался рядом. — Я посплю, Джей. Устал. Лицо Джареда стало совсем несчастным. — Полежи со мной. Альфа тотчас оказался на постели, обернулся вокруг Дженсена, уткнулся в его макушку. Омега обнял в ответ. Заснуть не получалось, лежали и молчали. Вместе. Главное — они вместе.

***

— Джен, я дома, — Джаред прошел на кухню — так и есть, Дженсен сидел на кухне в наушниках. — Привет, — омега отложил наушники и телефон. — Стив сбросил мне свою новую песню. Мне нравится. — Мне тоже кое-кто нравится, — Джей накрыл губы мужа поцелуем. Теплый и нежный поцелуй, такой привычный и необходимый. Дженсен уже не помнил, как жил один, до встречи с Парой, все эти годы сливались в один долгий серый день. А Джаред никогда и не представлял себя ни с кем другим, Дженсен был самым лучшим, он был его единственным. Шесть лет ничего не изменили в их чувствах, они по-прежнему были очарованы друг другом. В последнее время Дженсен немного поправился, но все равно выглядел отлично. Джаред вырос, став просто огромным альфой. Он регулярно ходил в спортзал и нарастил изрядные мускулы. Теперь таскать Дженса на руках превратилось в его любимую забаву. Омега ворчал и брыкался, но когда Джей впервые трахнул его на весу, кончил быстро и бурно. В тот день Джаред пообещал сюрприз. Долго ласкал и растягивал, доводя до исступления. Шептал: «Мальчик мой, славный, маленький мой, любимый». А потом насаживал на себя, подхватив под колени, так что Дженс опирался спиной на его грудь. Омега чувствовал, как перекатываются мышцы у альфы на груди и мог только цепляться за его руки. Раньше Дженсен считал себя немного извращенцем из-за того возбуждения, которое в нем будил совсем юный Джаред, но теперь собственная беспомощность в руках взрослого мужа возбуждала не меньше, а может и сильнее. За годы вместе чего они только не перепробовали, а уж течки Дженсена всегда превращались в жаркое сумасшествие, Джаред умучивал его до полной покорности и бессилия. Но эта подчиненность в руках Пары… даже воспоминания заводили до слабости в коленках. В этом году Джаред закончил учебу и теперь приходил домой позже Дженсена. Они вместе ужинали на кухне, потом смотрели кино или читали. Иногда к ним приходили Стив и Крис с семьями, Заглядывал Морган с мужем, братья, родители Джареда. По субботам пара выбиралась в паб или итальянский ресторанчик, правда в последний месяц Дженсен предпочитал дрему на диване любому другому виду досуга. — Дженс, тебе надо сходить к Шепарду, — после ужина Джаред снова поднял надоевшую его Паре тему, — чтобы ты ни думал, я хочу, что бы тебя осмотрел врач. — Джей, ну что он скажет? Ты же и так все понимаешь. — Нет, не понимаю. — Ты просто не можешь смириться с очевидным — я старею. Течки нет именно поэтому. Возможно, я не потеку больше никогда. Или только еще один раз. Или два. Какая разница, Джей? Это же ничего не меняет. — Дженс, я беспокоюсь за твое здоровье. У меня кроме тебя никого нет. Слова альфы не звучали упреком, у них действительно никого не было кроме друг друга — прерывание единственной неудачной беременности оставило омегу бесплодным. Все анализы и обследования говорили, что Дженсен здоров, но новая беременность так и не наступила. Со времени последней течки омеги прошло больше пяти месяцев, почти шесть. Омега поправился, но не это настораживало Джея, пополневшего Дженсена тискать было еще приятнее. Дженсен быстро уставал. Несколько раз альфа заставал его спящим, когда приходил с работы. Он переносил Пару в спальню, раздевал, укрывал одеялом и Дженсен спал до утра. Черт, может у Дженса опухоль? Нужно было идти в больницу, а Эклз упрямился. — Если ты не пойдешь сам, я тебя туда отнесу. А будешь сопротивляться, закину на плечо и отшлепаю по заднице у всех на виду, — по глазам Джареда Дженсен понял, что его альфа совершенно серьезен. А главное, Джей сильно тревожился за него. Придется идти к чертову Марку. В клинике Шепард привычно померил Дженсену давление, уточнил дату начала и окончания последней течки, после чего велел встать на весы. Цифра впечатлила обоих. Доктор расспрашивал не испытывал ли Эклз в последнее время сильную жажду, как реагирует на сладкое. Потом велел лечь на кушетку. Марк пальпировал живот Дженсена аккуратными и профессионально-мягкими движениями довольно долго. Дженсен не выдержал: — Что там, Марк? Действительно опухоль? Джаред был прав? — Я не уверен, — протянул Марк задумчиво, — а как в последнее время ведет себя кишечник? Перистальтика не усилилась? — Усилилась, частенько в животе бурлит. Думаешь дело в кишечнике? — Без УЗИ трудно сказать. Давай-ка посмотрим. Альфу своего позови. Он своим взглядом скоро мне дверь просверлит, пусть уж здесь сидит. Ты ведь не против? — Нет, сейчас позову, — Дженсен выглянул в холл. Джаред сидел в кресле и держал в руках какой-то журнал, но смотрел не в него, а на дверь Шепарда. — Джей, зайди, — окликнул он мужа. Джаред мгновенно поднялся и в два шага пересек помещение. — Что, сказал Марк? — Зайди, ничего пока. — Здравствуйте, доктор Шепард. — Здравствуйте, Джаред. Как это вам удалось отправить ко мне этого упрямца? — альфы пожали друг другу руки. — Поверьте, док, вы не хотите этого знать. — Я решил позвать вас, чтобы Дженсен не сбежал из кабинета, — Шепард включил аппарат УЗИ, жестом пригласил Дженсена лечь на кушетку. — Не представляете за сколькими пациентами мы гоняемся по коридорам клиники, — продолжал Марк. — Ну вооот, — удовлетворенно выдохнул врач через минуту, — полюбуйтесь на вашу проблему. Он щелкнул кнопку, включился второй монитор, который могли видеть Эклз и Падалеки. — Что это? — Это ручка, а это ножка. Все пальчики на месте. А вот лицо. Джаред хотел присесть, но вместо кушетки сел на пол. Шепард чертыхнулся и пошел его поднимать, только перелома копчика им сейчас не хватало. Джаред ничего не сломал, но поверить в происходящее не мог. Дженсен тоже. — Ну что вам кажется странным? — объяснял Шепард. — Вы молоды. Что бы вы не думали о своем возрасте, Дженсен, — отмахнулся врач, — ваш организм думает иначе. Вы здоровы. Природа, наконец, взяла свое. Беременность абсолютно нормальная, поэтому никаких неприятных проявлений не было. Аппетит повысился? — Дженсен кивнул. — Повысился. Кушал хорошо? Хорошо, — сам себе ответил Марк. — Спать хотелось? — Да, Дженсен много спит в последнее время, — подтвердил Джаред. — Великолепно! И это были не газы, Дженсен. Это толкался ребенок. Я, пожалуй, дам вам обоим легкое успокоительное, его и беременным можно. И вызову такси, что-то вы слишком разнервничались. Может и к лучшему, что так все получилось — переживать вам осталось месяца три, три с половиной. Когда Дженсен начнет рожать, ему будет трудно сомневаться в очевидном. Марк вроде шутил, но такси им действительно вызвал и отправил домой. Дома Дженсен задрал рубашку перед зеркалом в спальне: — Я просто толстый или толстый и беременный? — с сомнением спросил он мужа. — Ты просто беременный , — альфа прижался к спине Пары, огладил его бока, потом живот. Обнял, растопырив длинные пальцы, накрыл почти весь, прислушался. — Чувствуешь? Дженсен, он правда шевелится! Дженсен тоже замер, накрыл ладони Джареда своими: — Вот здесь, Джей? Да? — Дааа. Дженс, я кажется, верю. Что он есть. Это невероятно. — Джаред повернул мужа к себе. Они целовались отчаянно и нежно, Джей по-прежнему держал руки на животе мужа и чувствовал под ладонью слабые толчки. Дженсен окончательно поверил только через четырнадцать недель, когда родил здорового младенца. Первого из их детей. Но это уже другая история. КОНЕЦ