Враг мой

«Разъединение — есть основа для завершения. Понять составляющие и их предназначение. Осознать следствия их взаимодействия. Значит, научиться управлять. На разложении прошлого строится будущее. На управлении этим процессом держится равновесие».  — Майар, Третий Хранитель

***

      Украсть мистическое растение во второй раз оказалось на порядок более сложной задачей. Обозленные на Хаммеритов, Язычники призвали из Утробы Хаоса Рорка. И, по их словам, общаются с ним посредством магии цветка. Хотя, если судить из того что я видел, то очень сложно сказать, что Рорк с кем-то общается или кому-то подчиняется. Поэтому, хочется верить, Язычники не особенно расстроятся пропаже растения, чего не могу утверждать о твари.       Есть предположение, что при помощи музыки испускаемой смотрительской шарманкой, его можно обезвредить или, на крайний случай, дезориентировать.       Плохо только, что инструмент в наличие лишь один и след его затерялся у стен Соулфоржа, вместе с неполным десятком смотрителей. Сложно представить, что сейчас находится на месте Собора и что там можно найти, но это пока единственная зацепка…

***

— … Как альтернативу, можно бы использовать запись той же мелодии, которую смотрители воспроизводили с помощью граммофона в особняке Мойры, но мне кажется влияние ее намного слабее. Наверняка ты бы со мной согласился, если бы, хотя бы слушал, — обреченно и без энтузиазма протянул Гаррет и Корво, наконец-то, обратил на него внимание.  — Что? Прости, я отвлекся.  — Я заметил.       По разгромленным улицам замершего, обманчиво пустынного Старого Квартала идти было тревожно. Теперь Корво знал, что помимо жителей, стражи и так званых Хаммеритов, по Городу могут бродить твари на людей даже отдаленно не похожие. Они вселяли страх от незнания и непонимания их природы, их намерений, их возможностей, их количества. Используя «темное зрение» до головной боли и рези в глазах, он всматривался в каждый дверной проем, в каждый темный угол, в каждый подсвеченный силуэт… он искал опасность. И иногда. Только иногда. Совсем мельком, где-то на периферии зрения, замечал белый силуэт. Но сколько не всматривался, сколько не шарил взглядом по разгромленным окрестностям, отыскать его не мог.       После плохого отдыха силы восстановились в равной степени плохо, как физические, так и магические. Так же плохо было с психологическим состоянием. Лицезрение Рорка, пусть и кратковременное, и с приличного расстояния, надломило его веру в собственные способности.       Аттано остановился и провел рукой по лицу, помассировал глаза и тяжело выдохнул.  — В порядке? — поинтересовался остановившийся рядом вор. Не то, чтоб он о чужом здравии беспокоился, скорее о своем благополучие. Никогда не знаешь из-за чего и в какой момент лорд взбесится.       После короткого кивка они двинулись дальше. Теперь молча. Гаррет тоже шел осторожно и, прежде чем пройти мимо очередного поворота, внимательно осматривал улицы из-за угла. Даже когда лорд-защитник уверенно заявлял, что там никого нет, он все равно проверял.       Когда они покинули северный район, обстановка стала более приятной, не такой тягучей и липкой, как чужой слепой взгляд, что приклеился к Аттано намертво… На улицах по-прежнему было пусто, стража не патрулировала этот район, вследствии чего и жители не рисковали покидать свои жилища после захода солнца. Зато рухнувшие постройки постепенно сменились старыми, но надежными домами, а желтый свет, льющийся из их стрельчатых окон, дарил некоторый покой. Дышать стало легче, а на душе — спокойнее. Вскоре и дорога стала веселее…       Дверь одного из небольших двухэтажных домиков с косой черепичной крышей, что выстроились неровным рядом вдоль мостовой, распахнулась и от туда буквально за руки и ноги выбросили мужчину. Тощий, но опрятный он пролетел метра с два и, с криком хряснувшись о мостовую, проехался по брусчатке и затих. Отдыхать, правда, мужик не собирался, кое-как подобравшись, доплелся обратно к двери и принялся в нее ломиться, горланя на всю округу:  — Люди, помогите. Помогите! Грабят!       Гаррет остановился в тени и перевел заинтересованный взгляд на Аттано, а тот весь напрягся, но пока не двигался. Помочь честному человеку — всегда было для него чем-то само собой разумеющимся и, даже если вор будет протестовать…  — Точно, помоги ему. Стражу всю извел, давай теперь и бандитами займись, а то равновесие сдвинется, — издевательски протянул вор и, сложив руки на груди, приготовился наблюдать.  — Жаль, что маски на тебе нет. Только представь реакцию мужика, наверняка ты напугал бы его больше, чем те, которые грабят. Хотя, ты и без маски страшный. Главное, появись перед ним из ниоткуда, пусть заикается потом.       Корво резко развернулся к вору, сжав кулаки от злости.  — Передумал? Тоже правильно. Кого волнует защита горожан кроме стражи, которую ты порешил? Кстати, что значит титул, которым ты себя величаешь, лорд-защитник?.. — «лорд-защитник» Гаррет протянул медленно и с пафосом. — Я слышал, что такое звание присваивают личному телохранителю императрицы, — короткий смешок, — с твоей-то вспыльчивостью и припадками бешенства?.. Скольких императриц ты уже сменил? — вообще-то Гаррет хотел уколоть шпилькой, но получилось, что рубанул мечом.  — Да что ты взъелся на меня?! — не сдержавшись, гаркнул Корво и мужик, тот которого выкинули из дому, замер на секунду у крыльца, затем зыркнул по сторонам и принялся ломиться в дом куда интенсивнее:  — Пустите меня. Берите что хотите, только пустите, пожалуйста… Не бросайте меня на улице.  — А это он тебя еще не видел… — веселился Гаррет, но умолк, стоило Аттано резко схватить его за ворот мантии и встряхнуть немножко. Немножко… Но вор обмяк в его руках. Зрачок единственного глаза, расширившись, закатился и, когда лорд-защитник разжал пальцы, тот без чувств осел на мостовую. ---       Яркая белая вспышка ослепляет. И мир вокруг покрывается мраком. — Иди за мной, к истине, — женский голос эхом звучит над самым ухом и Гаррет резко отходит в сторону, задевая какие-то обломки под ногами, и натыкается на стену.       Зрение постепенно проясняется. Достаточно, чтобы понять: он внутри нежилого, разрушающегося здания, обломки которого затянуты тьмой, стоит в кругу света, как на ладони для всеобщего обозрения. Хотя обозревать некому — здесь тихо и пусто. Стены, пол — да и все вокруг снизу доверху пронизано черными корнями и ветками.  — Иди за мной, Гаррет, — звук ее голоса слишком резко прорезает тишину и, чуть вздрогнув, он оборачивается.       Среди тьмы. Наверху. На полуразрушенной арке, будто излучая свет, его манит к себе девушка. Хрупкая, облаченная в черное, она несколько надменно улыбается ему и уходит в темноту. Гаррет осторожно следует за ней, и, впервые, тени перед ним рассеиваются. Черноту вокруг начинают дырявить мягким белым светом округлые бутончики цветов. Они теперь повсюду. Стелятся у его ног светящимся ковром, опутывают стены, корни… Те самые цветы, что так нужны лорду с Островов.       Гаррет останавливается, тянется к их головкам, касается пальцами лепестков и те, словно дым, размазываются по воздуху белыми сгусточками, а затем оседают на изрытый корнями пол серым пеплом.  — Ты близко, — насмешливо и в то же время игриво зовет к себе девушка, белым светом мелькая среди черных ветвей.  — Кто ты? — голос вора звучит до невозможного хрипло.  — А ты уже забыл меня? Ах, Гаррет… — после этих слов, произнесенных преувеличенно печально, девушка в белой вспышке появляется совсем близко. — А я-то думала…       Она резко затихает. Всматривается в него пристально, хмуря брови и суживая глаза. Выражение ее лица сменяет недовольство на неверие.  — Эрин? — отыскав знакомые черты, тихо спрашивает вор, не в состоянии осмыслить происходящее.  — Не может быть. Ты?.. — ее голос надламывается, во взгляде растерянность. Ее свет гаснет…  — Здравствуй, Гаррет.       Вор, пытаясь коснуться девушки, лишь проводит рукой по черному воздуху, а затем осторожно поворачивается на отдаленно знакомый мужской голос, прозвучавший сверху и чуть слева.  — Признаться, это было сложно. Но след, который ты оставил, ведет в обе стороны. Прости мне мои манеры. Прошлая встреча не была запланирована ни кем из нас, но, как видишь, это поправимо. Меня зовут Чужой. Будем знакомы.       Бог, убранный в строгий черный наряд, беззаботно сидит на сплетении из черных корней под куполом тьмы и без интереса вертит в руках белый цветок.  — Мы с тобой похожи. Одна суть и полная противоположность. Однажды я умер, чтобы стать частью Бездны — стать богом. Однажды ты отказался от всего, чтобы жить… — Чужой смял бутончик в руках, а затем рассыпал по воздуху его пепел.  — И сейчас ты притащил меня сюда, чтобы сказать это? — Гаррет хмурится, о Чужом он наслышан от смотрителя и ничего хорошего не ждет, но не знает, чего опасаться. Существо агрессивным не выглядит.  — «Притащил сюда»? — цитирует черноглазое проявление Бездны и небрежно разводит руками, указывая на окружение. — Что ты, золотце, это все твое. Я всего лишь гость в твоем кошмаре.  — И чего ради ты здесь? — шипит вор и затихает, когда Чужой, слегка склонив голову, тянет губы в пустой улыбке, а затем рассеивается. Он появляется сзади и, сцепив руки за спиной, неспешно обходит вора по кругу, удерживая за собой напряженный взгляд, а затем, вновь рассеявшись, медленно тянет уже откуда-то сбоку:  — У меня есть предложение… Оно спасет тебе жизнь. Твое положение слишком шаткое. Ты стоишь на острие разболтанных весов, и какая бы чаша не перевесила — ты рухнешь, дорогой мой вор. Признай поражение и сдайся Корво. Покинуть Город — твой единственный шанс. Подумай над этим, ведь эта дорога приведет тебя к Эрин…       Голос Чужого затихает, задушенный вакуумом белой вспышки. Вор дергается, пытаясь вдохнуть стянутыми в спазме легкими, и левую скулу обжигает болью. ---       Откинувшись на мягкую подушку, он потер щеку рукой и приоткрыл глаза. Вид нависшего над ним Аттано заставил отшатнуться. Лорд тоже отпрянул.  — Ты что мне по лицу съездил? — недовольно промычал вор и окинул взглядом окружающую обстановку. Уютная жилая комната. Стены приятного кремового оттенка, высокий потолок с которого свисал хищный рогатый канделябр на пять свечей. По левую сторону, даря тепло, горел камин. Аттано сидел рядом с ним на постели и виновато улыбнувшись, попытался оправдаться:  — Я не хотел. Ты напугал меня. Нельзя так резко вставать… — Корво лукавил, ой как давно он хотел огреть этого типа и не только кулаком по лицу, а и мечом, да так, чтоб совсем насмерть.       Гаррет сосредоточенно прощупал челюсть через щеку и, поморщившись, отдернул руку и осмотрел уже ее. Предплечье по-прежнему было туго перетянуто бинтами, знак в виде ключа на внешней стороне ладони едва-едва подсвечивался. Но, разве должен он это видеть через черную ткань плотной рубахи, наручи и перчатку?  — А почему я раздет? — растерянно спросил он и Аттано, расплываясь в улыбке еще шире, осторожно отсел подальше. — Ты в конец рехнулся? — подорвался с постели вор и одновременно с ним вскочил и лорд-защитник, отступил на пару шагов и, давя смех, выдал:  — А что мне было делать? Ты проваливаешься в беспамятство посреди улицы, без видимых на то причин и не приходишь в себя два часа к ряду. Естественно, что я осмотрел тебя на наличие невидимых.  — Ну, хоть бинты снимать не стал, — зло шипел вор, пытаясь найти свою амуницию.  — Я наново завязал, — беспечно заявил лорд и получил уничижительный взгляд в свою сторону. — Откуда мне было знать, что это нормально?  — И с чего ты взял, что это нормально? — гневно бросил вор и, сцапав, осторожно, будто бешеной собаке, протянутую лордом одежду, принялся за экипировку.  — Ты не спросил: что случилось?..       Звон оброненной посуды, раздавшийся за дверью, прервал препирательства и вор, сузив в подозрении глаз, поинтересовался:  — Это что?  — Хозяин дома готовит нам чай. Второй час.       Это немыслимо. В подобных ситуациях Гаррет еще не был. Заботливый лорд-защитник, как оказалось, так испугался за своего подопечного, что не раздумывая вломился в дом, к тому самому выпертому за порог мужику. Повыкидывал оттуда всех бандюков и, всерьез озаботившись состоянием вора, провел безрезультатный осмотр оного на наличие новых глифов. Хозяин дома, тот самый… с криком сбежавший только завидев Аттано с «трупом» через плечо, осторожно вернулся в свои владения, оценил обстановку и, не став лезть на рожон, скрылся в кухне, предоставив в распоряжение незваному гостю свою комнату, точнее, не высказав протеста против этого.  — Нам следует разделиться, — бросил Гаррет, направляясь к выходу и на ходу накидывая мантию. — Так процесс пойдет быстрее. Я достану шарманку, а ты ступай к Хаммеритам за своим ученым. Встретимся у Лари.       Корво не нравились ни тон, ни интонации в его голосе. Не нравилось и это внезапное решение. Использовав «перенос», он возник перед ним, тем самым перегородив выход, и, без тени прежней улыбки, спросил:  — Что произошло?  — Ты мне скажи. Почему Хранители не могут активировать Камень Примали, пока ты находишься в Городе?       Аттано не стал отвечать, но отступил в сторону, освободив дверной проем и, когда вор в него прошмыгнул, направился следом.