"Кабу"

Что двигало в Рёко в этот момент сказать было трудно, возможно, наконец проснулось ее чутье ищейки, которое сильно притупилось за время работы в офисе. Она свернула с ухоженной дорожки и устремилась вглубь парка. Эта часть парка была отведена под растения из северного полушария и болотистых регионов. Здесь из деревьев встречались почти одни только ивы, больно хлеставшие несущегося вперед детектива. Не обращая внимания на мимолётные неудобства Рёко бежала не сбавляя темпа, параллельно связываясь с другими сотрудниками полиции по рации: — Офицер Коошима, нахожусь в северной части парка, следов преступника нет. Продолжаю поиск. — Принято, в южной части чисто, скоро присоединимся к вам. Рёко старалась держать во внимании все подозрительные детали, которые только попадались ей на глаза. Самой яркой из них оказались свежие следы на гравийной дорожке, выходившей из бетонного тротуара. Девушка сбавила скорость и аккуратно стала продвигаться по следам всё глубже в сторону закрытой части парка. Понять, что она закрыта было несложно, ведь под ногами девушки оказалась разорванная посередине желтая лента с надписью: «прохода нет, территория на реставрации, просим прощения за предоставленные неудобства». — Прием. Злоумышленник возможно находится в зоне реставрации. — Офицер Коошима, оставайтесь на месте, постарайтесь не вступать в конфронтацию, он вооружен. — Так точно! Конец связи. Рёко завершила связь, нажав на кнопку сбоку устройства и убрала рацию в наружный карман жилета. Девушка продвинулась вперед, чтобы выйти на открытую местность с лучшим обзором. Тем временем жуткая духота сменилась пасмурным небом, по которому уже несколько раз прокатился гром. Как и обещал утренний прогноз — собиралась гроза. Чем ближе девушка подходила к выходу из ивовой аллеи, тем чаще становились следы, по которым она шла. Человек, видимо, сменил бег на ходьбу и, судя по всему, прихрамывал на правую ногу. Следы слева были чуть глубже тех, что справа. На небольшой площадке, на которую вышла Рёко девушка была не одна. В нескольких метрах от нее на длинной скамейке под порванным тентом спиной к ней сидел человек в кислотно-жёлтой толстовке. Он подходил по описанию, которое дал перепуганный свидетель в концертном зале. Рёко, сопоставив показания свидетеля с увиденным сделала несколько шагов назад, чтобы снова скрыться и сообщить точное местонахождение подозреваемого. Но сделать этого ей не удалось. Громкий звук начала связи эхом разнесся по площадке: — Офицер Коошима, вы нашли его? Приём. — Да…- прошипела в ответ девушка. Ещё при первом звуке рации парень обратил на нее внимание, а теперь встречи было уже не избежать. Но на удивление Рёко он даже не пытался сбежать. — Добрый день, офицер. Ищете кого-то? — молодой человек развернулся к детективу в три четверти, но лицо его всё ещё скрывал капюшон. — Назовите себя и покажите руки, — не сокращая дистанции говорила Рёко. — Я, пожалуй, откажусь, — говорил он, поднимаясь со скамейки. Он полностью развернулся и теперь можно было заметить следы крови на его одежде. Ещё через пару шагов в его руке появился нож. А с неба уже упали первые капли дождя. — Давай без фокусов парень, сюда уже идут, не усугубляй ситуацию! — девушка машинально потянулась к кобуре, но вспомнив, что пистолет лежит в сейфе у этого мерзкого толстяка, одернула руку, — Остановись и подними руки, чтобы я их видела! — А то что? Нажалуешься своим друзьям по рации? — улыбался он, с каждым шагом набирая скорость. — Завязывай с ухмылками и покажи руки, сукин сын! — девушка схватилась за дубинку и поставила ее перед собой, готовясь к обороне. Она была одной из лучших в академии, но единственная дисциплина, которая ей давалась с трудом была боевая подготовка. Ей было гораздо легче посещать занятия по Кендо, чем вступать в рукопашный бой. Поэтому даже с простой полицейской дубинкой она встала в характерную боевую стойку. — Как грубо офицер! — уж, набрав скорость воскликнул он, — ваши знания из школьных клубов вам не помогут! — теперь, когда он был совсем близко, с легкостью можно было определить, что парень был под воздействием кабу. Зрачки его были расширен, а лицо сильно перекошено, что было обычным делом для этого вещества. Его уже успели прозвать «трагикомедией», потому как лица тех, кто употребляет его перекашивало как старую греческую маску. Одна половина безумно улыбалась, а вторая была так печальна, что из глаза на этой половине градом лились слёзы. — Кабу! Ты под кайфом! — воскликнула она, когда нападавший занёс над ее головой нож. Услышав название наркотика парень вдруг остановился, что позволило Рёко разорвать дистанцию между ними. В этот момент она успела включить рацию и максимально быстро протараторить: — Всем, кто меня слышит! Преступник напал на меня! Я нахожусь в зоне реставрации, повторяю! Я в зоне реставрации! — О! Это так заметно? Прошу прощения, — парень отвесил себе тяжёлую пощёчину, чтобы вернуться в реальность, после чего он разразился каким-то нечеловеческим громким смехом, больше похожим на животный рёв. Он сорвался с места так же неожиданно, как и замер, что застало Рёко врасплох. Единственным средством защиты оказалась рация, которую девушка держала в руке. Лезвие с легкостью пробило эту маленькую коробочку с микросхемами слегка порезав большой палец Рёко. Она цыкнула, но не оставила попытки выкрутить нож, застрявший в устройстве. Этот шаг был просчитан нападавшим и почти сразу офицер получила тяжелый удар по лицу с левой. Силы парня хватило, чтобы отбросить девушку на пару шагов. — Чёрт, больно…- положив руку на лицо, прохрипела Рёко. Глаза девушки уже заливал дождь, ведь фуражка защищавшая от него слетела после первого же удара. Она лежала на мокром песке, стараясь отбиться ногами. враг за пеленой пеленой воды превратился в размытый силуэт, движения которого можно было угадать только по редким бликам от лезвия ножа. Она было схватилась за дубинку, но оружие было грубо выбито из её рук пинком. — Что будете делать теперь, офицер?! — парень с силой ударил Рёко головой о землю, от чего та, обмякнув, чуть не потеряла сознание, — где же ваши друзья, а?! Кажется, вам пора взбодриться! — воскликнул он, вонзив нож в ногу девушки. Её истошный крик непременно привлёк бы больше внимания, если бы не совпал с раскатом грома. — Так-то лучше, — торжествовал нападавший, — Но теперь пора нам прощаться! — рассмеялся он, занося нож над головой офицера. Но на этот раз удача была на стороне Рёко. Девушке удалось перенаправить силу удара от чего нож врезался не в её глазницу, а в землю. Воспользовавшись моментом замешательства, девушка сбросила с себя нападавшего и первым же делом поползла в сторону дубинки. Правая нога её совершенно не слушалась и продолжала кровоточить. Парень вскочил и не теряя ни секунды снова набросился на офицера. — Я разве разрешал тебе двигаться с места? — все так же улыбаясь он резко нажал на рану Рёко, вызывая у неё просто невыносимую боль. Последним шансом девушки было снова дезориентировать противника. — Стой! — закричала она, — Ты и так натворил дел на немалый срок! Нападение, покушение на убийство сотрудника полиции! — её слова действовали подобно гипнозу, что помогло ей выиграть немного времени, чтобы нащупать камень и ударить им парня по голове. Он захрипел и отполз, хватаясь за ушибленный участок головы. Рёко моментально схватилась за провод от рации и, соорудив из него импровизированный жгут, взяла в руки дубинку. — Ты слышишь меня, парень? тебе ещё можно помочь! Просто скажи, где ты берешь кабу! Если убьешь меня, легче не станет. Тебя повесят! — говорила девушка отползая все дальше. Она упёрлась спиной в скамейку и тогда окончательно поняла, что подняться без помощи она не сможет. — Где же вы?! Помогите! — кричала изо всех сил Рёко. Парень поднялся на ноги, но его боевой дух будто смыло дождём. Он выпрямился и повернулся к Рёко лицом. Теперь его лицо выражало только одну эмоцию — раскаяние. Его слез было не видно за дождем, но громкие всхлипывания было слышно более чем отчетливо. Парень снова двинулся вперед, чем ещё сильнее напугал Рёко, девушка не могла сказать не слова. Она только кричала и молила о помощи. Продолжая двигаться вперед он вгонял девушку в ещё большую панику. Но он остановился за пару шагов от нее и тут же упал на колени, и положив руки перед собой поклонился до самого пола. — Мне так жаль! Простите меня! Я не хотел! — срывающимся от плача голосом говорил он, — Маусу велел мне! Он сказал, если я это сделаю, он оставит мою семью! Я так не хотел. Это кабу, — кричал он постоянно кланяясь. — Т…тебя отпустило? Хорошо…- Рёко взяла себя в руки, хотя и не выпускала дубинку из рук, — успокойся, положи нож и давай поговорим. Сейчас придут мои друзья, мы отведём тебя в участок и все будет хорошо, — подбирала слова девушка, — мы… мы тебя отпустим!.. После ее слов парень неожиданно схватился за голову и завопил сильнее прежнего. Он поднялся на ноги и отошел подальше от офицера. — Не обманывайте хотя бы себя! Мне точно крышка! Он отдаст их той бешеной, если я не убью полицейского сегодня! Вы мне мешаете! — парень снова схватился за нож и был готов бросится на Рёко, но почему-то не сделал этого. Он резко перенаправил лезвие к себе. — Стой! Что ты собрался делать?! — Рёко старалась привлечь внимания парня, — Просто отдай нож мне, мы поможем тебе, — девушка протянула руку вперед. — Скажите моей семье, что я люблю их и мой позор умрет со мной! — закричал он. Парень уже не слушал офицера. Он глубоко вздохнул и криком вонзил нож себе в левый бок. — Холодный…- прошипел он и, схватившись за рукоять, резко дернул нож вправо. Низ его толстовки окрасился в буро-красный цвет, сам он моментально поник, свалившись на колени. А стоило ему достать нож, как из-под кофты медленно начали выползать его внутренние органы. Он пытался удержать в руках кишечник, но силы так быстро покидали его, что он мог только смотреть как его тело распадается на кусочки. Очень быстро вокруг него образовалась огромная лужа крови, разносимая дождем по площади. — Ужасно холодный… — уже шептал он, окончательно осунувшись, — офицер, пообещайте мне, что с ними всё будет хорошо, — на последнем издыхании выдавил парень. Он лежал в луже собственной крови, а на лице его больше не было страха или перекошенной улыбки. Он был спокоен и будто спал. Его белоснежные волосы тоже окрасились в красный, только коснувшись земли. Рёко смотрела на это и не могла проронить не звука, девушка не могла оторвать глаз от происходящего, будто кто-то насильно не давал ей отвернуться. — Боже…- несколько секунд Рёко сидела неподвижно с широко распахнутыми глазами, но когда рассудок к ней окончательно вернулся, она громко закричала, закрыв руками глаза. Но громкий крик прервался подступившей рвотой. — Рёко! — за деревьями послышался голос господина Итоши, — отзовись, если слышишь меня! — Шеф! Я здесь! Шеф, боже мой! Помогите! — сквозь слезы кричала девушка. В это же время она пыталась удержать жгут на ноге, затягивая всё сильнее оторванный провод рации на бедре. А дождь всё не кончался, превращая лужу в бурную кровавую реку. Ей так хотелось обратить время вспять, чтобы рация не активировалась и парень не заметил её. Их схватка не заняла более десяти минут, но за это время девушка пережила то, что многие полицейские никогда в жизни не смогут испытать. Рёко мечтала, чтобы ливень смыл все воспоминания об этом дне, но они ещё долго будут преследовать её в ночных кошмарах. Лицо парня, его несвязная речь и страх в глазах, даже в момент нападения навсегда отпечатаются в памяти девушки. Прорвавшись сквозь листья, господин Итоши, в сопровождении полицейских из оцепления, застал Рёко в состоянии близком к обмороку. Подполковник сорвался с места и достигнув места, где сидела его подчиненная постарался прояснить ситуацию: — Рёко, что здесь произошло? Ты убила его? Он напал, да?! Не смей терять сознание! — господин Итоши схватил девушку за плечи, — Срочно вызовите скорую к северному входу парка! — Он…он сам, я не трогала, шеф, он, это всё Маусу, — Рёко уже не могла трезво рассуждать. — Маусу! Опять этот ублюдок и его «семейка»! — глаза следователя были наполнены яростью. — Не бойся, ещё немного и я его лично в петлю засуну! — Шеф, это было ужасно, шеф, я хочу домой, — рыдала она, — позвоните моим родителям, я хочу услышать их голоса! — Мы обязательно им позвоним из больницы, все будет хорошо. А теперь помоги-ка мне, — господин Итоши слегка нагнулся, протянув вперед руки. Девушка из последних сил обхватила его шею, помогая начальнику поднять себя с земли. — Я не буду дожидаться Ватанабэ, — говорил детектив, направляясь к аллее, ведущей к выходу из парка, — сегодня я обычный патрульный, так что я везу такого же патрульного в больницу. Майор, вы уже вызвали скорую? — господин Итоши прошёл мимо полицейского. — Но, господин Итоши, вы мой подчиненный на сегодня, я не могу вас отпустить, — майор Сакураги встал на пути у напарников. — Я вернусь как только отправлю её в больницу — господин Итоши прошёл мимо сослуживца, — я знаю о своем положении на сегодня. Не волнуйтесь, майор, я не собираюсь нарушать устав, парк я не покину. Сакураги с неохотой отступил, вызывая скорую. Господин Итоши, не смотря на уже не молодой возраст, старался не теряя темпа добраться до выхода из парка. Люди оглядывались и снимали на телефоны. К вечеру это будет во всех новостях. Покушение на убийство сотрудника полиции, нападение на людей вкупе с самоубийством составляют просто невероятный инфоповод для любого рода СМИ. Чем ближе господин Итоши и Рёко, тем отчетливее слышалась сирена скорой помощи. Только завидев полицейских бригада бросилась к ним с готовыми носилками. — У неё большая кровопотеря, — господин Итоши аккуратно помогал бригаде положить Рёко на носилки. — Рёко, я не могу поехать с тобой в больницу, — с горечью говорил он, — я приеду завтра как только смогу, я обещаю! — говорил он вслед. — Спасибо большое, спасибо, — всё ещё плача, говорила Рёко. В этот момент ей уже сделали обезболивающий укол. — Вам нужно меньше разговорить, офицер, — заботливо говорила фельдшер, убирая волосы с лица девушки, — Как ваше имя? — Коошима Рёко, младший помощник детектива, — говорила будто в бреду девушка, — группа крови вторая отрицательная. — Хорошо вас в академии учат, как только пребудем в больницу, тебе станет легче. Обезболивающие разгонялось по телу девушки, снимая не только физическую, но и от части душевную боль. Дорога была как в тумане, Рёко видела спокойные глаза фельдшеров, которые из-за сильного лекарства казались больше обычных. В больнице, которая была отведена для сотрудников полиции и служащих сил самообороны её ждала стационарная бригада врачей. Девушку немедленно направили на операцию. К счастью в рану ничего не попало, но удар был достаточно глубоким, чтобы повредить наружную широкую мышцу бедра. На полное восстановление у Рёко уйдет не менее полугода, хотя по прогнозам врачей она сможет ходить не прихрамывая уже через два с половиной месяца. Операция заняла чуть менее часа, но до снятия швов девушке придётся провести около двух недель в больнице. К сожалению останется шрам, но девушка уже не думала о нём, главным было то, что она осталась жива. Благодаря своевременному звонку господина Итоши, Рёко была помещена в одиночную палату с видом на внутренний дворик больницы. Ужин в больнице совершенно не отличался от того, что обычно готовила себе Рёко — рис, приготовленное на пару овощное ассорти и среднего качества стейк из тунца. На удивление, стейк в больнице не был на вкус как мокрая бумага, чего девушка ожидала. Нога неприятно ныла, но лекарство выписанное врачом помогало справится с болью. Перед самым сном на телефон Рёко пришло сообщение от господина Итоши. «Как ты? Надеюсь, тебе нравится твоя палата, это лучшее, что я смог сделать. На время твоего выздоровления со мной будет работать Масаши из специального района Аракава. Ты должна его знать, это твой однокурсник. Доброй ночи» Позже Рёко ещё несколько раз позвонила родителям, чтобы успокоить не только себя, но и их самих. - Ну и денёк...