Heterosexual (I, II)

… Джек вернулся в дом под самое утро, уже порядочно замерзнув. Скинув одежду в зале, парень добрался на носочках до комнаты и прошмыгнул в нее. Гельмут еще спал, казалось, что даже и не шевелился всю ночь. Страйфи осторожно залез к нему в постель, будто спал все это время тут, и сразу прижался в объятия. От холодного тела Джека, мужчина зашевелился, прижимая к себе и пытаясь согреть. - Доброе утро… - тихо произнес Страйфи, поняв, что Гельмут уже не спит и улыбнувшись. - Доброе, Андреас – чуть сонным и хриплым ото сна голосом ответил доктор. Полублондин приподнялся, откидывая одеяло в сторону и припадая поцелуями к еще вялым губам Нойманна. Поначалу доктор отвечал с охотой, но проснувшись окончательно, перевернулся на кровати, прижав к ней парня, и оторвался медленно. Страйфи улыбнулся, разглядывая лицо мужчины и притягивая к себе еще ближе. - Андреас… - Что? – тихо отозвался полублондин, вырисовывая пальцами мышцы на плечах. - Где ты был ночью? – глядя пристально в глаза, поинтересовался мужчина. Парень замер, испуганно глядя в ответ и не шевелясь. - Джек, ты думал, что я не замечу? - Я… - мальчик сглотнул, напрягаясь заметно. Андреас совершенно не знал, как начать говорить и что сейчас будет. – Гельмут… Доктор пристально вглядывался в глаза испуганного парня, нахмурившись. - Ох, Андреас… - поняв все без слов, мужчина начал приподниматься, но руки Страйфи не отпустили от себя его. - Гельмут, возьми меня? – тихий и отчаянный голос мальчика. Джек испугался, что никогда больше не увидит своего доктора, что сейчас он делает ему больно и никогда не получит прощения, если захочет вернуться. Секундные раздумья. Пара жарко целуется, поддавшись порыву. Отчаянно, страстно, как в последний раз. Нет. В последний раз. Объятия и ласки. Но Нойманн резко прерывается, отрываясь и тяжело вздыхая. - Андреас… - мужчина закрыл глаза, унимая проснувшуюся страсть и уже слыша отголоски боли в душе. – Это место не должно напоминать обо мне. Гельмут выбрался из объятий, поднимаясь с кровати. Джек оцепенело наблюдал, как он одевался и собирался. - Пожалуйста, Андреас. Не зови меня сейчас, я не сдержусь больше. – не повернувшись произнес Нойманн, сжимая руки в кулаки. Уходить было не менее тяжело, чем отпускать и оба были на грани. На грани: броситься и никогда не отпускать от себя. - Я позвоню твоему отцу и скажу, что вспомнив все, ты сбежал сюда… - уже уходя, добавил Нойманн и скрылся за дверью комнаты. Джек вцепился в подушку, дрожа. Глухие шаги по дому. Из глаз Страйфи потекли мелкие капли, и он сжимал подушки так, что белели костяшки пальцев. Еще немного, совсем чуть-чуть и он бросится вслед за Гельмутом. Хлопнула входная дверь. - Не уходи… - тихо шепчет себе под нос парень, отчаянно сопротивляясь желанию крикнуть это. Звук мотора. Тихие всхлипы Страйфи. Подушка все еще пахнет одеколоном Нойманна. Машина медленно удаляется и скрывается за домами. Джек вскакивает с кровати и бежит к окошку, но его уже не видно. Не вернуть.