Красавица для чудовища

Супруги Маккензи провели и вправду жаркий отпуск. И хотя использование всех видов "игрушек" было обусловлено попросту болезней Колума, он преследовал и иную цель – полностью раскрепостить супругу, распалить ее до такой степени, чтобы она ничего не стеснялась с ним. Способствовало этому и то, что мужчина делился с женой своими проблемами в здоровье. Так, он рассказал ей про необходимость делать ему массаж простаты, для чего нужно было приглашать медсестру. - Ну нет, - со смешком заявила Летиция, - я не позволю другой женщине щупать то… что отныне принадлежит мне! Говорила она насмешливо, но Колум был уверен, что отныне она задастся идеей и вправду это исправить, то есть выучится верно делать такой массаж. И самого Маккензи это полностью устраивало – чем меньше людей знает о любых его проблемах со здоровьем, тем лучше. А потому вернулись они в Шотландию, кажется, понимая друг друга с полувзгляда, что помогало вливаться в любые дела. И здесь уже пришло время Летиции становиться хозяйкой дома. Вникать в дела у нее получалось легко, сказывалось и то, что она с интересом обо всем узнавала еще в свой приезд сюда на каникулы, и то, что Колум был очень внимателен и готов подсказать ей и помочь во всем. А энергичности молодой леди Маккензи хватало на то, чтобы браться за все. Поскольку на свадьбу Летиция выделила лето, почти немедленно после окончания семестра, то есть время, когда она была наиболее свободна, у нее было достаточно дней привыкнуть к ритму жизни в ее новом доме и разобраться во всем до того, как придется добавлять к этому еще и учебу в двух вузах (но попутно продолжая совмещать дела с самыми жаркими ночами с мужем). Но именно тут и начались некоторые странности. *** Как-то за чаем Мора случайно обронила что-то про работу местной АЭС, а это немедленно напомнило Летиции их прошлый разговор и смущение Моры после слов ее дочери. Ощущение тайны подстегивало миледи. - Но что с этой станцией не так? – прямо спросила она. – Насколько я понимаю, она является здесь… градообразующей. - Конечно, - согласилась Мора. Она еще немного помялась, возможно, считала неудобным о таком говорить, а затем призналась: - Об этом не любят говорить, потому что очень много слухов, которые никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть. Несколько лет назад на АЭС случилась авария. Ничего глобального, насколько я знаю, Колум очень быстро все взял под контроль. Однако ты же знаешь, как люди любят все преувеличивать! - Они что же, считают, что Маккензи это устроили? - Нет, все гораздо интереснее, - невольно усмехнулась собеседница. – У нас придумали байку о том, что эта авария повлияла на мужскую силу. И даже то, что мой муж продолжает радовать окрестность появлением у нас детей, не отменяет эти слухи. Ну ты ведь уже почти специалист в сфере человеческих глупостей, ты лучше это понимаешь. Летиция невольно растерялась, даже с трудом удержалась от того, чтобы не воскликнуть что-то вроде: «Да нет же, это началось раньше!». Но вовремя сообразила, что никто об особенностях болезни Колума не знает. Впрочем, Мора расценила изумление собеседницы просто как непонимание того, как можно было придумать подобную чушь. - Любопытно, - взяла себя в руки Летиция. – И что же, с тех пор прям действительно у всех мужчин проблемы в интиме? Как они сами себе объясняют подобную… теорию? Ведь такое не может просто так быть придумано, без оснований! - Вроде бы после у пары беременных случились выкидыши… Но я бы усомнилась в их здоровье, потому что я сама рожала третью дочь после – как видишь, все прошло успешно, ребенок жив-здоров, могу заверить, что врачи подтверждают, что у нее не больше проблем, чем у любого ребенка ее возраста. Летиция мысленно отметила, что всем девочкам очень не хватало жесткой руки и воспитания, но это и вправду никак не соотносилось с плохим здоровьем. Да и других маленьких детей она видела в деревне и окрестностях. - Что ж, надеюсь, однажды и я смогу опровергнуть этот миф, - пробормотала она, думая о своем. - Да, я полагаю, это отличное решение, - немедленно поддержала ее Мора. – Я очень рада, что Колум наконец нашел тебя и что ты решилась на брак и переезд! Рождение у вас ребенка сразу заткнет все рты, ведь старший Маккензи был первым в ликвидации аварии, а раз она не затронула его, то и другим нечего болтать. - Нет, я… я вовсе не собиралась так скоро, - даже опешила от такого напора Летиция. – Мне необходимо завершить обучение, а также начать работать. Когда буду иметь неплохой опыт… - Я тоже так думала, - фыркнула Мора. – А вот вместо этого один детский отпуск меняю на другой. Леди Маккензи вновь не стала спорить: не говорить же собеседнице о том, что пока Колум попросту не в силах помешать ее планам, а свою поддержку всем ее делам он уже обещал, так что можно быть спокойной. Так что временно Летиция позабыла про этот разговор, посчитав его таким же пустым, как и другие, которые она вела с Морой: достаточно умный и приятный, но ни о чем. Но вскоре о нем пришлось вспомнить. *** Эта ночь вновь была жаркой. Летиция млела от сладких поцелуев, стонала от желания, пульсирующего в ней и готова была буквально умолять мужа привести ее к удовольствию, подарить ей самое сладкое… Голова кружилась, страсть была столь велика, что девушка ни капли не стеснялась своих чувств и своего поведения. В этом состоянии она и не заметила, что в спальне они уже не вдвоем. Впрочем, сейчас она не заметила бы, даже если бы в комнате поднялся некий занавес и они оказались бы на сцене перед публикой или если бы заметила камеру, на которую Колум записывал бы весь процесс их близости. А Дугал находился в спальне и несколько коротких мгновений наблюдал за ласками брата и невестки. Ему долгая прелюдия была не нужна, очень скоро он был возбужден и торопливо раздевался… Летиция вздрогнула и чуть отстранилась, ощутив новые объятия. - Не отвлекайся! – прошептал ей на ухо Колум, попутно чуть закусывая мочку этого уха и вызывая этим новый стон. Последние барьеры слетели. В другое время она бы непременно оттолкнула нового партнера, подобные отношения ей были попросту чужды… Но именно в этот момент все мысли в голове отсутствовали, разум полностью сдался на милость ощущениям, смущение было полностью утеряно еще раньше и сейчас не могло вернуться, а все чувства вопили, требуя удовольствия, ласк и… того жадного ощущения мужчины, которое она пока так и не получила. Стоит ли удивляться, что когда Дугал перешел к иным, более решительным действиям, устраивая Летицию в подходящую позу, та только слабо дернула бедрами, будто приглашая сделать это поскорее. И Колум при этом не прекращал ласк, словно бы пытаясь убедить супругу в том, что этот акт – исключительно между ними. Желанный пик налетел мгновенно, Летиция буквально закричала от чувств, которые ее захватили, от того мощного удовольствия, которое она испытала. И еще долгое время она оставалась недвижимой на кровати, тяжело дыша и прикрыв глаза, продолжая вздрагивать от эха экстаза. Но когда она открыла глаза, то обнаружила, что Дугала больше в комнате нет, рядом был только муж… На какие-то мгновения леди Маккензи даже усомнилась, что все это с ней произошло. Может быть, это ей почудилось? Были только ласки Колума, а ее фантазия что-то додумала, как когда-то ей снилась их близость с супругов в прошлых веках? Ощущения были столь реальны… но ведь Колум мог воспользоваться какой-то «игрушкой», как это было и раньше, все иное сделало воображение? Мысли ворочались с трудом, кажется, они утомились столь же сильно, сколь было утомлено тело. - Спокойной ночи, родная, - прошептал Колум. - Спокойной, - отозвалась она, почти немедленно проваливаясь в сон и больше не в силах ни о чем размышлять. *** Проснулась Летиция поздно и обнаружила, что муж уже ушел из спальни. Поэтому спросить о случившемся ночью было не у кого. Но, возможно, это было и к лучшему, леди Маккензи не была уверена в том, что ей это все не почудилось, а тогда Колум, услышав ее фантазии, может их неверно расценить. На этот раз они вновь были в замке, а это место определенно влияло на нее… Летиция лежала, оценивая все свои чувства этой ночью. Могло ли подобное привидеться? Но было настолько явно! Вот только зачем… Миледи подскочила на кровати, осененная мыслью. Ну конечно! Именно затем, о чем говорила Мора. Только она-то не подозревала ничего о Колуме, поэтому была просто уверена, что в ближайшее время все произойдет само собой. Здесь, в Шотландии, порой казалось, что время остановилось, люди вроде бы знали про разные способы предохранения, но для них по-прежнему брак немедленно тянул за собой детей. Первым порывом было одеться и отправиться искать мужа, чтобы высказать ему, что его поступок… Но пока Летиция одевалась, она несколько успокоилась. И уже могла обдумывать произошедшее. А что будет, если она прибежит к Колуму? Что она ему скажет? Упрекнет, что он пригласил в их спальню Дугала? На это ей резонно возразят: а отчего ты не прогнала его вчера, может, потому что всем была довольна? Смириться было трудно, стянув одежду, Летиция отправилась в душ, желая как-то смыть все это с себя… Под теплыми струями уходило ощущение использованности, но вместо этого пришли слезы. Леди Маккензи стояла под душем и горько рыдала, сама не понимая, от обиды или от злости. Колум поступил с ней низко! Он специально все продумал, он привел ее к такому состоянию, чтобы отдать своему брату! Все ради своей цели… Но неважно, ради чего! Неужели ему приятно, что ею обладал другой мужчина?! Успокоилась она не сразу, и то это спокойствие было видимым, у нее попросту не было сил плакать. Настроения тоже не было, а потому Летиция решила, что сегодня никуда не пойдет, скажет, что заболела и проведет все время в спальне. Колум будет занят делами, сегодня он едет в Эдинбург, так что ничего не заметит. Она же вправе просто отдохнуть, оставив даже учебу… Вечером, когда вернулся муж, Летиция вновь предпочла сделать вид, что больна, к ужину не спустилась, а при появлении Колума в спальне притворилась, что уже спит – что сказать ему, она по-прежнему не знала. *** На следующее утро Колум никуда не ушел. Летиция, проснувшись, обнаружила, что муж, хотя и полностью одетый, сидел у окна – ждал… Леди Маккензи продолжала лежать, прикрыв глаза, обдумывала, что сказать лорду. Упрекать? Требовать изменить поведение в отношении нее? Чего ожидать от него? Он вправду может пойти на преступление и убить ее? Или все закончится просто: они разведутся, она вернутся во Францию, как и предполагали родители, потеряв… Впрочем, нет, пока ее потери в стаже не так велики, все не поздно восполнить. И чего от нее ждет он? Что она просто смирится? Полагает, что, охваченная страстью, она будет стыдиться своего поведения? - Лейтис, нам надо поговорить… Колум сел на край кровати, взял ее ладонь в свои руки. Летиция невольно чуть вздрогнула, но и понимая, что это глупо, продолжала лежать с закрытыми глазами, пытаясь отыскать какое-то решение. - Лейтис… - А ты все точно рассчитал, да? – вдруг спросила она, не открывая глаз. – Ты даже успел запомнить мой цикл, так? - Так, - не стал отрицать он, отчасти повергая в шок таким цинизмом. – Но именно поэтому я надеюсь, что это не продлится долго, Лейтис. Может быть… может быть и вовсе больше не понадобится повторять. Колум был и вправду лэрдом. Возможно, в чем-то преступником. Но он точно мог принимать любые решения, его силы хватало на любое… - Я завтра куплю тесты, - внезапно принимая решение, открыла глаза Летиция и глянула прямо в глаза мужу. – Но ты должен дать мне слово, что после того, как я забеременею, твой брат ни разу не прикоснется… Нет, не так! Дай мне слово, что если понадобится сделать еще одну попытку, то он это сделает, не играя со мной и не заставляя ласкать его. Я хочу быть лишь твоей, а он – только член, не больше! И после того, как я понесу… - Обещаю, - серьезно ответил Колум. – Лейтис, поверь, более всего эта ситуация противна именно мне. Дугал больше не тронет тебя, ручаюсь! Он говорил искренне. И Летиция поняла, что он не просто говорит, он действительно ей это обещает. А еще она с этого мгновения заняла для него особое положение, она прошла некую проверку: она не сорвалась в истерику, она не испугалась принять вызов, но дала понять, что она не шлюха, чтобы просто использовать ее. Она выбрала путь не обычной женщины, она приняла то, что он поступает не как обычный мужчина, он подавляет свои желания в угоду необходимости. И она… тоже так сможет. *** Колум и вправду все рассчитал точно, он проверил цикл супруги и позвал брата именно когда вероятность забеременеть была выше всего. И этот расчет оправдался, повторять близость не понадобилось. Зато Летиция с этого дня и вправду заполучила особое положение. Муж готов был позволить ей любой каприз, так что завершать учебу она могла, уверенная в том, что после получит все, что пожелает, от личной клиники до галереи искусств, которая будет убыточной в этой местности, но будет радовать хозяйку. А еще с этого дня Колум лег в больницу на интенсивное лечение. Конечно, клиника была в Швейцарии, подальше от любопытных глаз и ушей его клана, в окрестностях же распустили слух, что лечение необходимо его ногам. Разумеется, вернулся он вовсе не с прямыми ногами, но никто не смог бы сказать, что это не некое необходимое лечение, без которого будет просто хуже. Что же до основной причины, то вернулся Колум с хорошим результатом. Предыдущее лечение вместе с новыми процедурами сделало свое дело: хотя бы на короткий контакт лорд Маккензи уже был способен. Летиция позволила себе проверить это, несмотря на беременность. И осталась вполне довольна. - Больше никогда! – твердила она той ночью. - Никогда, - клялся ей муж. Спустя девять месяцев леди Маккензи родила сына, которого назвали Хэмишем. Мальчик был удивительно похож на Колума. Может быть, конечно, в нем были и черты Дугала, все-таки это были общие черты Маккензи, однако Летиция верила в то, что это сын ее мужа: у нее было целых девять месяцев, чтобы привыкнуть к этой мысли, и, поразительно, насколько сила мысли способна влиять на человеческую веру, но это случилось. Леди Маккензи не опускала глаз, сталкиваясь взглядом с Дугалом, но отвечала ему холодом, не нервничала и не вздрагивала, если при ней начинали говорить о незаконнорожденных, не вспоминала, глядя на сына, случившееся той ночью. У нее, правда, отныне был интересный материал для диссертации по психологии, но Летиция не спешила его прорабатывать. Леди Маккензи предпочитала проводить время с сыном и попутно набрасывала планы по галерее искусств. Но она вовсе не переживала за свою судьбу и свой выбор, Летиция убеждалась в мысли о том, что миледи шотландского клана не может быть обычной женщиной. Колум изначально разгадал ее, потому и выбрал. Наверное, он спланировал все, от начала и до конца их роман и брак. Однако его могла не понимать французская девушка, зато прекрасно понимала леди Маккензи.