Спасибо за воспоминания

      Воспоминания…       Неотъемлемая часть человеческой жизни — наши воспоминания. Благодаря им мы усваиваем важные уроки, благодаря им выживаем в тяжелых ситуациях, благодаря им греем душу, когда, казалось бы, все катится к чертям собачьим.       Все мы склонны к приступам ностальгии. Каждый из нас привык падать в эту бездонную яму воспоминаний, когда вечерами остается наедине со своими мыслями… Мы с тоской задумываемся о тех былых днях, словно о минувшем счастье. И в то же время благодарим Бога за то, что все самое страшное уже позади. Мы редко задумываемся о будущем, ведь рано или поздно даже оно в секунду обернется лишь исписанной страницей нашей книги жизни, нашим безвозвратным прошлым. Но именно благодаря этим воспоминаниям о прошлом мы чувствуем себя живыми — и вовсе не важно, какое содержание таят в себе эти «страницы».       Да, точно… Заглядывая глубже, в сущность воспоминаний, можно с уверенностью заявить, что они и есть наша жизнь. Тогда… какой была бы моя, сотри из нее все то, что мне так не хочется вспоминать? …       — Наруто, — вернул меня в сознание голос Ли, — Когда ты уже пригласишь Хинату на свидание?       От внезапности вопроса, я неожиданно для самого себя вздрогнул, задумчиво уставившись в пол.       Это были обычные вечерние посиделки в мужской компании, какие, на самом деле, устраивались нечасто из-за постоянных миссий или игр в шиноби с детишками, которые еще практически вчера томились в переполненных аудиториях академии.       За окном солнце давно уже завалилось за горизонт, и улицы деревни заметно опустели, а из нашей двери все еще разносился веселый смех. И, видимо, заметив мое отсутствие в физическом «я», густобровик решил снова втянуть меня в разговор, затрагивая ту самую тему, которой я обычно даю название «больная мозоль».       — А должен?.. — неуверенно улыбнулся я и зачем-то взглянул на Саске, который с особым, но непонятным мне интересом рассматривал черноту за стеклом.       — Нет! — внезапно оживился Киба и чуть ли не столкнул меня с кресла, усаживаясь рядом, — Не смей!       — А я не понял, ты-то куда полез? — в ответ толкнул друга в шутку я, — Ты подраться со мной хочешь?! Сам ее никуда не зовешь и мне нельзя?!       — Ты же по Сакуре сох все время, вот ее и зови!       Мы, смеясь, толкались с парнем, хотя понимали, что на самом деле, вопрос куда более серьезный, чем мы выдаем это публике — мы делим девушку между собой, и рано или поздно эта шутка может перерасти в настоящую драку, и тогда мы не будем толкаться и щипаться, как девочки, а просто выкрасим наши кулаки в цвет крови соперника.       Только вот, Киба давно проиграл эту битву. Хината лично призналась мне в любви, на что я так и не смог ей ответить. И не знал, смогу ли, ведь едва ли воспринимал ее кем-то большим, нежели младшей сестрой. Возможно, я просто не знаю, как вести себя с девушкой, питающей ко мне теплые чувства, потому как всю свою жизнь я был влюблен в Сакуру, а она никогда и не думала ответить мне взаимностью в виду одной очень важной причины, которая сейчас засыпала на подоконнике, покачивая свисающей ногой и что-то высматривая на улице.       — Успокойтесь вы, — Шикамару оттянул меня от рычащего брюнета и включил эксперта в любви, — Девчонка запала на тебя, а ты ее нагло игнорируешь. У тебя ведь нет девушки, так почему бы не попробовать?       И, наверно, мне следует прислушаться к его мнению, ведь он — тот парень, который уже давно решился обременить себя романтическими узами, а значит, он разбирается во всей этой любви, куда больше меня…       — Пригласить Хинату на свидание?.. — повторил я задумчиво.       Я ведь ничего не потеряю.       Возможно, именно так я сумею расставить точки над «i».       Громко выдохнув, Саске внезапно спрыгнул с подоконника:       — Весело с вами, — буркнул монотонно он и потянулся, — Но у меня завтра миссия. Нужно выспаться.       Интересно, а что знает о любви единственный выживший Учиха, который так стремится восстановить клан? Он вернулся в Коноху сравнительно недавно — мне совершенно ничего не известно о том, как прошли годы его жизни в логове Орочимару, и я всегда боялся спросить, как будто после подобного рода вопросов он снова исчезнет из моей жизни.       Что за глупые мысли…       — И я с вами попрощаюсь! — подпрыгнул я и вперед Саске добежал до двери, — Нам по пути. Не хочу возвращаться один.       — Боишься, что бабай утащит? — съязвил Киба.       — Я тоже иногда несмешно шучу, — хмыкнул я и вывалился на улицу, - Ну, бывайте!       Саске молча вышел следом за мной.       — Вот так всегда и заканчиваются наши посиделки, — слышались недовольные бухчания Ли за закрывающейся дверью.       Учиха, сунув руки в карманы, подался вперед и попал под желтый свет уличного фонаря, отбрасывая четкие длинные тени на земле. Я спешно последовал за ним.       Саске стал моим спасением от больной темы, но, тем ни менее, почему-то именно с ним мне хотелось продолжить этот разговор.       — Что насчет тебя, Саске?       Парень молчал.       — Время идет, а клан сам по себе не восстановится, — я сравнялся с Учихой, заглядывая ему в лицо, — Забыл про свою цель?       Брюнет внезапно дернул бровями — и я понял, что лезу не в свое дело. Он не хочет делиться со мной, тогда почему я так вероломно ломлюсь к нему в душу?       Я наморщился, закидывая руки за голову:       — И чего тебя никто не достает? Ты ведь тоже не зовешь Сакуру на свидание, хотя всем известно, чт…       — В чем твоя проблема? — перебил меня парень, — Ты не обязан делать то, что от тебя требуют другие. И не обязан отвечать взаимностью только потому, что ты знаешь о чувствах этой девчонки.       Я вновь взглянул в лицо парню. Он выглядел не то, что серьезно, а даже возмущенно, словно эти заявления посторонних лиц о том, что я должен делать со своей личной жизнью, раздражают его куда больше, чем меня самого. Но у меня был ответ.       — Моя проблема в том, что я без собственного желания заставляю эту девчонку страдать.       — И что? — в этот раз Саске посмотрел мне прямо в глаза, заставляя остановиться, — Много, кто страдает из-за неразделенной любви, но мало, кто берет это во внимание.       Я громко сглотнул:       — Тебе это знакомо?       Почему мне так интересно то, что он чувствует?       Однако Учиха решил не отвечать на мучающий мое любопытство вопрос. Он вновь отвернулся, и всю оставшуюся дорогу мы шли молча.       Ладно, Саске. Ты человек закрытый и не кричащий во все стороны о том, кого хочешь осчастливить своим вниманием… Ты никого не хочешь впускать в свою голову, но порой я думаю, что твоя холодная натура просто не в состоянии испытывать теплые чувства так, словно именно этим ты можешь обесценить свое собственное «я». И ты сам стыдишься этого.       Возможно, я не прав, но… Дай мне хоть раз в жизни узнать о том, что ты чувствуешь.       Мы ведь друзья…       Правда? ***       Не знаю, зачем я согласился выступать в этой жизни в роли сенсея для недо-шиноби низшего ранга и почему даже не измывался над выпускниками всякими веселыми «ребусами», как когда-то Какаши измывался над нами, но изо дня в день мне приходилось обучать генинов полезным техникам, смотреть на их неудачи и вспоминать о своих собственных. Знали бы эти детишки, как я учился восходить по вертикальным поверхностям, падая, матерясь и брыкаясь со своим извечным соперником, возможно, они не считали бы меня таким крутым, каким сейчас я кажусь в их глазах. Но дети слушались меня и даже чем-то напоминали нашу команду 7, распавшуюся многие-многие годы назад.       Славные были деньки…       Сейчас дети тренировались ходить по воде, пока я, прячась от палящего солнца под пушистым, шелестящим деревом с еле-выпрошенной книгой Какаши «Прийди-прийди, Рай!», делал важные заметки, как правильно разговаривать с девушкой, чтобы первое свидание закончилось у нее дома. Не скажу, что я планировал именно такой исход событий, к тому же, я даже не верил, что у меня получится так резво, подобно главному персонажу книги Джирайи, выпаливать перемазанные медом комплименты в адрес девушки, чтобы та сама растаяла подобно сахару, но делать было нечего, ибо с девушками я разговаривать не умею. Хотя от таких нежностей почему-то меня стало подташнивать.       И что Какаши нашел в этой книге? Может, я что-то не понимаю…       — Наруто-сенсей, — подозвал меня голос сбоку, — Правда, что Вы идете сегодня на свидание?       Вся троица весело разглядывала меня, ожидая ответ на вопрос. Я скривился:       — А вы, мелкота, откуда обо всем разнюхали?       Один из ребят указал пальцем на блокнот в моих руках:       — Вы весь день читаете «Прийди-прийди, Рай!» и выписываете какие-то цитаты.       — Так, — я поднялся, отряхиваясь от травы, — Вы уже научились на воде стоять? Кто простоит дольше меня, того угощу раменом!       Это лучший способ сменить тему. Более того, я заранее знал, что никого угощать мне не придется. Именно поэтому в ответ на мое прекрасное заявление послышался недовольный гул, и детишки побрели тренироваться дальше.       — И не смейте шпионить за мной! — крикнул я им весело в спину, — Пойманный угощать будет меня! А ем я много!       И снова недовольный гул.       А ведь я помню, как в свое время команду 7 сплощала между собой слежка за Какаши, которая всегда заканчивалась, конечно же, неудачно, потому как зачастую учитель ловил нас с поличным слишком просто.       Весело было, однако…       Как бы то ни было, ближе к вечеру сердце все больше и больше набирало разгон, ведь стрелки двигались, приближая меня на минуты ближе к надвигающемуся свиданию. И что в этом страшного? Я и прежде оставался наедине с девушками, а это почти то же самое…       Я стоял в цветочной лавке Ино, в полусогнутом виде разглядывая весь представленный ассортимент. Рядом топталась и сама Яманако в шумной компании с Сакурой. Обе девушки уже знали о моем героическом поступке — пригласить Хинату на первое свидание — и весело переглядывались, снащая меня полезными советами.       Есть в этой деревне хоть кто-нибудь, кто не знает, что ждет меня сегодня вечером?       — Цветы тоже умеют разговаривать, Наруто, — больно хлопнула меня по спине Ино, — Поэтому, при выборе нельзя опираться только на внешний вид. На первое свидание отлично подойдет сирень, особенно учитывая цвет глаз Хинаты. К тому же, сирень зачастую ассоциируется у людей с первой любовью.       У Хинаты есть цвет глаз?..       — Какие сложности… — пробормотал я и выпрямился.       — Ты уже решил, о чем будешь разговаривать с ней? — влезла Харуно, — Хината — девушка скромная и молчаливая, поэтому весь вечер именно тебе придется ее забалтывать, чтобы она не заскучала. Но, слава богу, поболтать ты любишь.       — Думаю, я найду тему…       — И не смей вести ее к Ичираку!       Мне кажется, что именно после этих разговоров я начинал все больше бояться нашего свидания… Мне внушают в голову, что это нечто важное, как будто после сегодняшнего вечера решится моя дальнейшая судьба. Но ведь это всего-лишь встреча с девушкой, которой я нравлюсь, а сам я пока не определился со своими чувствами к ней. Тогда, почему я хочу спрятаться дома под одеялом, пока все не забудут про мою глупую попытку завести себе девушку? Может, это уже означает, что с Хинатой у меня однозначно ничего не выйдет?       Еще не поздно все отменить…       Услышав громкий хлопок рядом, я заметил внезапно появившегося слизняка на плече у Сакуры — всегда пугался этой твари, но это призывное животное девушки, и если оно появилось, значит Цунаде нужна помощь.       — Сакура! — голос у этого слизняка, на удивление, всегда казался мне приятным, — Ты срочно требуешься в госпитале!       — О боже, опять… — закатила глаза девушка, — Что-то серьезное?       — Неизвестно, но Цунаде-сама просила тебя как можно скорее! — и с этими словами мерзкая улитка (или что это вообще такое?!) исчезла, оставляя после себя небольшой сгусток дыма.       Сакура оторвалась поясницей от стола с кассой и недовольно забурчала, направляясь к двери:       — Вот тебе и выходной, Сакура… — оказавшись одной ногой на улице, она вновь повернулась ко мне, - Да, Наруто. Это первое свидание Хинаты. Не испорть его, пожалуйста!       Теперь меня точно от него трясет…       Купив-таки белую серень и получив благословение от Ино, я неуверенно шагал в сторону назначенного места. Стрелки двигались — и до моего незабываемого вечера оставалось всего несколько минут. А я шел и перебирал в голове все выписанные цитаты, стараясь подобрать наиболее подходящие для приветствия.       Почему бы просто не вести себя естественно? Ведь именно таким я ей понравился…       Хината одиноко сидела на лавочке под деревом. В легком белом платье она выглядела так невинно, но и не напоминала невесту — в противном случае я бросил бы букет посреди дороги и скрылся из виду, как можно скорее. Ее волосы развивались от дуновения ветерка, и я почувствовал приятный запах.       Сердце колотилось, но не от внезапно накатившего возбуждения. Было что-то другое. Казалось, я просто боялся давать ей надежду…       Правильно ли я поступаю, продолжая идти к ней на встречу?       «Ты не обязан отвечать взаимностью только потому, что знаешь о ее чувствах» — эхом раздался в голове голос Саске.       Я ссутулился, сильнее сжимая в руках букет.       Ты мне нужен, парень… Сегодня я услышал миллионы советов, миллионы предложений, но почему-то именно твоя поддержка нужна мне, как никогда…       — Привет, — я неуверенно улыбнулся девушке, когда она поднялась, и протянул сирень, — Сегодня ты… выглядишь иначе.       Хината улыбалась так мило, вдыхая аромат подаренных цветов, который, на самом деле, был ни чуть не хуже запаха ее духов, но почему-то она не вызывала у меня необузданного желания поцеловать ее.       — Спасибо… — так же улыбнулась Хьюго, — Ты тоже.       Черт, я не помню ни одной романтичной цитаты из книги…       Молча подставив девушке локоть, я повел ее вглубь россыпи магазинчиков и забегаловок, где сейчас толпился народ, мирно проводящий свое свободное вечернее время. И я совсем не удивлюсь, если среди этих людей собралась уже целая рота наблюдающих за тем, как неудачно получается у меня строить из себя романтика.       Хината действительно весь вечер вела себя скромно, но все же излучала неподдельную радость от общения, пусть я и не знал, что девушка считает интересным. Тема для разговоров, однако, нашлась сама за вечерней чашкой чая в одной из летних кафешек, расположенной прямо под звездным небом. Я всегда был болтливым, и в любой ситуации мог разговорить собеседника, что в этой ситуации не могло не радовать.       — Генинов не тяжело тренировать, — я выдавлено смеялся, — По крайней мере, мне повезло, что все они не такие непоседы, каким когда-то был я, хотя и рвутся в бой постоянно.       — А вместо этого вы ловите сбежавших кошек и убираете мусор в реке? — Хианата хихикнула.       — Все мы через это унижение проходим, — я нервно побарабанил пальцами по покрышке стола, - Но, кажется, мне в команду дали действительно хороших шиноби. Эта троица собирает информацию получше, чем клан Абураме или другие хваленные кланы-информавики! Не знаю, как они это делают, но их любознательность всегда позволяет им справляться безошибочно.       Хината выдохнула с кокетливой усмешкой:       — Главное, чтобы Шино об этом не узнал — он очень обидчивый.       Я улыбнулся, но наверняка эта улыбка выглядела чрезмерно выдавленной, ведь я практически пропустил все сказанное мимо ушей, устремляя свой взор девушке за спину и замечая, что те, чью молодецкую удаль я с такой гордостью осыпал комплиментами, выглядывали из-за угла.       Глупая троица, так и не постигнувшая мастерство маскировки.       — Хината, подожди минутку.       Я поднялся со стула и направился к ребятам, тут же услышав их вопли, когда все вместе они пустились в рассыпную. Однако поймать детей не составило особого труда, поэтому уже вскоре, стоя в тени, я с особым недовольством отчитывал псевдошпионов:       — Кажется, завтра я объемся, — я фыркнул и наградил каждого глухим подзатыльником, — Что я там говорил про слежку, хм? Хоть бы маскировались, чтобы я вас не видел. Тогда бы я вас даже похвалил, а вы просто стадом выглядывали из-за угла.       — Да мы вообще не следили! — возмутился один из детей, — Мы проходили мимо, но, увидев Вас, решили спрятаться, потому… что Вы могли подумать, что мы здесь специально!       — С тебя еще одну бесплатную порцию рамена за идиотское оправдание, — я скривился, — Что это вообще за нелепая история?! Придумал бы что-нибудь по правдоподобней! Эх вы, только и делаете, что разочаровываете меня!       — Хотите правдоподобную историю? — лицо мальчонки в мгновение изменилось. Его серьезность даже вогнала меня в ступор.       — Тише, Хаято*… У него ведь свидание…       — О чем ты вообще думаешь?        Эти трое явно знают что-то, что не должны знать…       Я выглянул из-за угла и удостоверился, что Хината все еще ждет меня. Только тогда я заметил, что неподалеку от нас все это время сидела Ино, которая сейчас, по всей видимости, давала очередные советы девушке. Кажется, если присмотреться в листву деревьев, то и Кибу можно вычислить. А на крыше неплохо разместился Ли… Наверняка где-то прячутся Шикамару и Чоуджи…       Они тут всей деревней собрались посмотреть на меня?!       Но больше меня интересовало другое.       — Что вы опять разнюхали? — снова обратился я к детям, — Рассказывайте, раз уж начали.       Двое ребят одаривали среднего взглядом, полным ненависти, словно то, что он собирался сказать, произносить вслух нельзя было никому. Но его это не пугало.       — Вы видели эту парящую птицу над деревней сегодня вечером? — спросил Хаято, — Она пронеслась, как пуля, практически незаметно. Это была не обычная птица. Созданная из чернил.       Работа Сая**?       — Она держала в лапах человека и исчезла у лазарета. Нам стало интересно, и мы побежали прямо туда, где уже собрались ирьёнины вокруг тела парня в специальной экипировке АНБУ, — глаза мальчишки сверкнули неестественным светом, — Я говорю это Вам только потому, что нам известно, что один из дорогих Вам людей тоже состоит в отряде наемников.       Я вздрогнул.       — Видели маску?       — Кажется, кошка с черными полосами из глаз, - задумчиво протянул Сигэнори*.       Саске…       Я поджал губы, чувствуя, как с шумом заколотилось сердце. Окинув взглядом всю троицу, я удостоверился, что сказанное — не ложь, дабы увести меня от темы. Неужели что-то случилось?..       — Что с ним? Он жив?       — Скорее всего он без сознания, — так же присоединился к разговору Яматоя*, — Учитывая, что за дело взялась пятая, у него явно есть шансы… Цунаде срочно требовала Сакуру в лазарет, несмотря на ее выходной. Значит ли это…?       Я снова выглянул из-за угла. Ино, Киба, Ли… Где Сакура? Все еще в больнице?       Резко рванув назад, я растолкал толпу и подбежал прямо к нашему столу так, что практически свалил на землю все, что на нем стояло:       — Хината я… Прости, мне нужно срочно бежать! — и не дожидаясь ответа, ринулся к госпиталю, оставляя девушку растерянно смотреть мне вслед.       Я не знал, действительно ли дети говорили о Саске. Не знал, серьезно ли он ранен. Не знал, стоит ли мне беспокоиться о нем, но я беспокоился. Учиха всегда был слишком дорог мне, чтобы при любой информации о том, что с ним что-то случилось, я как ополоумевший бежал к нему, дабы удостовериться, что все в порядке. Меня самого всегда пугала такая ярая забота о нем… Обычно я оправдывался тем, что просто хороший друг.       После войны мы с Саске пошли разными путями — я стал наставником для выпустившихся из академии, а он нашел свое призвание в АНБУ, уничтожая нукенинов, каким когда-то являлся сам — нонсенс. Мы редко виделись из-за работы, и еще реже я что-то узнавал о Саске в виду конфиденциальности его профессии. Но, даже будучи уверенным в его силах, я всегда был уверен, что в АНБУ он скопытится раньше меня. И, кажется, я почти угадал.       — Где?! Где?! Где?! — терроризировал я девушку в регистратуре, громко хлопая по столу и тем самым привлекая к себе лишнее внимание, — Куда унесли парня из АНБУ?! Я знаю, что сегодня его доставили сюда!       — Послушайте, — работница больницы выглядела хладнокровно, - Все, что касается АНБУ…       — Да плевать мне! Дайте мне знать, в какой он палате!       — Не положено.       Мои кулаки тряслись от напряжения. Я хотел сорвать свою злость на всем, что попадалось мне на глаза, но вместо этого просто рванул вверх по лестнице — найду Саске сам. Забегу во все палаты, во все операционные, и неважно, сколько для этого мне понадобится времени.       Но мне повезло, на лестнице я снова наткнулся на Хинату. Она пыталась отдышаться, ведь преодолела большое расстояние, только чтобы догнать меня:       — Он на пятом, Наруто! — крикнула она мне вслед, когда я завернул не на тот этаж.       — Спасибо! — в ответ крикнул ей я и пронесся мимо так, что растрепал ее волосы.       Оказавшись у нужного кабинета, естественно, я не смог попасть вовнутрь, ведь ирьёнины не давали пройти. Хината уже стояла рядом со мной и тоже попыталась оттянуть меня от двери:       — Там операция, подожди немного.       Я задыхался, злобно глазея на наглецов, которые просто не хотели меня впускать. С другой стороны — что я мог сделать? Я даже не знаю, что произошло.       — Так это, правда, Саске, да? — немного успокоившись, спросил я.       Хината кивнула.       Я уселся на стул рядом с девушкой, нервно закидывая руки за голову:       — Он ранен?       — Я не видела крови, — неуверенно пробормотала Хьюго, — Думаю, он находится под воздействием какого-то джутсу. Но там Сакура и Пятая. Все будет хорошо.       Я пропыхтел, снова взглянув на ирьёнинов у двери.       Повисло глубокое молчание, и я даже слышал, как из дальнего окна коридора доносится вечернее пение цикад. Одна из лампочек неустойчиво мерцала с тихим дребезжанием, и, казалось, вот-вот потухнет. Помимо нас четверых в помещении больше никого не было. Обстановка угнетала.       — Хината, — своим голосом я разрезал тишину, — Прости за испорченный вечер.       Девушка помотала головой:       — Все хорошо, — она едва заметно приподняла уголки губ, — Думаю, я бы поступила так же.       Может, это знак, но думать ни о чем, кроме того, что возможно сейчас за стеной Саске борется за жизнь, у меня не получалось.       Я освободил легкие от ненужного воздуха, ведь заметил, что все это время моя грудь была напряжена, а сердце билось, желая выскочить наружу.       Наморщив лоб, я оскалился.       Почему я так переживаю? Саске уже перенес раннее миллионы страшных ранений… И в этот раз с ним все будет в порядке. Хватит так волноваться, Наруто. Продолжай свидание.       Внезапный скрип двери сбоку заставил меня резко подскочить. На пороге стояла Цунаде:       — Так и знала, что ты уже здесь, — обреченно выдохнула она, вытирая руки полотенцем, — Прежде, чем ты начнешь ломиться в операционную: Саске жив. Есть одно маленькое «но», но в целом, переживать не стоит.       — Маленькое «но»? — недоверчиво повторил я и постарался заглянуть женщине за спину.       Позади нее на кушетке свободно распологался Саске. Его глаза были открыты, но выглядел парень потерянно.       Что-то не так…       Учиха не был похож на жертву. На его коже хоть и красовались ссадины, но ничего серьезного, угрожающего его жизни, разглядеть мне удалось. Вокруг крутились медики, шумно что-то обсуждая и помечая это в бумагах. Сакура кусала ногти и, по всей видимости, тоже пребывала в недоумении.       Заметив меня, Саске раскрыл глаза шире, но Цунаде захлопнула дверь прямо перед моим носом:       — Лучше бы тебе не…       — Значит, что-то серьезное, да? — перебил я пятую. Мой голос продрожал, — Иначе, с чего бы вам держать его там?..       Цунаде смотрела на меня с высоты своего роста. В глазах пятой плескалось понимание, ведь и ей приходилось терять близких людей — она знает, каково это.       — Я должна отчитаться перед шестым, — буркнула она себе под нос, — Останавливать тебя бесполезно, поэтому можешь зайти, но пообещай, что не выкинешь ничего.       Не дослушав речь женщины до конца, я вновь распахнул дверь. Саске по-прежнему сидел на кушетке. Побитый и взъерошенный он больше напоминал драчливого мальчишку со двора, но никак не серьезно раненного члена АНБУ. Проблема лишь в том самом «но», однако… Что это вообще значит?       — Ты как, Саске? — тихо спросил я.       Парень смотрел на меня в упор, но в его взгляде я читал полное недоумение. Он выглядел испуганно и напряженно, словно видел перед собой монстра, готовящегося к атаке.       Саске молчал.       — Эй… — я подошел ближе, упираясь обеими руками к нему на кушетку, и заметил, что брюнет с особой осторожностью отпрянул назад.       Сакура больно оттянула меня за руку:       — Наруто, он…       Брюнет продолжал озираться с опаской, напоминая загнанного в угол зверя.       —…потерял память.