Не как брата

Мейбл подходит к окну с облупившейся белой краской на подоконнике и смотрит на улицу. Ливни в ноябре — обычное дело. Но для нее это целая трагедия. В такие дни она не жмурится от солнца, не тычет пальцем в облака («Диппер, гляди как оно похоже на котенка!») и не расстегивает заштопанную тут и там куртку, подставляя лицо под сияющие лучи. А еще, в хорошую погоду Диппер был веселее и безмятежнее чем обычно. Она ведь помнит, что еще в двенадцать он был менее меланхоличным. Но возраст оставил отпечаток на его лице — теперь глаза брата полны грусти и тоски, а улыбка на его губах мелькает все реже. Диппер же напротив, обожает серость и капли, быстро стекающие по треснутому окну. И любит когда Мейбл так светло грустна, настолько, что с нее в такие дни только портреты рисовать. Он ухмыляется — она засовывает руки в рукава тяжелого неприметного свитера и скидывает тапочки, которые ей размеров на семь велики, забирается на подоконник и сидит там, прижимаясь лицом к стеклу. Пайнс перелистывает каналы, в надежде найти хоть что-то интересное. Но, в конце концов, лишь подпирает щеку кулаком и лениво что-то шепчет, о том, как же «весело» сегодня. Мейбл молчит, выводя на запотевшем стекле закорючки и сердечки. Он встает с насиженного, теплого места на диване, обивка которого знала лучшие времена и шагает на кухню, провожая взглядом пробежавшего мимо таракана — к ним уже давно все привыкли. Насыпает развесного зеленого чая в две кружки, заливая кипятком. Диппер насыпает в ее кружку пять чайных ложек сахара — ровно столько, сколько она сыпет себе с восьми лет. Себе же в чай он кидает заветревшуюся дольку лимона. Он подает ей кружку и целует в горячий лоб. — У тебя температура? — Н-е-е-е-т, — отвечает она и чихает, еле удерживая кружку, чтобы не пролить себе на ноги кипяток. — Черт, сколько я там раз говорил тебе не расстегивать куртку и надевать шапку? Тысячу? Две? — Зануда! — вскакивает она и ставит стакан на столик, плюхается на диван и кашляет, запуская в Диппера подушку. Диппер бегает по аптекам. Диппер таскает ее по врачам. Диппер бормочет что-то про куртки и ставит ей градусник каждые полчаса, прикасаясь ледяными пальцами к пламенной коже. Диппер навязывает на нее три шарфа и надевает два свитера.

Она улыбается — ее ворчащий и хмурый брат самый заботливый на всей планете.