Не вмешиваться

Когда директор Хогвартса Северус Снейп вошел в свой кабинет, профессор Поттер уже был там. Прекраснейший из профессоров Хогвартса, наряженный в зеленую мантию, которая ему так шла, сидел на диване, запрокинув голову и напевал какую-то мелодию. Северус подкрался сзади и запустил руки в его густые волосы, начав массировать голову. — М-м-м, — Гарри блаженно улыбнулся и посмотрел на него совершенно счастливым взглядом, который с некоторых пор вызывал такие ассоциации, что Снейп начинал испытывать смущение. Впрочем, ему это нравилось. На людях они оба смотрели друг на друга спокойно и почти равнодушно, зато наедине ни капли не стеснялись своих чувств и отыгрывались за все те двадцать лет, которые могли бы прожить вместе, но не прожили. — Как содержательно, — с усмешкой ответил Северус. — Признавайся, что натворил? У Поттера был первый рабочий день. Да, он стал едва ли не самым юным профессором в истории Хогвартса, опередив даже самого Снейпа. Последний год у Гарри вышел несколько сумбурным. Он не только сдал все экзамены, но и осваивал дополнительные предметы. В большинстве случаев прекрасно справлялся сам, однако, когда у него начинались трудности, Северус находил минутку, чтобы все обстоятельно объяснить. Что касается Защиты, которую в тот год временно вел директор — как он сам выражался, грел место для Поттера — то тут Гарри мог отдохнуть. На первом уроке он с нескрываемым удовольствием заявил, что собирается посвятить это время более интересным занятиям, и никто так и не понял, почему Снейп вместо снятия баллов вдруг резко развернулся и пошел к доске. А он просто пытался не рассмеяться. К прошлому они практически не возвращались, потому что настоящее было куда интереснее, но Гарри иногда припоминал Северусу его ночные походы в лес. В основном происходило это в те моменты, когда он заступался за своих товарищей, аргументируя это тем, что один его студент систематически дерзил учителям, нарушал правила, но в итоге стал великим человеком — ну как тут не согласиться? Снейп весной безжалостно эксплуатировал своего любимого ученика, то отдавая ему на проверку стопки сочинений и контрольных, то отправляя на уроки в качестве преподавателя и называя это практикой, чтобы хоть как-то все успеть. Гарри, впрочем, был не против. А как он помогал Северусу расслабиться после тяжелого рабочего дня… да за одно это Поттера можно было признать лучшим профессором Хогвартса. Ибо пока директор был в хорошем настроении, в школе было спокойно. — Ничего не натворил. Интересно, наступит ли день, когда мои дорогие ученики не будут пытаться оторвать от меня кусочек на память. Хоть надпись «экспонаты руками не трогать» вешай. Ну я им раздам автографы, так раздам, что до старости будут вспоминать своего профессора, — пригрозил Поттер. — Напоминаю, что должность главного боггарта уже занята и уступать ее я не собираюсь, — Северус фыркнул. Он наклонился чуть ниже и поцеловал Гарри, а Поттер ластился к нему и терся носом об его нос. В этом до сих пор было нечто запретное, от чего мурашки по коже шли, и это было здорово. Каждое касание — подарок. Каждый вдох — подарок. Всего этого не должно, не могло случиться, но случилось. И любая проблема казалась сущей мелочью. Ну что, что может быть серьезнее, чем смерть и собственное упрямство? Ничего. — Безобразие, — постановила одна из директрис с портрета и поднесла к глазам лорнет. Финеас сказал ей что-то вежливо-оскорбительное, заступаясь за наследника и его избранника. Нашла чему удивляться, старая занудная карга. Портреты за все время и не такое повидать успели. Поттер за Северусом ухаживал основательно: дарил цветы, в основном используемые в зельях, водил на свидания и устраивал сюрпризы. В таких делах они оба имели мало опыта и были рады учиться. Снейп был не таким инициативным, но именно он в июле отложил все дела, взял отпуск и увез национального героя на континент. Когда Минерва, целый месяц занимавшаяся его делами, сопоставила время исчезновения двух своих коллег и поинтересовалась этим, Северус честно признался, что, во-первых, как специалист по Темным искусствам и защите от них, он не мог отказаться от путешествия к знаменитым проклятым местам Европы, а во-вторых, как директор Хогвартса, он просто обязан был проследить, чтобы новый профессор ЗОТИ не потерялся и не свернул себе шею. О том, как они устроили форменный шабаш на одном диком пляже и как бродили по ночным улицам, держась за руки, Северус до сих пор вспоминал с улыбкой. А Гарри нравилось сидеть на диване, положив голову на плечо Снейпа или уткнувшись носом в его мантию. Он любил целовать эти прекрасные руки, и любоваться этим профилем, и касаться его волос, и говорить ему по утрам, что любит, и целоваться в каждом углу Хогвартса (пять Обливиэйтов за год, но, честное слово, каждое применение того стоило). Несмотря на то, что не так давно они отпраздновали год с момента начала отношений, он все также обожал своего любовника и был готов проводить с ним дни и ночи. Они были хорошей парой. Конечно, друзья Гарри все еще переживали по поводу того, что он никого себе не нашел, а он просто отшучивался. Пока что это действовало. Даже Джинни верила, что он все еще думает о «том парне» и ищет утешения в работе, и сочувствовала. Все считали, что директор Снейп и профессор Поттер оба слишком любят работу. Да, делами, конечно, тоже занимались, но с удовольствием отвлекались. Помимо школьной программы было достаточно интересных тем для обсуждения, ибо Гарри вовсе не растерял тяги к новым знаниям и много читал, в том числе и чтобы произвести впечатление на Северуса. Тот, кажется, об этом догадывался. — Завтра в гости собрался, — со вздохом сказал Гарри. — Кажется, меня снова будут знакомить с хорошей девушкой. — А может, ты занят подготовкой к урокам и никак не можешь выбраться? — спросил Северус. — Нет, погоди, кажется, у меня в шкафу есть боггарт. Матерый такой, простым Риддикулусом не отделаешься, а я уже растерял хватку, мне одному с ним справиться. Если избавишь меня от него… ну, что-нибудь придумаем. — Ты же знаешь, как я люблю… — Поттер быстро поцеловал его, — боггартов. Надо будет проверить списки. Северус скептически посмотрел на него. Списки магглорожденных учеников они проверяли каждый месяц, чтобы Гарри мог быть уверен, что очередной Том Риддл не будет жить в приюте до своего одиннадцатилетия. Потому что такое воспитание плохо сказывается на психике юных волшебников, а они с Северусом вовсе не желают заново созывать Орден Феникса и вытаскивать из тайника меч Гриффиндора. Ну, и потому, что Кричер тонко намекает на необходимость подарить роду наследника. Северус втайне надеялся, что магически одаренного сироту они найдут в лучшем случае лет через десять. Поттер еще слишком молод, Магическая Британия пока еще не отошла от потрясений, да и общество пока не очень-то хорошо относится к подобным эскападам. Пожалуй, лучше начать с чего-то более безобидного. Общего котенка, например. Не то чтобы Северус был категорически против самой идеи, но, Мерлин, в самом деле, а если этот сирота будет похож на Поттера? Или, что еще страшнее, на самого Снейпа? Нет, пусть звезды сойдутся лет через десять, не раньше. Впрочем, списки он покорно проверял вместе с Гарри, потому что вместе с Гарри заниматься чем угодно было приятно. Но это определенно подождет до завтра. В конце концов, первый рабочий день профессора Поттера нужно отметить, а у Северуса чисто случайно завалялась бутылка хорошего вина. Все равно Кричер только радуется, когда его хозяин ночует не у себя, то есть почти каждую ночь. Поэтому нужно покрепче взять Гарри за руку и трансгрессировать в спальню, где нет болтливых портретов и можно вести себя так, как не подобает взрослым серьезным людям. И более-менее приняв устойчивое положение, непременно прижать его к себе и склониться к уху. — Люблю тебя, — он говорил это намного реже чем Поттер. Гарри и так это знал, но все равно каждый раз расцветал, стоило сказать ему что-нибудь хорошее. По счастливому совпадению Снейп любил видеть его таким, а потому все у них ладилось. Конечно, они все еще не могли прийти к согласию по многим вопросам. До сих пор не во всем были друг с другом откровенны, потому что не желали проявить слабость или выглядеть глупо. И каждый втайне боялся поверить в то, что это навсегда. Тем не менее, их союз обещал быть на редкость прочным и счастливым. Когда-нибудь они расскажут об этом тем, чье мнение Гарри действительно интересует. Докажут и им, что иногда ни время, ни война, ни болезнь не имеет значения. Когда-нибудь…