О демонах, шарфах и чае

Пепельноволосый парень поддался чуть вперёд, с тихим стуком опуская недопитый стакан с виски на мягкий зелёный стол. Узкая ладонь на его плече чуть сжала ткань дорогого пиджака, Наташа никогда не отличалась особым терпением. Рулетка крутилась слишком быстро, от чего маленький белый шарик практически слился с фоном, на неопределённое время теряясь из поля зрения. Казалось, что вокруг стола образовалась практически идеальная тишина, прерываемая редким глумливым смехом и жарким шепотом, который мог не услышать только глухой. Иван откинулся на спинку стула, самодовольно сложив руки на груди. Его аметистовые глаза заинтересованно следили за шариком, от которого сейчас зависела его победа. Как всё же интересно, от какой-то никчёмной удачи в человечестве зависит столь многое, но в то же время не зависит практически ничего. Рядом с ним опустилась женская рука с нанизанными на тонкое запястье золотыми браслетами, переливающиеся в неровном свете. Похоже, Ольга тоже заинтересовалась в исходе игры. Рулетка остановилась. Всего секунду в округе повисла тишина, а затем над ухом у Брагинского пронзительно визгнули, обнимая за шею и прижимая к немаленькой груди. Парень победоносно взглянул в сторону противника, замечая на себе полный недовольства взгляд тёмно-карих глаз. Похоже, старший Варгас сегодня был явно не в духе. Завалился в казино позже обычного, тем самым заставляя пепельноволосого парня прождать лишние несколько минут, а затем практически с первой игры начал проигрывать, недовольно матерясь сквозь плотно сжатые зубы. — У кого-то сегодня плохой день? — с ощутимой фальшью заботливо поинтересовался Иван, собственнически подвигая к себе башни из разноцветных фишек, в которых явно преобладал красный цвет. — А у кого-то слишком хороший? — парировал парень, сбрасывая с плеч руку друга, который желал его подбодрить. — Что-то мне подсказывает, что ты жульничаешь, Брагинский, — подозрительно сощурив орехового цвета глаза, протянул шатен. — Даже если так, — легкомысленно махнул рукой Иван, тем самым сдерживая порыв Наташи высказать пару ласковых в сторону наглого итальянца. — Не пойман, не вор, я прав, мой дорогой Ловино? — Чёрт с тобой, — окончательно сдаётся шатен, послушно откидываясь на спину стула. Как бы сильно он не храбрился, вступая в дебаты с этим человеком, выйти победителем у него никогда не получалось, к концу он всегда пасовал, не желая продолжать. — Продолжим? — К сожалению, мне пора уходить, — грустно протянул пепельноволосый игрок, поправляя белоснежный шарф, спокойно покоящийся на плечах, на манер мафиозного босса. — Передаю весь свой выигрыш Наташе, — Брагинский обворожительно улыбнулся недоумевающей девушке, а затем мягко поднялся на ноги, тем самым выкручиваясь из двух достаточно крепких пар рук. — Так просто отдаёшь свои деньги? — иронично поднимая бровь, интересуется Варгас, с неприкрытым недовольством наблюдая за плавными действиями противника. — Не в деньгах счастье, — поучительным тоном произнёс Брагинский, целуя в щёку сначала Наталью, а затем Ольгу. — До скорого, друзья мои. — Иван, не пропадай надолго, хорошо? — мягко улыбнувшись, промурлыкала Арловская ненавязчивым движениям поправляя скосившуюся в сторону чёрную бабочку, а затем мягко похлопала парня по груди. — Всенепременно, — кивнув головой и клятвенно приложив руку к сердцу, шуточно произнёс Брагинский, спешно направляясь в сторону выхода, ловко огибая остальных посетителей одного из самых известных казино Сицилии, где он проводил столь длинный и однообразный вечер. На улице было тепло, можно было даже сказать, что душно. Иван потянулся, до хруста в спине, а затем, присвистывая какой-то весёлый мотив, прогулочным шагом побрёл в сторону тёмного переулка, совершенно не обращая внимания на позднее время. Итальянские ночи безусловно нравились ему своим уютом и некой опасностью, которая неуловимо мягкой шалью окутывала плечи, заставляя чувствовать себя настороже, ожидая нападения с любой стороны. О, это непередаваемое чувство азарта. У него было просто великолепное настроение, которое, казалось, испортить было просто нереально. Людные места, переполненные азартом, страстью и жадностью, без преувеличений, всегда занимали первое место в списке его любимых заведений. После их посещения Иван всегда испытывал некое чувство, схожее с алкогольным опьянением. Когда ты выпил слишком мало для всякой чепухи, но достаточно, чтобы чувствовать себя лучше некуда и резко воспылать любовью ко всему живому. За своими мыслями Брагинский даже не заметил, как ослабил магический контроль, и вся его демоническая атрибутика всплыла наружу. Недовольно простонав, парень провёл рукой по загнутым вниз чёрным рельефным рогам, которые причудливо закручивались в два полукруга вокруг чуть вытянутых ушей. Тонкий тёмно-коричневый хвост с острой треугольной кисточкой на конце безжизненно болтался, практически касаясь грязного асфальта, что категорически не нравилось демону. Однако поднимать эту часть тела и удерживать всё время в приподнятом положении было лень. Так, Иван, наверное, и продолжил бы гулять по тёмным улочкам одного из самых мафиозных городков, если бы не волна призыва. Она застала его прямо на выходе из-за угла на одну из главных улиц. Если честно, Брагинскому было плевать, о чём подумают люди, увидев, как на их глазах непонятное существо с рогами и хвостом провалиться сквозь землю, но придирки от начальства слушать не хотелось, ибо это будет уже пятидесятый случай за прошедшие полгода и бла-бла-бла. — Блять, — с чувством произнёс парень, чувствуя, как земля окончательно исчезла из-под ног, утягивая его в бесконечную пустоту.

***

Вообще, Брагинский всегда любил появляться с полным набором спецэффектов. Медленно подниматься из нарисованной на полу светящийся голубоватым цветом пентаграммы, с кожистыми чёрными крыльями за спиной, в любимом тёмном костюме с белоснежными вставками и обязательно с ехидной ухмылкой. Ему определённо нравилось наблюдать за офигевшими лицами простых смертных, когда те осознавали, кого именно им всё же удалось призвать. Это было действительно забавно. Этот раз не стал исключением. Иван появился действительно по всем правилам призыва, не забыв добавить каплю магии в свои и без этого яркие фиолетовые глаза, практически заставляя те светиться в темноте. Местом призыва оказалась простая уютненькая гостиная, оформленная в старом стиле века так девятнадцатого-двадцатого. Признаться, парень немного удивился, его призывали куда угодно, во всякие заброшенные здания, на перекрёстах, в лесу, в подвале, да где он только ни был за последнее столетие, но в милой гостиной впервые. — Звали? — манерно поинтересовался демон, замечая в углу комнаты тёмный силуэт. Человек, стоящий чуть поодаль, недовольно дёрнулся, а затем на Ивана уставились ярко-зелёные глаза, светящиеся в темноте даже ярче, чем его собственные. — Брагинский, — недовольно констатировал мужской голос, а затем в зале вспыхнул яркий свет, на секунду ослепив призванного. — Какого чёрта ты не отвечаешь, когда я тебя зову. — Кёркленд, — хмуро протянул пепельноволосый демон, мигом потеряв весь свой игривый настрой. Ну, началось. — Я был в человеческой ипостаси и не слышал тебя. — А телефон? — продолжал допрашивать Кёркленд, подходя ближе к нарисованному кругу и недовольно складывая руки на груди. — Я звонил тебе. — А я его случайно… э-э-э, сжёг, да-да, сжёг, — с готовностью закивал парень, невинно сверля взглядом плечо напарника. — Пиджак новый? — Лучше молчи, — предупреждающе произнёс Артур. — Мы работаем с тобой всего лишь неделю, и ты умудрился избежать практически всех своих обязанностей! Не удивительно, что остальные демоны не желали с тобой работать. — Ага, я ранил их прогнившие душонки, какая жалость, — послушно согласился Иван, заставляя крылья исчезнуть, всё равно от них никакого прока не будет. — Мне даже пришлось искать пентаграмму по твоему вызову, — всплеснув руками, поделился блондин, заставляя Брагинского скептически выгнуть бровь. — Как интересно, и кто же подсказал? — учтиво поинтересовался пепельноволосый, уже тише добавляя. — Ведь я меняю их раз в пять дней. — Я не раскрываю своих информаторов, — надменно подняв брови, язвительно произнёс Кёркленд. — Ясно, Гилберт, — мгновенно догадался демон. — Убью, суку-падлу. Вообще, у всех демонов было принято всегда работать парами. Так, во-первых, работа выполняется намного быстрее и продуктивней, во-вторых, эта система позволяет более опытным демонам приглядывать за менее опытными. Если говорить до конца честно, то Иван больше относился к первой группе. Ему уже давно перевалило за пятьсот лет, и он на полном праве мог считать себя одним из самых сильнейших и мудрых. Конечно же, были демоны намного старше, кстати, один из них стоит перед ним. Артур Кёркленд был типичным представителем английского общества. Про него даже байка ходила, мол, до того, как попасть в Ад он жил и работал в Британии, от того вся эта тяга к чаю и этикету. Этот демон был определённо старше Ивана, насколько, сказать было слишком затруднительно, но на пару сотен лет точно. Что, кстати, тот напоминал ему каждый раз, стоило пепельноволосому хоть раз провиниться. Наверное, тем самым тот рассчитывал вывести его из себя, что ж, удачи. В среднем, это был обычный демон. Артур был на пару сантиметров ниже самого Ивана, с короткими золотистыми волосами, нереально яркими зелёными глазами и густыми бровями, на которые Брагинский первые пару дней постоянно обращал внимание, пока ему это окончательно не надоело. В отличие от самого парня, у Кёркленда были аккуратные чёрные рожки и длиннющий тонкий хвост с закруглённым треугольником на конце. В одежде блондин предпочитал официальные тона, поэтому Иван постоянно видел его в строгом чёрном костюме, белой рубашке и аккуратно завязанном галстуке. Больше про внешность этого демона ничего сказать было нельзя. С привычками у Артура тоже было туго. Раздражительный, всё время читает книги, просто обожает чай и сильно бесится, когда Иван заваривает его неправильно, приверженец старых взглядов, старается соблюдать этикет и считает себя истинным джентльменом. Истеричным джентльменом, в конце добавляет Брагинский, за что получает полный презрения взгляд зелёных глаз. Если сравнивать их двоих, то они совершенно разные, и если бы не воля начальства, они бы никогда и не встретились, а уж тем более не заговорили. В Преисподней сидят одни зануды. Понял Иван, когда его как-то раз вызвали вниз и зачитали длинный список всех его нарушений. На самом деле, это был уже не первый раз подобных выговоров, поэтому Брагинский честно пропустил всё мимо ушей, с превеликим удовольствием изучая книжную полку на наличие каких-либо новых томов. Видя, что подчинённый совершенно далёк от темы, начальство, похоже, решило перейти в тяжёлую артиллерию, а именно подставить ему в напарника демона рангом выше, как для новичков. Наверное, они полагали, что его это заденет. Видя, что даже эта информация не возымела никакого эффекта, ему сказали, что если он будет себя неподобающе вести, ему запретят подниматься на поверхность некоторое время. Чтобы демон, да подобающе себя вёл! Брагинский высказал им всё в лицо, но всё же новости к сведению принял. Игнорировать Кёркленда оказалось сложнее, чем тех, кто были до него. Этот грёбанный англичанин никак не желал от него отставать, практически ни в чём не уступая. Даже слава, которая бежит в Аду впереди самого Ивана, не пугает этого демона. Похоже, Артур слишком ответственно подошёл к этому делу, и на его фоне, Брагинский невольно чувствовал себя сущим ребёнком, которому не хватает внимания взрослого. Нет, ну что за бред, а? — Поскольку я выполнил всю практическую часть, тебе придётся разобраться со всей теоретической, — мстительно протянул блондин. — В наказание, будешь работать в одиночестве. — Чего? — недовольно подняв брови, протянул опешивший Ваня. — Ты издеваешься? — Будешь знать, как игнорировать свои обязанности, — кивнув головой, будто соглашаясь с собственными словами, отозвался Кёркленд, а затем куда-то отошёл, возвращаясь с огромной кипой листов. — Это тебе. — Хорошо, может, выпустишь меня? — покорно поинтересовался демон, прикидывая, сколько времени ему понадобится, чтобы переместиться в другое место и затеряться в толпе людей, пока за ним следом не отправится сам Артур. — Нет, пока всё не закончишь, будешь работать в кругу, — вываливая документы прямо под ноги Брагинского вместе с ручкой, глумливо отозвался блондин, нагло усмехаясь. — Удачи. — Вот же британская рожа, — ошарашенно пробормотал пепельноволосый парень, разглядывая листы у своих ботинок, а затем резко поднимая голову, замечая, как блондин спешно идёт в сторону выхода. - Эй, вернись! Так, между прочим, не честно. — Мы демоны, кто говорит о честности?

***

Иван протяжно застонал, валяясь на полу и удерживая лист над головой, пытаясь вчитаться в нудный официальный текст. Нет, первый час он держался молодцом и без всякого интереса сидел на мягком ковре, рассматривая интерьер гостиной, а потом скука взяла своё и Брагинский всё же с неохотой придвинул к себе злополучные бумажки. Они, как бы, демоны, исчадия Ада, порождения Зла, так какого фига он обязан сидеть над какими-то жалкими документами и читать их? Что-то в этом мире явно пошло не по плану. За окном начало медленно рассветать. Похоже, он до сих пор находился где-то в Италии. На секунду парень даже пожалел, что не имеет потребности ко сну, можно было тогда бы надавить на жалость истеричной блондинки. Каким бы он ни был древним демоном, эмоции ему не чужды. Тяжело простонав ещё раз, Иван уронил лист на лицо, мысленно сетуя на свою жизнь. А ведь вечер так неплохо начинался, но нет. А ведь он даже попытался найти выход из пентаграммы, но она была начерчена со знанием дела, поэтому выпустить его могли только снаружи, прелесть просто. Наверное, он бы так и продолжил жаловаться себе на жизнь, если бы слух не уловил тихие шаги. Брагинский расслабился, закрывая глаза, притворяясь спящим. Если они не нуждаются во сне, то это ещё не значит, что они могут не спать. Тем временем шаги усилились, и вскоре в зале он был уже не один. Вскоре демон застыл рядом с кругом, а затем рядом с ним что-то поставили. Что-то очень горячее и пахнущее какими-то приятными травами. — Я знаю, что ты не спишь, — как-то устало произнёс Кёркленд, заставляя Брагинского заинтересованно повести заострённым ухом. — Я принёс чай. — Как мило, — усмехнувшись, протянул Иван, снимая с лица листок и приподнимаясь на локтях. Рядом с ним действительно стояла аккуратная белая чашка с тёмно-коричневым чаем внутри, от которого исходил ощутимый пар. — Кого-то замучила совесть? — Заткнись, а, — беззлобно отозвался Артур, делая небольшой глоток из своей чашки. — У меня к тебе предложение. — Это уже интересней, — полностью усаживаясь на пол по-турецки, протянул Иван, хитро сощурив аметистовые глаза. — Я весь во внимании. — Сейчас ты пододвигаешь ко мне половину тех документов, которые не успел сделать, я помогаю тебе с их разбором, а потом освобождаю тебя, но, — видя, как парень открывает рот, быстро осадил того Кёркленд. — В следующий раз ты придёшь ко мне по первому моему зову, и работу мы будем выполнять вместе, договорились? — По рукам, Арти, — произнёс Иван, придвигая к краю пентаграммы небольшую кипу чуть смятых бумаг и беря чашку в руки, прислоняя ту к губам, с явным намерением отпить. — Как мне узнать, что ты не солгал? — вопросительно поднимая брови, демонстративно холодным тоном интересуется блондин, игнорируя столь фамильярное обращение. — Вот уж не надо, в вопросах сделки честнее меня не найти! — возмущённо фыркнул Брагинский, отпивая немного горячей жидкости. — Твой чай на вкус напоминает мне ржавую воду. — Завались, Брагинский, — хмыкает Кёркленд, хоть губы против воли и разъезжаются в улыбке. Недолго думая, демон шаркает ногой вперёд, стирая контур круга под изумлённый взгляд фиолетовых глаз. — Скажем так, это признак моего доверия по отношению к тебе, — отвечает на немой вопрос Артур, свободно пожимая плечами. — О, вот оно как, — понимающе тянет пепельноволосый, практически ничего не понимая. — Что ж, наше сотрудничество обещает быть, гм, очень интересным.