Иллюзия счастья

Когда Грейнджер очнулась она не сразу вспомнила последние события перед погружением во тьму и никак не могла понят, где она. Темная незнакомая комната едва освещалась, в камине потрескивали бревна. Не без усилий девушка села и поняла, что лежала на кожаном диване. Но черт возьми, чей это был диван? Рядом с ней стоял поднос, на нем была тарелка супа, хлеб и бутылка хереса. И вот теперь воспоминания нашли свою обладательницу. Поморщившись, девушка догадалась, что находится где-то у Малфоя. Поднявшись, Гермиона хотела тихо уйти, но холодный голос и головокружение заставили ее остановиться: — Поешь. На тебя больно смотреть. Из темноты вышел Малфой. В его руке был хрустальный бокал с темной жидкостью. Судя по хересу, он уже давно здесь был. Гермиона послушно села. Едва ли у нее были силы говорить, не то, что уйти. Взяв тарелку с супом девушка зажмурилась от удовольствия: в нос ударил запах свежей зелени и чеснока. Когда горячая жидкость попала в пищевод, Грейнджер не могла сдержать себя и с жадностью набросилась на хлеб. Спустя пару минут тарелка была чистая и девушка едва поборола желание вылизать ее. — Тебе нельзя сейчас много есть. Ты истощена — Малфой сидел у камина и без интереса смотрел на огонь. — Спасибо, Драко — тихо ответила девушка, теребя край блузки — Я думаю мне лучше уйти пока твоя жена. — Она не знает об этом месте. Это мой загородный дом, где я могу побыть один — мужчина резко оборвал ее не отводя взгляд от огня — Как я сказал ты истощена. Ты можешь остаться здесь, пока тебе не станет лучше, мой домовой позаботится о тебе. — Драко, я хочу. — Не надо, Гермиона — он наконец посмотрел на нее. В глазах Малфоя была усталость — Я не мог бросить тебя замерзать только и всего. Сказав это он встал и допив свой херес трангрессировал. Женщина устало опустилась на диван. Она была бы рада уйти, но усталость и истощение не давали ей это сделать. После горячего обеда веки Гермионы потяжелели, и спустя мгновение она провалилась в сон. Несколько дней девушка провела в незнакомом ей доме. Он был небольшой, но определенно в стиле Малфоя: панорамные окна украшали карнизы с плотными, бархатными шторами, кожаный диван, массивный стол из дуба. В каждой комнате был камин и рядом на полочке лежал летучий порох. Неоднократно Грейнджер хотела воспользоваться порохом, но каждый раз не находила веских причин для возвращения домой. Ее ждала пустая квартира, которая хранила много плохих воспоминаний. Тут же все было новым, незнакомым. Будто началась новая глава. Конечно, женщина понимала, что не может оставаться тут вечно, но возвращаться была еще не готова. Еще Гермиона надеялась увидеть Малфоя. Ей было так необходимо с ним поговорить. Но дни тянулись, а Драко все не было. За это время Грейнджер хорошо питалась и набрала в весе. Сейчас из зеркала на нее смотрела еще довольно худая, но почти прежняя Гермиона. Конечно, обычный человек не мог так быстро поправиться, но женщине помог домовой который принес лекарство из соседней лавки. Очередным вечером Грейнджер сидела у камина с чашкой чая и давала себе обещание, что завтра непременно вернется домой, как вдруг раздался громкий хлопок. От неожиданности женщина вздрогнула так сильно, что пролила чай на коленки. Сразу же она почувствовала сильную боль от ожога. Перед ней стоял Малфой. Легким движением он скинул пальто, и устало обвел взглядом комнату, остановившись на Грейнджер с ее красными коленками. Он не собирался появляться здесь, пока женщина не покинет его обитель, но она явно не спешила. Драко понял, что она ждет его и не понимал зачем. Он смертельно устал от этой драмы. Сначала он безумно любил Грейнджер и годами думал о том, как вернуть ее. Затем, узнав правду, Малфой был в ярости. Ему хотелось прийти в ее жалкую квартирку и наслать одно из непростительных заклинаний. Следом он ненавидел мать, которая разрушила его жизнь. Вторая женщина, которой он безоговорочно верил, и которая так предала его. Дальше он выл от боли, словно раненый зверь. И затем…затем он наконец смирился. Больше не было ненависти, любви, боли. Была работа, беременная жена. Пусть она и не вызывала в нем бурю эмоций, но она была хорошей женщиной. И сейчас видя живое напоминание о той, далекой жизни, Драко чувствовал смертельную усталость. Ему не хотелось больше возвращаться к этому, но Малфой видел мучения Грейнджер, и ему было ее жаль. Поэтому он был здесь. Драко молча подошел к ящику камина и достал небольшую баночку мази. Открыв ее, он присел на колени и намазал ноги Грейнджер. Ожоги тут же начали затягиваться. Удовлетворенный мужчина налил себе бокал хереса и сел напротив женщины. — Ну? — наконец спросил он. — Что? — непонимающе отозвалась Грейнджер. — Очевидно, ты ждала меня иначе не могу найти объяснения твоего пребывания здесь — он залпом осушил бокал. Ему не хотелось играть в игры и начинать светскую беседу, поэтому он перешел сразу к делу. Гермиона залилась краской. Ей было ужасно стыдно, что она так злоупотребила гостеприимством. Однако это было правдой, она ждала его. Ей так многое нужно было сказать, но сейчас, когда, наконец возможность представилась, все слова вылетели у нее из головы. Повисло молчание. — Драко, мне так жаль. Если бы я могла все исправить… — начала Грейнджер но мужчина ее перебил — Знаю, ты бы все исправила — Малфой помолчал некоторое время и продолжил — Я не ненавижу тебя, Гермиона. Так уж вышло, что две женщины, которых я любил меня не любили совсем. Ничего, бывает. На этом жизнь не заканчивается. Пойми меня, я устал от этого. Устал от тебя. Я женат, у меня скоро будет ребенок. Я не понимаю тебя, что ты хочешь? — в душе мужчины начала подниматься злость — Хочешь вернуть нас? Чтобы я ушел из семьи и сделал вид, что все прекрасно? Ты скрыла от меня ребенка, Грейнджер! — Я знаю. Но твоя мать была так убедительна, я не могла и предположить, что эти воспоминания ложные. Ведь ты был. — Кем? Пожирателем смерти? — голос Драко дрогнул — Так о какой любви может идти речь? Тебе самой не смешно? — Чтобы ты не говорил, я любила тебя, Драко. Всегда любила — тихо сказала Грейнджер едва сдерживая слезы. — Ты любила себя. Малфой встал с кресла и быстро надел пальто. Он был страшно раздражен и хотел уже наконец покончить с этой историей. — Я больше не хочу к этому возвращаться. Слышишь, Грейнджер? Она кивнула. Посмотрев еще раз в шоколадные глаза девушки Драко трансгрессировал. Гермиона поняла, что эта история действительно закончилась. Она видела холодное равнодушие в глазах мужчины с нотками отвращения. Конечно, она не признавалась даже себе, что хотела вернуть его. Но в глубине души, конечно хотела. А сейчас Грейнджер четко поняла, что все закончилось и самое лучшее, что она может сделать — это перелистнуть страницу. Начать жить свою жизнь иначе и не допускать больше таких фатальных ошибок. Посмотрев на календарь на камине, Грейнджер поняла, что тянуть больше не имеет смысла. Она была опустошена, но в тоже время в душе зародилась надежда. Надежда на новую и даже счастливую жизнь. Ей нужно было домой. Чтобы не думал Малфой, Гермиона любила его и часть этой любви всегда будет с ней. Клио, их дочь. Она должна была приехать через несколько дней. Грейнджер обвела взглядом комнату, и все показалось таким чужим. Ей было тут не место. Решительно встав, женщина зачерпнула горсть пороха, встала в камин, назвала адрес и через мгновение зеленые языки пламени поглотили ее.