По истечении срока годности — забыть

— Междугородний пассажирский поезд следует из Торонто в Нью-Йорк. Выехал из Канады ровно в семь утра, должен был приехать в пункт назначения примерно в восемь вечера, но в полдень стало известно, что поезд захватила банда преступников. Главарь проник в кабину машиниста и, угрожая оружием, захватил управление транспортом. В каждом вагоне, а их двенадцать, находится минимум один злоумышленник, вооружённый не только автоматом, но и кое чем похуже. На них бомбы. Через час после захвата преступники связались с властями и сообщили, что намерены взорвать Нью-Йорк, но взамен ничего не потребовали. Нам не известно, какова мощность каждой из этих бомб, самодельные ли они, руководит ли операцией кто-то извне. Мы не знаем имён, точное количество злодеев и мотивы. Заложников триста двадцать шесть человек, среди них пятнадцать детей. Поезд движется со скоростью примерно сто двадцать километров в час, и такими темпами он достигнет Нью-Йорка часов через пять. С ними пытались вести переговоры, но они отказались общаться. Когда была переведена стрелка, преступники это заметили и демонстративно на полном ходу выкинули двух человек из поезда, сообщая нам, что шутки с ними плохи. Скорее всего мы имеем дело с религиозными фанатиками или сумасшедшими. Что в данном случае почти одно и то же, — Тони тяжело вздохнул и увеличил на экране изображение движущегося поезда. — Наша цель остановить поезд до того, как он достигнет крупных населённых пунктов. До ближайшего из них находится многокилометровый пустырь и мост через реку. Именно там и будет происходить наша операция. — Почему просто нельзя остановить поезд? Я могу, — осторожно произнесла Ванда, внимательно изучая экран. Тони задумчиво посмотрел на неё, они на мгновение столкнулись глазами, и оба невольно отвели взгляды. — Слишком рискованно. Он движется с огромной скоростью. Если ты будешь находиться прямо перед ним, то просто не успеешь его затормозить, и он сшибёт тебя насмерть. К тому же преступники сразу же поймут, что что-то идёт не так, а в их руках заложники. Мы не можем рисковать их жизнями. Если ты будешь стоять сбоку, то он промчится мимо, и ты даже глазом моргнуть не успеешь, — признался Старк, и Ванде ничего не оставалось как согласиться. — Мы должны действовать осторожно. Ты остановишь поезд изнутри. Для начала снайперы попробуют обстрелять окна вагонов, и если им каким-то чудом это удастся, то вместе с пулями внутрь попадёт и усыпляющий газ. Но тут надо быть осторожными: одно неловкое движение — бомбы взорвутся. Затем мы проникаем в самый последний, двенадцатый вагон и, нейтрализуя преступников, отцепляем вагоны. Раз за разом. Работа сложная и кропотливая. Эти ребята, — Старк оглядел большой зал, в котором яблоку негде было упасть, — снайперы, сапёры, врачи, в общем, наши агенты. Мы с тобой обезвреживаем преступников и занимаемся исключительно поездом. Когда доберёмся до первого вагона, главарь уже заметит пропажу остальных, — Тони усмехнулся. — Он на мне. Без моих указаний ничего не предпринимать. Я командую операцией, поняла? Ванда скривила губы и едва слышно фыркнула, и Старк пожалел, что произнёс это весьма грубо, да и перешёл на личности. Стоило сказать ей это наедине, а не на глазах у десятков мужчин. — Все свободны. Комната пустела весьма медленно, зато тут же наполнилась разговорами, шёпотом, громким басом. Ванда проводила агентов взглядом, но уходить не спешила, ощущая, как Тони прожигает в её спине дыры. Когда зал спустя пару минут наконец-то опустел, девушка обернулась и набрала полную грудь воздуха, собираясь с силами: — Ты злишься на меня? — Нет, что ты? С чего ты взяла? — удивлённо нахмурился Старк. — Значит, мы всё ещё друзья? — робко поинтересовалась Ванда, кося взгляд в другую сторону. — Конечно! Разве может быть иначе? — Хорошо. — Что-то не так? Ты хочешь поговорить? — Нет! — А я думаю, надо. И Тони действительно очень хотелось поговорить. Уже несколько дней. Он понимал, что ему стоит извиниться за свой поступок, но он не решался поднять столь щекотливую тему, боясь напрягать Ванду, которой предстоял сложный экзамен. Он не хотел её травмировать, понимая, что ей нужно быть сейчас абсолютно спокойной и невозмутимой. Избыток эмоций ей только помешает. Но в тоже время Старк знал, что, если этот вопрос не решить, всё ещё злящаяся на него девушка просто будет игнорировать его приказы. А этого никак нельзя было допустить: малейшее отклонение от плана, и Ванда провалит экзамен. — Нам не о чем говорить, — жёстко произнесла она. — Но мне есть, что сказать. — Не стоит. Давай просто забудем о том, что случилось, и тогда тебе не придётся извиняться. — Но я должен. — Нет! Давай просто закроем тему и не будем её больше поднимать. Ничего не произошло. — Но я поцеловал тебя! — выпалил Старк, обескураженный тем, как Ванда резко делала шаг назад, предпочитая обо всём забыть, чем обсуждать. — Тони… — она вздохнула, хватаясь за виски. — Это ничего не значило. — Да? — у мужчины аж дыхание спёрло, и он неверяще покачал головой. — Мы ведь друзья. Друзья так не целуются. Мы же друзья? — голос Ванды дрожал, а сердце билось где-то на уровне горла. Она смотрела на Старка с надеждой на то, что он ответит именно так, как хочет она. Он обязан был сказать то, что она хочет услышать. Девушка вся напряглась в ожидании ответа. Тони отложил на стол папку, которую всё ещё держал в руке, и отвернулся, выключая экран. Ему казалось, что Ванда что-то подозревает. Да, семена сомнения зрели у неё в душе, она очень надеялась, что ей показалось, что Наташа просто так неудачно пошутила, что это был просто сиюминутный порыв от Старка, и этот чёртов поцелуй ничего не значит. Мужчина скосил взгляд, наблюдая за ней. Она ждала и нервно теребила в руках перчатки, её щёки горели. Тони просто не понимал, как можно быть настолько слепой и не замечать очевидного. Ему казалось, что все уже вокруг догадываются о его чувствах, кроме неё самой. И её попытка немедленно ретироваться его обидела. Тони хотелось схватить Ванду за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы она уже наконец открыла глаза. Но его останавливало лишь одно: грёбаный экзамен. Он понимал, что они ещё долго будут выяснять отношения. Его признание подкосит Ванду, если не убьёт. Сейчас просто не время. Не время, повторил про себя Старк, словно бы оправдывая. — Да, друзья, — подтвердил он, чувствуя, как внутренний голос возмущённо пытается дать ему пенделя. Тони заметил, как Ванда облегчённо вздохнула и улыбнулась. Она услышала то, что хотела. У Старка упало сердце и вмиг испортилось настроение. Ему уже начинала надоедать такая ситуация. — Ванда, — позвал он её, когда она радостная обернулась к двери. — Да? — Удачи. И будь осторожна. — Ты тоже.

***

— У вас будет очень маленькое окно. Скорость — огромная. Вероятность промазать — высока. Что уж говорить о том, что преступники заметят, что вагоны обстреляли, — Старк хмыкнул. — В общем, по моей команде, начали! Ванда прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Сегодня Росс сказал ей, что она может вернуться к заданиям на постоянной основе. И она несколько секунд пребывала в приподнято-изумлённом настроении, пока ей не сказали, что первое задание её уже ждёт. Опять в компании со Старком, Ванда этому даже не удивилась. Но то, что он теперь был её непосредственным начальником, слегка подбешивало. Вот только Тони вёл себя как профессионал, и у неё не было возможности его подколоть. Да, ей и не хотелось. Девушке казалось, что их отношения сейчас разошлись по швам, и они отчаянно пытались их заново зашить. Кажется, удалось. Ванда обернулась к Старку, и он ободряюще сжал её плечо, но тут же выругался. Девушка удивлённо вздрогнула от неожиданности и включила наушник. — Непредвиденные обстоятельства: восьмой вагон загорелся. Обстреляны с первого по пятый, седьмой и с десятого по двенадцатый. — Неплохо, учитывая, что восьмой вместе с пассажирами горит, — саркастично хмыкнула Ванда, когда Тони знаками показал ей, что пора садиться в машину. На секунду ему показалось, что она копирует его, воспроизводя его же шутки. — Ты вышибаешь заднюю стенку вагона, — напомнил Старк, и Ванда кивнула. — Я осматриваю бомбу, ты в это время вышибаешь заднюю стенку одиннадцатого вагона, а затем перепрыгиваешь туда. Когда я закончу, то приду к тебе, и уже тогда ты отцепляешь последний вагон. И так далее. Ты всё поняла? Ничего сложного. Пока. Всё шло как по маслу, если не брать в расчёт то, что злоумышленник в последнем вагоне тут же открыл по ним огонь, и Ванда едва успела прикрыться щитом, а иначе лежать бы ей с кучей дырок в теле. — Не убивай! — предупредил Старк, и девушка, уже успевшая изогнуть свои пальцы, собираясь свернуть злодею шею, помотала головой, прогоняя наваждение. — И осторожно! Не швыряй его. Бомба! Ванда чертыхнулась, парализуя мужчину, и, когда тот опустился на пол, словно пёрышко, она влетела в вагон и быстрым шагом направилась вперёд, краем уха слыша, как Тони опустился рядом с лежащим преступником. — Кто приказал стрелять?! Она же беззащитна, мать твою. Девушка оторопело замерла, и, когда обернулась, Старк уже возился с бомбой на груди мужчины. Отцеплять вагоны было морально сложно. Они на огромной скорости вместе со спящими внутри людьми уносились назад, и Ванде казалось, что она отправляет мертвецов в путешествие по Стиксу. Ещё до того, как она вышибла дверь девятого вагона, она заметила, как чёрный едкий дым окрашивает небо в цвет траура. — Пошли прочь! — закричал двухметровый амбал, сжимая в руках оружие, и автоматная очередь прорезала оглушающий стук колёс поезда. Старк прикрывал её собой, и пули с мерзким скрежетом целовали его броню. Он выставил вперёд руку и, словно забыв, что на амбале пояс с бомбой, выстрелил. Тот охнул и отлетел на добрых несколько метров назад, смачно ударившись головой о полки. Люди вскрикнули. Тони обернулся к Ванде, пытаясь понять, заметила ли она подвох, но та уже перелетела в вагон и сейчас пыталась успокоить людей, в панике закрывающих лица, спасаясь от едкого дыма, что клубами валил из соседнего вагона. Шум оглушал, дым резал глаза, Ванда коснулась плеча Старка, ожидая приказаний, но он лишь качнул головой. — Что будешь предпринимать? — Я сама? — Да. Каковы твои действия? — Ты спрашиваешь так, будто я солдат. — Ты Мститель. Ты не всегда будешь выполнять поручения. Никто до конца жизни не будет направлять тебя на таких заданиях. Научись сама принимать решения. Ванда сглотнула, понимая, что Тони прав. Вот только она совершенно не имела представления, что ей сейчас делать. Она стояла в тамбуре и знала, что даже не стоит пытаться прислушаться к мыслям: люди там уже давно мертвы. — Я думаю, я бесполезна, — внезапно призналась она, и Тони удивлённо поднял голову. — Ты в костюме, ты пройдёшь, а вот я сгорю заживо. Я просто не знаю, как миновать этот вагон. — Взорви его. — Что? — Даже если там и есть люди, их уже не спасти. Оставишь от вагона только пол и сможешь остановить пламя. — Говоришь это так, будто я способна на это. — А что не так? — Я никогда не пробовала. Я не знаю, смогу ли. — Самое время попробовать. — Почему ты так спокоен? Я не понимаю тебя. Будто это всего лишь тренировка, а не спасательная операция. Старк тяжело вздохнул, радуясь, что она не видит его лица, хоть и пристально вглядывается в светящиеся глаза шлема. Не говорить же ей, что всё это подстроено, все заложники — агенты ЩИТа, восьмой вагон абсолютно пуст, и даже бомбы ненастоящие. Муляж. Заведомо известно, что никто не пострадает. Вот только Ванда ни о чём об этом не знает. — Делай, что я сказал. Сложно оценивать её действия, когда тебя связывают с ней отнюдь не дружеские отношения. Старк в очередной раз пожалел, что именно его назначили куратором. Вот Наташа бы отлично подошла на эту роль. Совершенно хладнокровная, умеющая оценивать обстановку изнутри, непредвзятая. А вот он, влюблённый идиот, подсказывает, что надо делать, и буквально за ручку ведёт вперёд, к цели. Несмотря на их разговор, Ванда вела себя примерно, не припиралась с ним, не пыталась навязать своё мнение и была крайне послушной. Когда Росс об этом узнает, будет плакать от счастья, Старк это точно знал. Он до сих пор помнил, как генерал сказал ему, что будет уверен в Ванде лишь тогда, когда она будет беспрекословно выполнять все поручения, не показывать свой характер тогда, когда делать этого не стоит. Когда будет эмоционально готова к такой нагрузке. Всё-таки зря его выбрали куратором. Потому что, когда девушке прилетело ударом локтём в нос, Тони инстинктивно дёрнулся ей на выручку, но тут же остановился, вспомнив, что она должна справиться сама. И у него внутри возмущённо встрепенулись два Тони Старка, один рвался на помощь, другой монотонно ворчал, что это чёртов экзамен. — Ноги! Ванда заблокировала лодыжки злоумышленника и резко вскочила, пиная его промеж ног, тот согнулся от боли, и она, вырвав оружие у него из рук, с особой злостью ударила его прикладом по спине. — Спасибо, — хмыкнула она, всучивая в руки Старка автомат, но не позволяя ему стереть кровь со своего лица. Тони не был верующим, но сейчас он молился, чтобы Ванда не облажалась, чтобы всё прошло так, как надо, и Росс был ею доволен. Но разве будет интересна книга, если все персонажи живут в ней обычной скучной жизнью? — Эй, а ну-ка, детка, полегче. Ванда испытала дикое желание попятиться назад, прямо перед ней стоял мужчина, и дуло пистолета улыбалось ей в лоб. Тони вскинул руку, и реактор на груди замерцал зловещим холодным светом. — Я нажму маленькую кнопку, — преступник помахал левой рукой, в которой сжимал какой-то прибор, страшно напоминающий пульт от телевизора, — и всё взлетит к чертям. Ванда, прекрасно знавшая, что сильнее любого из мужчин, всё же не смогла унять бешено бьющееся в испуге сердце. Она в панике взглянула на Старка, ожидая, что он что-нибудь да сделает, но Тони молчал и не шевелился. И она решилась: выбила из рук мужчины пульт управления, но тут же получила болезненный удар по зубам и упала, стукнувшись головой о столики. Раздался выстрел, и Ванда в ужасе вскинула руки, опутывая алыми путами бандита и вышвыривая его в окно на полном ходу. Тони с опозданием вскинул руку, и вспышка на несколько секунд ослепила девушку. Раздался звон битого стекла, странный шмяк и поезд внезапно накренился, и Старк, не удержавшись, налетел на Ванду, больно ударив металлическим плечом в бок. Она застонала, хватаясь за ушибленные части тела, и почувствовала, как Тони касается её бедра, проверяя в порядке ли она. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — ругнулся он, вскакивая и кидаясь вперёд. — Что? — простонала девушка — Я ранил машиниста. Ванда нахмурилась и непонимающе взглянула на Тони. — В смысле? — Поезд остался без машиниста. — Куда ты?! Старк вылетел в разбитое окно, и Ванда привстала на коленях, пытаясь разглядеть, что он делает. Она услышала страшный металлический скрежет и, содрогаясь, закрыла уши руками. Тони собой пытался остановить поезд, отчаянно цепляясь ногами за рельсы, но лишь ярко-жёлтые искры летели из-под колёс. Ванда в ужасе наблюдала за тем, как вроде бы спящие под газом пассажиры вскочили со своих мест, и нахмурилась. -Не получается, — захрипел Старк, изо всех сил пытаясь остановить движущегося вперёд железного монстра, но левая нога, зацепившись за шпалу, предательски подкосилась и Тони охнул, делая шаг назад. Ванда услышала лишь страшный скрежет, будто поезд наскочил на нечто крупное и металлическое, Ванду вместе с остальными пассажирами мотнуло в сторону. Под колёсами разлетелся сноп искр, девушка в ужасе заметила, как мимо разбитого вдребезги окна пронеслись искорёженные части брони Старка, и вскрикнула, понимая, что Тони попал под поезд. Последний между тем накренился ещё сильнее, на большой скорости не вписываясь в поворот, и въехал на мост, угрожающе качаясь. Ванда в панике оглянулась и запустила пальцы в волосы, лихорадочно соображая. Испуганные серые лица, в надежде заглядывающие ей в глаза, придали ей сил, и она зажмурилась, заставляя поезд выровняться и затормозить, громко скрежеща. По инерции их кинуло вперёд, и Ванда в очередной раз приложилась головой об стену, зарекаясь на всю жизнь ездить в поездах. — Тони! Она выскочила из вагона, не удержалась и проехалась коленями по камням. — Тони! Ванда, не обращая внимания на налетающих на неё людей и почему-то ей хлопающих, пронеслась по рельсам в надежде увидеть остатки костюма Железного человека, но на глаза ей попалась только рука. Она, крепко прижимая металл к груди, выбежала на мост, чувствуя, как всё внутри холодеет. Мозг будто выключился, и она лишь глупо бегала, спотыкаясь о камни, пытаясь найти хотя бы кровавые ошмётки от тела Старка. Она вдохнула, ощущая, как что-то клокотнуло в горле, и услышала странное бульканье под мостом и всплеск воды. Ванда кинулась к ограде и буквально свесилась с неё. — Тони! — надрываясь закричала она, замечая барахтающегося в воде мужчину и едва сдерживая слёзы. Ванда промчалась к берегу и буквально скатилась вниз по мягкой зелёной траве, всё ещё держа искорёженную металлическую руку. Она кинулась в мерно журчащую реку, зачерпывая воды в сапоги и, чувствуя горячие слёзы на щеках, сделала несколько тяжёлых шагов навстречу Старку. Он пытался снять с головы смявшийся шлем и никак не мог устоять на ногах, металл тянул ко дну. — Тони! Ванда задохнулась, будто лёгкие огнём обожгло, и смахнула с лица слёзы, хватая Старка за плечо и пытаясь вытащить его на берег. Костюм был невероятно тяжёлым, несмотря на то, что потерял половину частей. Воды было по колено, но Ванда барахталась, глотая мерзкую на вкус воду, придавленная Старком. Тони наконец снял с головы злополучный шлем и зашвырнул его куда подальше, осматривая порезанную в нескольких местах руку. Ванда облегчённо вздохнула и всхлипнула, поняв, что Старка могло просто раздавить и перемолоть в кровавое месиво. — Ну-ну, — Тони охнул, протягивая к ней руку, и оба они испуганно дёрнулись, когда рядом раздался свист и аплодисменты. — Молодец, Ванда! Ты сдала! Девушка округлила глаза, непонимающе вертя головой, и её бровь нервно подпрыгнула. — Что происходит? — Экзамен. Ты сдала его. Ванда покачала головой, всё ещё не понимая, о чём речь, и удивлённо обернулась к Старку. — Росс тебе всё расскажет.

***

Тони ожидал Ванду, расхаживая у дверей генерала, не в силах усидеть на месте. Его изнутри распирало от гордости, и он никак не мог сдержать играющей на губах улыбки. Ситуацию не омрачало даже ноющее вывихнутое плечо и россыпь синяков по всему телу. Ему на радостях хотелось устроить вечеринку в честь Ванды, он готов был горы свернуть ради неё. Старку больших трудов стоило убедить Росса в том, что всё шло по плану, а ошибка почти в самом конце операции произошла по его вине. Он рассыпался в объяснениях, красочно описывая произошедшее, а генерал странно смотрел на него и лишь молча трепал свои седые усы. Дверь открылась, и Тони встрепенулся, когда Ванда окинула его безразличным взглядом. Взор зацепились за повязку на плече, и она поджала губы. — Надеюсь тебе очень больно, — прошипела она, сверкая зелёными, как изумруды, глазами. Тони удивлённо отшатнулся, словно она его ударила. Ванда молча пронеслась мимо, и мужчина аж задохнулся от возмущения. — Что я опять сделал не так?! Куда ты идёшь? Убегаешь от меня? Может, чуток притормозишь, я же не могу тебя догнать, — фыркнул он, прихрамывая и морщась от боли. Ванда остановилась, и Тони, доковыляв до неё, дотронулся до её напряжённой спины. — Ты знал! Я однажды поймала тебя на лжи и попросила больше меня не обманывать и ничего не утаивать. Неужели это что-то невыполнимое и невозможное? — она обернулась. — Опять ты за своё. — Ты говоришь так, будто я придираюсь к тебе по пустякам. — Все твои претензии ко мне высосаны из пальца! — Это для тебя они таковы, а для меня имеют большое значение. Ты просто не понимаешь. Я не хочу, чтобы ты вешал мне лапшу на уши. Я просто так на это не куплюсь. Для меня важно, чтобы ты был честен со мной, — Ванда перехватила его за запястье, не позволяя дотронуться до себя. — Ты игнорируешь мои просьбы. Дело не в том, что ты меня заранее не предупредил, хотя изначально обо всём знал. Ты искусно скрывал это от меня и даже затеял свои чёртовы тренировки, надеясь меня подготовить. Ты доволен? У тебя получилось! — слова её кипели ядом, она едва не захлёбывалась. — Постой, — Старк схватил её за локоть и развернул к себе. — Главное, что ты сдала! — Ты поддерживаешь свихнувшегося Росса? — скривилась она. — Ему просто делать было нечего, он то меня отстраняет, то вновь берёт на задания, то ругает без причины, то хвалит. Надоело! Ни одного спокойного дня в этом штабе. И экзамен этот глупый! Это даже не тест, не проверка меня на профпригодность. Просто я выполняла твои приказания, не имея права им воспротивиться. Это проверка на послушание, вот что. — Это всего лишь формальность. Для генерала. Не воспринимай это так серьёзно, — Тони попытался было приобнять Ванду, но она оттолкнула его. — Ты не понимаешь! Она закрыла лицо в ладонях и судорожно втянула воздух. — Вы всё подстроили. Каждое моё действие словно насмешка, потому что всё итак было предопределенно. Никто бы заранее не пострадал. Как тот агент, которого я вышвырнула в окно? — В порядке. Пару переломов, сотрясение, но он жив. — Ненавижу вас. — Ванда… Она отвернулась, уперев руки в бока и вымученно улыбнулась, глядя в потолок, словно пытаясь спрятать слёзы. — Я испугалась. Из-за тебя, — пояснила она в ответ на его недоумённое лицо. — Ну я же живой, — усмехнулся он, наконец касаясь её всё ещё мокрых спутанных волос и заправляя непослушную прядь за ухо. Он притянул её ближе и обнял, целуя в лоб. Ванда прикрыла глаза и устало прижалась к его груди, робко и по-детски наивно кладя руки ему на спину. — Всё хорошо. Ведь всё уже позади, — Старк положил подбородок ей на голову, аккуратно поглаживая её талию. Ванда согласно промычала что-то ему в ответ и обняла ещё крепче. От Тони пахло рекой и медикаментами, волосы у него были чуть влажные, и она боялась пошевелиться и задеть его больную руку. Они так и стояли молча в полутёмном безлюдном коридоре, и девушка слышала, как сердце Старка спокойно бьётся под её ладонью. И внезапно она ощутила дикое желание узнать, о чём он сейчас думает. Вот так вот влезть в его голову и затаиться, наблюдая за тем, как мысли проносятся в его мозгу. Она закусила губу, понимая, что таким образом нарушит один из главных пунктов мирного договора. Но проворные пальчики пробежались по его куртке и скользнули к виску. Тони закрыл глаза и перехватил её руку, сплетая пальцы. Ванда медлила, боясь шевельнуться и выдать себя. Любопытство было огромно, хотя она и знала, что тогда ей влетит от Старка. И все обвинения, что она кидала ему, обернутся против неё же. Она выпутала руку из его пальцев и снова коснулась виска, поднимая на Тони глаза. Его лицо было умиротворённым и спокойным, уголки его губ дёрнулись в полуулыбке. Он ей доверяет. А она в нём сомневается. Ванда сглотнула и провела большим пальцем по его чёрной, как смоль, брови и искры посыпались на ворот его рубашки. Он едва ли это успел заметить, но девушку будто током ударило, внутри всё сжалось от увиденного, услышанного. Она задохнулась от чувств, что его переполняли с ног до головы, и имя этому чувству — любовь. Она была сладкой, как патока, но при этом от неё не сводило зубы, как от горсти сахарных конфет. Она была тёплой, словно наброшенный на батарею плед, и ею хотелось обмотаться. Она была нежной, как сотня перьев, щекотавших лицо, и светлой, будто миллион белых облаков на ясном небе. Тони любил её так сильно и неистово, что в жилах стыла кровь и тут же закипала. Он любил её всем сердцем, всем своим нутром, и от этих эмоций у Ванды закружилась голова. Старк любил её так, что готов был поступиться собственными принципами, сломать себя ради неё, удушить каждого, кто посмеет её тронуть. Клокотавшие в нём чувства ошпарили неожидавшую этого девушку кипятком, и она дёрнулась, отшатываясь и налетая спиной на стену. Старк заморгал, не понимая, что послужило причиной такой странной реакции. Ванда тяжело дышала, будто только что пробежала несколько километров. Всё встало на свои места: теперь его поступки становились кристально ясными и не стоило ломать голову, пытаясь их объяснить. Она помотала головой, безумно надеясь на то, что ей показалось, но глаза Тони говорили об обратном. — Что случилось? Ванда сглотнула, пытаясь отойти от шока, но ей никак не удавалось справиться с только что обрушившейся на неё информацией. — Я… эм… я… мне надо… встретиться с Наташей, — не дожидаясь ответа, она резвым быстрым шагом направилась к лестнице, и как только исчезла из поля его зрения, на всех парах кинулась в уборную, надеясь, что Старк за ней не последует. — Господи, — в ужасе прошептала она, глядя в зеркало. — Только этого мне не хватало.