with one direction of

Я заботился об одном человеке, а он предал меня.       После того, что случилось в столовой, я решил, что хватит с меня на сегодня школы, и отправился домой. Выходя из школы, я увидел много людей, которые сидели на траве, общались, слушали музыку, целовались, делали всё, что им угодно.       До дома я дошел довольно быстро. И оторвался от своих мыслей только когда подходил к двери. Заходя внутрь и снимая потрепанные кеды, я услышал, что на кухне кто-то есть. Пройдя дальше, я увидел маму. Она быстро передвигалась по помещению и что-то готовила. Это было странно, потому что она уже давно ничего не готовила. - Мам? Она дернулась, подпрыгнув на месте, и повернулась ко мне: - Ох, Найл, ты уже дома? - Да, как видишь. Что ты делаешь? - недоумевал я. - Я просто решила приготовить своему любимому сыну торт на его День рождения, здесь не происходит ничего удивительного,- она улыбнулась как-то притворно и продолжила что-то делать. - Странно то, что ты делаешь это сейчас. Мой День рождения был месяц назад. - Что? Не может быть! Я точно помню, что он 14 октября!- в ее глазах читалось непонимание и некое возмущение. - А вот так. Мой день рождения 13 сентября. Могла хотя бы заглянуть в мое свидетельство о рождении. И почему именно в этот год? Ты уже лет пять не поздравляла меня ни с каким праздником! С чего такое великодушие? Она молчала и не знала, куда деть свои руки и куда смотреть. Честно, если бы я не знал эту женщину, то мне было бы ее жаль. Но я ее знаю. И мне ни сколько ее не жалко. - Ей просто стыдно, не обращай внимания,- на кухню заходит отец, шаркая ногами о потертый паркет. - Что? Стыдно? Ей? Серьезно? - я просто стоял и недоумевал, что происходит в этом доме. Что изменилось этим утром? Что ударило в голову этой женщине, что ей стало стыдно? - Найл, понимаешь, мы все совершаем ошибки. На этот раз ошиблась я. И я хочу вернуть все обратно, чтобы мы стали вновь нормальной семьей, как и раньше... Не дав ей договорить, я кричу, почти срывая голос, все в комнате дернулись от моего тона. - Да не будет уже как раньше! Как же ты не понимаешь? Что ты сделала, чтобы вернуть эти пять лет? Что? Приготовила мне торт через месяц после моего Дня рождения? Действительно? Идеальная мать!- последние слова я выплевываю ей в лицо и выбегаю из кухни, быстро поднимаясь к себе в комнату. Заходя в комнату, я закрываю ее на замок, чтобы никакие лишние люди в нее не зашли. Да. Лишние люди - это мои родители. Лишние, потому что они не играют совершенно никакой роли в моей жизни. Они только тратят мои нервы. Бросив портфель к столу, я решаю, что домашнее задание мне совершенно не обязательно делать, падаю на кровать и, мечтая забыть все, надеваю наушники и загружаю свой плей-лист. Зачем тратить нервы на кого-то, кто даже не удосужится узнать, в порядке ли ты за все эти пять лет? Идеально. ххх.       Наутро все в школе вели себя куда более оживленно, чем обычно. Чтобы вы знали, утром все ходят, как зомби, которые еще даже не проснулись, а уже вынуждены быть тут и сидеть на уроках. Ко мне подбежала девушка, в ее руках была куча листовок, и она протянула одну мне и что-то быстро проговорила, чего я не услышал из-за шума вокруг. Я попросил ее повторить, и она сказала: - Сегодня пятница! Это значит, что я устраиваю вечеринку! Ты можешь прийти и позвать своих друзей, адрес и время на листовке! Жду! Она убежала так же быстро, как и появилась. Я даже не успел ничего сказать. Начинаю рассматривать листовку. Очень яркое оформление и надпись: "Сегодня в 19:00 жду тебя у себя дома по адресу ***! Зови друзей! P.S. Дженна". Нет! Однозначно! Что мне там делать? Тем более, что сегодня пятница, и мне должен позвонить Лиам. Однозначно и бесповоротно нет. Подходя к своему шкафчику, я закидываю приглашение на верхнюю полку, предварительно смяв его. Может, когда-нибудь пригодится, чтобы быстро записать что-то. Может быть. Достаю учебник по алгебре и направляюсь в туалет. Коридор уже почти пуст, а это значит, что через пару минут будет звонок. Ну, или не через пару минут. А прямо сейчас. Не волнуясь по поводу опозданий, я захожу в туалет. Направляясь к зеркалу, я понимаю, что в туалете я не один. В кабинке точно кто-то был, даже не один, судя по ногам и тени. Из-за двери раздавались чмокающие звуки и шуршание одежды. Я решил, что хватит мне психологических травм и пошел на урок.        Когда я зашел в класс, то на меня никто не обратил внимания, конечно же, кроме учительницы. Она посмотрела на меня сочувствующим взглядом, будто знала что-то ужасное, связанное со мной, но я об этом не знал. Проходя в класс, я заметил, что одно место за партой, на которой я обычно сижу один, было занято парнем. Я узнал в этом парне того, что был в столовой. Ужас. И мне теперь придется с ним сидеть весь урок? Смирившись со своей участью, я сел за последнюю парту и приготовился к уроку. Увидев на доске задание, я понял, что его все выполняют сами, поэтому достал наушники, чтобы оградиться от внешней среды, и начал решать. Каждые пять минут я чувствовал на себе взгляд того парня. Зейн, если не ошибаюсь. Но какая разница? Мне надоело это, я снял один наушник и повернулся к нему. Он поднял голову в ответ. - Ну что? - Что? - я увидел его растерянность, он не ожидал, что я заговорю с ним. - Чего ты смотришь на меня? - Я просто хотел спросить... - Что? - не дав ему договорить, я его прервал. - Ты идешь на вечеринку к Дженне? - его вопрос звучал неуверенно. - Нет. - Почему, если не секрет? - Секрет. Не разговаривай со мной,- я надел оба наушника, но заново сосредоточиться на работе я не мог. Мне было жаль, что я так резко реагировал на вопросы парня. Он кажется неплохим. Но фишка в чем: Если ты холоден, ты ранишь людей. Если ты чувствительный, люди ранят тебя. ххх.        Как я уже говорил, сегодня должен позвонить Лиам. Мы договорились созваниваться каждую пятницу, чтобы делиться новостями за неделю. Уже почти десять часов вечера, и это странно, что Лиам до сих пор не позвонил. Обычно он звонит раньше. Ну, мало ли, он занят. Решаю занять себя чем-нибудь и, включив музыку, хожу по комнате и думаю. Если бы я пошел на вечеринку? Что бы произошло? Скорее всего вокруг меня было бы много пьяных и неадекватных подростков, которые терлись бы друг о друга. Нет, спасибо. Не нужно мне такого счастья. Я начал думать о своих родителях. Они же развелись два года назад, но почему до сих пор не сказали об этом мне? Я нашел их свидетельство о разводе, когда пытался найти деньги у своей матери. Спросите, почему я так сделал? Да потому что уже неделю отец не появлялся дома, мать приходила только на пару часов утром и снова уходила на "работу", а мне нужно было жить. Я знал, что мама откладывала деньги, хотя бы понемногу. Тогда я нашел почти три доллара. Видимо, отец нашел деньги раньше меня, и, чтобы не создавать подозрений на себя, взял не всю сумму. Очень умно. У меня губы моей матери и глаза моего отца. На моем лице они все еще вместе. Я заметил это еще очень давно. Но сейчас это стало заметнее. Я стал чаще обращать на это внимание. Смотрю на часы и вижу, что уже почти двенадцать. Похоже, что и Лиам забыл меня. Он особенный человек для меня. Он единственный, ради кого я могу не спать, единственный, с кем мне не надоест разговаривать, и единственный, кто постоянно у меня на уме в течение всего дня. Он единственный, кто может заставить меня улыбаться, даже не пытаясь сделать этого, ненамеренно испортить мне настроение и влиять на мои эмоции своими действиями. Я не могу объяснить словами, насколько много он для меня значит, но он единственный человек, которого я боюсь потерять и которого я хочу удержать в своей жизни. Мне сейчас так больно от мысли, что он смог вот так просто забыть меня, но эта боль не хочет больше оставаться в моем теле - и я просто плачу. Нет, я не плачу, как маленькие дети, взахлеб. Мои слезы беззвучно катятся по щекам, и я ложусь в кровать. Слишком больно. Слишком сложно. Перед отъездом Лиам говорил, что он любит меня. Но если тебя кто-то любит, это не значит, что он не причинит боль. Я ненавижу все это. Зачем давать все эти обещания, а потом просто забыть? Зачем? Я ненавижу этот маленький городок, наполненный недалёкими людишками, которые душат меня своими пустыми обещаниями и злобно обсуждают то, как я выгляжу и как себя веду. Как они могут осуждать мои чувства, которые даже никогда не испытывали? Смотрю на часы, которые стоят на тумбе около кровати. 0:12. Поздно что-то менять. Он обещал, но он опоздал. Поднимаюсь с кровати и иду в ванную комнату. Все просто. Нужно почувствовать физическую боль, чтобы заглушить душевную. Закрываю дверь на защелку и достаю лезвия из шкафчика над раковиной. Включаю воду, чтобы никто не ломился в ванную, думая, что заклинило дверь. Сажусь на пол, упираясь спиной о стену и смотрю на лезвие в руках. Я раньше никогда не делал этого. Но очень хотел. И очень хочу. Прижимаю остриё лезвия к запястью и провожу линию. Короткую, не очень глубокую. Я пока не готов умереть. Я стал наблюдать за своим порезом. Когда режешь, кожа вокруг раны надувается. Становится красной, как вино. Проявляются капельки крови и сливаются в малиновую пунктирную линию. Рана начинает покалывать и боль похожа на ту, что остаётся после ожогов, но это еще хорошо, дальше - хуже. Тело испытывает боль, но мысли просят ещё. Один превращается в два, а два в четыре. В этот момент ты просто хочешь резать себя все больше и больше. И ты не можешь остановить себя из-за теплоты, пронизывающей все твое тело. Все остальные счастливы, так почему же ты не можешь быть тоже? Если твой лучший друг счастлив без тебя, то почему ты не можешь быть счастливым без него? Капли крови капают и текут по коже. И на лице появляется исходящая изнутри улыбка, когда я режу себя. Приходя в себя, я поднимаюсь с пола и, найдя бинты, обматываю запястье. Это было не так уж и страшно.