Воспитание нежности

— Джаред, вставай, Джа-а-аред… — нудно тянул на одной ноте голос, вытаскивая из забытья, — Джаред, мне пора ехать… уже третий час… ты обещал… С трудом приоткрыв глаза, Джаред Падалеки увидел своего бойфренда Брайана, пытающегося растолкать бесчувственное тело. Рассерженный парень тряс и дергал бедного Джареда, вызывая в раскалывающейся голове небольшие атомные взрывы.  — Брайан, детка, только, если получу свой утренний минет, — еле выговорил Падалеки, облизывая пересохшие губы.  — Ты не получишь никаких минетов, извращенец, я тебя никогда не прощу! Джаред поморщился. Что еще? В чем он опять виноват? Ах, да, кажется, вспомнил. Вчера он, приняв слишком большое количество виски, раскрутил Брайана на славный тройничок с участием смазливого парня, которого подцепил вчера в баре. Как же его звали? Джек? Джон? Джим? Как-то так… Падалеки помнил только, что Брайан сначала сопротивлялся, но потом с наслаждением заглатывал нехилый член парня, получая при этом мощную долбежку от Джареда в похотливый зад, радостно мыча и подмахивая при этом, как развратная шлюха. Так что же ему не понравилось? Наверное, то, что потом Падалеки и Джекджонджим занялись исключительно друг другом, забыв о жаждущем третьем партнере. — Ну, детка… тебе же было хорошо…  — Хорошо?! — взвизгнул Брайан, ткнув в расслабленный бок Джареда острым кулачком. — Особенно, когда ты пускал слюни, не сводя глаз с симпатичной мордашки первого попавшегося хастлера. Вставай! Ты обещал отвезти меня в аэропорт!  О, нет! В аэропорт в таком состоянии он вряд ли доедет. Если бы еще не косячок, выкуренный уже утром после ухода этого Джонаджека … Ох, косячок точно был лишним…  — Котик, вызови такси… — простонал в подушку Джаред.  — Твой парень уезжает на неделю, а тебе все равно! — гневно восклицал, размахивая руками, Брайан. — Поднимайся, проводи меня! Падалеки понял, что, если не отвезет этого говнюка в аэропорт, тот будет изводить своим нытьем еще долго. С трудом встал, жадно выпил поданную воду вместе с таблеткой и обреченно поплелся в ванную. Ну и видок! Опухшее лицо, красные глаза, дрожащие руки. Последняя надежда на прохладный душ.

***

 — Поехали! — раздраженный Джаред нацепил темные очки на пол-лица и, не обращая внимания на суетящегося вокруг Брайана, вышел на улицу. В аэропорту Падалеки отстраненно выслушал болтовню бойфренда, как он будет скучать, сколько раз в день звонить, каким паинькой нужно быть Джареду, пока его котик отсутствует, выдержал страстный поцелуй, сам сухо клюнул в щеку и с облегчением распрощался. С Брайаном Падалеки встречался уже около пяти месяцев, пресекая настойчивые попытки начать совместную жизнь. Для Джареда это, конечно, был большой срок, этот симпатичный парень ему, несомненно, нравился, но совместное проживание… К этому Джаред был не готов. Он звонил Брайану, когда было нужно тупо потрахаться, без приключений. Тот мастерски делал минет, а его задница без предварительной подготовки могла принять немаленький джаредовский член в любое время дня и ночи. Правда, когда Падалеки задумывался, сколько членов в ней побывало раньше, вопрос о совместной жизни отпадал сам собой. Брайан, безусловно, рассчитывал на что-то большее, терпел все выходки и сексуальные фантазии своего любовника, наводил порядок в квартире Джареда и ревновал, когда неугомонный Падалеки трахал других парней, снимая их в ночных клубах и на улице.

***

Дворники сметали дождевые капли со стекла, брызги летели в открытое окно. Темные очки надо бы снять, на улице вовсю поливает теплый летний дождь, но в зеркале Падалеки по-прежнему видит опухшее лицо со следами вчерашних возлияний. Джаред чудом успел ударить по тормозам — перед капотом, как будто ниоткуда, возникла тонкая темная фигурка. Машину развернуло на девяносто градусов, послышался глухой удар. Сердце ухнуло куда-то вниз. Черт! Черт! Черт! Что же он натворил! Джаред не находил в себе сил оторвать руки от руля и выйти. Снаружи раздался детский плач. Ребенок! Падалеки вышел, наконец, из ступора и выскочил из машины. Маленький мальчик в смешном дождевике сидел на корточках возле лежащего на асфальте парня и плакал навзрыд. Джаред упал на колени и приложил ухо к груди лежащего человека. Жив! Сердце колотится в рваном ритме. Слава Богу! Крови нет. Уже хорошо! Внезапно парень открыл глаза.  — Томми… где Томми… — Эй, парень, ты как? Что болит? — Джареда трясло крупной дрожью. — Томми в порядке. Ты Томми? — Падалеки протянул руку к мальчику. Тот заревел еще громче, отстраняясь.  — В больницу, я отвезу тебя в больницу, — Падалеки задвинул подальше трусливые мысли о том, что полиция заинтересуется, в каком состоянии сел за руль водитель, и попытался поднять парня. — Нет, нельзя в больницу, — горячо запротестовал парень, — все в порядке, отвези нас лучше подальше отсюда, пожалуйста! Томми, малыш, не бойся, все хорошо, — повернул голову к ребенку и улыбнулся.  Ах, черт! Что это была за улыбка! Джаред, невзирая на обстоятельства, залюбовался. Какой красивый этот парень!  — Тебя должен осмотреть врач, вдруг что-то серьезное, — Падалеки сам не ожидал от себя такого беспокойства. — Нет, помоги мне встать, — морщась, цеплялся за Джареда парень. — Отвези нас на вокзал.  — Хорошо, отвезу, если скажешь, почему нельзя в больницу. Падалеки усадил парня на заднее сидение. Тот стонал, по щекам текли слезы. Томми юркнул следом, прижался всем маленьким тельцем к парню и испуганно затих. — Нет, так дело не пойдет. Если не хочешь в больницу — я отвезу вас к себе домой, осмотрю, потом решим, что делать.  — Спасибо, — парень обнял мальчика, привалился к дверце и закрыл глаза. Джаред знал, что пожалеет о своем решении. Черт! Зачем ему все это! Нужно было отвезти в больницу, пусть сам оказался бы в полиции, отец вытащил бы потом. В свой дом не повезет, там полно прислуги. Не нужно лишних вопросов. Придется везти в квартиру. Там, конечно, сейчас полный бардак после бурной ночи. Пустые бутылки, измазанная постель, наверное, использованные презервативы валяются. Место не для двух перепуганных детей. Ладно, разберется.

***

Падалеки никогда не приводил никого домой, кроме Итана, конечно. Отец подарил ему большой уютный дом на двадцатилетие, в надежде, что Джаред вскоре обзаведется семьей, хотя и знал о пристрастиях сына. Правда, Падалеки-старший имел прогрессивные взгляды и считал, что семья может состоять и из двух мужчин, главное, чтобы царили любовь и согласие. Для встреч со случайными любовниками у Джареда была просторная квартира в престижном таунхаусе, которую он купил себе сам. Итан… Незаживающая рана… Блестящий выпускник Йельского университета Джаред Падалеки встретил свою неземную любовь вскоре после начала работы в корпорации отца, на деловых переговорах. Итан представлял сотрудничающее с корпорацией рекламное агентство. Падалеки влюбился с первого взгляда. Высокий, стройный брюнет с синими яркими глазами, чувственным ртом и чарующим голосом. Целовались уже на первом свидании, наплевав на любопытную публику. Опытный Итан, будучи старше юного любовника на целых десять лет, крутил им по своему усмотрению. Влюбленный Джаред, зарабатывая хорошие деньги у отца, да и вообще, являясь наследником капитала семьи Падалеки, не отказывал предмету своей страсти ни в чем. Спортивная машина, отдых на лучших курортах, дорогая одежда, украшения — все, что тот ни просил. Прозрение наступило, когда Джаред обнаружил, что таких влюбленных придурков, как он, у Итана еще несколько. Взбешенный парень устроил сцену ревности. Итан рассмеялся в лицо, сказал, что не видит разницы между членами в своей прекрасной заднице, забрал подарки и ушел, наговорив напоследок разных гадостей, чем окончательно разбил сердце романтичному влюбленному идиоту. Сначала Джаред пил, много и беспробудно. Потом трахал все, что видел. Потом совмещал и то, и другое. Старший Падалеки пытался достучаться до сына, уговаривал, увещевал, просил вернуться на работу и помогать отцу в управлении корпорацией, потом угрожал, что лишит наследства и откажется от позорящего семью отпрыска, но все было напрасно. Джаред продолжал разгульную жизнь, превратившись к своим двадцати шести годам в бездушную сволочь. Мама только тихо плакала.

***

— Эй, ребята, мы приехали, — Джаред обернулся к своим задремавшим пассажирам. — Как тебя зовут, парень?  — Дженсен, Дженсен Эклз.  — А я — Джаред. Что у тебя болит, Дженсен?  — Голова, очень сильно, нога тоже… И еще тошнит.  — Сотрясение есть, это точно. Давай, выходи потихоньку, я помогу. Джаред обнял парня за талию и помог дойти до квартиры. Притихший Томми не отпускал руку Дженсена. Дома, разместив гостей на диване, Джаред метнулся убрать следы разгула, спешно скидывая все в большой мусорный пакет. Почему-то было очень стыдно. За ним внимательно наблюдали две пары испуганных зеленых глаз. Как же похожи эти двое! У обоих зеленющие глаза на пол-лица и золотистые брызги веснушек. Одному на вид лет семнадцать-восемнадцать, другому года два-три. Братья?  — Отвези нас на вокзал, мы не хотим мешать.  — Не отвезу, пока не осмотрю. Никто мне не мешает. Беспорядок сейчас уберу. Падалеки включил мелкому мультфильмы в одной из комнат, а сам осторожно принялся раздевать Дженсена. Тот не сопротивлялся, помогал, запротестовал только, когда Джаред попытался стянуть и трусы.  — Слушай, я не насиловать тебя собираюсь, а осмотреть. Представь, что ты у доктора. Покрасневший мальчишка упрямо замотал головой.  Ну ладно, так посмотрим. Несмотря на необычность ситуации и искреннее беспокойство за парня, пострадавшего по его вине, Падалеки не мог не отметить, какой образчик юной красоты лежит перед ним. Высокий, с отличной пропорциональной фигурой, с тонкой талией и широкими плечами, мускулистыми узкими бедрами. И — как вишенка на торте— солнечные веснушки по телу. Красивый рот с пухлыми губами, длинные ресницы, точеные скулы. Не парень — мечта! Джаред осторожно ощупал ноги. Переломов нет, ушиб. Это не страшно, отлежится.  — Томми голоден. У тебя что-нибудь съедобное есть?  — Сейчас пиццу закажу, — конечно, у Джареда в квартире, кроме запаса спиртного ничего не было.  — С ума сошел? Ребенку нормальная еда нужна.  — Все дети любят пиццу, — начинал раздражаться Падалеки, понимая, наконец, какую обузу на себя повесил.  — Томми нужна каша, — упрямо сдвинул брови красавчик. Черт с тобой, придется идти в магазин.  — Ладно, лежи отдыхай, я быстро. Падалеки заглянул в комнату к пацаненку, увлеченно уставившемуся в экран. Внезапно телефон в кармане завибрировал. Брайан! Совсем не вовремя. Джаред отключился и торопливо направился в ближайший супермаркет. — Мам, привет, — впервые за несколько дней Падалеки набрал номер матери. — Чем детей кормят, маленьких, года два или больше немного?  — Джаред, сынок, я так рада тебя слышать! О каких детях ты говоришь? — запричитала в трубку Шерон.  — Просто ответь на вопрос, — Падалеки был раздражен и не намерен выслушивать болтовню.  — Молоко, творог, мясо, фрукты, каши — перечисляла мать. — Что случилось? Тебе нужна помощь? — Нет, мам, спасибо. Когда Джаред с двумя огромными пакетами зашел домой, сразу услышал плач Томми. Мальчишка стоял посреди гостиной и размазывал кулачком по лицу слезы. Из ванной доносились характерные звуки — Дженсена рвало. Падалеки кинулся к нему, стал поглаживать вздрагивающие плечи склонившегося над унитазом парня. Черт! Сотрясение налицо, и все по его вине.  — Уйди! — поднял тот затуманенный взгляд, рукой вытирая измазанный рот.  — И не подумаю! — Джаред намочил полотенце и подал парню. Падалеки не испытывал ни отвращения, ни брезгливости. Совсем не так, как было на прошлой неделе с Брайаном, когда тот пережрал кокаина и висел безвольной плетью на унитазе полночи. Тогда Джареда мутило от вида и запаха, он сразу ушел спать, бросив бедолагу самого справляться с проблемой, потом несколько дней не то, что целовать себя не позволял, даже до минета не допускал, противно было. А сейчас прижимает к себе измученного парня в надежде утихомирить боль. Придерживая Дженсена за плечи, довел до кровати и уложил, накрыв тонким покрывалом.  — Сейчас я сварю чертову кашу, и ты мне расскажешь, наконец, кто вы такие и от кого убегаете. Парень еле заметно кивнул, улыбнулся, обласкав лучистым взглядом Томми, и закутался поплотнее в покрывало, его лихорадило. Если бы на Джареда смотрели с такой нежностью и любовью, какие достаются этому мелкому, он бы горы свернул...  — Томми, пойдем со мной кашу варить, я тебе кое-что вкусное дам. Мальчик вопросительно посмотрел на Дженсена и доверчиво вложил ручонку в лапищу Падалеки. У Джареда был какой-никакой опыт общения с малолетними племянниками, детьми Мэган, нужно только вспомнить. — Мам, как кашу варить? — озадачил мать очередным звонком Падалеки.  — Сынок, что у тебя происходит, — начала волноваться Шерон. — Ты дома? Хочешь, я приеду? Джаред постарался успокоить женщину, внимательно выслушал инструкции и, чертыхаясь, сварил вполне приличную кашу. Накормил мелкого, положил немного в тарелку и понес Дженсену.  — Поешь немного, даже вкусно получилось, Томми твой уминал за обе щеки.  — Не хочу, попозже. Спасибо, что занимаешься Томми. — Парень уже выглядел получше, на щеках проступил слабый румянец.  — Мне кажется, что я заслуживаю немного информации, — Джаред решительно уселся на край кровати.

***

Выяснилось, что Томми — племянник Дженсена, сын его старшего брата Джоша Эклза. Братья давно остались без родителей, и Дженсен жил в семье Джоша, вместе с его женой и сыном. В этом году с отличием окончил школу, собирается стать врачом, его уже пригласили на учебу в один из университетов. Старший брат влез в сомнительное дело, отчаянно мечтая заработать больше денег для своей семьи, и оказался в центре криминальных разборок. Когда Дженсен с Томми были в доме одни, на дом напали. Им чудом удалось выскользнуть через черный ход, Дженсен только успел прихватить кое-какие вещи малыша. С вокзала позвонил Джошу, тот приказал им бежать, как можно дальше, больше не звонить, когда сможет — позвонит сам. Денег было — кот наплакал, доехали до соседнего города. Вот и вся история. Чем больше Джаред слушал, тем отчетливее понимал, что взял на себя ответственность, которая ему совсем не нужна. Привычный уклад жизни был нарушен, и он совсем этому не рад. Напиться и трахнуть симпатичную задницу — все, что ему нужно. А тут больной парень, да еще младенец в придачу. Что со всем этим делать?  — Ладно, Дженсен Эклз, выздоравливай, жди звонка от брата. Поешь что-нибудь.  — Со мной все в порядке, спасибо, Джаред. Томми только скучает, он привык быть всегда со своей мамой, — Дженсен встал с кровати, завернувшись в покрывало. Мальчишка в подтверждение слов захныкал, наверное, услышал слово «мама». Дженсен сразу начал ворковать, обнимать, тискать мелкого, даря сопляку полные любви взгляды. Джаред с ревностью посмотрел на Томми. Избавиться бы от него, может, и получил бы свою компенсацию за причиненные неудобства от этого красавчика. В паху запылал пожар. Чертов Брайан! Угораздило его уехать именно в такой момент! Поехал бы сейчас к нему, получил качественный секс и не думал бы о пухлых губах и зеленых глазах.  — Дженсен, мне нужно уехать, — охрипшим от желания голосом выдавил Падалеки, — квартира в вашем распоряжении, на кухне полно еды. Я вернусь поздно, открою своим ключом. А ты закрой за мной дверь, мало ли что.  — Спасибо большое, Джаред, за все спасибо, — голос парня звучал так искренне, Падалеки даже совестно немного стало, знал бы он, какие мысли бродят в затуманенной со вчерашнего дня голове, может, и не благодарил бы. — Все, салют! — Джаред поспешно покинул квартиру, иначе, стояком скоро можно будет гвозди заколачивать. Теперь путь лежит в любимый бар, к сердцу, ну, или заднице какого-нибудь смазливого парнишки.