Воспитание нежности

Хватит приключений на сегодня! Нужно взять такси и не садиться больше за руль. Тем более, Джаред собирается хорошенько выпить! Брайан в очередной раз позвонил, когда такси уже подъезжало к клубу. — Что?! — нелюбезно гаркнул в трубку Падалеки. — Тебя, как всегда, черт знает, где носит, когда ты мне нужен!  — Неужели я дождался этих слов! Я тебе нужен! — саркастично отозвался бойфренд, конечно, он не поверил в искренность слов Джареда.  — Нужна твоя дырка, придется найти другую! — Падалеки знал, что грубой фразой больно ранит парня, но остановиться не мог.  — Джаред, зачем ты так! Мог бы притвориться, что скучаешь!  — Во-первых, ты бы не поверил, во-вторых, ты знаешь, я не умею быть милым. Так что…  — Ты сейчас едешь в бар?  — Еду…  — Ты — сволочь, Падалеки, — голос в трубке звучал почти плаксиво. — Я тут один, скучаю… Джаред скривился, как от зубной боли. Все, надо заканчивать с этой историей, парень начинает вести себя, как ревнивая женушка.  — Мне придется тебя послать, не нарывайся, — Джаред отключился. Слабый отголосок чего-то похожего на жалость мелькнул, было, да тут же и канул. Зная Брайана, Падалеки мог утверждать почти со стопроцентной уверенностью, что тот прервет свою поездку, и прилетит вытаскивать неверного любовника из похотливых лап жаждущих джаредовского тела сучек. Ну-ну, это мы уже проходили… Любимый бар привычно оглушил резкими звуками клубной музыки, ослепил цветными огнями, заворожил запахом разгоряченных тел и похоти. Пожалуй, для Джареда — это лучшее место на земле, здесь он всегда найдет то, что ему нужно, и забудет все, что тревожит душу, так было все последние годы. Падалеки с порога обвел цепким взглядом зал. В основном, завсегдатаи, их он трахал уже не по одному разу. Сегодня он хочет новенького, невинного хотя бы с виду. К Джареду направилось сразу несколько человек, знакомых и незнакомых, но он остановил всех буквально одним взглядом. Не в том настроении. Послушно отступили все до единого. Увидел вопрос в глазах местного дилера, отрицательно покачал головой, не за этим он пришел сегодня, не до травки. У барной стойки, кажется, кто-то незнакомый. Молоденький, тонкий, светленький. Сердце почему-то кольнуло. Парень обернулся. Нет, совсем не похож. Да и не мог быть похож, это просто блажь.  — Как тебя зовут? — Мик, — расплылся в улыбке мальчишка, становясь еще моложе и немного симпатичней.  — Что ты выпьешь, Мик?  — Мартини!  — Один мартини и бутылку текилы, — жест в сторону бармена. Парень явно растаял от внимания самого клевого парня, он и надеяться не мог на такой подарок.  — А я видел тебя вчера, и раньше тоже видел, ты мне ужасно понравился, но к тебе было не подкатить, вокруг тебя всегда куча народа. Ты самый классный парень из всех, кого я знаю, ты так танцуешь, ты такой сильный, такой красивый… Джареду не хотелось все это выслушивать, ему нужно было только утихомирить свой ноющий член. Опрокинув очередную рюмку текилы, понял, что степень опьянения позволяет представить зеленые глаза и солнечные веснушки там, где их никогда не было.  — Пойдем! — он резко оборвал возбужденно тараторящего парня и потащил в кабинку за ширму. Бар был определенного направления, и администрация решила установить специальные кабинки, чтобы туалетные комнаты не были вечно заняты. Раскрасневшийся от предвкушения парень был готов на все.  — Чего ты хочешь, красавчик?  — Повернись и помолчи, ладно? — почти ласково попросил Джаред и толкнул парня к стене, разворачивая. Падалеки не хотел причинять боль этому мальчику, поэтому, прежде чем вставить свой изнывающий член, пальцами слегка растянул узкое отверстие. Парень был смазан, видимо, рассчитывал-таки на свою порцию ебли. О`кей, это все упрощает. Джаред раскатал по своему члену презерватив и довольно резко стал вбиваться в послушное тело парня. Глядя на тонкую шейку и острые лопатки, можно было легко представить, что на вжавшемся в скрещенные руки лице огромные зеленые глаза и красивые пухлые губы. Только не оборачивайся, парень! От мальчишки несло сладким одеколоном и дешевым табаком. Этот запах мешал кончить. От Дженсена пахло не так! Джаред разозлился, что не может вспомнить запах Дженсена, и его толчки стали совсем резкими, наверное, болезненными. Парень уже вовсю поливал своей спермой стену, не сдерживая громкие стоны, а Джаред не мог справиться со злостью и раздражением, продолжая терзать податливое тело. Черт! Падалеки получил, наконец, долгожданный оргазм только когда закрыл глаза и представил, что сладко целует Дженсена. Надо же! Разрядка была какой-то болезненной, неправильной, не такой, как всегда. От этого было неловко. Сама ситуация тоже напрягала. Обычно Падалеки не заботился о комфорте партнера, брал свое и только. Сейчас почему-то помог Мику одеться, поправил ему волосы и, стараясь не обращать внимания на сияющий взгляд парня, поспешно вышел из-за ширмы. Мальчишка выскочил следом.  — Ты еще придешь? Мы увидимся? — восторженно заглядывал в глаза Мик.  — Вряд ли. Прощай, парень. Джаред допил текилу и вышел из бара. Почему-то там все стало жутко раздражать — и духота, и громкая музыка. С наслаждением вдохнул свежий воздух с запахом дождя и мокрого асфальта. Хотелось быстрей попасть домой. Дженсен плохо себя чувствует, наверное, нуждается в нем, а он, как озабоченный пацан, помчался пристраивать свой жаждущий член. Падалеки по дороге попросил таксиста остановиться возле ночного торгового центра, купил первые попавшиеся игрушки — красную блестящую машину и что-то непонятное большое плюшево-лохматое. Кажется, чтобы понравиться Дженсену, нужно сначала понравиться Томми.

***

Дома было тихо, ну да, поздно, дети спят. Наверное, если бы не выпитая текила, Падалеки бы просто лег тихонько на диван в гостиной и заснул. Но сейчас ему просто необходимо было увидеть Дженсена, убедиться, что все сегодняшнее ему не приснилось. Стараясь не шуметь, он заглянул в комнату, где расположились гости. В свете ночника картина выглядела просто умилительно. На просторной кровати раскинулся Дженсен в старой футболке Джареда, под тонким покрывалом вырисовывается четкий силуэт мускулистых бедер и волнительный холмик между ними. Прекрасное лицо расслаблено, губы слегка приоткрыты. Поцеловать бы сейчас его, такого сонного, уютного… Рядом почти в такой же позе смешно сопит мелкий.  Нет, Падалеки не сентиментален, нет, он давно не помнит, что означает слово «нежность», и нет, он, конечно, не влюблен. Но почему тогда он остановился, как вкопанный, боясь дышать, почему так мерзко вспоминать сегодняшний вечер в клубе и так хочется улечься рядом с этой парочкой и задышать их уютом... Дженсен, наверное, почувствовал взгляд, вздрогнул и открыл глаза. Увидел Джареда, улыбнулся.  — Я сейчас встану.  — Лежи, отдыхай. Прости, что разбудил. Как ты? Что беспокоит? — Джаред присел на корточки возле кровати.  — Ты пьян… — улыбка погасла, в зеленых глазах заплескался испуг.  — Выпил немного. Эй, тебе нечего бояться! Что ты напрягся?  — Я не доверяю людям, которые любят выпить.  — Расслабься, я уйду сейчас. Просто хотел спросить, ты ел что-нибудь? Я беспокоюсь! Взгляд Дженсена немного потеплел.  — Поел, спасибо. Нашел обезболивающее на кухне, взял немного. Ты не против? Черт! Парень же мучается от боли!  — Я говорил, что тебе нужно в больницу! — Джаред начал раздражаться. — Может быть, у тебя серьезная травма!  — Я же сам будущий врач, не нужно беспокоиться. Голова почти совсем не болит, нога только. Не беда, похромаю. А в больницу мне, и правда, нельзя. Скорей всего, нас ищут.  — О`кей, но если завтра не станет лучше, больницы тебе не избежать. Дженс, я какие-то игрушки купил для Томми, — Джаред сменил тему, надеясь снова вызвать улыбку на красивом лице, — сейчас принесу. План удался — Дженсен снова заулыбался, благодарно сжав руку Падалеки. Игрушки ему понравились. Ну, и хорошо. Значит, Джаред все сделал правильно.  — Джаред, не пей больше, — окликнул Дженсен, когда Падалеки уже выходил. Тот, не оглядываясь, кивнул.

***

Черт! Что за крики с утра! Джаред недовольно открыл глаза. По гостиной носился счастливый Томми, прижимая к себе плюшевое чудовище, любовно называя его «ня». Мальчишка прыгнул к Падалеки на диван и стал совать в лицо лохматую игрушку, делясь своим восторгом. В общем, бесцеремонно вторгся в личное пространство. Джаред не знал, как реагировать, то ли рыкнуть, прогнать и спать дальше, то ли сделать вид, что это «ня» ему тоже безумно нравится.  — Томми, чертенок, не мешай Джареду, — Дженсен, прихрамывая, зашел в гостиную и попытался убрать расшалившегося малыша, одаривая того неизменно любящим взглядом.  — Ладно, Дженс, оставь, — благодушно разрешил Джаред, включаясь в игру. — Как твоя голова?  — Уже все хорошо, спасибо за беспокойство. И ногу лечу, я кое-какие мази здесь нашел. Джаред повозился немного с мальчишкой, заряжаясь его неподдельной радостью от новых игрушек. Что делать дальше с беспокойным хозяйством — Падалеки не представлял. От Томми было слишком много шума, да и все внимание Дженсена доставалось только мелкому. Джареда эта ситуация никоим образом не устраивала. Подсказала решение проблемы, как ни странно, мама. Шерон позвонила как раз тогда, когда Томми вздумалось громко пореветь по какому-то поводу. Услышав в трубке детский плач, мама попыталась выяснить, что это за ребенок. Выслушала невнятные объяснения, решила почему-то, что это сын Джареда, которого тот скрывает и решительно сказала:  — Привози ребенка к нам, немедленно. Ты же знаешь, у нас гостит Мэган с детьми, малышу будет у нас спокойно и весело, хватит издеваться над мальчиком! А что, это отличная мысль! Племянники были примерно одного возраста с Томми, мама обожает детей, и мелкий, безусловно, будет окружен заботой и любовью. А Падалеки сможет спокойно претворять в жизнь планы по соблазнению юного совершенства Дженсена. Осталось только убедить последнего в правильности такого решения. Дженсен был категорически против. Он не хотел разлучаться с Томми ни в какую, хотя с больной ногой ему нелегко приходилось с этим непоседой, и он понимал, что выздоровеет гораздо быстрее, если будет лежать в кровати, а не прыгать по всему дому и не хлопотать на кухне. Джаред отступать не собирался. В красках рассказывал, как замечательно будет Томми с другими детьми в доме, где есть няньки, добрые собаки и даже пони. Согласился Дженсен только тогда, когда Джаред пообещал ему возможность связываться с домом родителей по скайпу в любое время, и видеть мелкое сокровище хоть по сто раз на дню. Обрадованный Падалеки быстренько одел Томми и терпеливо подождал, пока погрустневший Дженсен потискает и пообнимает мальчишку. Томми радостно гудел, предвкушая обещанных собак и детей. Все прошло, как нельзя лучше. Джаред сдал пацаненка маме с рук на руки, они явно сразу друг другу понравились, Дженс может быть спокоен. Пришлось рассказать Шерон всю правду и о Томми, и о Дженсене. Даже черствый Джаред не мог позволить своей матери думать, что Томми — ее родной внук.  — Сынок, тебе нравится этот Дженсен? — мудрая женщина внимательно посмотрела на сына. — Да, наверное, — почему-то не стал надевать на себя маску равнодушия Джаред.  — Тогда удачи тебе! — Шерон легко поцеловала сына в щеку и пошла к детям.

***

Только Джаред сел в машину, затренькал телефон. Брайан.  — Джей, привет! Я решил вернуться пораньше, завтра приеду, я соскучился! Кто бы сомневался!  — Здравствуй, Брайан. Решай свои дела, не стоит прерывать поездку, — вежливо ответил Падалеки.  — Джаред, что происходит? Ты не грубишь и не язвишь. Неужели ты еще трезв? —Что тебе опять не нравится? Брайан, мне не до тебя, извини, — стараясь не сорваться, Падалеки нажал «отбой». Джаред решил, что хочет отвезти Дженсена в свой дом. Не стоит этому чистому мальчику находиться в квартире, которая ассоциируется с алкоголем и жестким трахом. Нужно было сразу их с Томми везти туда, еще вчера. Если честно, вчера он просто не подумал, что они так быстро и так прочно займут место в его жизни. Сначала Падалеки заехал домой. Раньше он любил свой дом, когда мечтал всю жизнь прожить в нем с Итаном, а сейчас бывал набегами, не желая светиться в алкогольном опьянении или под кайфом перед прислугой, они все были порядочными людьми и непонятно за что любили Джареда. Он взял свой ноутбук, чтобы Дженсен мог связаться с Томми и дал распоряжение, чтобы подготовили гостевую спальню на случай, если удастся притащить сюда Дженсена. Открывая ключом дверь, Джаред понял, что не знает, как себя вести, волнуется и трусит. Он очень хочет этого парня, но и не меньше боится обидеть. Если честно, он забыл, как это — ухаживать, соблазнять, волноваться, мечтать. Все последнее время он только брал. Жестко и грубо. Дженсен сидел на диване в гостиной перед телевизором, в той же старой футболке Джареда и своих порванных джинсах. Нет, чтобы одежду человеку привезти! Даже не подумал! Парень улыбнулся и, морщась, оберегая больную ногу, поднялся навстречу. — Ну, что? Как Томми? Не плакал?  — И не думал! Сейчас ты его увидишь. Джаред поставил ноутбук на письменный стол в кабинете и позвонил матери. Познакомил ее с Дженсеном, наклонился сам ниже, чтобы влезть в зону видимости, и остолбенел— молоком и шоколадом! Молоком и шоколадом пах Дженсен. Этот запах просто заполнил все рецепторы Джареда, он спешно отодвинулся, чтобы не поцеловать его прямо тут, при маме. Дженсен ворковал с радостным Томми, мама, смеясь, рассказывала про их игры и смешные шалости, приглашала и самого Дженсена в гости, тот обещал. Джаред вышел на кухню. Рука сама потянулась к бутылке виски. Всего один стакан, ничего страшного. Получилось— не один. Когда на кухню зашел красивый улыбающийся Дженсен, сердце Джареда пропустило ощутимый удар. До судорог захотелось прижать к себе это прекрасное тело, прижать и не отпускать никогда. Звон в ушах нарастал. Джаред шагнул вперед и накрыл ртом улыбающиеся желанные губы. Дженсен резко отстранился, и лицо обожгла звонкая пощечина. Дальше все происходило, как во сне. Джаред подмял сопротивляющегося мальчишку, прокусив ему губу и еще больше распаляясь от вкуса крови, сдернул его джинсы вместе с бельем, заломил за спину руки и почти бросил на стол лицом вниз. Тот больше не сопротивлялся, только трясся в сухих рыданиях. Падалеки вжикнул молнией на своих джинсах и вытащил крепко стоящий член. Отрезвление наступило так же резко, как и дикое яростное возбуждение. Накатило невыносимое отвращение к самому себе, облегчение, что удержался и не пошел дальше, и страх, что теперь-то уж он точно все испортил. Трясущимися руками, Джаред натянул одежду на Дженсена и, взявшись за голову, прислонился к стене.