Медленно погружаясь в омут

Солнце бьёт в глаза, Минхо прикрывает их ладонью и разминает ноги. Чтобы прийти в себя после похмелья пришлось забить на пары, но пропускать тренировку никак нельзя. – Что думаешь о чайниках? – Алби обтирает пот со лба полотенцем на шее. Минхо усмехается и делает круговые движения плечами попеременно то в одну, то в другую сторону. – Пока ничего. Та же горочка плюка, что и мы, когда только пришли, – сгибает шею, наклоняя голову из стороны в сторону, и смотрит на старт Томаса. Лицо у того собранное, серьёзное, по парню видно, как он выкладывается. Удары о беговую поверхность резкие, как и выбрасывания тела в воздух. Такое приводит к сильному возрастанию нагрузки на суставы и позвоночник. «Его бег слишком… угловатый», - думает Минхо. И если вначале новый знакомый лидирует, причём с отрывом, то к середине круга уже начинает сдавать позиции. Его тело чуть наклоняется вперед вместе с головой, в то время, как следует сохранять прямую осанку и не допускать раскачивания корпуса. Где он занимался раньше? Самостоятельно, что ли, где-то круги наяривал? Пацан как будто пришёл с улицы и нечего не знал о технике бега. Всё это Минхо успевает заметить с середины поля, так что даже не сомневается, что при ближнем рассмотрении убедится и в неправильном положении стоп горе бегуна. Однако, не смотря на все вышеперечисленные ошибки, Томас приходит к финишу вторым. Это странно. – Есть занимательные экземпляры, – наконец отвечает Минхо и идёт на дорожку. Его результаты вновь превосходны и тренер вновь хлопает его по плечу. Минхо улыбается, взгляд проходится по толпе чайников, задерживаясь на недавнем предмете интереса. А ведь искалеченный алкоголем мозг успел забыть о вчерашнем взгляде Томаса. Но сейчас вновь живо воспроизвёл его в голове. Как и... Почему он это запомнил? Томас салютует ему рукой, и Минхо так же приветствует его издалека в ответ.

***

Он и не думал, что это будет так трудно. Ему следовало об этом подумать, он ведь был не глупым парнем. Далеко не глупым. Но чем только Томас руководствовался, когда решил подойти к Минхо так близко? Точно не головой. Не надо было подавать документы на то же направление. Хватило бы близости в зоне университета. Томас старательно смотрит под ноги. Понимает, что если взглянет на предмет своей обсессии, когда тот будет выходить из душа, то сделает что-то непоправимое. Слишком близко. Поэтому когда тренер говорит, что теперь он будет закреплен за Минхо, Томасу коротит на минуту другую. Эмоционально он рад как никто не свете, но головой понимает, что придётся сдерживать себя ещё сильней. Придётся ужасно постараться, чтобы ничего не испортить.

***

– Томас будет закреплен за тобой. Минхо в принципе на это просто сухо кивает, но всё же спрашивает вслух: Почему? – Что почему? – тренер перестаёт следить за бегом первокурсников. – Я думал, что ко мне полагается прикрепить самого быстрого среди них. А он пришёл к финишу вторым. Минхо, если честно не помнит, кто был первым. Опять-таки, почему? Всегда ведь обращал внимание только на финиширующих. – Потенциал у парня есть. Но техника… Хоть по ногам бей. Думаю, ты и сам видел, – устало вздыхает преподаватель. Минхо молча соглашается и возвращается к тренировке. Когда он подходит к Томасу, тот выполняет ряд стандартных упражнений, пытаясь держать спину прямо и конечности так, как нужно, а не так, как ему велит усталость. – Тебе уже сообщили? – Что ты мне теперь за надзирателя? Ага, – Томас выпрямляется и натужно дышит. Пот скатывается с лица, от тела веет жаром. Взгляд от земли он так и не поднимает. – Начну с того, что бегаешь ты хуёво, – Минхо складывает руки на груди, прослеживая, как тот глубоко вдыхает и выдыхает. – Не трясись, как мешок. Томас кивает, всё ещё смотря в землю. – Нужно держать спину прямой и не бросаться из стороны в сторону. Ты раньше вообще занимался? – Честно? Целенаправленно - нет, но к середине последнего класса старшей школы понял, что это моё, – улыбается, поднимает, наконец, голову, смотря в ответ, а когда улыбка медленно сползает с губ, то вновь выглядит таким же, как и вчера - предлагающим нечто большее. Минхо сглатывает, проводит языком по верхней части нёба, заставляя себя переключиться, пока в голове не назрела мысль, которая, как он сам считает, ему уже заранее не нравится. – Теперь пошли, посмотрим, как ты всё понял. Томас идёт позади и Минхо неосознанно вспоминает вчерашний вечер. Тогда ему хотелось обернуться, сейчас он давит это чувство вновь. – Вперед, шенк, – указывает он коротким кивком головы на исходную позицию. Томас становится на низкий старт и ждёт сигнала. – Чего встал, беги давай, тут тебе не забег на время, – гаркает наставник и подопечный приспускается вперед двигаясь уже не так расхлёстано как раньше. – Давай-давай! – подстегивает куратор, сложив руки рупором. К финишу Томас готов упасть прямиком на землю. – Выглядишь как кусок плюка. Мы учим технику, образина. Скорость сейчас наращивать бесполезно, только хуже сделаешь, – Минхо хмурится, чуть кривя губы. Да что с этим парнем не так? – Ты же… – щурится тот, опираясь руками на полусогнутые колени. – Сам меня подгонял, – загнанно напоминает Томас и выпрямляется, откидывая голову назад. – Чтобы ты не шёл прогулочным шагом, а не выжимал из себя все соки, – Минхо закатывает глаза. – Хватит с тебя, все уже расходятся. Они идут рядом нога в ногу и пару раз, новичок касается его плеча своим, оставляя мазки от горячей кожи. В другой момент Минхо не придал бы этому значения, но сейчас он словно сконцентрировал всё своё внимание на том, касается ли он рядом идущего Томаса и как бы так непринуждённо подгадать, чтобы лишний раз этого не происходило. Минхо настолько неосознанно поглощён этим, что даже не замечает, что сам факт подобной мысли был не свойственен ему.

***

Томасу почти физически плохо. Плохо от того, что он перенапрягся на тренировке. От того, что Минхо уже несколько раз коснулся его плечом. Катастрофически плохо от того, что всё, что он может делать - это дышать и размеренно перебирать ногами, стараясь не вызывать никаких подозрений. Не позволяя себе ничего большего. Кулаки сжимаются до побелевших костяшек. Томасу хочется успокоить ноющее сумасшествие внутри. Хочется облепить Минхо и никуда не идти дальше, вдыхая запах его пота. Господи, это всё, что ему было бы нужно.