Стеклянное сердце

Молчание начало сгущаться над ними приблизительно к концу второго куплета. Джим просто отдался знакомой с детства мелодии, размеренно покачиваясь в ее тягучем ритме и придерживая за талию девушку напротив. Зато его партнерша по танцу чувствовала себя явно не слишком комфортно – Джеймсу казалось, он слышит, как роятся в ее празднично причесанной головке невысказанные вопросы. Наконец, она не смогла больше молчать. - Мистер Мориарти, зачем вы здесь? – осторожно поинтересовалась она, слегка склонившись к его уху. - Пригласить вас на танец, конечно же, - беззаботно отозвался он. – И, пожалуйста, дорогая, просто Джим. - Хорошо…ммм, Джим, - она ненадолго замолчала. – Роуз. - Я знаю. В молчании они танцевали до конца композиции, после чего Джеймс выпустил из своей ладони руку девушки и с улыбкой принялся аплодировать раскланявшейся певице. Действительно стоящее выступление. Роуз нервно озиралась по сторонам, не зная, что ей делать. Было абсолютно ясно, что Мориарти уже выяснил, что за «жертву» она ему заказала. Оставалась непонятной его реакция – вряд ли предсмертный танец входит в стандартный пакет услуг по такому случаю. Она вздрогнула, когда прохладные пальцы криминального консультанта вновь захватили ее ладонь. - Роуз, я хотел попросить вас об одной услуге. - К-какой? – осторожно уточнила она. - Составьте мне компанию сегодня вечером, - увидев на лице Роуз замешательство, Джеймс уточнил. – Ничего такого, я просто приглашаю вас посетить вместе со мной один благотворительный вечер. Обещаю, вы не пожалеете. - Меня ждут мои друзья, - девушка кинула неуверенный взгляд в сторону своего столика, сидящие за которым, впрочем, скучающими не выглядели. – У меня есть выбор? - Вообще-то, нет. – протянул Джим. – Видите ли, моя подруга отказалась меня сопровождать в самый последний момент, а появиться там одному мне не по статусу. - И это никоим образом не объясняет, почему вы выбрали именно меня… - Знаете, в моей профессии очень важно не мелькать рядом с известными людьми. Не хочу показаться бестактным, но ваша известность в скором времени явно ограничится парой-тройкой заметок о насильственной смерти в местной криминальной хронике. К тому же, вы прекрасно смотритесь в этом платье, - Джеймс окинул взглядом изумрудно-зеленое платье до колена. - Врете, - огрызнулась на мужчину Роуз. – Вы любитель более сдержанных цветов. По вам заметно. - Отчего же? На женщинах мне всегда нравились более сочные наряды. Соглашайтесь, Роуз, терять вам нечего. Умирать, так с музыкой. - Что ж, почему бы и нет. Пожалуй, из этого может выйти неплохое завершение. - Вечера Дня рождения? - Всего. Дайте мне пять минут попрощаться.

***

Вся ситуация отчетливо отдавала недосказанностью. Джеймс не был уверен, куда Роуз рассчитывала попасть, усевшись рядом с ним в его машину. Возможно, прямиком на адскую сковородку. Как бы то ни было, он всего лишь привез ее на благотворительный вечер лорда Эшби, как и обещал. Скучнейшее в его понимании мероприятие было, однако, очень важным для работы. Именно так он предпочитал вести дела со всеми этими паразитами на теле старушки-империи – коррумпированными министрами, продажными парламентариями, нечистыми на руку дипломатами. Джим незаметно подбирался к ним, словно гепард к пугливой газели, надавливал на нужные рычаги, и вскоре очередной чиновник готов был признать «господина Мориарти» своим лучшим другом и оказать ему содействие в любом деле. Все это потребовало от него на время покинуть свою спутницу, оставив ее на попечение прочих праздно слонявшихся по залу дам. Тем не менее, раз в несколько минут он предпочитал на всякий случай поглядывать на новую знакомую, чтобы убедиться, что у нее все в порядке. Невольно Джеймс подмечал детали, знать которые ему совершенно точно было излишне. Например, что его спутница держится в высшем обществе куда как естественней всех этих расфуфыренных светских львиц. Что в отличие от них, ее лицо не лоснится от излишков потекшего макияжа, а наоборот – сияет естественным возбужденным румянцем. Что она улыбается абсолютно всем людям, взгляд которых встречают ее глаза, и ее улыбка настолько настоящая, что незнакомцам сложно не улыбнуться ей в ответ. Сейчас, предоставленная самой себе, Роуз казалась Джиму безусловно красивой. Красивой не холодно-аристократичной красотой Ирен. Ее красота была иной – трогательно живой, обаятельно теплой, самобытной и наполненной лучистыми эмоциями. Джиму казалось, что изнутри она горит ласковым, ярким огнем – словно звезда, которая светит ярче, собираясь навсегда погаснуть.

***

В конце вечера, попрощавшись с хозяином дома, Мориарти подал руку своей даме и повел ее к выходу из зала. Пожалуй, проводившие их взглядом гости сочли их красивой парой. - Как насчет продолжить такой прекрасный вечер в более уединенной обстановке? - Мне казалась, я просила вас об убийстве, а не о сексе. - Если хотите, после могу нежно вас убить. - Прямо в своей постели? - Почему бы и нет? Такого со мной еще не бывало. - Умирать, так с музыкой? - Верно, дорогая.